Договор с дьяволом

— Мам, смотри! Это же Всемогущий! — Изуку с трудом сдерживал восторг, прижимая к стеклу планшет с новым видео от героя №1. Инко усмехнулась, глядя на сына через зеркало заднего вида. — Ты уже трижды это пересматривал, Изу. Может, послушаем музыку? — Пожалуйста! Ещё раз! Вот тут он делает “Детройт СМАШ!”, смотри, вот, сейчас будет! Солнечный день. Трасса в пригороде Мусутафу. Весенние листья мелькают за окнами. Ребёнок улыбается, глаза светятся, будто он сам способен взлететь. Инко — уставшая, но счастливая. Её сын смеётся. Мир кажется безопасным. Где-то вдали — тормоза. Скрежет. Инко заметила это первой. Лёгкий поворот головы, сдвинувшаяся бровь. — Изуку, пристегнись по—

Удар

Сначала пришёл звук. Грохот — слишком громкий, чтобы быть реальным. Стекло хрустело, как кости. Мир дёрнулся, перевернулся, закрутился, будто кто-то смыл его в водоворот. Воздух вырвало из лёгких. Пластик, металл, крики. Тишина. Оглушающая. Изуку не чувствовал ног. Он не чувствовал вообще ничего, кроме едкой боли в груди и раскалённой полосы на лбу. Его тело сжалось, застряло между покорёженным сиденьем и панелью приборов. Воздух пропитан гарью, запахом масла и крови. Он повернул голову — и увидел маму. Она висела на ремне, её лицо было залито кровью. Её волосы, такие зелёные, как у него, теперь были чёрными от крови и пыли. Её глаза… закрыты. — Ма… мама… — прохрипел он, не узнав свой голос. — Мам, проснись… Тишина. Ответа не было. Слёзы, кровь, крики — всё слилось в туман. Мир становился всё дальше, тише. Он не чувствовал времени. Только одно: что-то забрали. Навсегда. — Он очнулся! — Быстро, держите его! — Морфин — 0.2! Голоса, чужие лица, лампы. Всё плавало перед глазами. Он не мог понять, спит ли он. Когда пришло осознание, оно стало пыткой. Лежа в палате, он впервые понял, что значит одиночество. Его правая нога в гипсе, левая рука — неподвижна, кожа на спине — в бинтах. Еда — безвкусная, как воздух. Каждая ночь — испытание. Но хуже всего было не это. Хуже всего — комната 304. Палата, где лежала Инко. Он слышал, как врачи шептались в коридоре: — Кома. Вероятность выхода — низкая… — Родственников кроме мальчика — нет. Он воровал время, прячась в её палате, утыкаясь в складки простыни. Говорил с ней. Показывал ей новые рисунки героев. Плакал, тихо, так, чтобы не услышали. — Мам… я… я буду героем. Обещаю. Ради тебя. Ради нас…

***

Той ночью была гроза. Он не боялся грома. Боялся тишины. Он заснул с мыслью: “Я бы отдал всё, лишь бы всё стало по-другому…”

Тьма

Он стоял в пустоте. Ни потолка, ни пола. Лишь бесконечная чернота. Пахло металлом, как в операционной. Что-то шевелилось вдалеке — как будто сама тьма дышала. И вот она появилась. Фигура. Высокая. Чернильная. Она не шла — скользила, оставляя за собой след мрака. На ней были глаза. Сотни. Без зрачков. Белёсые, полупрозрачные. Они мигали, как пульсирующие прожекторы. — Ты хочешь изменить всё, Изуку Мидория? — Голос звучал сразу отовсюду и ниоткуда. Он вибрировал внутри головы. — Кто… ты?.. — Я — выбор. Возможность. Или, как зовут меня другие, — дьявол. Он склонился ближе. Один из глаз раскрылся прямо перед лицом Изуку. — Я могу дать тебе силу. То, чего ты так желаешь. Скорость, что рвёт время. Сознание, что опережает врага. Мгновение, в котором можно решить всё. — Силу?.. — его голос дрожал. — Ради неё… я бы… — Ты хочешь её — и получишь. Но помни: ничто не даётся просто так. — А цена?.. Дьявол не ответил. Он лишь протянул руку — длинную, с тонкими пальцами, как тени. Изуку дрожал, но протянул свою навстречу. Когда их пальцы соприкоснулись, весь мир взорвался светом. Он проснулся резко. Будто упал в тело.Комната была та же. Но что-то изменилось. Тиканье часов — странное. Он посмотрел на монитор у кровати. Вспышка. Цифры дёрнулись — на миг остановились. Потом продолжили. Он потянул руку. Без боли. Он сжал кулак. Ощущение — как у натянутой тетивы Готовой к выстрелу. Он встал с кровати. Без поддержки. Он посмотрел в зеркало. Его зрачки на миг дрогнули. Он почувствовал… всё. Шаги в коридоре. Трещину на стекле. Ветер за окном. Мир стал другим. Он стал острым. И в глубине сознания — тихий смешок. Мягкий. Знакомый. Сделка заключена.