Solitude without loneliness

— Вот почему всегда это происходит именно тогда, когда меня нет? — возмутился Чанбин. — Халявщик ты потому что, — Феликс улыбнулся другу. — Ну ты его хоть уделал, скажи? Только честно. — Судя по его лицу в тот момент, — Феликс, определённо, гордился собой. — Он, походу, реально думал, что я не способен по чьей-то малоприятной морде проехаться. — Ладно, студент, поверю на слово, — Чанбин отпил воду из стакана. — Поверить не могу, что в это ввязался именно ты. Сразу видно – моя школа! Оба парня сидели за кухонным столом, и каждый обрабатывал в голове что-то своё. — Ну что, может накормишь меня? Помнится, ты мне обещал, — переключился Феликс, потому как тема с дракой уже конкретно наскучила. — Спрашиваешь! — Чанбин сразу вскочил с места. — Вон как аппетит проснулся после эмоциональной разрядки! Ты бы почаще так, — не мог он подобрать подходящее слово. — Время проводил. — Ну уж нет, спасибо. Мне хватило. Чанбин сдержал своё слово и пошёл жарить мясо. Казалось, будто он ждал этого момента всю жизнь. Не поесть мяса, разумеется (хотя это тоже, само собой), а накормить им кого-нибудь. Феликс действительно приехал к Чанбину, чтобы посвятить его в подробности своего насыщенного «рабочего» вечера. И самое главное он собирался оставить про запас. Однако не смог продержаться и минуты: — Угадай, кто про тебя спрашивал? — Феликс зашёл издалека. — Кто? Опять этот ушлёпок Сынмин? — А тебя он тоже бесит? — воодушевился Феликс. — Лучше спроси, кого он не бесит, — Чанбин продолжал равнодушно стоять у плиты спиной к другу. — Так, давай не о нём сейчас. Ты угадывай давай. — Ну кто? — Чанбин оторвался от сковороды с лопаткой в руке. — Только не говори мне ничего, в случае, если Бан спалил, что я смотался на час раньше. — Думаю, спалил, кстати, — в ответ на эти слова Чанбин повернулся и устало взглянул на друга. — Окей, это было действительно ожидаемо, — он замер на пару секунд. — Но спрашивал-то кто всё-таки? Феликс молча ухмылялся и специально не отвечал. Он ждал, когда Чанбин окончательно достанет его. — Так, либо ты мне сейчас говоришь, либо эта лопатка, — Чанбин посмотрел сначала на неё, а затем на Феликса, — Окажется у тебя в твоём любимом месте. — О-о, я теми же словами Джисону сегодня угрожал, — Феликс не переставал язвить. — Да Соён спросила про тебя. В этот момент глаза Чанбина округлились, и он не сразу сообразил, что прямо сейчас услышал. — Что ты сказал? — наконец он крикнул в ответ. — Вот так вот, — Феликс не переставал лыбиться. — Что она спросила? Когда? Вы что, разговаривали? — Спросила, насколько серьёзны твои намерения. — Да серьёзнее некуда! — Чанбин с каждой фразой воодушевлялся всё сильнее. — Ты объясни мне, чёрт возьми, как вы к этому пришли вообще. Теперь Феликс полностью пересказал всё, что с ним за этот вечер произошло. Чанбин был настолько благодарен Феликсу, словно не он сам спровоцировал интерес девушки к себе.

***

Понедельник. Любимый день всех, кто не обделён обязанностью учиться и работать. Мистер Бан вышел в главный зал сделать небольшое объявление: — Товарищи, через 10 минут в моём кабинете производственное совещание. Передайте всем, кто до этого времени не соизволит доползти до издательства, пусть пеняют на себя. Сам он всегда приходил вовремя и очень строго относился к опозданиям. И довольно часто он говорил об этом в шуточной форме. Однако это вовсе не означало, что его добротой можно было злоупотреблять. — Все на месте? — мистер Бан стоял у окна и оглядывал всех сидящих за столом. — А мистер Хван будет? — спросил Минхо. — Понятия не имею. У него отпуск по сути ещё, — безучастно ответил мистер Бан. В это время запыхавшийся главный редактор бежал на своё рабочее место. Он обратил внимание на подозрительную тишину на этаже. — Ниннин, доброе утро, а где все? — подошёл мистер Хван к стойке секретарши. — Здравствуйте. Кажется, мистер Бан собрал всех у себя. — Чёрт, — выругался тот. — Ладно, спасибо, — направился он к кабинету начальства. — И не надо мне здесь создавать видимость работы, — обращался мистер Бан ко всем подчинённым. — Вы в курсе, сколько времени вы за своими разговорчиками теряете? — Здравствуйте, прошу прощения, — мистер Хван поспешно зашёл в кабинет. — Заходите, вы как раз вовремя, — исполнительный директор строгим взглядом обвёл всех присутствующих. — Что ж, у кого-то есть какие-то организационные вопросы? — мистер Бан вопросительно посмотрел на каждого. — Если нет, то можем перейти наконец к вещам первостепенной важности. — Позвольте я начну, — сразу включился в работу главный редактор. — Да, пожалуйста. — Итак, на повестке дня у нас новый номер. И это не просто номер. Аудитория наших читателей растёт, а мы – вместе с ней. Придётся менять концепт. Если не полностью, то как минимум наполовину, — мистер Хван говорил, будто сам себе, так как не смотрел на реакцию остальных. — Идеи нового выпуска у нас нет, обложки и главной статьи тоже. Поэтому работа предстоит колоссальная. — Я прошу прощения, — начал Джисон. — А с бюджетом как поступать? Финансирование придётся увеличивать. — А что с обложкой? Нужны кардинально новые варианты, — продолжила Соён. — Отставить возражения! — мистер Бан прервал уже было начавшийся спор. — Вы видели продажи этого выпуска? Вам самим не стыдно будет продолжать на отвали работать? Повышается уровень – повышаются требования. Повышаются требования – увеличивается объём работы. Что неясного? — А зарплата вместе с уровнем увеличится? — усмехнулся Чанбин, не надеясь на утвердительный ответ. — Разумеется, товарищи, — в ответ все начали шумно переговариваться, потирая ладони. — Но не сразу. Ибо мы должны держать ранее установленную планку.

***

Феликс впервые пришёл в офис с утра. Ранее это представлялось невозможным из-за учёбы. Теперь он, сидя за рабочим столом, готовился к досрочной сессии, когда появлялась свободная минута. Стажёру казалось, что его присутствие в издательстве однозначно сыграет на руку. — День добрый. Позвольте узнать, а это что у вас здесь? Феликс сидел за столом и писал конспект по истории журналистики. Он и не заметил, как кто-то подкрался и, подняв глаза, махом закрыл тетрадь. — Ну что вы? Я прекрасно понимаю: на учёбе работать, а на работе – учиться, — выдал мистер Хван. — Нет-нет, я уже всё, — Феликс на автомате оправдался. — Да не торопитесь. Как закончите, зайдите ко мне в кабинет, — и не дождавшись ответа, главный редактор удалился по делам. «Наконец-то он вернулся», — единственное, что пронеслось в голове у Феликса. Он уже не мог ни о чём думать, конспект писать тоже. Переписывать, не вдумываясь, было пустой тратой времени. Писать что-либо от руки у Феликса в принципе не вызывало восторга, а, если делать это неосознанно, то весь процесс становился вдвойне бессмысленным. Не прошло и получаса, как он заглянул в кабинет начальника: — Доброе утро, можно? — постучался стажёр. — Очень доброе, — мистер Хван стоял спиной к Феликсу и смотрел в окно. — Что-то не так? — Всё отлично, Феликс, — обернулся главный редактор. — Я просто вернулся с небольшого отпуска и загрузил всех по полной программе. — Так это ведь хорошо, разве нет? — Феликс отвечал, как думал. — Значит, вы хорошо отдохнули и набрались вдохновения. — Ну, вдохновением моё стремление усложнить всем жизнь навряд ли можно назвать, — вздохнул мистер Хван. — По крайней мере, это мне предъявили коллеги. — Разве кто-то из них способен вам возразить? — спросил Феликс, прекрасно зная ответ на свой вопрос. — Конечно, нет, — мистер Хван наконец присел. — Но я и так всё понял. — Так зачем вы меня вызвали? — вернулся Феликс к первому разговору. — Ах, да, — повернулся главный редактор лицом к стажёру и придвинул стул. — Как у тебя с учёбой дела обстоят? — Это как раз одна из тех новостей, что я хотел вам сообщить. — Что ж, и какого она характера? — Я перевожусь на заочку, — гордо ответил Феликс. — Правда? — мистер Хван слегка улыбнулся, совершенно не показывая удивление. — Да, но мне как минимум в ближайшее время надо досрочно сдать экзамены. — Ты справишься, — мистер Хван практически поставил его перед фактом. — А что ещё за новость? Ты сказал, это одна из, — поинтересовался он. — Кажется, социализацию я не прошёл, — с нотой наигранной грусти ответил Феликс. — А вам мистер Бан разве не рассказал об этом? — Нет. А что, там что-то интересное? — Отнюдь. Лучше забудьте об этом, — начал отнекиваться Феликс. — Зачем я только начал это… — Перестань, ты можешь мне рассказать, — пытался втереться в доверие главный редактор. — Ты попал в неприятности? — Ну, не сказать уж так, — задумался парень. — По итогу, я вроде вышел сухим из воды. — Ты кого-то подставил? — Что? Конечно, нет, — Феликс убеждал начальника. — Я что, совсем идиот? — А что тогда? — Ну, — Феликс в последней раз засомневался, говорить или нет. — Подрался. — Что? — мистер Хван впервые удивился. — Всё-таки я идиот… — А с кем хоть? — С Хан Джисоном, — ответил стажёр за долю секунды, ибо знал, что ему в любом случае придётся признаться. — Ну, тут ты прав, — мрачно улыбнулся главный редактор. — Так а где, собственно говоря, синяки? — Так у него, наверное, — неуверенно ответил Феликс. Мистер Хван на пару секунд задумался, а затем заливисто рассмеялся, вспомнив собрание, на котором бухгалтер постоянно держал рукой голову, тем самым прикрывая один глаз. — Простите, мне неудобно вам об этом рассказывать, — Феликс постоянно ёрзал на стуле. — Всё нормально, — ответил мистер Хван. — Я пойду? — стажёр уже приподнялся на стуле. — Постой, я дам тебе темы для статей, — главный редактор полез к себе в стол и начал что-то искать. — На собрании мы обсуждали, что меняем концепт в связи с ростом продаж. В общем, параметры оценивания работ значительно ужесточаются. Вот, держи, — он протянул лист. Феликс удивился, что мистер Хван, едва ли вернувшись на работу, уже имеет с собой заранее подготовленную для него распечатку идей. Парень пробежался глазами по тексту и впервые обнаружил, что ни одна из тем ему не откликается, хотя ранее практически все он был готов с ходу раскрыть. — А есть что-то не на тему отношений? — поднял Феликс глаза на начальника. — Нет, — мистер Хван ухмыльнулся и отрицательно помотал головой. — Тебя что-то не устраивает? — Честно говоря, в данном поле деятельности я не особо спец, — улыбнулся он скорбной улыбкой. — А кто тебе сказал, что журналисты всегда пишут о том, в чём на деле профессионалы? Феликс продолжал сидеть с чувством потерянности и никак не ответил на поставленный вопрос. — Или ты не такой, как все, и готов возразить мне? — продолжил мистер Хван. Феликс лишь встал и спокойно вышел из кабинета, оставив главного редактора в замешательстве.

***

«Фух, ещё только пятнадцать минут», — Феликс посмотрел на время в телефоне и снова лёг на кровать в попытке заснуть. Каждый раз это было настолько волнительно, что с утра он вставал максимально разбитым. Как и сейчас: сон всё не шёл и не шёл. Но его цель была — заснуть до двенадцати, чтобы лишь на следующий день начать думать о том, как всё пройдёт. И Феликс заснул. Всё-таки это оказалось возможным. Однако глаза он открыл не утром, а сразу после того, как услышал звонок в дверь: — О боже, всё-таки я не доживу до завтра, — вскочил он с постели и побрёл к двери. — А кому сегодня двадцать? — Чанбин стоял в подъезде с тортом в руках и с улыбкой наблюдал за реакцией полусонного друга. — С днём рождения, студент! — он крикнул настолько громко, что именинник моментально вышел из полудрёма. — Ну что ты такой вялый? Дай пройду. Чанбин ворвался в квартиру, сам включил свет и обернулся на Феликса, который закрывал за ним дверь. — Если ты сейчас же не улыбнёшься, то это произведение искусства, — указал Чанбин носом на торт. — Окажется на твоей физиономии! — Спасибо-спасибо, — губы Феликса растянулись в искренней улыбке. — Ты первый, кто меня поздравил. — А я и не сомневался, — прошёл Чанбин по коридору и поставил торт на кухонный стол. — Ну что, салага, тебе уже официально третий десяток пошёл. Стареешь! — О нет, ради бога, — запрокинул голову Феликс. — Я так не хотел этот чёртов юбилей, ты бы только знал. — Да я ведь шучу! Ты молод и полон сил. Я хоть и ненамного старше, но завидую тебе чёрной завистью, — Чанбин сокрушённо вздохнул. — Двадцать лет – это лучшая цифра, которая могла с тобой приключиться, ты меня понял? — Ты знаешь, с каждым годом я всё меньше и меньше жду свой день рождения. Этот недо-праздник приносит всё больше разочарований. Я намеренно ложусь спать, чтобы якобы не ждать поздравлений в двенадцать и, в случае чего, не разочароваться. — Но я ведь пришёл, как видишь, — Чанбин положил свои руки на плечи Феликса и посмотрел ему в глаза. — И я поздравляю тебя! — Спасибо, Чанбин. Правда, спасибо, — тепло улыбнулся именинник.

***

Феликс пришёл в университет, чтобы сдать свои первые экзамены. Сегодня он посчитал, что удача точно будет на его стороне. — А почему вы переводитесь? — поинтересовалась преподавательница по теории массовой коммуникации. — Я должен работать. Учиться необходимо, но сейчас я чувствую, что хочу больше работать, — Феликс опередил вопрос о том: «А как же образование?». — Я поняла, — преподаватель взяла небольшую паузу, перед тем как продолжить. — Давайте зачётку. — Как? Я же ещё вам не ответил, миссис Пак, — Феликс растерялся и не сразу сообразил, что его попросили сделать. — Позвольте я всё-таки вытяну билет. Миссис Пак посмотрела на Феликса, как на первокурсника, который впервые пришёл на сессию и нёс несусветный бред. — Я помню, как вы работали весь год, и ставлю вам четыре, — объяснила она. — Вас ведь устроит? Феликс наконец понял, что его никто не хотел заваливать, а напротив – поставить автомат. Он протянул зачётную книжку и не смог сдержать благодарности: — Спасибо вам огромное! Конечно, устроит. Феликс у себя в голове уже танцевал победный танец, так как предварительно, двадцать минут назад, другой экзамен он сдал на отлично. На парах он тоже в этот день присутствовал. И нет, не только потому, что у него было потрясающее настроение и он хотел проверить, кто его поздравит. Феликс просто по-прежнему считал своим долгом отучиться последнюю неделю и с чистой совестью забыть об этом.

***

— Так что, Феликс, когда отмечать будем? — Чанбин подошёл к рабочему месту Феликса. — Блин, ты можешь не орать? — оглядывался стажёр по сторонам. — Я не хочу, чтобы кто-то вообще знал здесь об этом. — Странный же ты, — Чанбин сел на край стола и сложил руки на груди. — Сегодня какой день недели? — равнодушно спросил Феликс. — Вторник. — Ну, и о каких празднованиях может вообще идти речь? У меня статья не дописана, — указал он на экран компьютера. — У тебя каждый день статья! — Чанбин наконец заговорил тише, — А день рождения… Сам знаешь. В ответ Феликс лишь повернул обратно голову и начал печатать. — Да господи, ты уже четвёртый час пишешь, — захлопнул Чанбин экран ноутбука. — Пожалей себя хоть разок. Ведь повод даже есть, и веский! Феликс посмотрел на друга, и, не отрывая от него взгляда, открыл ноутбук снова. — Не рановато у тебя трубы начали гореть? В начале-то недели, — запротестовал Феликс. — Давай до пятницы, всё. Чанбин лишь закатил глаза и пошёл за своё рабочее место, которое, к слову, было соседнее. Он ещё долго возмущался себе под нос, пока собирал вещи. — И долго ты здесь сидеть собираешься? — на прощание спросил он. — Или ты там: «Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать масштабы своего негодования насчёт моего сегодняшнего дня рождения…»? — начал издеваться Чанбин. Вокруг них были ещё сотрудники, и Феликс, услышав, как Чанбин опять вслух упоминал то, о чём он попросил молчать, вскочил со стула и, целясь точно в голову друга, пульнул в него ручку. — Давай иди! Я ещё долго, — Феликс уселся обратно и как ни в чём не бывало продолжил работать.

***

На часах было девять. Рабочий день закончился примерно три часа назад. Свет повсюду был выключен. Вокруг не было никого. Феликс в одиночестве сидел за компьютером и строчил незаконченную статью. — Так, ну вроде бы неплохо, — Феликс собрал пальцы в замок и потянулся, подавшись вытянутыми руками вперёд. Он наконец обратил внимание на время и уже готовился там увидеть всё, что угодно. Разумеется, обстановка вокруг говорила сама за себя, однако она не могла объяснить, каким образом уже шёл десятый час. — Найс поработал, ничего не скажешь, — выдохнул Феликс и уже собирался вставать. — Ты что здесь делаешь? — О господи! — Феликс упал обратно на кресло. — Не господи, а советская власть. Пора бы уже привыкнуть, — мистер Хван включил свет в отделе. — Я думал, все уже ушли, — озабоченно проговорил стажёр. — Ты реально думал, что офис никак не запирается? — мистер Хван вопросительно посмотрел на парня. — А по ночам к нам сюда бездомные ночевать ходят? — Я как-то не подумал об этом. — Так что ты в офисе так поздно делаешь? — главный редактор всё ещё ждал объяснений. — Я статью дописывал. Одну из тех, что вы мне дали. — Мне казалось, ты не особо собирался это делать, — мистер Хван встал, уперев руки в боки. — Я передумал, — виновато ответил стажёр. — Я могу отправить вам на почту. — Тогда идём ко мне в кабинет. — Но, если вы сейчас хотите прочитать, можете на моём, — предложил Феликс, уже наполовину развернув ноутбук к начальнику. — Идём говорю, — настоял мистер Хван. Феликс собрал все свои вещи, чтобы больше к себе за стол не возвращаться, и последовал за начальником в его кабинет. — Мистер Хван, только я ещё не отправил ничего, — доложил стажёр, закрывая за собой дверь. — С днём рождения, Феликс, — мистер Хван положил на стол перед собой коробку. — Что это? — растерянно заморгал именинник. — То есть, как вы узнали? Изумление на лице Феликса становилось всё более ярко выраженным, пока он несмело трогал подарок. — А ты забыл, что когда на работу устраивался, что-то кроме своих имени с фамилией в полях заполнял? — Мистер Хван, у меня просто нет слов, — Феликс всё никак не решался заглянуть внутрь коробки. — А что там? — Так я тебе и ответил. Открывай, — он кивнул на подарок. В следующие несколько секунд растерянное лицо Феликса сменилось ступором, а затем он прикрыл рот рукой от шока. Мистер Хван всё это время наблюдал за ним в некой растерянности, но после полученной реакции не мог сдержать улыбку. — Как вы узнали? — Феликс практически кричал и постоянно переводил взгляд с подарка обратно на главного редактора. — Пожалуйста, только не говорите мне, что… — Да, я подглядел за тобой, — признался мистер Хван. — Боже, как мне стыдно, — стажёр специально, чтоб закрыть лицо руками, положил подарок обратно в коробку. — Я не должен был лезть туда, куда меня не звали, простите. — Да я, как увидел, с каким восхищением ты смотрел на мои пластинки, сразу же решил, — объяснял мистер Хван. — Я бы не простил себе, если бы не купил тебе их. — Это же так дорого! Где вы их только достали? — не унимался Феликс. — Спасибо вам огромное, но это слишком дорого. — Отказы не принимаются. Я знал, что тебе понравится, — со спокойствием в голосе ответил Мистер Хван. — Так дело не пойдёт, — Феликс закрыл коробку и хлопнул руками по столу. — Я должен вас отблагодарить. Давайте сходим куда-нибудь выпить? — Не надо никуда идти. У меня всё есть. — Нет-нет, это не обсуждается. Это я должен вас напоить, — настаивал на своём Феликс. — А это был не вопрос, — мистер Хван слегка наклонил голову вправо. — А приказ начальства. Вот он как раз не обсуждается. — Мистер Хван, вы ставите меня в неудобное положение, — от возмущения Феликс вскочил, не успев толком сесть. — И вообще, спаивать главного редактора немного нехорошо, — сказал мистер Хван, направляясь в сторону мини-бара. — Я и сам с этим прекрасно справляюсь. — Ну что вы? Я вовсе не собирался вас спаивать, — ухмыльнулся Феликс. — Хотя кто знает, я вас пока ещё пьяным не видел. Мистер Хван налил два бокала спиртного и поставил на стол: — Двойной Джек Дэниелс, — пояснил он. — Очень приятно, я Феликс. Ли Феликс, — парень не ожидал увидеть какой-то реакции на столь глупую шутку, однако главный редактор широко улыбнулся. — Что ж, Ли Феликс, поздравляю тебя с твоим новым годом и желаю профессиональных успехов, в первую очередь, — оба молодых человека подняли бокалы. — И в случае, когда тебе покажется, что жизнь повернулась к тебе спиной, то, как пели великие the Beatles: “Whisper words of wisdom – let it be”. — Спасибо! — воскликнул именинник. — Тост просто потрясающий. В следующую секунду они выпили. Двойной порции виски было более чем достаточно, чтобы Феликсу практически сразу дало по шарам. На момент он задумался, что вообще происходит, и как он пришёл к тому, что пил в кабинете у начальника. «Вот так вот: пришёл и пью», — подумал Феликс, потихоньку отодвигая рассудок на задний план. — Феликс, — мистер Хван прервал размышления стажёра. — Может, ты мне всё-таки расскажешь, почему ты так отреагировал на предложенные мною статьи? — Как отреагировал? Не сказать, что Феликс действительно не догадывался, как именно он отреагировал. Ему, на самом деле, было действительно стыдно, что он тогда ушёл без каких-либо объяснений. Но сейчас ему хотелось включить дурака, дабы немного оттянуть разговор. — Резко, — ответил главный редактор. — Вам показалось. Я просто пошёл работать, — Феликс уже сам начинал понемногу в это верить. — На тебя это было непохоже. — Я заранее извиняюсь за свою бестактность, — стажёр немного опешил. — Можно я задам вам один вопрос? — И тогда ты ответишь на мой? — Да, отвечу, — Феликс не собирался врать, поэтому решил, что сейчас самое время узнать то, что давно не даёт покоя. — Я заинтригован, — начальник качнул головой и посмотрел прямо в глаза стажёру. — У вас есть девушка? Мистер Хван допил содержимое своего бокала. По его лицу было видно, что он бы не отказался допить и то, что осталось на дне у Феликса. — Нет, — спокойно ответил мистер Хван. — Но как это возможно? — Феликс действительно удивился полученному ответу. — Мне кажется, я уже ответил на твой вопрос, — мистер Хван немного опустил голову. — Теперь твоя очередь. — А у меня её никогда не было, — криво усмехнулся стажёр. В следующую секунду раздался звонок телефона. Феликс потянулся в карман: на экране было «мама». — Мистер Хван, простите. Кажется, моя мать вспомнила, что двадцать лет назад родился её сын, — проговорил Феликс, направляясь к двери.

***

Феликс вернулся домой из офиса в начале одиннадцатого. Обстановка вокруг вернула его в начало дня, когда он с утра собирал все необходимые конспекты для сдачи экзаменов, ел торт на завтрак и думал о том, насколько невыносимым окажется очередной его день рождения. Он всегда старался оставаться лишний раз наедине с собой в этот день. Но это одиночество порой губило настолько, что он бы предпочёл ему любую компанию. Феликс это стал понимать спустя годы. Да, пожалуй, в этом заключался главный минус активной социальной жизни — она только в обществе. Стоило ступить на порог дома, как всяческие социальные контакты переставали иметь какой-то смысл, ведь в самые важные моменты он был всё равно один. Однако в этот раз, зайдя в квартиру, Феликс был счастлив от прожитого дня, его двадцатилетия. Буквально в самый последний момент надежды, которым он никогда не давал шанса, оправдались. Он получил самый ценный подарок в его жизни – внимание. Он сел на кровать, вновь открыл подарочную коробку и стал внимательно рассматривать пластинки. Они выглядели безупречно: ровно так, как Феликс мечтал, чтоб они выглядели, а самое главное – они были у него в руках. — Кому скажи, никто не поверит, — сказал он сам себе вслух, предвкушая зависть некоторых знакомых. Теперь главной задачей было купить проигрыватель. Свои самые первые деньги, которые Феликс получит после окончания стажировки, он обещает себе потратить именно на него. Разумеется, есть вещи и поважнее, но он решил для себя, что это будет просто неуважение к самому себе и мистеру Хвану, в первую очередь. — И кому я это собрался рассказывать? Что начальник сделал какому-то пареньку подарок на день рождения, — Феликс закрыл коробку и положил сверху руки на неё. На секунду стажёр расстроился, что его тайна останется неразделённой. Кому уж точно нельзя было об этом говорить – так это коллегам. Иначе непременно начнутся всякие разговоры, а у главного редактора – неприятности. Где это видано, чтоб старший по должности ни с того ни с сего делал подарок подчинённому, даже несмотря на то, что для главного редактора это пустяковые траты? Но затем Феликс задумался об этом и на его лице расцвела улыбка. Он вспомнил их сегодняшний разговор с мистером Хваном. Феликс никак не мог сложить два и два и понять, как вообще всё случилось так, что они вдвоём пили по случаю ЕГО дня рождения у босса в кабинете. А что ещё важнее: что, чёрт возьми, они обсуждали? Если ранее мысли Феликса были лишь о том, как заслужить авторитет и не вылететь с работы раньше времени, то сейчас в его голову стали закрадываться сомнения о его интересе исключительно к профессиональному росту. — Феликс, нет, бога ради… — он запрокинул голову и затем уткнулся ею в колени. — Только не это, я прошу тебя.