Из огня да в полымя

      Пока Шэнь Цинцю, несмотря на трудности, верил, что вся эта ситуация благополучно разрешится и никто не пострадает, Бинхэ, запертый в альтернативном мире, был крайне подавлен. Он желал выбраться из этого опостылевшего места и воссоединиться с учителем, но до сих пор не знал, как это сделать.       Стоя ранним утром у входа в Священный Мавзолей, эту недоступную святыню демонического мира, скрывающую множество тайн, Бинхэ испытывал страх. Он возлагал большие надежды на неограниченные возможности этого места, но что если он переоценивал магическую ауру Мавзолея? В таком случае шансов выбраться из этого мира не было и оставалось только смиренно ждать, что его двойник сдержит обещание и явится сюда через условленные три месяца, чтобы поменяться местами. Но почему-то Бинхэ сомневался в этом. Отвлёк полудемона от невесёлых размышлений голос Чжучжи-лана, доносившийся из магического шара.       — Освободи меня, чтобы я смог открыть проход.       Бинхэ холодно посмотрел на змею и, зло усмехнувшись, сказал:       — Я что, совсем на дурачка похож? Стоит мне снять заклинание, ты сразу же убежишь. Твоя задача — показать, где сейчас мой отец.       Лю Минъянь немного удивилась столь мрачному настроению Бинхэ. Она искренне считала, что сейчас полудемон должен отбросить свои тревоги и пребывать в благодушном расположении душа. Ведь совсем скоро его желание исполнится. Девушка не знала, какие на самом деле страхи одолевают Бинхэ, и тем более не догадывалась, в какой кошмар он попал прошлой ночью. Это всё если и не сломило окончательно полудемона, то в значительной степени пошатнуло его душевное равновесие. Слишком многое в последнее время на него свалилось, и бедный Бинхэ чувствовал, что ещё немного — и его рассудок будет окончательно и бесповоротно повреждён.       — Я сам открою Священный Мавзолей, — спокойно сказал полудемон.       Чжучжи-лан хрипло рассмеялся и, поудобнее устроившись в своём шаре, с неподдельным любопытством уставился на Бинхэ.       — Вперёд, на это будет крайне любопытно посмотреть. Интересно, сколько ты потратишь на это духовной энергии, которая тебе понадобится в дальнейшем.       — Бинхэ, может, стоит послушать этого? — с осторожностью спросила Лю Минъянь, брезгливо махнув рукой в сторону змеюки.       — Я уже смог проникнуть в Священный Мавзолей однажды...       Но тогда его внутри ждал учитель. Бинхэ помнил, что только это и придавало ему сил и не давало сдаться. Сейчас же в тёмных залах святыни демонов его ждала лишь пугающая неизвестность.       — Хорошо, — после небольшого раздумья согласился полудемон. — Я отпущу тебя, и ты откроешь проход. Но знай, — взгляд Бинхэ, направленный на двоюродного брата, вспыхнул ненавистью, а на лбу стала явственно проступать алая метка, — если ты обманешь и попытаешься убежать, я разнесу здесь всё. Камня на камне не оставлю, найду тебя и Тяньлан-цзюня и уничтожу вас.       Всё это было произнесено спокойным будничным голосом, но почему-то верилось, что Бинхэ сдержит своё обещание. Лю Минъянь вздрогнула и с опаской посмотрела на фигуру, закутанную в тёмный плащ. Сегодня этот Бинхэ всё больше напоминал её мужа, расчётливого и жестокого, не прощающего ошибки и не знающего сострадания. Ещё вчера девушка видела перед собой немного растерянного юнца, сейчас же перед ней стоял хладнокровный император трёх миров. Ей оставалось только гадать, из-за чего произошли такие перемены.       Ло Бинхэ, немного поколебавшись, снял заклинание. Магический шар вспыхнул и рассыпался на тысячи осколков, позволив Чжучжи-лану выбраться из ловушки. Почти сразу омерзительное существо превратилось в демона приятной наружности, отличающегося мягкими манерами.       — Ооо, так гораздо лучше, — сказала Лю Минъянь. — Теперь ты хоть не вызываешь у меня отвращения.       Чжучжи-лан недовольно посмотрел в сторону девушки и не спеша открыл проход в место, пропитанное мощной демонической силой и скрывающее множество тайн.       Змеиный демон медленно продвигался по тёмному коридору, освещённому лишь одним световым шаром. За ним уверенно следовал Бинхэ, скрыв под маской безразличия от чужих глаз свои страхи, чего нельзя было сказать о Лю Минъянь. Как бы ни старалась девушка быть спокойной, это место ей не нравилось и внушало ужас, пробирающий до самых костей. Она чувствовала себя крайне неуютно, а созданный специально для неё световой шар, позволяющий хотя бы видеть, куда идёшь, почему-то только усиливал волнение. Его тусклый свет озарял лишь малую часть пространства, оставляя пищу для размышлений, кто или что прячется в окружающей со всех сторон темноте.       Миновав ещё несколько коридоров, они зашли в просторную залу, освещённую факелами, расставленными по периметру. Их свет позволял рассмотреть фрески, выложенные из редких камней и украшавшие стены помещения. В остальном убранство залы было достаточно скудным и включало в себя лишь большой саркофаг, размещённый точно по центру комнаты. Чжучжи-лан приблизился к гробнице и тихо сказал:       — Господин, я вернулся, но я не один...       Крышка саркофага задрожала, а затем немного сдвинулась в бок, и в проёме показалась белоснежная рука, поманившая змею поближе к себе.       Тот сразу же вплотную прислонился к зияющему чернотой проёму и что-то зашептал в него. Он говорил слишком тихо, не давая возможности остальным услышать хотя бы слово. Ло Бинхэ ничего не оставалось, кроме как внимательно следить за лицом двоюродного брата, но оно не выражало никаких эмоций, оставаясь по-прежнему невозмутимым. В это время Лю Минъянь оцепенела от происходящего. Испугавшись, она схватила Ло Бинхэ за плечо, но потом, вдруг осознав, что делает, смущённо опустила руку, коря себя за этот порыв.       — Долго ещё будете шептаться? — раздражённо прервал затянувшийся разговор Бинхэ. — Пускай Тяньлан-цзюнь покажется, у меня не так много времени.       Чжучжи-лан недовольно скривил губы и уже собирался что-то сказать, как крышка саркофага отодвинулась ещё шире и оттуда показалась голова демона. Откинув длинные волосы, Тяньлан-цзюнь посмотрел на гостей, и на его красивом, утончённом лице расплылась улыбка.       — Как замечательно, что кто-то пришёл навестить меня, — ласково проговорил он.       Его глаза внимательно и с интересом рассматривали стоявшие напротив две фигуры. Взгляд Тяньлан-цзюня задержался на Минъянь, и улыбка на лице стала ещё шире.       — Какая прелестная девушка. Жаль, что вуаль всё скрывает, но я уверен, что под тканью прячется несравненная красота. Хотелось бы увидеть её хотя бы раз.       От этих слов глаза Минъянь яростно сверкнули, но демон, не обращая внимания на реакцию девушки, теперь внимательно рассматривал Бинхэ.       — Молодой человек очень мрачный, сдаётся мне, он пришёл сюда не с чистыми помыслами. Чжучжи-лан, почему ты не убил его?       — Прошу прощения, господин, — змеиный демон тут же вытащил из ножен меч и уже направился к Бинхэ, как Тяньлан-цзюнь остановил его:       — Уже не надо. Скажи лучше, зачем ты их притащил сюда и что им вообще от меня нужно?       — Вот он, — убрав меч, начал говорить Чжучжи-лан, — утверждает, что является вашим сыном и хочет попасть в параллельный мир, а она...       Но его слова утонули в громком смехе Тяньлан-цзюня, который нарушил тишину этого места. От такого поведения Бинхэ пришёл в ярость и в ту же секунду оказался рядом с отцом, собираясь хорошенько приложить его голову о крышку саркофага, но вездесущий двоюродный брат преградил ему путь.       — Отойди, — зло проговорил Чжучжи-лан.       — Стойте, не горячитесь, — перестал смеяться демон и, выбравшись из саркофага, подошёл к Бинхэ. — Значит, ты утверждаешь, что ты мой сын?       — Да, я — твой и Су Сиянь сын.       — Неожиданно, — поджал губы Тяньлан-цзюнь и внимательно стал всматриваться в лицо Ло Бинхэ. — Хмм... А ведь действительно похож. Но мне, честно говоря, всё равно, являешься ты моим сыном или нет. Если ты пришёл сюда за родительской любовью, то, боюсь разочаровать, от меня ты её не получишь.       — Я не за этим пришёл, — сквозь зубы процедил Бинхэ. — Уж поверь мне, я совершенно не питаю к тебе трепетных чувств и не нуждаюсь в отцовской любви. — А затем изменившемся голосом, в котором была печаль и нежность, добавил: — В моём сердце есть только один человек, которого я безмерно люблю и которому предан всей душой.       Тяньлан-цзюнь растерялся и окинул Бинхэ немного разочарованным взглядом.       — С одним вопросом разобрались, — пробормотал он. — А что насчёт безумного бреда о параллельном мире?       — Это не бред, — раздался голос Минъянь. — Всё, что говорит Ло Бинхэ, — правда.       Девушка подошла поближе.       — Я тоже сначала не верила ему, но за несколько дней убедилась, что его слова не лишены смысла. Альтернативный мир действительно существует, и события в нём развиваются по совершенно другому сценарию.       — Вот как, — удивился Тяньлан-цзюнь. — Тогда поведай мне, — обращаясь к Бинхэ, спросил он, — как у нас дела в твоём мире?       — Печально, — ухмыльнулся Ло Бинхэ. — Этот, — указал он на Чжучжи-лана, — мёртв, а ты влачишь жалкое существование, тело твоё почти разрушилось, а былой мощи уже давно нет.       — Действительно, невесело, — согласился с ним демон, но, казалось, ни капли не расстроился, а, наоборот, только обрадовался. — На самом деле мне стало ужасно любопытно. И, даже если твои слова — порождение безумной фантазии, я всё равно хочу услышать всю историю целиком. Давно не слушал ничего интересного.       Бинхэ недоверчиво уставился на отца, не зная, шутит он или говорит серьёзно, но всё же приступил к рассказу о своих злоключениях, произошедших по вине двойника. Как только полудемон закончил говорить, Тяньлан-цзюнь разразился аплодисментами, и залу заполнили громкие звуки, отражающиеся от стен и разбивающиеся о каменные плиты пола.       — Это было великолепно, ничего более захватывающего я не слышал, — глаза демона сияли, а улыбка не сходила с лица. — Но скажу тебе откровенно, эта история попахивает выдумкой.       Бинхэ скрипнул зубами:       — Издеваешься? Я пришёл к тебе не насмешки твои выслушивать, а узнать, есть ли возможность в Священном Мавзолее найти путь в другой мир. Это место окутано тайнами и скрывает много знаний. Ведь только тут можно воскресить умершего, а разве такое заявление не попахивает безумием?       — Хмм... — Тяньлан-цзюнь задумался и перестал улыбаться. — Тут ты прав, я не знаю даже сотой части всех секретов, что таятся здесь. Хотя... — демон потёр переносицу и прикрыл глаза. — Дай подумать.       На некоторое время в зале воцарилась тишина, прерываемая лишь нетерпеливыми шагами Бинхэ, который, устав от ожидания, принялся расхаживать взад-вперёд.       — Насколько я помню, — наконец, произнёс демон, — есть одно предание... На самом деле их тысячи, и, может, я что-то путаю... Но это звучит как-то так: «Победи своего недруга, преодолей свой страх, отличи реальность от сна — и ты сможешь увидеть свою другую жизнь». Никогда не слышал, чтобы кто-то им интересовался, оно и мне попалось на глаза совершенно случайно, но ты можешь попробовать. Но прежде чем ты уйдёшь, — тут Тяньлан-цзюнь хитро улыбнулся, и в его чёрных глазах вспыхнули искры, — порадуй меня ещё немного своими историями. Расскажи мне, допустим... — он сделал вид, что задумался. — ...о Синьмо. Это очень любопытный меч, и у него крайне интересные свойства.       Узнав всю интересующую информацию о необычных возможностях демонического меча, Тяньлан-цзюнь проводил насмешливым взглядом поспешно удаляющихся Ло Бинхэ и Лю Минъянь. На его губах застыла хитрая улыбка, а в глазах вспыхивали озорные огоньки. Чжучжи-лан, напротив, был серьёзен. Нахмурив брови, он не сводил глаз со своего господина.       — Хватит уже сверлить меня взглядом, дыру прожжёшь! — не выдержал Тяньлан-цзюнь. — Что ты такой недовольный?       Племянник поспешно отвёл глаза и с интересом принялся рассматривать фреску на стене.       — Господин, разрешите мне последовать за ними и убить Ло Бинхэ.       — Чжучжи, какой же ты нетерпеливый, — покачал головой Тяньлан-цзюнь. — Если ты сейчас убьёшь мальчишку, то мы никогда не узнаем — его рассказ бред, порождённый больным рассудком, или же действительно правда.       Увидев, что племянник ещё сильнее нахмурил брови, демон похлопал его по плечу и тихонько рассмеялся.       — Знаю, ты считаешь меня слишком доверчивым. На первый взгляд слова Бинхэ абсурдны, но не будем делать поспешных выводов. Синьмо существует, его предыдущие владельцы не смогли подчинить меч и сходили с ума. Это были слабые демоны, и, конечно, такое мощное оружие им не зубам. Но мальчишка очень силён, он стал императором трёх миров, уничтожил всех своих врагов и, я уверен, смог совладать с Синьмо. И вот тут возникает вопрос: зачем ему, имея при себе такое оружие, приходить сюда и просить меня о помощи? Ответ только один — у него нет меча. Тогда где же он?       — Его могли украсть, — предположил Чжучжи-лан.       — Любой, кто похитит меч, не сможет им воспользоваться, а сам Синьмо будет даже на расстоянии выполнять приказы хозяина.       — Вы хотите сказать, что Бинхэ говорит правду и демонический меч сейчас в другом мире?       — Именно! — обрадовался Тяньлан-цзюнь.       — Господин, моё сердце очень тревожится за вас. Я боюсь, что вы принимаете желаемое за действительное. Но разве я могу вас переубедить? — тихий голос Чжучжи-лана был подобен шелесту листьев, и слова, наполненные грустью, тонули во мраке погребальной залы. — Я понимаю, ваше желание — заполучить Синьмо, и я всё сделаю, чтобы меч оказался в ваших руках. Но объясните мне, если он действительно находится в другом месте, как это сделать?       — Есть шанс, что Бинхэ, пройдя испытания, сможет попасть в свой мир. В таком случае его двойник вернётся сюда и сам принесёт меч. Нам останется лишь убить его и забрать оружие себе.       Чжучжи-лан всё равно сомневался, считая, что лучшим решением было бы сейчас избавиться от полукровки, но пойти против слова своего дяди он не мог, даже если Чжучжи-лану казалось, что господин поступает неразумно.       — В таком случае, — змеиный демон бросил на Тяньлан-цзюня робкий взгляд, — позвольте мне проследить за мальчишкой.       — Хорошая идея, — согласился демон. — Только, прошу тебя, будь осторожен и не попадись снова к нему в руки.       Чжучжи-лан дёрнулся как от пощёчины, прекрасно понимая, что подвёл своего господина, и испытываемое им чувство вины, словно лавина, накрыло его с головой. Ему было бы гораздо легче увидеть гнев Тяньлан-цзюня и смиренно принять наказание за свой поступок — это бы заглушило боль от осознания собственной никчёмности, что терзала его сердце.       — Господин, я не подведу вас. Если у Бинхэ ничего не получится и все его рассказы окажутся выдумкой, прошу, позвольте мне его убить! — с мольбой прошептал Чжучжи-лан.       — Убивай, — милостиво разрешил Тяньлан-цзюнь.       Чжучжи-лан улыбнулся и, приняв свой изначальный безобразный облик, бесшумно заскользил по гладким каменным плитам пола, растворяясь в темноте.