Домашний чёрный свет

      Второй выходной день. Чанбин и Феликс собираются в общежитии на встречу.       Позвонив вчера Ёнджуну они узнали, что сейчас он и правда наконец освободился от графика, а значит готов встретиться. Утром в их групповом чате (Ёнджуна, Чанбина и Уёна) состоялась немного странная переписка. Ёнджун: Сегодня к трём? Чанбин: Да. Уён: Что сегодня? Что вы там задумали? Чанбин: А, точно, я забыл про тебя, ахах. У меня образовалась парочка выходных. Ёнджун: И у меня. Встретишься с нами, дорогой? Уён: АХАХАХАХАХА А ВЫ КОГДА СОБИРАЛИСЬ МНЕ НАПИСАТЬ ОБ ЭТОМ? А вдруг я занят сегодня?! Чанбин: Ты занят? Уён: Да! Ёнджун: Подходи к главному парку развлечений к трём. Уён: У меня планы! Уён: Ладно, я буду. Чанбин: Удивил, хах. Чанбин: Я приду с Феликсом. Ёнджун: Ок, я приду с Субином. Уён: Понял, я приду с ахуем. Ёнджун: 🤨 Уён: 🥺 Ёнджун: Отмена, лидер занят, буду один. Уён: Зато я буду рядом, дорогой) Чанбин: 🤭 Ёнджун: 😋              При выборе куда сходить, вчера парни перебрали все возможные места. Но парк аттракционов, который в шутку предложил Феликс, почему то понравился всем. Ведь даже в выходные дни охотники ищут средство для выпуска застоявшегося адреналина, поэтому крутые горки отлично для этого подойдут.       Чанбин немного переживал за Феликса - вдруг ему будет некомфортно вливаться в компанию? Ведь в своё время, когда их команда только-только создавалась, он был тихим и застенчивым.       Но теперь Феликс чувствовал себя намного увереннее. Да его друзья были слишком гиперактивные, чтобы не растрясти даже мёртвого. Через полчаса, чрезмерно тактильный Уён уже во всю чмокал его в ухо и щёки, держа в обнимку, чему младший был совершенно не против. А ещё через час, когда Чанбина отправили на "оседлание" механического быка (Уён смотрел на него и громко восторженно кричал, держа телефон с бегущей строкой "ЧАНБИН МОЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ"), эти двое потеряли из виду Ёнджуна и Феликса. Как позже выяснилось, первый спокойно подхватил за талию последнего, и отправился с ним перекусить, забыв о своих лучших друзьях.       Короче говоря - все переживания были напрасны.       Потом Феликс потянул Чанбина на американские горки, на что тот импульсивно размахивал руками и говорил, что это самое пустяковое испытание в его жизни. Вот только по итогу Ёнджун и Уён долго не могли остановиться от смеха, слушая громкие испуганные крики с первой же секунды подъёма и до самого конца. Окончательно добили их заплаканные сильно раскрытые глаза, которыми Чанбин оглядывал парк после выхода с горки. Хотя таким же шокированным взглядом он смотрел на Феликса, который без стеснения сказал при всех, что у них вышло отличное свидание (ехидно хихикнула он добавил, что они "как парочка").       На протяжении всей прогулки Уён фотографировал буквально каждое событие, стараясь запечатлеть как можно точнее этот день. Ёнджун и Чанбин решили попозировать возле выхода, но получилось слегка неудачно (в темноте первый подскользнулся и чуть не упал, от чего раздался громовой смех остальных, напугавший заходящих посетителей).       По пути к автобусной остановке Уён пытался "выкрасть" с собой Феликса, чья взаимная нежность и тактильность ему безумно понравились (тот не особо возражал, но Чанбин не разрешил). Первым уехал Ёнджун, не забыв снять пару видео в тиктоке с инициативным младшим, а уже после него ушёл Уён, крича Чанбину, чтобы он не обижал "его сына".       Продолжая восторженно улыбаться Феликс повис на локте Чанбина, и они, ещё немного прогулявшись, тоже вернулись домой.       Позднее Уён, взявший номер Феликса, добавил его в их групповой чат. Уён: Всё, Чанбин, можешь выходить из беседы - мы нашли нового друга. Чанбин: Хэй, так это я её создал! Ёнджун: Феликс, ты разрешаешь ему остаться? Феликс: Да! Уён: 😒 Чанбин: Вы рассчитывали на другой ответ?! Уён: Просто не строй из себя милашку, Чанбин, - выглядит плохо. Феликс: При мне он не строит из себя милашку! Ёнджун: Повезло... Чанбин: Да хватит!!!! Уён: Когда в следующий раз встретимся?? Ёнджун: 🥱 Чанбин: 🥱 Феликс: 🤭 Уён: Понятно.. как всегда!

***

      Утро второго выходного дня. В номере Бан Чана, где он остановился на время отпуска.       Несмотря на то, что у "Бродячих детей" были свободные от работы дни, школу Ханны никто не отменял. Поэтому она могла посвятить брату только первую половину дня (она училась во вторую смену). Вчера (в первый день встречи) после похода в кофейню, ей пришлось идти на учёбу, а Бан Чан отправился гулять по городу, рассчитывая найти для неё подарок.       Проснувшись утром он сразу же залез в телефон - ему нужно было срочно убедиться, что вчерашний день был реальностью, а не приятным сном. Смутные мысли сразу пропали, ведь в переписке было всё так же, как он и помнил. Когда они встретились утром возле её общежития, Ханна решилась попросить помощи у него, в чём сначала сильно сомневалась.       Бан Чан узнал, что у девушки проявились способности, к которым она относилась с небольшой опаской. Но при всём при этом, ей было интересно разобраться в них. Отшутившись, что только его ей не стыдно просить поднатаскать её, Ханна жирно намекнула на тренировки.       Но Бан Чан не был уверен в правильности этого решения. Конечно же, он не смог ей отказать, но волнение подняло бурю внутри него - а вдруг она захочет стать охотником? Ему не хотелось, чтобы так внезапно появившаяся сестра рисковала собой. Но подумав, что таким образом она сможет обороняться от возможной опасности, он успокоился.       Как оказалось, она может управлять стихией воздуха, как и он сам. Да и на его памяти их родители тоже обладали этими силами, поэтому ничего удивительного в этом не было. Несмотря на ранний возраст и то, что она ни к кому не обращалась ранее за помощью, а пробовала учиться сама, её дар был уже достаточно хорошо развит. Поэтому Бан Чан решил помочь ей довести его до идеала, хоть и за такое короткое время.       Её стремление, скрытое за маской безразличия, поражало его. Да и сама манера общения "бунтаря подростка" приводила его в шок и странное веселье. Но он был безумно рад данной ему возможности вернуться в родную семью.       Вечером субботы Ханна освободилась раньше из школы, поэтому тут же позвонила ему. Тут же бросившись на встречу, Бан Чан увидел её с огромным чемоданом, который тут же был передан в его руки.       - Завтра у меня выходной, так что... - уверенно начала Ханна. - Так что утром мы поедем в Сеул!       - Но зачем? - удивился Бан Чан такому серьёзному настрою. - Если ты переживаешь из-за моего отсутствия в команде, то..       - Хэй! - буркнула Ханна, слегка пихая его локтем. - Я хотела бы побывать в столице! Кто ж знает, когда в следующий раз выпадет такая возможность?       Конечно ей безумно сильно хотелось побывать в этом городе. Но она решила не озвучивать свой страх о том, что в большом Сеуле ей было бы не комфортно находиться одной... Да и на самом деле она и правда нервничала из-за Бан Чана, которому приходится, по её мнению, скучать вдали от организации. Ханна внимательно наблюдала ранее за восторженными и полными тепла глазами, когда брат рассказывал о своей команде... Но говорить прямо о настоящей причине ей не позволила наигранная гордость.       - Из общаги выпускают только после десяти утра, а значит после ночёвки там я не успею на поезд... Поэтому сегодня заночуем у тебя!       - Да... Я так и понял, хах. - засмеялся Бан Чан, кладя свободную руку на плечи сестре и направляясь к остановке.       Придя в номер он сразу же попросил на ресепшене раскладушку или спальный мешок для себя - кровать безоговорочно уходила Ханне. После они снова попрактиковались в заклинаниях, которые у неё получались с каждым разом всё лучше и лучше (движения были точными и пластичными, ведь в Австралии она занималась танцами), да и владение голосом было на высоте. За всё проведённое с сестрой время улыбка Бан Чана не спадала ни на минуту, над чем Ханна всячески подшучивала.       - Ты вообще бываешь злым? Разве лидер может быть таким мягким?!       - Я могу разозлиться... Но только если дело касается моих близких. - серьёзно ответил Бан Чан. - Команда, наши фанаты, и теперь ты - я разорву каждого, кто посмеет хотя бы подумать о том, чтобы вас обидеть.       Усмешка с лица Ханны пропала - полузакрытые от улыбки глаза на его лице теперь загорелись яростным пламенем, а губы строго сжались.       Она точно не жалела о том, что сделала серьёзный шаг, написав ему. За эти несколько дней его внимательность, чуткость, нежность глубоко проникли в её сердце, и он успел стать для неё по-настоящему родным и близким. Раньше ей казалось, что она встретится со "звёздным мальчиком", который будет ставить себя на пьедестал перед обычными людьми. К тому же до его рассказа об их трагичном дне его глазами, она упёрто думала, что он вместе с их родителями бросил её умирать, спасая собственную шкуру. Но всё в его действиях говорило об обратном - это нельзя было не заметить. Последние сказанные слова не выглядели наигранным пафосом - истинные чувства и мысли ярко блистали. Ханна ощутила защиту рядом с собой, хоть и никогда не желала в ней нуждаться.       Но Бан Чану не хотелось на долго оставаться таким серьёзным и думать о самом худшем - рядом с ним его сестра, поэтому громовые тучи в комнате снова сменились ярким солнечным светом.       И только иногда улыбка слетала с его лица, заменяясь шоком и лёгким испугом - он безумно смешно реагировал на заклинания сестры, взбудоражено крича:       - Ханна, что ты делаешь?! ХАННА!!!!       Эти забавные крики вызывали в ней смех, который она старалась спрятать за пофигизмом.       В скором времени они легли спать, ведь завтра им нужно было встать пораньше.

***

      Утро второго выходного дня. Лес.       Хёнджин тяжело открыл глаза, просыпаясь от безумно приятного ему ночного сна - хотя после пробуждения он для него стал, скорее, кошмаром. Ему снились слишком уж пикантные картины с любимым, которые вряд ли он переживёт в скором будущем.       Повернувшись и увидев рядом с собой спину Сынмина, Хёнджин, по началу, сильно удивился (почти ни разу он не просыпался раньше него). Но после с расплывшейся улыбкой потянулся надутыми губами к его лицу. Но рука на самом деле не спящего младшего тут же отпихнула его, отчего он недовольно скривился.       - Ты кто такой? - серьёзно спросил Сынмин, внимательно осматривая лежащего рядом.       - Это не смешно, Мини!.. - возмутился Хёнджин, облокотившись на локте. - Твой парень, блять.       - Парень?! - растерянно произнёс Сынмин, подскакивая со спального мешка. - Что за бред ты несёшь? Я тебя впервые вижу!       - Мини... - такое заявление окончательно вскружило ещё не проснувшийся разум, поэтому Хёнджин сильно испугался. - Ты забыл обо мне?..       - Даже если бы у меня был парень. - проговорил Сынмин и прищурившись пододвинул голову к лицу старшего. - То он явно был бы слегка поумнее тебя, верящего во всякий бред..       Сынмин решил закончить свой спектакль, потому что уже стало нереально прятать улыбку за серьёзным лицом. Хёнджин пару секунд провёл в ступоре, а после набросился на во весь голос смеющегося младшего.       - Вот тебе делать нехуй, скажи мне?! - кричал он, стуча по его груди ладонями. - Дай угадаю! Когда ты проснулся утром, то думал: хммм, чтобы мне сделать?! Обнять любимого? Поцеловать? Да неее, лучше вместо этого выкручу ему все мозги, да?       - Не угадал - про обнять и поцеловать я даже и не задумывался, ахаха. - продолжил подливать масла в огонь младший.       Конечно же он врал. Посмотрев на невероятно красивого спящего, ему сильно хотелось прижаться к нему, но остатки неловкости давали знать о себе. Поэтому выбрав более изощрённый и странный путь, сейчас он просто наслаждался разрушенной дистанцией.       Хоть Хёнджин и думал, что тот посмеивался с его реакции на неудачную шутку, на самом деле Сынмин не мог оторваться от слегка злого лица, нависавшего над ним. Едва заметный из-за опустившихся прядей волос огонёк в его глазах всё сильнее разгорался, ноздри раздувались, а пухлые губы втягивались после каждого тяжёлого выдоха. Если бы Хёнджин увидел себя со стороны, то скорее всего сразу бы попытался успокоиться, выпрямиться и принять прежний вид мировой модели. Но глазами Сынмина он был самым прекрасным, даже в этот неподходящий момент.       - Молчи, Сынмин, МОЛЧИ! - продолжил возмущаться Хёнджин, не зная о настоящем мотиве глупой шутки. - Мне приснился такой хороший сон, а после пробуждения я получаю вот это?!       - А что тебе снилось? - заинтересованно спросил младший, приподнимая голову.       - Не важно. Не переводи тему! - тут же Хёнджин сам попытался увести разговор в иное русло.       - Там был я?       - Ох, боже... Был. - устало произнёс Хёнджин, выпрямился и поправил волосы назад. - И там ты ПОМНИЛ о том, что мы ВСТРЕЧАЕМСЯ!       Во сне Сынмин не просто помнил о своём парне. Там он был намного увереннее, поэтому Хёнджин не сдерживал себя ни на секунду, жадно исследуя всё любимое тело. Старший заметил, что и сейчас в реальности, и во сне, он смотрел на него под одинаковым ракурсом, стоя на коленях и держась на ладонях над ним. Вот только одежды было явно меньше, да и так спокойно во сне они не разговаривали..       Отрывки сильно ударили в голову Хёнджина. Да и не только в голову.. И чтобы не выдать своего желания через свободные штаны, он быстро встал с младшего и вылетел из палатки.       - Ты куда? - удивлённо спросил Сынмин.       - Купаться. - не поворачиваясь ответил Хёнджин, закусывая нижнюю губу.       - О, подожди меня.       - Не советую. - мысль о совместном купании ещё больше одурманила голову. - Иначе тебе пиздец, хах...                    Выйдя из палатки Сынмин грустно проводил взглядом старшего и сел на бревно. "Опять перешёл грань.. чёрт." - думал про себя он, помешивая варившийся на костре суп.       Приняв сексуальное возбуждение Хёнджина за раздражение или обиду, Сынмин тяжело выдохнул и решил, что ему нужно наконец перестать бояться его. Всё детство отец воспитывал его со словами "самое лучшее никогда не будет твоим, для тебя предназначены объедки", но сейчас.. Но сейчас он сам отказывается от "самого лучшего". Неужели вся эйфория и смелость вчерашнего вечера так легко выветрились за ночь? Нет.       - Фуух, как будто заново родился, хах! - воскликнул Хёнджин, потирая голову полотенцем.       Увидев идущего к нему старшего с яркой улыбкой, Сынмин облегчённо выдохнул. Подавая ему чашку с супом он всё же попытался прочесть в его лице остатки "злости" (которых, конечно же, не было).       - Суп на завтрак? Хах, необычно.. - протянул Хёнджин, но с удовольствием ухватился за ложку.       - Не забывай, что мы спали, по сути, на холодной улице... Горячее полезно. - улыбаясь "прощению" старшего ответил Сынмин. - Да и мы не ужинали, ты, должно быть, сильно проголодался.       - Не то слово.. Спасибо!       После завтрака Сынмин забрал всю посуду и постепенно начал собирать ненужные больше вещи. Хёнджин грустно выдохнул, не желая расставаться с таким красивым местом (и ещё больше он не хотел снова идти полчаса по лесу). Младший осторожно подсел к нему, но обращался не к нему в глаза, а как будто к земле.       - Джини, слушай.. Из-за вчерашнего ты так и не нарисовал меня, хах. Я всё ещё могу побыть твоей моделью?       - Ой-ой-ой, - драматично разразился Хёнджин, решая отомстить младшему. - Я рисую только тех, кого знаю. А тебя впервые вижу, парень!       - А как часто ты набрасываешься сверху на незнакомцев? - Сынмин принял вызов.       - Каждую пятницу. - пробубнел Хёнджин, стараясь не рассмеяться от этого глупого диалога.       - Хорошо, понял - значит по пятницам не буду отходить от тебя ни на шаг.. - наигранно серьёзно ответил Сынмин. - Да ладно, хватит дуться - неужели я зря протаскал это всё с собой?       - Плохая попытка! Неубедительно.       - Прости, Джини... - возмущённый взгляд старшего, который он всё же поймал глазами, одержал над ним верх. - Я бы очень сильно хотел увидеть, как ты меня видишь своими глазами.. Даже если это будет по чьему-то тупому мнению самой кривой работой, я обещаю, что буду хранить её рядом... Потому что это сделал ты. То, что связано с тобой, для меня бесценно. Прости, прости, прости ещё раз за мои идиотские слова. Я полный идиот, который никак не поверит в то, что рядом есть такой, как ты.       Хёнджин был удивлён, что всё же смог вытянуть из младшего такие нежные слова. Он уже на "прости, Джини" был готов разложить все свои краски, потому что совершенно не обижался на него, но... Но раз Сынмин смог сказать это, значит он имеет право натравить его на ещё большее.       - Эта попытка.. Уже намного лучше. - Хёнджин старался сохранить серьёзный вид, но только горящие глаза всё выдавали. - Пожалуй, я бы мог сделать исключение.. Своему парню. Но только если поможешь мне вспомнить..              Но ожидаемое "люблю" не прозвучало. Хёнджин снова хотел возмутиться из-за отсутствия ответа и минутной тишины, но не успел. Ненадолго задумавшись, Сынмин принял решение, глубоко выдохнул и притянул за талию старшего к себе. Тот даже не успел довольно улыбнуться, оказавшись вовлечённым в нежный поцелуй. Губы побаливали при каждом лёгком соприкосновении, но это было приятным подтверждением вчерашнего дня (раз болит, значит точно не сон). Хёнджин держал кистью подбородок младшего, боясь, что тот может выскользнуть от него, а пальцами второй руки ласково гладил его по щеке. Прильнувшей вплотную грудью он чувствовал быстрое сердцебиение младшего, но тем не менее тот был явно более спокоен, нежели вчера.       Несколько минут показались одним мгновением, но Сынмин всё же отпустил пухлые губы, но из-за рук старшего оставил между ними всё такое же мизерное расстояние.       - Вспомнил? - тихо проговорил он, слегка касаясь из-за шевеления губ потрескавшейся тонкой кожи.       - Что вспомнил?.. - растерянно проговорил Хёнджин, пробегая взглядом по глазам и лёгкой улыбке младшего.       - Что я твой парень.       Все мысли об этой глупой игре вылетели напрочь из головы Хёнджина. Он только восторженно думал о том, что ему наконец удалось растопить младшего... И возможно, если он так продолжит, то они совсем скоро нагонят упущенное за год.       - Аа... точно.. - Хёнджин слегка вздрогнул от лёгкого поглаживания по спине. - А если я скажу "нет" - мы продолжим?..       - Нет. - Сынмин недовольно прищурился, и всё же отстранился и немного отсел.       - А если скажу "да"?       - Нет. - в голове звенело громкое "да!", но так было бы слишком просто.       - Чёрт... Так не интересно! - Хёнджин надул губы, перебирая пальцы на руке младшего. - Хотя погоди-ка.. Мне ведь просто нужно тебя нарисовать, верно?       - Если ты захочешь. Я не хочу тебя заставлять.       Снова улыбнувшись Хёнджин резко перескочил через него и быстро взял холст, кисти и краски. Это было лучшим компромиссом - теперь он наслаждался рисованием, за которое получит желаемую нежность любимого им...       Сынмин замер, но не из-за позирования. Увидев взбудораженный настрой сидящего перед ним, ему было тяжело оторвать своего взгляда - сконцентрированное ушедшее в себя лицо Хёнджина безумно его завораживало и раньше, но до этого момента он глядел на него осторожно и чаще изподтишка. Теперь же он не мог отвлечь его, ведь сам стал причиной вдохновения..       - Джини..       - Так, если будешь вертеться, то последние мазки краски получатся кривыми! - недовольно проговорил Хёнджин, стараясь в этот момент так, как никогда. - Ладно, спрашивай. Я почти закончил. Чёрт, все руки в краске...       - А я же могу в любое время доказывать тебе, что мы встречаемся? - перебил его Сынмин, понимая ответ, но всё же решив себя окончательно убедить.       - Мини! Я не перестану любить твою глупость..       Несмотря на серьёзное лицо Сынмина, Хёнджин безумно сильно растрогался, и осторожно положив холст рядом, накинулся на него с объятиями. Одежда, шея, руки, щёки и даже волосы - всё было в краске и отпечатках его ладоней - с чего конечно же после потока нежности и поцелуев поворчит младший и посмеётся старший, не забывая сфотографировать того в разных ракурсах... Но в этот момент им обоим было всё равно.