Разозлись

Чем дольше они ехали, тем расслабленнее Аня выглядела. То ли она настолько устала, окончательно обмякнув в кресле, ведя машину на автомате и слушая забавные истории из жизни Саши, то ли последней удалось её настроить на нужный лад после своего не самого удачного появления. Саша с удовольствием поглядывала на неё всю дорогу, отмечая красивые руки на руле и приятные черты лица, подсвеченные фонарями. Несмотря на предшествующую многочасовую тренировку и чуть потрёпанную причёску она выглядела ухоженно и аккуратно. Когда спустя какое-то время они заехали на подземную парковку и выбрались из машины, она осмотрелась по сторонам, отмечая отсутствие людей и зашкаливающее на хороших показателях настроение. Галантно перехватив у Ани рюкзак (почти что вырвав, если быть точнее), она интуитивно двинулась на выход, поймав смешок за спиной: — Это что за выступление такое? Попытка меня обольстить? — А ты так легко ведёшься что ли? — она развернулась на пятках, идя спиной вперёд и глядя на Аню. — Я просто помогаю с вещами, всегда так делаю, тем более ты меня подбросила. — До своего дома, — напомнила Аня, подняв бровь. — Именно до него, — ухмыльнулась Саша. Пропустив её вперёд, она последовала за ней прямиком до квартиры, которая находилась на достаточно высоком этаже. Войдя после Ани и оставив её рюкзак на небольшом диванчике в прихожей, она одобрительно присвистнула, оглядывая панорамные окна, из которых открывался вид на освещённый множеством огней город. На полках, прикреплённых к светлым высоким стенам, покоились – кто бы сомневался – книги, несколько предметов интерьера, напоминающих арт-объекты, и кубки с медалями, видимо, выборочные – вряд ли бы Аня уместила здесь все имеющиеся. Саша кинула на Аню взгляд, рассматривая тонкую фигуру в свободном спортивном костюме. — Вид у тебя, конечно, отпад. — Да, всегда мечтала видеть панораму города, — бросила Аня через плечо, перекладывая вещи из рюкзака. — Вечером и ночью красивее всего, но и я обычно бываю здесь именно к этому времени. Недавно переехала, до этого жила у родителей чуть ли не в лесу, поэтому даже как-то непривычно. — Блин, такое упустили… — Ты о чём? — Ты обещала отвезти меня в лес и изнасиловать, — разочарованно вздохнула Саша, скидывая кроссовки. Аня тихо рассмеялась, закатывая глаза и легонько ударяя Сашу по руке, на что та, кажется, даже подставила её ближе, сокращая расстояние. Это невесомое прикосновение показалось ненастоящим, настолько непривычно было даже просто контактировать вне тренировочного процесса. — Обойдёмся без леса сегодня. Чай будешь? — А есть что покрепче? — А ты надолго планируешь задержаться? — Если тебя буду стеснять, то нет. Выпью чай и поеду. — Да нет. Если дело не на полчаса, то я бы сходила с твоего позволения в душ, а то ощущения не из приятных. Саша бесцеремонно прошла вглубь квартиры, с удовольствием упала на диван в просторной гостиной, сладко потягиваясь, и махнула рукой. — Конечно иди. Я пока найду, чем себя занять. Аня благодарно улыбнулась и нырнула за дверь. Интересно, она в душ сейчас идёт реально из-за того, что с тренировки вернулась? В целом, она выглядела такой невинно расслабленной, что додумывать никаких умыслов с сексуальным подтекстом не хотелось. Кинув взгляд на стену с фотографиями, она принялась их рассматривать, а после обратила больше внимания на интерьер. Квартира казалась полупустой из-за минимума мебели в ней, но уютной, обставленной какими-то мелочами, видимо, имеющими для Ани значение. На фотографиях улыбалась маленькая Аня, Аня постарше и олимпийская чемпионка Анна Щербакова, держащая золотую медаль. Саша нахмурилась, приблизилась к изображению, и, всмотревшись получше, прыснула: кто медали в виде крышек от сгущёнки делает? Минут через пятнадцать Аня вышла. Повернув голову в её сторону, Саша даже на мгновение подвисла, разглядывая белый халат и влажные волосы и вовсе игнорируя тот факт, с каким выражением на лице она это делала. Ей ведь это не кажется, верно? Она, блять, не одна это видит? Аня плюхнулась на тот же диван, ставя ногу на столик возле него и принимаясь растирать голеностоп, судя по запаху, ментоловой мазью, которую прихватила из рюкзака по пути в гостиную, а Саша, валяющаяся в полуметре, почувствовала, что опять начинает залипать. Ну подумаешь, она дома у красивой девушки, которая сидела сейчас в одном халате, поставив обнажённую тонкую ногу на столик. Боже, какие у неё стройные длинные ноги… Взгляд скользнул выше по бедру и остановился около выреза на груди, ничего не открывающий, но разыгрывающий фантазию ещё больше. Спустя пару мгновений она поняла, что та что-то говорила. — … Или у вас это как-то иначе устроено? Саша пару раз моргнула. — У нас мазь чем термоядернее по запаху, тем лучше по составу, проверено. — Да то же самое, зелёная тайская мазь лучшая, — быстро сориентировалась она. — Расходуется, правда, быстро. Как только открываешь баночку на тренировке, так всем сразу тоже надо. Если так каждый раз её использовать в зале, то с учётом прицепа уйдёт примерно… — кажется, сегодня Саша была не в ладах с собственным языком. Она решила сделать это обоснованным: — Ай, да неважно. У тебя есть что-нибудь выпить? — Есть виски, — кивнула Аня и подошла к бару на кухне. — Будешь с колой? — Вы очень любезны. Составите компанию? Обещаю не пользоваться положением, — подняла она руки в сдающемся жесте. — И не подливать. — Активно подливать не буду. По крайней мере, от доброго виски ещё никто не умирал. — Скажи это Уильяму Фолкнеру и всем тем, кто умирает на следующей день со стыда. — Ну, я так понимаю, что Уильям нас уже не услышит, а к стыду можно и по другим причинам прийти. Как говорится, ещё не вечер. Аня фыркнула и вновь закатила глаза, доставая второй бокал и наливая в него янтарную жидкость. — Настраиваешься на вечер откровений? — Она поставила на столик начатую бутылку. — Можно и так сказать, — Саша пожала плечами и поджала ноги под себя, перекидывая руку через спинку дивана. — Ты что-то говорила про мою агрессию. С чего ты вообще решила, что у меня её много? Причин никаких нет, я очень рассудительный человек. — А рассудительные люди не могут злиться? Для агрессии причины не нужны, — Саша пожала плечами. — У тебя в школе были тихони? Знаешь, такие стеснительные, спокойные, непримечательные. — Нет. — Значит этим тихоней была ты, потому что они есть в каждом классе. Но, как говорится, в тихом омуте… Опять же, ты очень о других заботишься и, возможно, склонна даже оправдывать их ошибки. Ну это так, гипотеза. — Дай угадаю, у нас продолжается психологическая консультация? — Вероятно. Просто возвращаю должок. Аня передала Саше бокал с виски-колой и расположилась в противоположном углу дивана, откидываясь назад. Саша же, поднеся бокал к лицу, вдохнула терпкий сладковатый аромат и сделала первый глоток, наблюдая со своей стороны дивана. — Все люди разные, Саша — покачала Аня головой. Как неожиданно тепло и мягко звучит её имя из уст Ани, с ума сойти. Особенно когда в её руках оказывается выпивка. В который раз она её по имени зовёт? Второй? Первый? — Тогда зачем ты пришла ко мне доставать из себя подавленные эмоции? Разве в спорте ты их не выражаешь в должной мере? Злость и конкуренция тебе не помогают прыгать выше и закручиваться резче? — Ну, как ты сказала, это лишь гипотеза, да и не может всем помогать лишь злость. Конкуренция и агрессия меня всегда лишь ещё больше сбивали с толку и расстраивали. Становилось досадно, чувствую себя от этого скорее уязвимо. — Не любишь конкуренцию? Не признаёшь боевой азарт? — Хм, подавление других людей и игры в «‎кто сверху» – одна из форм насилия, как по мне, а я не люблю необоснованное насилие, я за дипломатию, — подумав, медленно проговорила Аня. — Считаю, что и словом можно убить. — О, это бесспорно, меня так однажды и убило, — кивнула Саша и протянула бокал, звонко чокаясь с Аней. — Так всё обставила, настоящий дипломат, переубеждать не буду. За знакомство. И БДСМ, который ты не любишь за зря. Аня улыбнулась и, проследив за ней сверкучим взглядом, сделала глоток. — Всё снова к нему сводится. — Ох, всё в этом мире к сексу сводится, это не новость. — Вообще-то я про БДСМ. — Ну, — Саша почесала затылок. — ММА, БДСМ, я в школе плохо училась, в слове из трёх букв сделала четыре ошибки, мне простительно. — У наших разговоров сегодня темы более интеллектуальные будут? — Инициатива наказуема, — приглашающе развела рукой Саша. Аня на секунду задумалась, глядя куда-то в пространство, а затем вернула взгляд ей в глаза. — Ты пришла в этот вид спорта из самбо, ведь так? — О, так ты хочешь послушать очередную нудную историю о чьём-то спортивном прошлом? — Мне интересно послушать твою нудную историю. — Мне стоит это расценивать как комплимент? — улыбнулась Саша, переходя на нотки иронии. — Слышишь звон? Это осколки моего сердца катятся к твоим ногам, малышка. Аня поморщилась, делая глоток коктейля, в котором виски ощущался уже гораздо отчётливей. Возможно, ей стоило меньше наливать. А может и нет, посмотрим. — Не называй меня так, — пояснила она своё недовольство. — Звучит ужасно. — Эх, а многим нравится, — Саша поймала очередную волну раздражения Ани и решила всё же сбавить обороты, обворожительно улыбнувшись. — Каемся, грешили. Но с каким удовольствием. А про самбо ничего особенного, Европу выиграла, перед миром травмировалась и вылетела из сборной. Самый обидный мой проёб, столько лет отдать, чтобы отобраться на Олимпиаду, но не пройти тупо из-за травмы – заменили. А потом уже и перекос у меня какой-то в мозгу пошёл, не хотелось оставаться на прежнем месте. — Звучит очень... Обидно, — болезненно нахмурилась Аня, по всей видимости не зная, куда себя деть и приобретая задумчивый вид. — Да, но не переживай, твои психологические навыки не понадобятся, я вполне довольна тем, как всё сложилось. Поэтому я особенно восхищена тобой и твоим упорством, я знаю, насколько сложен этот путь, который никто не видит. — Умеешь ты девушек к себе располагать, — заметила Аня, сгибая ногу в колене, отчего ткань халата сползла на пару сантиметров выше допустимого в рамках дружеской беседы. Саша не знала, укрылся ли её взгляд от Ани, но она честно старалась как могла смотреть ей в глаза. Собственно, на что ещё она рассчитывала, приглашая сексуально активную Сашу в свои, на секундочку, «покои» и сидя перед ней в одном халате? Саша облизнула сухие губы и на мгновение прикрыла глаза. А может, и не в одном и под халатом было бельё? Интересно, какое? Наверное, лучше всё-таки без. А вот теперь стоп, Трусова. Разворот на сто восемьдесят и менять траекторию вашего разговора из горизонтальной в строго вертикальную. Даже неловко как-то понимать, что повисшее в воздухе напряжение — лишь её собственное. Она усмехнулась с себя же: фан-встреча, на которую никто не пришёл. Сейчас бы фантазировать на свою юную клиентку. Видимо, Аня сочла её молчание за предложение продолжить задавать тему вечера, поэтому она съехала с прежней, выбрав ещё лучше: — Расскажи про свои отношения. Саша фыркнула. — Ты могла выбрать всё что угодно, но это твой запрос на сегодня? Как опрометчиво и скучно тратить время на такую ерунду. — Хочу получше тебя узнать и закрыть некоторые пробелы. — Решила начать с конкретного? — вздохнула Саша, снова допивая содержимое бокала. Сегодня она их считать не будет. — Ага. — Уж лучше бы про позорные истории спросила, это охарактеризовало бы меня как человека гораздо лучше. Аня хотела было подлить ей ещё и даже потянулась к бутылке, но Саша среагировала быстрее, уверенно обхватив бутылку раньше неё. Она щедро плеснула виски по бокалам и отставила его в сторону, отсалютовав, и – да, слово этого вечера – галантность. Аня мягко улыбнулась и, кажется, смущённо отвела взгляд. Ну понимает ведь, получается, ситуацию! — Ну кто знает, может, это тоже позорные истории? — не осталась в долгу она. Саша рассмеялась, качая головой. Хороша. — Ладно. Но так неинтересно. Что я получу, ответив на твои вопросы? — Автограф дам, — хмыкнула Аня. — А если серьёзно, — протянула она, закидывая голову и водя пальцем по губам. — Выполню твоё желание. Идёт? Пошлятина какая. Знаем, проходили. Опрометчиво, но Саша не тот человек, который переубеждает в таких вещах. Она обычно масло в огонь подливает и делает ситуацию ещё плачевнее. — Идёт. Что тебе интересно? — Сколько у тебя было партнёров, сколько вы встречались, почему расстались... Ну, такие вещи. Саша покрутила свой бокал, думая, позволять ли себе озвучивать то, что было в голове. А было там очень много всего, что цензура явно не пропускала. Она решила не углубляться и ответить по факту на поставленные вопросы. — Ты про отношения, сколько было отношений? — И отношений, и партнёров. — Хм, ну если серьёзных, то полтора партнёра в серьёзных отношениях, — Саша поймала недоуменный взгляд Ани. — Не спрашивай, одни серьёзные, а вторые дичь какая-то, но с намёком на что-то большее, чем просто ничего. Остальное всё интрижки. — А... ну... Саша ухмыльнулась, предугадывая вопрос по скудному набору звуков. — Парни? Аня молча кивнула и нахмурилась, поднося к губам содержимое бокала. — Парочка интрижек, ничего серьёзного. Думала взять для развлечения и удовлетворения моих садистских наклонностей, они всё же покрепче будут, хоть кусайся, царапайся или души. Период у меня такой был, когда злость била через край даже вне ринга, хотя я себя изматывала по полной. А девушек жалко, с ними нежнее надо быть. — Садистских? — выцепила Аня одно слово из всей её речи. — Да, мы об этом говорили, но не всерьёз. Но я действительно не шутила. Аня пару раз кивнула, мало контролируя расплывающийся румянец на лице, а Саша, кажется, виски тянула уже как лимонад. Приятная компания красивой девушки подкупала, оставляя мягкое послевкусие и развязывая язык. Вообще ничего не беспокоило дурную голову, хотелось говорить и говорить с конкретным человеком напротив. Странное состояние. Слетающие с губ слова доставляли почти физическое наслаждение. — Я удовлетворила твой интерес? — Не особо. Как мы выяснили, мы об этом уже говорили. Получается, ты любитель всего нестандартного? — Я люблю тархун и холодец, это достаточно нестандартно? — Я про другие вещи. — Какие? Давай, Аня, называй вещи своими именами, раз ступила на эту дорожку. — Секс тот же самый, — повела она рукой в воздухе. — Мне просто это настолько незнакомо. Ты всех подряд хочешь разукрасить? — Не делай из меня больную на голову. Я просто хочу... — Саша задумалась. — Подчинить? Я просто люблю женское тело и те чувства, которые испытываю, занимаясь сексом. Аня поёрзала на месте. — Но такая злость — это не для всех, это личное. Ещё вопросы? — Расскажи, — Аня закусила губу, будто бы сомневаясь в своих последующих словах, — про свои отношения с той блондинкой с фотографий. Саша вдохнула и шумно выдохнула через нос, наливая себе ещё виски. Вполне себе ожидаемый вопрос. И, кажется, от колы в бокале остался только запах. Но у Ани ведь даже мысли в глазах не промелькнуло, что это очень специфичная ситуация. Они не друзья, не любовники. И сейчас едва ли хоть кто-то думает о спорте и грёбаных тренировках, сидя на освещаемой парой светильников кухне. Это контакт, куда более близкий и личный, нежели те, которые можно было позволить себе в повседневной жизни. По крайней мере, она точно сейчас обнажала свои чувства перед ней, скатываясь в воспоминания двухлетней давности. Неужели только Саша это понимает? Она покачала головой. — Я недостаточно пьяна, чтобы это обсуждать. — Судя по бутылке, ты уже почти в нужной кондиции. — Если твоим планом было меня напоить, так бы сразу и сказала, — усмехнулась Саша и сделала глоток. — Но а вообще, рассказывать особо нечего. Встречались четыре года, расстались пару лет назад. Познакомились вообще на каком-то матче, куда меня друзья позвали, а рассказать, что это был за матч, забыли. Не люблю футбол. Но хоть не хоббихорсинг. А ситуацию я отпустила только полгода назад, наверное. — Так её любила? Саша поморщилась, будто от боли. — Да, но сильно зависела от неё. Не в плане финансово, а как... любящий слишком сильно? Она мне как-то сказала, что в нашей паре я любила, а она позволяла себя любить. — Глупость какая. Думала, так бывает только у тинейджеров. А хотя, сколько тебе тогда было? — Двадцать три. — А, — только и смогла вымолвить Аня. Саша усмехнулась. — Хорошо сохранилась, не так ли? — Это точно, я думала мы ровесницы. — Думала, мне лет двадцать? — насмешливо спросила Саша. Аня, кажется, начала рассматривать её, будто впервые видела, останавливаясь на отдельных частях тела и делая ей одной понятные умозаключения. Саша действительно выглядела моложе своих лет, отчаянно надеясь, что не благодаря своему странному, почти безрассудному поведению. — Да ладно тебе, двадцать пять — это не приговор. — Ты говорила, что у тебя был болезненный разрыв с ней, — выбрав новый инфоповод, продолжила Аня. — Почему вы расстались? Конфликтовали? — Она просто меня разлюбила. Не знаю, что было бы хуже в данной ситуации, но так бывает: кто-то перестаёт любить, а кто-то любит, пока кони не двинет. — Мучаешься? — Да уже не особо, на самом деле. И Саша не врала. Она действительно была рада даже новостям о помолвке Алёны с каким-то парнем, поздравив их будущую семью. Она уже не страдала по ней, не думала тёмными ночами и не представляла её на месте других девушек в её постели. Да даже с психологом уже не прорабатывала это и с друзьями не обсуждала каждый из оттенков своих чувств – слова закончились, но что-то упорно не сходилось и плыло, несмотря на все усилия, – оставалось горькое послевкусие траура по своим чувствам. Придумав очередной вопрос и уже было набрав воздух в лёгкие, Аня была перебита взмахом руки. — У нас всё-таки допрос? — улыбнулась Саша. — Что за нездоровый интерес к моей личной жизни. Хочешь вытащить из меня сегодня всё? Оставь на потом, а то темы для разговоров кончатся. — Вовсе нет. Как ты сказала, я всего лишь удовлетворяю свой интерес, — ей в тон ответила Аня и усмехнулась. — Почему ты сейчас здесь? — задала она простой, но всё же тот вопрос, на которой, по-видимому, никто отвечать не собирался. Они сидели на её чёртовой кухне в ночи и болтали о всякой ерунде. Вот что это? Флирт? Позволение перейти какие-то из границ? Может, это только их нащупывание? Ты действительно вообще ничего не понимаешь или наоборот, всё прекрасно понимаешь и просто чего-то ждёшь? Второй вариант не укладывался в формат поведения Ани, а первый казался сомнительным – она девушка не глупая. Или просто жутко неопытная? Тогда что нужно сделать, чтобы до неё дошло, что происходит? А может, это их непонятно откуда возникшая связь и уровень доверия? О, Господи. За что боролись, называется. А в следующий раз она сама к ней полураздетой завалится? А почему нет? Это же Саша. Кажется, у Саши в глазах играли загнанные в угол чертята, потому что Аня начала забирать инициативу. — Не сочти за наезд, ты мне тоже интересна, — на этой фразе брови Саши поползли вверх, а Аня придвинулась поближе. — Просто я тебя не совсем понимаю. Сначала ты сбегаешь со встречи, куда я тебя пригласила, а потом подкрадываешься как маньяк. Какие-то качели получаются, потому что теперь ты каким-то образом сидишь у меня в квартире. Это было похоже на завуалированное «‎что между нами происходит»‎. Именно так, без знака вопроса, потому что у неё смелости не хватало сказать прямо. — На что из этого мне нужно ответить? Да, всё действительно как ты описала, но что не так с нашим общением? Аня неопределённо пожала плечами. — Да нет, — протянула она и сделала глоток, поморщившись. — Забудь. Я разберусь и проблем не останется. — А они есть? Аня рассмеялась, немного запрокидывая голову и приковывая взгляд далеко не к своим глазам. — Не такие, чтобы меня потревожить, — сделала она «шаг назад». — Какими они должны быть, чтобы тебя тревожили? Что она делает? — Не знаю, честно. Наверное, открытые действия. — Действия? Мы уже и так сидим и болтаем у тебя дома. — Я не уверена, что мы говорим про одно и то же, — устало вздохнула Аня. На бледной коже уже виднелся румянец и, судя по выбираемым темам, в её крови было уже достаточно много алкоголя. — А что нам мешает сойтись в наших версиях? — Саша подхватила бокалы и прошла вглубь кухни, подливая в них колу, пока их разговоры окончательно и бесповоротно не скатились в рефлексию. — Нужно будет сказать напрямую, — произнесла она в спину Саше. — А вскрытые карты означают конец игры. — Я не веду никакую игру, Аня. Если ты не заметила, я ещё ни разу не дала тебе воспринять меня двусмысленно. — А то, что мы обсуждаем? Ни одной нейтральной темы за вечер. Саша вернулась, ставя бокалы, в которых на этот раз виски был в минимальных дозах. Она подняла зелёные глаза, цепляясь за кажущийся почти чёрным взгляд. — Разве до этого они были не нейтральными? — Они были про постель. — Стоит ли мне напомнить, что их инициатором была именно ты? Аня оглядела свой вид и вид полностью одетой Саши, замолчав и откинувшись обратно, а затем, улыбаясь, накрыла ладонью лицо. Между тем, Саша продолжила: — Я отвечала на каждый твой вопрос, ни больше, ни меньше и, как ты сказала, удовлетворяла лишь твой интерес. Ты спросила, почему я здесь. Ты сама привезла меня к себе домой. Но, — она покосилась на часы, — не буду злоупотреблять гостеприимством. Мне действительно пора. Она одним глотком осушила бокал и оставила его на столике. Не успев сделать и пары шагов по направлению к двери, она замерла, остановленная тонкой рукой поперёк своего туловища. Она не услышала, как Аня подкралась сзади. — Останься, — твёрдо послышалось за спиной.

* * *

Потянувшись, Саша зевнула и открыла глаза. Просторная квартира, их с Аней ночные разговоры и кресло, на котором она так и уснула, глядя на Аню. И виски ещё, пожалуй. Картина вечера была восстановлена. Саша нащупала поставленный на зарядку телефон под скинутой олимпийкой. Половина одиннадцатого. Рановато, чтобы полноценно выспаться, но достаточно, чтобы ожить. Один из двух бокалов лежал на боку, а бутылка с некогда благородной янтарной жидкостью была абсолютно пуста. Кинув взгляд на диван, она не смогла сдержать улыбки, потому что просачивающиеся из окна тёплые лучи падали прямо на сладко спящую Аню, такую честную и открытую при разговорах тет-а-тет. Или конкретно с ней? Подперев кулаком подбородок удобнее, она наклонила голову и продолжила своё занятие, глядя на чёрные ресницы. Аня лежала на животе, крепко обняв подушку и согнув перед собой ногу. Ткань белого вафельного халата задралась, обнажив светлое, как топлёное молоко бедро, а гладкие, чётко очерченные губы были расслабленно приоткрыты. Cаша вела взгляд по её ногам, высоким скулам, тонким кистям рук и почти физически ощущала, насколько её кожа нежная на ощупь, даже не предпринимая попыток оторваться. Обрамляющие миловидное лицо каштановые волосы разметались по подушке, а грудь то вздымалась, то опускалась под тяжестью дыхания. Аккуратные аристократичные черты лица выглядели до того воздушно, что Саша даже в какой-то момент смутилась, хотя и была уверена, что никто её сейчас не видит. Она любила смотреть на девушек, но не как маньячина же, пока они спят, так что, как говорится, руки на стол. Спустя ещё пару минут созерцаний её привёл в чувства назойливый стук в дверь, а после и приглушённый женский голос с лестничной клетки: — Щербакова, я прощу тебе твоё опоздание, только если ты будешь оправдываться безумным сексом на всю ночь, после которого стоять нормально не можешь! — послышалось из-за двери. Саша ухмыльнулась, оглядывая спящую Аню в одном халате на диване и прикидывая размах сюжета в условиях данной ситуации. Чуть ли не облизнувшись на вид раскиданных по подушке длинных волос и стройной ноги с задранной до бедра тканью, она молча вышла в коридор, открыла дверь и облокотилась локтем на косяк: — Я вот, между прочим, жду теб… э-эм? — красивое лицо девушки напротив исказила гримаса непонимания, переходящая в шок, а после в недоверие. Она сузила карие глаза, перевела взгляд на диван и – Саша была готова поспорить, что почти услышала, с какой скоростью свистят пролетающие мысли в её голове, – криво усмехнулась, начав догонять одной ей понятные истины. Твидовый костюм с юбкой сидел идеально по её фигуре, а гладко причёсанные каштановые локоны элегантно струились, спадая на грудь. Вернув свой взгляд на Сашу, она принялась рассматривать её с ног до головы, не забыв задержаться на руках и подтянутом прессе, не скрываемым топом, и чем дольше она на неё смотрела, тем шире становилась её восторженная улыбка, расползающаяся чуть ли не на пол лица. — А вы, видимо, се… хм, тренер Ани? — она наклонила голову, прищурилась и протянула руку. — Надеюсь, я вам тут не помешала. — Так и есть, и нет, не помешали, Аня до сих пор отсыпается. Она устала, мы поздно легли, — честно ответила Саша, а девушка напротив вопреки физиологии начала улыбаться ещё шире, обнажая зубы. Что за сваха? Лучшая подруга, видимо? Саша кивнула и пожала протянутую руку: — Александра. — Алина, очень приятно. Не против сразу на «ты»? Полагаю, мы ещё не раз пересечёмся. И… у вас с Аней были какие-то планы на сегодня? — Нет, мне уже пора. Пусть она отоспится, а то устала вчера очень. — О, я вижу, — закивала головой Алина, разглядывая её натренированное тело, а Саша чуть ли не сдерживала смех, осознавая, что та представляла в своей голове. — Я подожду Аню внизу в кафе. Мы договаривались встретиться на завтрак, но она проспала. Предупредишь её, как она проснётся, хорошо? — Да, без проблем. Извини, что задержала её. — Спасибо, что задержала её. Пока-пока, — довольно мурлыкнула Алина и скрылась на лестничной клетке. Наконец, закрыв дверь, Саша позволила себе рассмеяться. Смахнув слёзы, она представила эту картинку: Алина расспрашивает Аню, в каких позах она её имела ночью, а Аня заламывает руки и краснея говорит, что вообще-то они разговаривали о психологии, спорте и прочей ерунде. Но ладно, она не хотела ломать интригу и даже не пыталась помочь прояснить ситуацию, пусть с её лёгкой руки у Ани будет хорошее начало утра. Найдя на полочках в ванной одноразовую щётку и пасту, она быстро привела себя в порядок, сходив в душ и собрав волосы в хвост. Когда же она вышла, Аня уже сидела на том самом диване, но одета была в голубое платье, открывающее руки и изящную ключицу. Что-то быстро печатая в телефоне, она даже не заметила её прихода и сейчас хмурилась, беззвучно произнося слова. — Проснулась? Аня, ахнув, подпрыгнула на месте, вскидывая руку к груди в районе сердца и переводя на неё злобный взгляд. — Я же просила не пугать меня! — И тебе доброе утро. Извини, я думала, ты помнишь, что я всё ещё здесь, — произнесла Саша и с удовольствием отметила её скользящий взгляд по своему телу. На тренировках она так не смотрела. Наверное, потому что старалась смотреть на руки, летящие ей в лицо. — А вообще, традиции плохо нарушать. Я вот их очень люблю. Аня сокрушённо помотала головой: — Я всё на свете проспала. — Я так и поняла. Твоя подружка приходила, потеряла тебя. Сказала в кафе тебя ждёт. — Саша подцепила свою чёрную олимпийку и накинула на голые плечи. — О да, она тут мне целую тираду уже выдала. — Не заставляй её ждать, она прям готовилась, пришла с красивым макияжем, в костюмчике. — А ты заглядываешься на моих подруг? — Просто умею видеть женскую красоту. — Хм, — Аня поджала губы и нахмурилась. — Такое себе умение, девушкам об этом не говори. Саша рассмеялась и тепло улыбнулась, глядя на Аню: — Это всё так неважно, — произнесла она, заглядывая в карие глаза напротив. — Спасибо, что приютила меня на ночь, как бездомную собаку, но мне пора ехать. Да и тебе пора собираться. — Это точно и... я даже не заметила, как вчера уснула, извини. Могу, кстати, подвезти. Честно говоря, я даже не помню часть вечера, и меня это немного пугает. Я ведь ничего не натворила? — Глупости какие. Это я к тебе завалилась, как бездомыш, — загадочно улыбнулась Саша. — А подвозить не нужно, всё не так плохо, устрою себе пробежку до зала. Да, она проигнорировала вопрос. Они вышли в коридор. Пока Саша была увлечена своими кроссовками, завязывая их, Аня стояла прислонившись к стене и задумчиво сверля взглядом её спину. Ощущение утра мягкой негой разливалось по телу, поэтому говорить особо не хотелось. Тем более, удовлетворять её интерес, пусть помучается. Поднявшись, Саша развернулась к ней. — Придёшь в субботу? — спросила она. — Я тут подумала, — Аня закусила губу. — Может, ты хотела бы прийти на ледовое шоу? Я буду в нём выступать, хочу тебя пригласить. Ого. А всего-то стоило просталкерить, где и как она проведёт вечер, подкараулить её ночью, довести чуть ли не до инфаркта, заставить привезти к себе домой, напоить виски и болтать о всяком полночи. Неплохо. — С удовольствием, — просияла Саша. — Когда? — Догадаешься? — прыснула Аня. — В субботу что ли? В коридоре раздался звонкий девичий смех.

* * *

— Это что за трах-машина сейчас была? Щербакова! Ты почему мне не рассказала!? Проводив Сашу и пообещав скинуть всю информацию по шоу, она наспех умылась, подкрасила брови с ресницами и теперь сидела в кафе у дома, ковыряя вилкой бенедикт. — Что не рассказала? — недоуменно спросила Аня и заозиралась по сторонам. Из-за оров Алины на них косилось примерно всё кафе. — Про вашу ночь. Да и в целом обо всём! — зашипела Загитова, склоняясь ближе к ней. — Какую ночь? Мы разговаривали и я уснула на диване. — Ты издеваешься? Когда Аня выгнула бровь, Алина с ужасом выдохнула: — Ты… На таких только запрыгивают и… — Успокойся, пожалуйста. Мы просто общаемся. — Да, определённо точно, ты издеваешься. Послушай сюда. Она мне когда дверь открыла, я чуть ли не с открытым ртом слюну пускала и слушала всё, что она мне говорит. Если ты с ней ещё и на тренировки ходишь, то я вообще не понимаю, чем ты там занимаешься. — Да она мне тоже понравилась сначала, но я подумала, что у неё там типичная лесбийская драма. Что-то из серии «‎не могу забыть свою бывшую»‎, а потом она... дала мне понять, что мы просто общаемся?.. — с сомнением протянула Аня. — Поэтому точно нет. — Когда жизнь преподносит тебе лимоны, не забывай не только лимонад из них делать, но и тарталетки. Ты что, не трахнула её? — снова почти перешла на крик Алина, отчего Аня смущённо сжалась и покраснела, виновато отвешивая окружающим любезные улыбки. — Ради бога, Алина, потише, — повернувшись к ней взмолилась она. — Ты в одном чёртовом халате на диване валялась, — смотря исподлобья процедила Алина. — И? — Ох господи, какая ты… — она взвыла и закрыла лицо руками. — Общаетесь, — предразнила она её. — Совсем не по назначению язык свой используешь! Вот что тебе мешало распахнуть халат пошире? — Ох, извини. Видимо, я где-то в другом месте была, когда всем выдавали правила пользования языком. Я считаю странным то, что мы это сейчас обсуждаем. — А я считаю странными твои действия, мы квиты. Спустя пару кусочков сырников и щедрого глотка кофе Алина всё же сжалилась. — Ладно, прости свою старую подругу. Она просто хочет погулять на твоей свадьбе! — она отправила ещё один кусок сырника в рот. — Ты какая-то потерянная сегодня. Когда вы ещё встретитесь? — Во-первых, я не нанимала личного секретаря в лице Розы Сябитовой. Во-вторых, — она разрезала круассан, поднимая на неё взгляд, — в субботу на шоу, я её пригласила. Алина вскинула брови и отставила кружку капучино. — Моя ты умница! Горжусь! — восторженно воскликнула она. — Ох, а я ругалась на тебя. Извини, ты молодец, держишь хватку, мне всё стало понятно. — Я просто пригласила её на шоу. — Да-да, дорогая, просто на шоу, — медленно кивнула Алина, снисходительно улыбаясь. Аня вздохнула и возвела глаза к потолку, не желая признавать и капли из того, на что намекала Алина, но... — Если честно, я вчера перебрала и... Алина расширила глаза, внимательно слушая и подставляя под подбородок кулак. — И? — поторопила она её. — Не помню часть вечера. Не помню, что мы делали и обсуждали. Это смущает, я никогда особо не напивалась, а тут это. Ещё и с ней. — Ну что ж, тебе придётся вспомнить. — Да, потому что мне кажется, я забыла что-то важное.