любить тебя — это мой мазохизм

Часть 2 Это была Кира — одноклассница, с которой Полина училась с пятого до девятого класса. Волосы девушки у двери были сильно испорчены, что моментами напоминали парик, Ева со школьных времен подшучивала так рнад Кирой. Хотя, в сравнении с париком, волосы этой дамы выглядели намного хуже, чем самый дешевый парик. Волосы были обесцвечены такое количество раз, что на пальцах не сосчитать, из-за этой глупости структура волос была похоронена в далеком восьмом классе, когда каждый месяц у Киры волосы были разного цвета: каштановые волосы и блондинистые за первый выход, синие и розовые так же с одним выходом и многое другое. Но чтобы добить свои длинные и блондинистые волосы, она решила добить их какой-то дешёвой краской, купленной в магазинчике по типу такого, где продаются всякие мелочи для дома: ловушки для тараканов, прищепки, швабры и ещё много чего полезного в быту. Как Полина поняла, Кира была приверженцем старого, вот почему можно объяснить ее качество волос и одежду в стиле «тамблер герл», которые давно остались забыты с их любимой социальной сетью — «Tumblr», где они имели большую популярность. По нынешней моде, Кира, стоявшая на пороге пентхауса, была одета безвкусно и колхозно: , огромный с железным сердцем чокер, подходящий на ошейник, укороченная футболка с детским принтом пони из мультсериала, фиолетовые колготки в горошек, поверх которых были шорты цвета тай-дай с принтом алмаза. Полине— человеку унылой бежевой эстетики, стало мерзко от мысли, что такой человек знает адрес ее дома, дело не только в ее вкусе, а в их отношениях в школе. Кира, смотря на девушку напротив, заговорила, протягивая гласные и проглатывая некоторые согласные, показывая и без алконометра как пугающе сильно она пьяна: — По-о-оли-иа-а, очему-у ты бросиа-а меня? Хозяйке пентхауса хотелось закрыть перед девушкой напротив дверь, но поняла и знала, что этим все не закончится, попыталась проводить девушку к лифту, даже не интересуясь откуда у той ее адрес. Кира, не умолкая, объявила: — Ты-ы, мне-е до-о их пор нраишься! — Кира, ты где живешь? — спросила Полина, держа ее за плечо. — Здесь! — воскликнула та, тыча пальцем на квартиру своей возлюбленной. — Где. Ты. Живешь. — отчеканила девушка, начиная беситься. — Уица… Колотушкино дом Пушкино — медленно произносила пьяница. А Полина сразу же заказала такси Кире и спустилась на первый этаж, чтобы проверить доедет ли она до первого этажа в целостности. Увидев нужный номер машины, Полина подошла к ней, продолжая поддерживать гостью, подперев ее к своему плечу. Наконец-то, усадив внутрь Киру, настрадавшаяся Полина сказала шоферу: — Она в пьяном состоянии, но адрес в заказе указан верно, в случае чего, — водитель лишь кивнул. Конечно, Полина заказала бизнес-класс, чтобы обойтись без лишних морок, отдав на ближайшие 50 минут Киру на попечительство бедного водителя. Поднимаясь в лифте, Полина прокручивала в голове произошедшую ситуацию. Она пожалела о том, что открыла дверь Кире, когда та произнесла свое первое предложение. Решив, что об этом надо рассказать своей самой близкой подруге — Еве, девушка набирала номер, выйдя из лифта. Гудки мгновенно сменились звонким голос подружки, которая взволнованно сказала: — Алло! Поляша, что такое? — Прикинь, ко мне Кира приходила! — объявила своей подруге она. — Зачем ты ее впустила? — вместо восклицаний и удивления, как всегда, понеслись упреки, к которым привыкла Полина. — Ну, я подумала, что она что-то важное сказать хочет, а в итоге пьяная заявляла на весь коридор, где пентхаусы находятся, что любит меня, — объяснила девушка, вставляя в замочную скважину от квартиры ключи. — Какой позор! Она совсем больная! — эмоционально агрессивно заявила Ева. — И не говори! Откуда она знает, где я живу вообще? — спросила Полина, зайдя в пентхаус и решив, что можно совместить приятное с полезным, взяв средство для мытья зеркал, вытерла тряпкой и так чистое зеркало в прихожей. — Слушай, помнишь, что она хранила с шестого класса фотографии с тобой, сделанные исподтишка в женской раздевалке, где ты в одном белье. Не думаю, что найти твой адрес для нее — проблема. — Черт, а правда! — Я всегда права, — гордо заявила Ева. Полина, зная хорошо свою подругу, уже представила, как та поправляет свои длинные густые волосы, расправляя плечи. Разговор длился два часа, а показалось, что одну минуту. Ева обещала заехать ближе к вечеру сегодня, рассказать о чем-то. Полина предположила, что тема зайдет об Артуре. Урчал живот, поэтому девушка, жалостно взглянув на мультиварку, взяла телефон в руки и заказала порцию том яма. За 20 минут ожидания, Полина успела, к ее удивлению, помыть голову, обмотав белым полотенцем волосы, раздался звонок. Девушка, понимая, кто там может быть, открыла дверь курьеру, который принёс ароматно пахнущий том ям с рисом (рис к том яму подается, но отдельно), даже с учетом того, что он был запакован. Дав приличные чаевые курьеру, дождавшись пока он повернется спиной к девушке, только тогда Полина закрыла дверь. Идя на кухню, сопровождая каждый свой шаг шлепками тапок ударявшиеся о пол. Достав из холодильника бутылку «Coca-Cola» без сахара, поставила на стол и взяла из шкафа стакан, налив себе до краев колы, Полина открыла запечатанную еду. Забыв от аппетита, который сводит с ума, черпак и палочки, девушка достала из выдвижного ящика названные приборы и принялась трапезничать. Звонок в дверь. Пронеслись мысли, что собственность становится общественной. «Проходной дом!» —, заявила у себя в голове Полина, подходя к двери. Поглядев через глазок на улыбчиво стоящую шатенку, держащую с пятью плоскими коробками, вероятно от пицц, и пакетом. Конечно же, улыбнувшись такой гостье, распахнув дверь, выдвинув тоненькие руки вперед, забирая эти коробки, из которых исходил манящий аромат, чтобы поскорее обнять подругу, Полина уместила их на комоде у входа в квартиру. Девушки, ринувшиеся поглотить в своих руках друг друга, были готовы раствориться в объятиях, крепко сжимая друг друга, будто вот-вот одна задушит другую. Шатенка отодвинулась первая, подняв глаза на свою высокую подругу, которая, отходя от той, закрыла входную дверь. Звонкий голос раздался эхом в пентхаусе: — А я не с пустыми руками! В пакете лежат две бутылки просекко и пачка сигарет, впридачу с твоими электронками, — сказала та, кинув взгляд на голубой пакет. — Ева, ну ты, как всегда! — заявила Полина, направляясь вместе с подругой в ванную для мытья рук. Помыв руки, девушки прошли в кухню-гостиную, где Ева выбирала романтичный фильм с Орнеллой Мути и Адрианом Челентано в ролях. Выбор пал на, до дыр заезженный, «Безумного влюбленного». В это время Полина уже достала два глубоких бокала для алкоголя и белые бумажные салфетки. Отнеся это все на деревянном подносе к столу, рядом с которым на роскошном сером диване раскинулось тело Евы. Открыв две коробки с пиццами, Полина спросила: — Почему именно просекко? — Ты что? — воскликнула девушка, поменяв лежащую позу на сидячую, — ее осанка была идеально прямой — она вытаращила свои черные глаза на подругу, сидящую рядом, — Когда я была в Италии голубоглазый блондинчик сказал мне солнечным утром, что после поедания пиццы надо выпить бокальчик просекко, ведь в этом напитке кислород, содержащийся в пузырьках расщепляет и разжигает 90% углеводов пиццы. — Блондинчик? Сколько ему лет? — было видно, что кровь Полины закипает. Она считает Еву рассудительной и умной, но ее импульсивно не объяснимые логике поступки разрушали картину состоявшего взрослого. — Ну-у, 22, — замялась она, поговорив две повторяющиеся цифры. — Блять, тебе Италия вообще мозги отбила? Тебе, я напомню, 27. 27. А ты забавлялась совсем с мальчишкой, — агрессивно отрезала девушка. Она никогда не понимала причины действий по отношению к противоположному полу. — Совершеннолетие в Италии с 21-го года. Я никогда не заставляю и не принуждаю никого спать со мной. Он захотел, а я была не против. Он красивый, обаятельный, с накаченным телом, тактичный. Юноши в самом расцвете сил, из-за чего в них полно страсти, которая сводит с ума и их, и партнера. Да и мне дашь 27 лет? — спросила шатенка, встав с дивана, крутясь рядом с Полиной. Действительно, у нее был рост 178, который придавал ей очаровательности за счет рельефного тела и пропорций 90-60-90, но бедра ее не были большими, а лишь слегка пухлыми, но просвет был между ногами. Тремя словами: сексуальна и молода. Она знала свое очарование, поэтому была уверенна в себе, — Он думал, что я на год младше него. Может, у меня есть картина, стареющая вместо меня? — Ты легкомысленная дура, как ни крути, — ругала подругу Полина, наказывая одним из самых пренебрежительных выражений лица за ее проступок. — Ладно, давай забьем на это. Что было, то было, — замученно сказала Ева, взяв в правую руку пиццу под названием «Кватро формаджио», отвернувшись от подруги, смотря на экран телевизора, где была заставка выбранного ею фильма. Полина, не желая и дальше выливать свое пренебрежительное отношение к случившейся итальянской страсти, поэтому замолчала, прижав язык к нёбу, обдумывая сказанное Евой. Переспать состоятельной даме с мальчишкой — аморально, по мнению Полины. Сделав вид, что ничего не произошло и что это не Еву отчитывали, как пятилетнего ребенка пару минут назад, шатенка включила фильм, налив по бокалам себе и подруге просекко. Вечер прошел как обычная посиделка в подростковом возрасте, когда проносили на ночевки по две банки пива, размеренно попивая, наслаждаясь каждым глотком, пряча от родителей пустые банки в рюкзак. Единственными отличиями от тех вечеров были то, что у каждой теперь по несколько собственных недвижимостей и теперь можно не волноваться за сигареты и их запах, из-за которого приходилось пшикаться вонючими духами, как у продавщиц в местном ларьке, и обходить дом по 15 раз, чтобы выветрить запах; теперь не приходится волноваться за то, что есть у родителей возможность найти банки алкоголя, теперь можно пить и с родителями. Попрощавшись с Евой около трех часов ночи, Полина, дождавшись пока приедет лифт, зашла в квартиру и подбежала к окну, ища такси, которое заказала подруга шатенки. Увидев, как та садится в машину, Полина облегчено выдохнула. Она предлагала остаться у нее дома: комнат все же много и почти все пустуют, но Ева возразила, сказав, что хочет поспать у себя. Пришло сообщение от подруги, которая уведомила, что села в такси и слушает через колонку группу «Щенки». Полина пошла в душ, желая смыть всю сегодняшнюю усталость. Ева, несомненно, очень хорошая подруга, но ее действия, противоречащие ее же собственным моральным устоям, поражали близких. Выйдя из душа, обмотанная полотенцем, девушка увидела смс от Димы, который поинтересовался сегодняшним проведенным днем у нее. Она записала ему голосовое сообщение, где рассказала, что неожиданно увиделась со своей одноклассницей; Ева приехала к ней домой. Полина не стала углубляться в то, что бывшая одноклассница на голову больная, а Ева опять накосячила, рассказав все вкратце, попутно поинтересовавшись как у него самого дела. Шатенка написала, что доехала, Полина ответила благодарностью за неоднократные уведомления местонахождения подруги. Дима написал, что весь день работал и ему было тоскливо, что сегодня он не встретился с девушкой. Полина, не зная как правильно отреагировать на это, отшутилась. Она не то, что не любит Диму, но ей кажется, что все развивается довольно быстро, а она так и не знает, что творится у него на душе и какое значение она имеет для него. Она выключила телефон, не желая больше с кем-либо контактировать, и легла спать. Проснувшись около девяти утра, от солнечных зайчиков, которые навязчиво лезли в глаза, желая разбудить всех спящих, как надоедливые петухи в деревне, которые используются вместо будильника. Пришло сообщение от руководителя, который написал, что сегодня Полину не ждёт какая-либо работа, поэтому она как только прочитала это смс, мысленно распланировала в голове сегодняшний день, который был переполнен сном. Раздумывая о том, в какое время лечь спать сегодня, запиликал телефон. Высветился контакт Димы. «Странно, обычно он не пишет в такое время» — раздумывала она, читая смс от него, улыбаясь написанному.