Сент Коти

Время летит быстро. В Сент Коти в свои права полностью вступает осень. Теперь Тэхён не расстаётся с кашемировым свитером, который привёз с собой, и другим, нежно-зелёным, что подарил ему Хосок. Они проводят вместе дни, готовят, гуляют, ездят на море. Уже не купаются, но бродят по берегу или сидят, наблюдая за волнами. Чон учит Тэхёна французскому и теперь, когда они ходят в Сент Коти за покупками, омега осмеливается заговаривать с местными на их языке. Эта жизнь кажется Киму Его жизнью. Той, что могла бы быть. Но он боится ошибиться. И бета всё ещё молчит на эту тему. От мысли об отъезде сердце Тэхёна сжимается, а к горлу подступает комок. Он уже не может, да и не хочет покидать Францию, а, самое главное, Хосока.

***

— Что ты думаешь об этом? С утра Хосок и Тэхён, плотно позавтракав, решили прогуляться в город. Ким уже выучил и кратчайшую дорогу к нему, как и, кажется, все его улочки и переулки. Но вот Чон привёл его к небольшому одноэтажному зданию с деревянной дверью, на которой поистёрлась малиновая краска. Ким заглядывает в окно. Здание пустует. Что там внутри, не видно, потому что темно. Возможно, раньше здесь было кафе или какая-то лавочка. Хосок спрашивает его, что он думает, остановившись у двери этого места, а омега совсем не понимает вопроса. Что он может думать о заброшенном магазинчике? … — Я имею в виду, что ты думаешь об этом месте, как о своём будущем кафе-магазине винила? Мне кажется, расположение идеальное, — рядом с центральной площадью. И аренда недорогая, я узнавал. Во всяком случае, для этой улицы. Внутри достаточно места и для столиков, и для стеллажей с пластинками. Хосок говорит быстро, выкладывает всю информацию за раз, словно боится, что Тэхён его перебьёт. — Я знаю, мы не говорили об этом, и я не знаю, планируешь ли ты остаться, — спешит добавить бета, — но если бы ты согласился рассмотреть возможность жить со мной одним домом, одной семьёй, то вот это то, с чего можно начать. Чон кивает на дверь с облупившейся краской. — Ты можешь подумать и не давать ответ прямо сейчас, — завершает свою речь старший. Сердце Тэхёна переполняет радость, но разум диктует ему не торопится. — Хорошо, хён, — омега подходит к Чону, берёт его за руку, чуть сжимает, показывая свою благодарность, и они продолжают свой путь по городу дальше.

***

— Чимини, я думаю остаться здесь, — говорит Тэхён другу по видеосвязи. — Ты хочешь продлить отпуск? — Нет, Чимина, я думаю остаться здесь навсегда. — Ты уверен? … Ты любишь его, да? Пак уже в курсе отношений друга, потому что до этого они созванивались почти каждый день. Где-то в глубине души он предполагал, что так может быть. Хосок казался ему вполне подходящей парой для Тэхёна. Но вот то, что Тэхёну придётся поменять всю свою жизнь ради их отношений, казалось Чимину очень большим шагом. — Люблю, Чимина. Очень люблю. — Это большой шаг, Тэ. Ты буквально отказываешься от всего, что у тебя есть, — от карьеры, от дома. — Я не собираюсь отказываться от дома. Я думаю, что Хосок не откажет мне, если я предложу ему иногда жить на две страны. А карьера… я уже давно не хочу заниматься юриспруденцией, ты это знаешь. Почему бы мне не делать то, что я хочу? И почему бы не во Франции? Ты прав, это большой шаг. Но если вдруг что-то пойдёт не так, я всегда смогу вернуться. — Всё дело в нём, да? В Чон Хосоке? Ты …вы хотите пожениться? — Об этом ещё рано говорить… пока мы ещё только встречаемся, и прошёл лишь месяц. Поживём, — увидим. — Он-бета, Тэ… я ничего не имею против. Но он не сможет дать тебе ребёнка. — Начнём с того, Чимина, что я сам не уверен, хочу ли я ребёнка. А во-вторых, на свете огромное количество сирот, у которых нет родителей. Есть и вариант суррогата, и другие достижения медицины. Пока я знаю только то, что хочу быть с Хосоком. Это точно. И то, что я хочу попробовать пожить здесь. — Если ты уверен, то я полностью поддерживаю твоё решение, — говорит Пак, часто кивая головой, словно закрепляя свои слова, — Но мне будет тебя не хватать, ТэТэ. — Мы будем созваниваться, как и сейчас, и я обязательно приеду в Корею в скором времени. Мне ведь нужно собрать вещи и познакомить Хосока с семьёй. Да и ты с Сокджином вполне можете приезжать сюда и навещать нас. — Мне нравится, как это звучит, — Чимин улыбается Тэхёну через экран и укрепляет Кима в его настрое. За ужином Тэхён говорит Хосоку: — Я бы хотел попробовать остаться и пожить здесь с тобой. И тот заброшенный магазинчик тоже хотел бы осмотреть. Чон смотрит на него внимательно и долго. — Ты хорошо подумал? Тебе придётся многое поменять в своей жизни. — Оно того стоит, — уверенно говорит омега, — Ты того стоишь. Бета встаёт из-за стола и подходит к младшему. Тот тут же обнимает его за талию и прижимается к его животу. Хосок гладит Тэхёна по волосам. — Я постараюсь сделать так, чтобы ты не пожалел о своём решении, ТэТэ. Ким даже не сомневается: всё так и будет. Хосок поселил в нём чувство безопасности, умиротворения и доверия. Его ненавязчивая забота, его мягкость, но вместе с тем и сила, его внимательность к нему, Тэхёну, дают младшему ощущение, что он нужен, любим, что он здесь к месту, что он желанен. Как только с урожаем покончено, они вместе едут в Сеул. Тэхён представляет Хосока своим родителям, брату и его семье, Чимину. Бете удаётся завоевать сердца всех его близких. И это неудивительно. Ведь Чон такой, — искренний, настоящий, тёплый. Ким решает вопрос со своим юридическим агентством, продав свою долю бизнес партнёру, но он всё ещё может быть консультантом на фрилансе, если пожелает. Так они договариваются с Чхве. Омега нанимает компанию по перевозке вещей, и они собирают и транспортируют их во Францию. Всё это занимает какое-то время, но вскоре Хосок и Тэхён возвращаются в Сент Коти, в дом, который Тэхён уже успел полюбить. Они идут смотреть то помещение, в котором планируется открытие кафе винила, но уже предварительно договорившись с арендодателем. — Мне нравится, — говорит омега, повернувшись к своему парню, когда осмотрен и основной зал, и вспомогательные помещения. Хосок кивает Киму и начинает о чём-то переговариваться с владельцем помещения. Как может догадаться Тэхён, скорее всего, о том, чтобы сбить цену. Скоро Тэхён становится хозяином этого места и они с Чоном затевают небольшой ремонт и последующие работы по оформлению и декорированию. Ещё на обратном пути из Сеула, когда бета и омега останавливались на пару дней в Париже, Хосок сводил Тэ на специальный склад винила и они там заказали пластинки для их будущего магазина. Позже было приобретено всё то, что нужно для кафе, — кофе-машина и другое оборудование, столы и стулья для зала. Они запланировали открыться к Рождеству и это было, действительно, хорошей идеей. В предрождественской и предновогодней суете люди, которые настроены на покупки, заходили к ним, видя яркую витрину, или, заранее узнав о них по рекламе, и покупали пластинки в качестве подарка на праздник. Рождество выдалось снежное и красивое. В гостиной Хосок и Тэхён водрузили живую пушистую ёлку. Они украшали её весь вечер, и собаки «помогали» им, устроив весёлую кутерьму. Один раз они даже чуть не свалили ёлку со всеми игрушками и гирляндами, за что получили от беты нагоняй. Кошки лишь лениво созерцали новшество, каждая из них старалась быть поближе работающему камину. Да, у Хосока в доме, точнее теперь, у Хосока и Тэхёна в доме, в гостиной, был настоящий камин, дрова для которого бета нарубил на заднем дворе. Этим он вызвал у омега неконтролируемый приступ восторга. — Ты слишком секси с топором, хён, — поигрывая бровями, произнёс Ким, — ещё немного и я наброшусь на тебя прямо здесь. Хосок в ответ рассмеялся и взял несколько поленьев в охапку. — Я вполне разделяю твой настрой, но если мы займёмся сексом здесь, то отморозим себе задницы. Было невероятно уютно сидеть около камина в обнимку, укрывшись пледом и смотря на огонь. Хосок сделал им вкусное какао, что было как раз к месту после сытного ужина. Время от времени Ким бросал взгляд на ёлку, которая выглядела яркой от гирлянд и отражения огня камина в блестящих шариках. Шарбон и Сэнди лежали тут же, положив головы на лапы. Как и кошки, каждая на выбранном ею месте. Ёнтан сначала сидел на коленях у Тэхёна, — больше он не робел и не стеснялся омегу. Теперь он тоже дремал, а Ким почёсывал его за ухом. Сам омега прислонился спиной к торсу старшего, и тот его обнимал, умудряясь одной рукой держать чашку с ещё дымящимся напитком. В окне было видно, как идёт снег крупными хлопьями. У омеги возникло чувство, что и они с Хосоком, и собаки, их дом с камином и ёлкой, находятся внутри гигантского снежного шара. — Мы словно в сказке, — говорит Ким вслух, — а ты мой волшебник. Он улыбается, поворачивает голову к Хосоку, а тот целует его в скулу. — Прекрасный вечер, — соглашается Чон, — мне давно не было так хорошо. И всё это благодаря тебе, Тэ. Они ставят свои кружки с недопитым какао на кофейный столик, и Хосок прикасается губами к губам Тэхёна, медленно, но уверенно углубляя поцелуй. — Счастливого Рождества! — говорит омега старшему, когда у них кончается кислород в лёгких и им приходится разорвать их сомкнутые губы. — Счастливого Рождества!