Winter night, you and I

Тягуче расплывается

В груди будто молоко,

Сердца утешающе касается,

И становится тепло-тепло.

      Тёмные кудри мягко лежат на постели с мятой простыней. Из-под подрагивающих ресниц глубокие глаза маняще смотрят на меня, зыбучие пески, утягивают, не оставляя шанса выбраться. Я не вижу смысла сопротивляться. Уже давно утонул.       Несмотря на пристальный взгляд, эта картина выглядит по-домашнему. Тэ всё кутается в одеяло и посапывает мило, но не дает сну утащить себя полностью. За окном валит снег. Ночной снегопад под редким светом звёзд и луны. Луна украшает уютный вид, оставляя маленький блик - звёзды в глазах, звёзды на полотне его прекрасной Вселенной.       Не так, как при свете солнца. Ночью царит тишина. Спокойная, прерываемая только перебросами фраз, сказанных где-то на грани шёпота. Хотя, "перебросы" - это не совсем то. Лучше сказать "бережно переданные друг другу".        У нас в ногах мило устроился Ёнтан, немного пофыркивая и свернувшись клубочком мордочкой к нам. У него глазки тоже блестят, как у Тэхёна, что делает его похожим на хозяина. Он говорит иногда, что у меня глаза блестят гораздо больше, да так трогательно, что очень похожи на оленьи. А я скромно улыбаюсь, благодарю, и, конечно же, спорю, что его глаза не с чьими не сравняться, и в них я готов смотреть сколько угодно.       — Гук, тебе точно не холодно? — кротко шмыгнув носом спросил сонный глубокий голос, заглушенный толстым слоем серого одеяла. Вскоре, оставшись без ответа, ведь я опять залип в своих мыслях, что Тэ постоянно передразнивает, комок подобрался поближе, – от окна дует в комнату, закрой.       — Я разбужу Ёнтана.       — Он быстро заснёт обратно.        Я окончательно покинул наше одеяло и нагретое место кровати, поставив босые ноги на прохладный пол. Моё тело только сильнее покрылось мурашками. Открыв окно сначала на распашку, я высунул одну руку и попытался словить пару снежинок. Шпиц заинтересованно поднял на меня голову, то же самое сделал и Тэхён.       — Решил к нам в постель снега добавить? — ладонь приятно покалывала от мороза и я наконец закрыл окно, отряхнув руки.       — Такой красивый снегопад, — я опустил глаза и аккуратно забрался рукой к нему в убежище, – впустишь?       Ничего не отвечая, он накрывает с головой и тепло приятно окутывает меня как снаружи, так и забирается глубоко внутрь. К самому сердцу. Ёнтан, почувствовав копошение, метнулся к нам в тепло, прижимаясь к боку Тэ. Он мягко поднял уголки губ.       — Тут много места.       Кожу опалил выдох и тело покрылось, уже на этот раз приятными, мурашками. В темноте ничего не видно, только бесполезно хлопаешь глазами. Иногда пушистые ресницы щекочат, – моё лицо к его близко‐близко. Слышно лишь размеренное дыхание и стук двух сердец. Двух, уже давно принадлежащих своим настоящим хозяевам, сердец. Я кладу всё ещё прохладную руку на теплую щёку и Тэхён прижимается ближе.       – Холодный ты, конечно, — добро фыркает в улыбке, смешно бормоча, видно уже в полудрёме.       Обвивается вокруг меня, зарывается, целует в шею и дышит горячо, обжигающе. А я, кажется, снова таю. Хотя я уже давно превратился в лужу рядом с ним.       Я коротко целую Тэ в мочку уха и обвиваю в ответ. Тепло приятно разливается внутри, будто от горячего молока, но гораздо приятнее. Пробуждает полное счастье в груди, и прорастает.       Сон забирает последние силы, и я ему не сопротивляюсь.