Часть 3
4 сентября 2023 г., 17:28
Гарри был возмущен. Он показал Снейпу свои воспоминания из гнева и в доказательство того, что он не был избалованным мальчишкой, как всегда утверждал Снейп. Это было опрометчивое решение, рожденное чувством несправедливости и гнева, оставляющее мало места для размышлений о последствиях. Он не думал о том, что Снейп будет делать что-то с этой информацией.
Он был вынужден пойти в больничное крыло против своей воли, чтобы весь мир узнал о его унижении. Он не забыл о том, что заколдованный пергамент продолжал заполняться, заполняться и заполняться. Его щеки покраснели от стыда. Гарри Поттер, мальчик, который выжил только для того, чтобы подвергнуться насилию со стороны своих родственников и служить им домашним эльфом.
Как только он услышал, как закрылась дверь кабинета мадам Помфри, он попытался спрыгнуть с кровати. Он ни в коем случае не хотел задерживаться для этой дискуссии. Но как бы он ни старался, он не мог пошевелиться. Его зад был приклеен к кровати. «Снейп», — с отвращением подумал он. Только предоставьте этому мерзкому человеку использовать то, что он узнал, против Гарри. Ну, а чего он ожидал? Сочувствия? Гарри усмехнулся над собственной глупостью. В день, когда Северус Снейп проявит сочувствие к Гарри Поттеру, ад замерзнет. Громко выругавшись, он подпрыгнул, заметив, что может двигать всем, кроме своей задницы. Он подумывал о том, чтобы сбежать с матрасом и всем остальным.
— Успокойтесь, мистер Поттер, — сказал Снейп, в одиночестве выходя из кабинета мадам Помфри и направляясь к нему.
Гарри посмотрел в непроницаемые глаза мерзкого профессора. Он открыл рот, чтобы выкрикнуть какие-то непристойности в адрес мерзавца, когда ему в здоровую руку сунули пузырек с зельем.
— Выпейте половину сейчас, а другую половину через двадцать минут.
Гарри упрямо сжал зелье. Он не собирался пить то, что ему дал Снейп. Вероятно, это был яд.
Снейп закатил глаза.
— Не будьте глупы, Поттер. Как будто я отравлю Золотого Мальчика директора. А теперь выпейте, это самое сильное обезболивающее, которое у меня есть.
Нерешительно Гарри поднес пузырек к губам. Он принюхался, почувствовав запах мяты, и это была сирень? Он опрокинул флакон и проглотил зелье.
— Как только мы с мадам Помфри закончим разговор с директором, мы займемся Вашими травмами.
Гарри захлебнулся и закашлялся, прочищая легкие.
— С директором? — прохрипел Гарри.
Снейп бросил на Гарри взгляд, который ясно говорил о том, что ему не хватает мозгов, если он думает, что директору об этом не сообщат. Затем, к большому разочарованию Гарри, Снейп вылетел из лазарета, крепко сжав в руке свиток с перечислением травм Гарри.
Прошло несколько минут, пока Гарри лежал, прикованный к проклятой больничной койке, его мысли бесцельно блуждали. По крайней мере, боль прошла, во всяком случае, на данный момент. Он не был настолько глуп, чтобы думать, что она не вернется. Он задавался вопросом, была ли мадам Помфри сейчас со Снейпом и директором школы, или она все еще была в своем кабинете, документируя его состояние. В любом случае, она не приходила, чтобы проверить его снова.
И что было бы сейчас? Неужели они, наконец, позволят ему навсегда покинуть семью Дурслей? Может быть, он мог бы жить с Уизли. Возможно, он мог бы остаться в замке на лето. Он знал, что часть персонала оставалась. Или, по крайней мере, он так думал.
Он зевнул и потянулся, насколько смог. Небо за окнами было темным, и он размышлял о том, насколько сейчас поздно. Он задавался вопросом, обеспокоены ли друзья его отсутствием.
***
— Северус, — поприветствовал директор школы. — Какая приятная неожиданность. Заходи. Хочешь лимонную дольку? Снейп нахмурился. — Нет, спасибо. — Что я могу сделать для тебя сегодня вечером? — спросил Дамблдор, отодвигая инструмент на столе в сторону, чтобы лучше рассмотреть своего коллегу. — Как много Вы знаете о Дурслях? — спросил Снейп без прелюдии, его выражение лица застыло в непроницаемой маске. — Прошу прощения? — Родственники Поттера. Что Вы знаете о них? — настаивал Снейп. — Хорошо, — ответил Дамблдор, поглаживая бороду. — Конечно, они маглы и единственные оставшиеся родственники Гарри. Почему ты спрашиваешь? — У меня сложилось впечатление, — осторожно сказал Снейп, — что с мальчиком обращались как с принцем. Баловали, нянчились, удовлетворяли все его прихоти и желания. Снейп оставался непроницаемым, пока директор изучал его. Он хотел знать, как много Альбус знает о воспитании мальчика. — А, — ответил Дамблдор. — Полагаю, ты что-то видел на уроках окклюменции? Снейп коротко кивнул. — Ну, я должен сказать, Северус, я уже говорил тебе, что его детство сильно отличалось от детства его отца. Хотя я осмелюсь сказать, что ты не поверил мне тогда. Снейп молча ждал, пока директор продолжит. Это была игра стратегии и смекалки, и он не собирался сдаваться первым. Директор школы смиренно вздохнул. — Тогда присаживайся, Северус, и я расскажу тебе все, что знаю. Снейп отвел взгляд, не желая, чтобы директор видел хоть какой-то намек на его мысли по этому поводу. — Ты знаешь, почему я поместил мальчика к его родственникам. Кровные обереги были самой сильной защитой, которую я мог дать Гарри. Тем не менее, я знал, что его жизнь не будет легкой. Его родственники боятся магии, и, если я не ошибаюсь, они верили, что если они вырастят Гарри без знаний о нашем мире, то, возможно, он не раскроет свою истинную природу, — Дамблдор замолчал, потирая переносицу. Снейп стиснул зубы, его терпение было на исходе. — Как ты знаешь, мы наблюдали за Гарри в течение многих лет. Миссис Фигг сыграла важную роль в проверке благополучия мальчика. Она сообщала, как и другие источники, что мальчик посещал маггловские школы, его заставляли выполнять работу по дому и, похоже, он не ладил со своим двоюродным братом, — Дамблдор переложил несколько бумаг на своем столе, прежде чем продолжить. — Он проводил большую часть лета на открытом воздухе и в одиночестве. Похоже, что он не часто участвовал в семейных прогулках, оставаясь с миссис Фигг вместо этого, — выглядя усталым, Дамблдор спросил, — это отвечает на твой вопрос, Северус? Медленная, ослепляющая ярость нарастала внутри Снейпа. Неужели директор школы, имея всю свою власть и источники информации, искренне верил, что это все, что нужно? Неужели кажущийся всезнающим волшебник действительно не знал о том, что пришлось пережить Поттеру? — Нет, Альбус, конечно, нет, — огрызнулся Снейп. Он был внутренне доволен ошеломленным выражением лица директора. — Вы хотите сказать, что никто не заметил многочисленных травм, которые получал Поттер? — Травмы? — спросил Дамблдор. — Гарри был активным ребенком, конечно, следовало было ожидать незначительных шишек и синяков. Снейп резко встал, опершись руками на стол директора, его глаза горели. — А как насчет его изможденного вида, Альбус? Гематом? Сломанных костей? Дамблдор тоже поднялся на ноги. — О чем ты говоришь, Северус? — потребовал Дамблдор. Снейп серьезно изучил директора. — Мне понадобится Омут Памяти, чтобы показать Вам. Не говоря ни слова, Дамблдор вызвал волшебное устройство из кабинета Снейпа к себе. Теперь, когда каменная чаша лежал на столе между ними, Снейп воспользовался своей палочкой, чтобы вытащить нити воспоминаний из виска, будучи уверенным, что раскроет только то, что мальчик показал ему о Дурслях и Амбридж. Он не видел причин обвинять себя в плохом обращении с мальчиком. Ему придется исправить это самому. — После Вас, — пригласил Снейп, следуя за Дамблдором в Омут Памяти. Снейпу не нужно было снова просматривать воспоминания Поттера. Вместо этого он внимательно посмотрел на директора, наблюдая за лицом старого волшебника в поисках реакции. То, что он там увидел, заставило его закрыть глаза. Ужас и сожаление отразились на покрытом морщинами лице его наставника, и за то время, которое потребовалось, чтобы увидеть воспоминания, которые завещал ему Поттер, Альбус, казалось, постарел на десять лет. Вернувшись в кабинет директора, Дамблдор опустился на стул. — Я не знал, — слабо произнес он, его глаза остекленели. — Я знал, что они не идеальны, я знал, что они не самые ласковые люди, но я никогда бы не догадался… — старик опустил голову на руки. — Дорогой Мерлин, — произнес он в отчаянии. Снейп продолжал стоять, чувствуя себя неловко из-за эмоциональных переживаний Дамблдора. Он и раньше видел волшебника злым, даже разъяренным, но он никогда не видел, чтобы этот человек был таким опустошенным. Единственным положительным моментом в этой ситуации было то, что директор действительно был невежественен, ибо альтернатива была бы непростительной. — Что мы будем делать, директор? — c сомнением спросил Снейп. Дамблдор опустил руки и выпрямился в кресле, покачав головой, как бы отрицая правду. — Во-первых, мы должны исцелить мальчика. Он наш приоритет. — А остальное? — потребовал Снейп. — Я передам воспоминания в соответствующие органы. Дурсли будут привлечены к ответственности соответствующим образом, — Дамблдор сделал паузу и погладил бороду. — Хотя… — Альбус… — сказал Снейп опасным голосом. — Его тетя должна остаться в доме. Гарри нуждается в Кровной защите. — Вы же не собираетесь отправлять его туда! — прогремел Снейп. Дамблдор выглядел смирившимся. — Он должен, Северус. Увидев возмущенный взгляд Снейпа, директор школы поднял руку. — Защита будет введена в действие. Снейп выглядел скептически. — Он не останется там один. Мы найдем кого-нибудь, кто останется с ним на время его пребывания, — сказал Дамблдор. На данный момент Снейп принял это. Откашлявшись, он обратился к следующему насущному вопросу. — А Амбридж? — спросил он, уверенный, что директор школы знал об опасности, которую представлял для учеников тревожный предмет, которым она обладала. Как эта дурная ведьма вообще приобрела такую темную вещь? — Что с ней? Дамблдор вздохнул. — Это немного сложнее. Очевидно, что ей нельзя позволять продолжать использовать Кровавое перо на наших учениках. — Не говоря уже о том, что это совершенно незаконно, — возмутился Снейп. — Так оно и есть, мой мальчик, и на то есть веские причины. И хотя я предпочел бы, чтобы ее полностью исключили из школы, я очень сомневаюсь, что Фадж будет сотрудничать. Нам с тобой нужно будет объединиться, чтобы найти подходящее решение, Северус. — Договорились, — ответил Снейп, стиснув зубы. — Где сейчас Гарри? — спросил Дамблдор. — Он отдыхает в больничном крыле, — ответил Снейп. — Поппи залечила его раны? — Еще нет, — ответил Снейп. — Мы хотели сначала поговорить с Вами, чтобы решить, как действовать дальше. Он прочистил горло, прежде чем продолжить. — Тем не менее, Поппи провела полный набор диагностик, — сообщил Снейп, постукивая по свитку, который он держал на ладони. Более тихим голосом он добавил. — И я дал ему сильнейшее обезболивающее зелье, которое я варю, — Дамблдор поднял брови, услышав признание Снейпа, к большому удовлетворению Снейпа. — Я боюсь спросить, все ли так плохо? — спросил Дамблдор серьезным голосом. Вместо ответа Снейп поднял свернутый пергамент с подробным описанием всех травм Поттера, прошлых и настоящих, и протянул его директору. Дамблдор на мгновение закрыл глаза, казалось, собираясь с духом, прежде чем принять предложение Снейпа. Выражение его лица стало застывшим, но Снейп понял по осунувшейся позе пожилого мужчины и дрожанию его рук, что тяжесть вины на плечах директора была огромной. — Пожалуйста, позови Поппи, Северус. Кивнув, Снейп шагнул к камину и позвал медиведьму, которая быстро присоединилась к двум волшебникам, ее губы были сжаты в тонкую мрачную линию.
