Часть 10
9 сентября 2023 г., 00:00
Снейп частично проснулся от звука жужжания и ощущения теплого прикосновения, разминающего его предплечье, кожа натянулась между большим и остальными пальцами, прежде чем ее снова отпустили. Если бы у него были силы, он бы возразил, но, как бы то ни было, он снова погрузился под волны тьмы.
В следующий раз, когда он проснулся, прикосновение к его предплечью было похоже на теплый ветерок. Легкие поглаживания, посылающие мурашки по спине. Теперь жужжание стало мягче. Когда он полностью проснулся, он точно понял, где гладят эти пальцы, и выпрямился, отдергивая руку с темной меткой. Гнев искрился в его ауре, когда он пристально смотрел на Кови.
— Как ты смеешь прикасаться ко мне здесь, женщина?
Она моргнула, нисколько не испугавшись его негодования и презрения. Стоя, она намеренно обхватила рукой его темную метку и посмотрела ему прямо в глаза. — Профессор, — тихо пожурила она, — я целительница прикосновениями, ага? Меня тянет туда, где я нужна.
Ее взгляд коснулся его мягко, с принятием и пониманием, как когда-то у Лили перед тем, как он ушел и все испортил.
— Скажите мне, профессор, Вам больно, когда я прикасаюсь к Вам?
Снейп открыл рот, чтобы проклясть смелую ведьму, возражающую ему. Если хоть что-то слегка касалось его метку, то это было больно, как само проклятие Круциатус. Даже шелк мог вызвать у него приступы агонии. Пожиратели Смерти, как правило, накладывали чары на свои темные метки, чтобы что-либо непреднамеренно не потревожило их.
И тем не менее, вот эта женщина стояла, обхватив рукой проклятую темную отметину, и боли не было.
Снейп уставился на нее, совершенно изумленный.
— Как? — выдохнул он, широко раскрыв глаза от удивления.
Кови взяла свою руку из его и положила ее ему на голову, нежно поглаживая волосы.
— Это то, что я делаю.
Даже не осознавая, что делает, Снейп схватил руку, гладящую его волосы, и крепко прижал ее к сердцу.
— Я не знаю, что сказать, — пробормотал он.
Кови только покачала головой и улыбнулась.
— Всегда пожалуйста, Севви.
Он в смятении прищурил глаза, но, по правде говоря, ему нравилось, что она его так называет, и он никогда не признался бы ей в этом. Скрепя сердце, он отпустил ее руку.
— Просто отдыхай, ага? Я должна проверить Гарри.
— С ним все в порядке? — спросил Северус.
— С ним все в порядке, — с улыбкой заверила Кови.
***
Гарри дремал, все еще находясь в больничном крыле, когда целительница Кук разбудила его легким прикосновением к плечу. — Как ты себя чувствуешь, парень? — Устал, — зевнув, сказал Гарри, — но в остальном все в порядке. — Рада слышать, — ответила целительница Кови. — Ты просто лежи и отдыхай. Я помогу сбалансировать твою магию, ага? — Ага, — машинально ответил Гарри, только после того, как это слово вырвалось из его рта, он подумал, что могло показаться, что он издевается над ней. Но обычная ободряющая улыбка, все еще твердо отражалась на ее лице, и ее глаза мерцали так же сильно, как кольцо в носу, в свете, струящемся из окон больницы. Гарри наблюдал, как Кови положила другую руку ему на бедро. Сразу же между ее двумя руками пробежал успокаивающе теплый покалывающий поток. Когда тепло распространилось, охватив остальную часть его тела, он погрузился в глубокий сон без сновидений.***
На следующий день Гарри, мадам Помфри, целительница Кук, профессор Снейп и Альбус Дамблдор сидели за столом странной формы в кабинете директора, пока целительница Кук обсуждала предстоящие процедуры. — Вы все знаете свои роли, ага? Я буду руководить исцелением, Поппи будет вводить любые зелья, которые понадобятся Гарри, и помогать мне в целом, а профессор Снейп будет помогать Гарри, если какие-то воспоминания станут непреодолимыми, так? — сказала целительница Кови, оглядываясь по сторонам, чтобы заручиться всеобщим согласием. — Итак, у нас есть несколько вариантов. Вы все понимаете важность «исцеления». Что нам нужно решить, так это то, как мы собираемся подойти к этому, ага? — Есть три основных подхода, — Кови подняла три пальца и опустила каждый по очереди. — Они относятся ко времени, тяжести, направлению. Время означает, что мы очищаем луковицу, внешний слой и внутренний, то есть самые последние травмы и самые отдаленные. Или мы могли бы сделать наоборот — от самых старых травм до самых новых. Тяжесть относится к тому, чтобы сначала лечить самые сложные травмы, как можно скорее избавляясь от плохих, ага? Или сначала исцелить легкие, а в последнюю очередь — более трудные. Наконец, направление означает исцеление от ядра. Или наоборот. — Какой-то вариант быстрее других? — спросил Гарри. Целительница покачала головой. — Нет никакого способа ответить на этот вопрос, Гарри, — понимающе сказала целительница Кови. — Есть много факторов, которые влияют на исцеление, например, сколько воспоминаний возвращается, насколько они травматичны, сколько травм мы можем исцелить за каждый сеанс, как реагирует тело, как реагирует магия... понимаете? — Что лучше работает? — поинтересовался Снейп. — Каждый случай индивидуален, ага? У Гарри немного сложнее, потому что он старше, чем мой типичный пациент, и у него есть травмы, заживающие в течение более длительного периода времени, — Кови помолчала, задумавшись. — Значит, его воспоминания тоже связаны с теми ранами, которые он частично исцелил с помощью стихийной магии, понимаете? Альбус откашлялся. — У Вас есть предпочтения, Ковентри? — Я думаю, что было бы разумно начать с ядра и стабилизировать внутренние органы Гарри. Таким образом, его тело сможет приспособиться к любым повреждениям, которые может выпустить будущее исцеление. После этого я увижу или, скорее, почувствую, — сказала целительница Кови. — Может быть, было бы неплохо почистить лук, так сказать, ага? С другой стороны, заживление более ранних травм может иметь эффект домино, позволяя новым травмам заживать самостоятельно, понимаете? — целительница Кови кивнула Гарри. — Я не узнаю, пока не увижу, как отреагирует Гарри. Гарри неловко заерзал в кресле. Ему не нравилось быть в центре внимания, и он не хотел тратить время этих людей. — Что может измениться после того, как ты исцелишь меня? — спросил он осторожно. — Ну, Гарри, после того как мы вылечим твою ногу и обратим вспять недоедание, я надеюсь, ты немного вырастешь, понимаешь? — целительница Кови подмигнула Гарри. Гарри, который всегда был невысокого роста для своего возраста и ненавидел это, улыбнулся. Теперь это было то, чего можно было с нетерпением ждать. Может быть, исцеление стоило бы того, если бы он мог набрать полфута или около того. Он думал, что был бы счастлив просто быть выше Гермионы.***
Снейп провел день, приводя в порядок свои покои. Он не мог поверить, что согласился на предложение целительницы Кук, если это можно так назвать. Она была хитрой, наверняка она была в Слизерине. Он должен был бы спросить. Каким-то образом ей удалось пригласить себя в его покои этим вечером так, что казалось, что это была его идея. Он все еще не был уверен, как это произошло. После встречи в кабинете Дамблдора, когда все, кроме Гарри и директора, ушли, целительница Кук, «Кови», — он поправил себя, положила свою маленькую ладонь ему на предплечье, останавливая его. Когда он повернулся к ней, он был захвачен бесхитростным выражением ее голубых глаз. — Севви, — позвала она его, и ее прикосновение и прозвище застали его врасплох. После этого он отвлекся. Она что-то говорила о том, чтобы обсудить с ним заботу о мальчике Поттере, и так или иначе ей удастся получить приглашение — не иначе как в его личные покои — на этот вечер. Он никогда не приглашал женщину в свои покои в Хогвартсе, и все же каким-то образом ей удалось проскользнуть мимо его хорошо отточенной защиты. Он решил, что ему придется положить этому конец. Стук в дверь подземелий заставил его желудок сжаться — чего он не чувствовал... ну, он не был уверен, чувствовал ли он когда-нибудь это с кем-то, кроме Лили. Конечно, просто раньше у него не было женщины в его личных комнатах. В любом случае, она была слишком молода для него, напомнил он себе. Тем не менее, ему удалось раздобыть очень хорошую еду для своей гостьи, а также две бутылки вина — красного и белого, не уверенный в ее предпочтениях. Свежие цветы на столе были всего лишь побочным эффектом того, чтобы быть Мастером зелий. Конечно, не потому, что миловидная молодая ведьма навещала его в его личных покоях. Конечно, нет. Снейп с трудом открыл дверь, нахмурившись. Он должен был задать тон этой встрече с самого начала. Это была профессиональная встреча, не более того. Кови стояла за дверью, одетая в голубые одежды, которые идеально подчеркивали цвет ее глаз и кончики волос. Сверкающие серебряные нити волнами кружились по подолу и отражали ее кольцо в носу. Кольцо в носу! Хотя, он должен был признать, на ней это было уместно. Ее ногти тоже мерцали. Сам того не желая, он предложил ей свою руку, которую она тут же взяла, обхватив его за руку маленькой ладонью, когда он повел ее внутрь. — Спасибо, что пригласил меня, Севви, — промурлыкала она, сжимая его руку. Северус чуть было не ответил «Да» в ответ, но спохватился. Что такого было в этой женщине? Она залезла ему под кожу, даже не пытаясь. — Твоя квартира прекрасна, — добавила она, рассматривая его мебель из красного дерева и скудный, но многозначительный декор. — Как и ты, — пробормотал он, потом покраснел и нахмурился. Какого черта? Он пристально посмотрел на нее, задаваясь вопросом, наложила ли она на него какое-то проклятие, или Дамблдор подсунул любовное зелье в свой чай, когда они встретились ранее в тот день. Громче и для того, чтобы прикрыть свою оплошность, он объявил. — Ужин готов. — Да, божественно пахнет, — сказала она, сверкая глазами. Северус внутренне застонал, решив сосредоточиться на еде, на мальчике Поттере, на чем-нибудь, кроме нежелательных мыслей, проносящихся в его голове об интригующей ведьме, бездельничающей в его покоях, как будто ей здесь место. В этот момент черная полоса пронеслась по комнате, обогнула обеденный стол и бросилась на колени Кови. — Прочь! — потребовал Снейп, указывая на пол. Кови рассмеялась, ее улыбка была заразительной. — Ну, привет. А ты кто такой? — Кови ворковала и гладила солидного черного короткошерстного кота, который теперь лежал у нее на коленях и громко мурлыкал. — Это, — сказал Снейп, скрестив руки на груди, — Эрл Грей. — Эрл Грей? — повторила Кови. — Бьюсь об заклад, за этим стоит история, малыш, — она посмотрела на Северуса, молча задавая вопрос, почесывая кота за ушами. — Так уж получилось, — ответил Снейп, — Я нашел его почти мертвым, застрявшим в расщелине в подземельях. Тощего, как новорожденный нюхлер, и всего в укусах. Жалкое создание выло, вызывая бурю. Я освободил его и намеревался отдать Хагриду, нашему егерю, — Снейп хмыкнул и откинул прядь волос с глаз. — Оказалось, у Хагрида аллергия на кошек. — Итак, значит, ты оставил маленького негодника, — сказала Кови. — Не совсем, — ответил Снейп. — Больше похоже на то, что он не оставил меня в покое. Я вымыл его и дал перекусить, и чертова тварь не уходила. Царапал мою дверь и кричал всю ночь напролет, — Снейп протянул руку и погладил кота. — С тех пор он мне немного приглянулся, — признался Снейп. — А его имя? — спросила Кови. — У меня есть привычка пить послеобеденный чай. Эрл Грей, если быть точным. И кот, кажется, особенно любит это. Если я не прикрою кружку рукой, он окунет в нее лапу и лизнет ее, — Снейп поднял подбородок, выглядя напыщенно. — Я предпочитаю чай без комочков меха, большое спасибо. Кови хихикнула. — Что ж, умный маленький негодник. Хороший вкус, — сказала Кови, шевеля бровями и глядя на Снейпа. Снейп почесал затылок, чувствуя себя неловко, не зная, говорит ли она о чае или о нем самом. Чтобы скрыть свой дискомфорт, он сделал глоток вина и попытался смотреть куда угодно, только не на ведьму перед ним, которая ухмылялась, как чертенок. — Ну, я полагаю, мы должны поесть, — откашлявшись, неловко сказал он. Взмахом его волшебной палочки — сигналом для домашних эльфов — появились тарелки, полные декоративных и греховно вкусных блюд. Мгновение спустя бра потускнели, и на столе появилось несколько свечей, добавив романтическую атмосферу в комнату. Снейп застонал. — Проклятые домашние эльфы, — пробормотал он. Кови посмотрела на него и ухмыльнулась. — Я смотрю, они все еще такие же хитрые, как и раньше.***
Ужин прошел довольно невинно. Хотя Снейп заставлял себя оставаться сдержанным и отчужденным или, по крайней мере, старался изо всех сил, Кови не только говорила достаточно для них обоих, но и сумела привлечь Северуса, даже заслужив случайный смех молчаливого волшебника. После этого они перешли в гостиную. Сидя лицом к огню, каждый с бокалом вина, Снейп перевел разговор в более безопасное русло. — Вы хотели обсудить мистера Поттера? — спросил он. — Да, — сказала Кови. Снейп наблюдал, как на ее чертах появилось обеспокоенное выражение. Это был первый раз, когда он видел, чтобы она выглядела менее чем уверенно. Он поставил бокал и наклонился вперед. — Что такое? — спросил он. — Боюсь, что исцеление мальчика не будет легким для него, — переведя взгляд на Северуса, она добавила. — Или для тебя. — Меня? — удивленно спросил Северус. — Я чувствую, что ты чувствуешь определенную ответственность перед мальчиком, ага? Северус скорчил гримасу. Он не был уверен, как он относится к мальчику в эти дни. Конечно, его предположения о детстве Поттера были неверными. Тем не менее, разве это полностью свело на нет последние пять лет в Хогвартсе? Насколько антагонизм между ними был увековечен самим Снейпом? Он еще не был готов углубляться в эту тему. — Я знал его мать, — ответил Снейп, надеясь отвлечь внимание от дальнейших расспросов. — Ах, Лили Поттер, — сказала Кови. — Я слышала о ней. Говорят, что она была потрясающей ведьмой, которую убил Сам-Знаешь-Кто. Снейп кивнул, ожидая знакомое ощущение того, как его нутро сжимается при упоминании имени Лили. Но, его не последовало. Как будто удар смягчился, когда Кови произнесла имя Лили, как когда она помогла Снейпу исцелить проклятую руку Поттера, смягчив боль, которую он чувствовал в процессе. — Почему Вы беспокоитесь о Поттере? — отводя разговор от Лили, сказал Снейп. Кови теребила ее нижнюю губу, чего он раньше не видел. — Я не знаю, упоминал ли об этом Альбус, но Гарри заблокировал довольно много своих воспоминаний. Он не помнит, как получил много травм в том возрасте, когда он должен был знать о них, понимаешь? — Как Вы думаете, почему? — спросил Снейп, хотя и подозревал, что знает ответ. — Я думаю, поскольку ему пришлось жить с этими маглами, блокирование того, что они делали с ним, было единственным способом, которым он мог продолжать жить там и оставаться в здравом уме, ага? Снейп молча согласился, ожидая, что она продолжит. — Я беспокоюсь о его душевном состоянии, когда все эти воспоминания всплывут на поверхность, ага? Ему нужно нечто большее, чем просто физическое исцеление. Ему нужна сильная система поддержки. Снейпу захотелось покачать головой. Думала ли она, что он, Северус Снейп, вызовется консультировать мальчика? — Вы имеете в виду что-то конкретное? — спросил он. — Да, я думала, что лучше всего подойдет маггловский психолог. Снейп приподнял бровь. — Маггл? Как же так? — Я полагаю, — сказала Кови, — что он чувствовал бы себя более комфортно, разговаривая с кем-то, кто никогда о нем не слышал. Лучше для него. С ним будут обращаться как с любым другим ребенком, подвергшимся насилию, и он сможет получить необходимую помощь, ага? — Кови отхлебнула вино, затем поставила кубок на крайний столик. — Не беспокоясь, что слухи распространяться вокруг о том, что случилось с «Великим Гарри Поттером», ага? Внутри Снейпа скрутился приступ вины. Он сам использовал это прозвище. — Я подумаю об этом, — сказал он. Он покачал головой. Как она заставила его добровольно заняться этими делами? Она положила свою руку на его и улыбнулась, не сводя с него взгляда. — Спасибо, Севви. Парню повезло, что ты у него есть. Снейп уже собирался развеять эту самонадеянность ведьмы, когда обнаружил, что загипнотизирован ее ярко-голубыми глазами, светом камина, танцующим на ее выразительном лице и высоких скулах, тяжестью ее руки на его руке, руке, которую она все еще не убрала, руке, которую, он обнаружил, что он не очень хотел, чтобы она убирала. Откашлявшись, он отвел взгляд от пленительной ведьмы. — Еще вина? — спросил он исступленно.
