Часть 15
12 сентября 2023 г., 16:27
— Как ты сегодня себя чувствуешь, Гарри?
— Хорошо, — сказал Гарри, опустив глаза. Гарри вздрогнул, почувствовав, как рука ненадолго сжала его плечо.
— Все в порядке, Гарри. Я знаю, что это совсем не просто, и мне очень жаль, ага?
Гарри кивнул, сосредоточившись на покалываниях от ее прикосновения. Теперь это было знакомо ему, как и ее успокаивающая улыбка, ее успокаивающий голос, ее напевание во время работы. Он держался за них, как за якоря во время бури.
— Прежде чем мы начнем, ты хочешь, чтобы профессор Снейп присоединился сразу, или хочешь подождать и посмотреть, нужен ли он тебе вначале?
Гарри не хотел, чтобы кто-то видел его самые мрачные воспоминания еще до того, как он узнал, что они из себя представляли.
— Давайте подождем и посмотрим, — ответил он. — Не обижайтесь, сэр, — сказал он, бросив взгляд на Мастера зельеварения.
— Без обид, мистер Поттер, — сказал Снейп, и искренность в его глазах заставила Гарри поверить ему. Возможно, Снейп понимал больше, чем Гарри предполагал.
— Откиньтесь на спинку, мистер Поттер, — сказала мадам Помфри, возясь с его подушками. — Мы все здесь для Вас, если мы Вам понадобимся.
Чувствуя явный дискомфорт и страх перед тем, что должно было произойти, Гарри откинулся на больничную кровать, накрылся простыней и закрыл глаза.
— Я положу руку тебе на плечо, Гарри, ага? — ворковал голос целительницы Кови.
Как и ожидал Гарри, он не вздрогнул, во всяком случае, не сильно.
— Просто дыши со мной, парень, ага, вот так. Пусть твой разум отойдет в сторону.
Гарри почувствовал, как его сознание парит во времени и пространстве, когда тепло целительницы Кови наполнило его тело. В прошлый раз тепло сконцентрировалось глубоко внутри, исцелив ушиб почки от удара ноги в поясницу от дяди Вернона, когда ему было двенадцать лет. Она также залечила проколотое из-за нескольких треснувших ребер легкое. Но сейчас было по-другому. Казалось, она следила за артериями в его конечностях, жар разветвлялся во всех направлениях одновременно.
В прошлый раз она объяснила ему, что это его тело руководит исцелением, а не она. Сначала она могла попытаться сосредоточиться на чем-то одном, но после того, как это было исцелено, его тело направляло ее в другие места, ведя ее туда, где оно больше всего нуждалось в исцелении. Если не было очень веской причины идти по другому пути, она сопротивлялась этому.
Когда он плавал в тумане, его конечности начали гореть и болеть. Когда она работала над его сломанными ребрами, все началось также. Затем, однако, только три ребра, с одной стороны, горели, когда она выпустила его стихийную магию и исцелила ее своей собственной. Потом еще два на другой стороне. Затем его грудина.
Но сейчас все было по-другому. Все его конечности горели одновременно — несколько мест на правой и левой руках, левой лодыжке, правом бедре. Он ахнул от боли.
Гарри почувствовал, как прохладное зелье вливается ему в горло, а слова окружающих его взрослых расплывались вдали, не поддаваясь расшифровке в потоке агонии, которая продолжала нарастать. Он стиснул зубы и попытался ухватиться за Кови сквозь наполненный болью туман, но не смог найти ни ее, ни ее якорей.
Где она была?
В поле зрения появились перила лестницы с Тисовой улицы, белые костяшки пальцев одной руки держались за перила, а другая обхватывала одну из стоек. Дядя Вернон стоял на нижней площадке, его лицо побагровело от ярости. Тетя Петуния стояла наверху, пытаясь оторвать его от лестницы.
Когда Вернон начал подниматься по лестнице, Гарри схватился крепче, его восьмилетний голос кричал.
— Нет, пожалуйста, остановись, пожалуйста... — но дядя Вернон никогда не останавливался.
Гарри почувствовал, как Вернон схватил его тонкие руки, пытаясь заставить маленького Гарри отпустить перила. Гарри едва удалось удержаться. Он почувствовал, как его страх усилился в сто раз при виде зла на лице его дяди. Он держался крепче, но обнаружил, что обе руки Вернона схватили его руку, одна за запястье, а другая ближе к локтю.
— Я научу тебя слушаться, мальчик, — буркнул мужчина, и слюна свисала с его сумасшедшего лица.
А потом начал выкручивать Гарри руку. Гарри отпустил стойку и умолял дядю остановиться, но этого уже было недостаточно. Мерзкий человек просто продолжал скручивать руку до тех пор, пока сухожилие не оторвалось от кости, до тех пор, пока кость громко не треснула и крик не разорвал воздух.
Тем не менее, этого было недостаточно для человека. Жестокие удары и пинки обрушились на его тело, заставив его рухнуть вниз по лестнице, пока он не рухнул на пол. Его дядя подошел и встал над ним, требуя, чтобы он закрыл свой проклятый рот и перестал кричать.
Но Гарри не мог. Боль не прекращалась. Вернон поднял ногу и ударил ботинком по сломанной руке Гарри. Когда это не сработало, он ударил Гарри ногой в живот. Крик резко прекратился, когда он вышиб дух из Гарри.
Прежде чем Гарри успел отдышаться, сцена изменилась. Он сидел в сарае на заднем дворе, свет едва проникал через почти закрытую дверь. Он не знал, что сделал, но знал, что дядя Вернон придет. Он хотел убежать, спрятаться, но не мог. В центр бетонного пола был вбит большой металлический кол, к которому была приварена металлическая цепь. Руки Гарри были связаны за спиной, и он был привязан к этой цепи. И его дядя направлялся к нему. Пот стекал по коже, когда страх поглотил его, его сердце бешено билось, желчь застыла в горле.
Затем его дядя стоял в дверях, закатывая рукава рубашки.
— Вернон, подожди, — позвала тетя.
Сбитый с толку, Гарри взглянул вверх и увидел, что тетя бросается к нему.
— Вернон, ты не можешь разбить костяшки пальцев. Сегодня вечером мы идем ужинать. Вот, возьми это.
К ужасу Гарри, мерзкая женщина вручила его дяде четырехфутовую доску.
Вернон улыбнулся.
— Ты думаешь, что сможешь запугать нашего сына, а? Напугать его своими странными делами? Что ж, давай посмотрим, как тебе понравятся немного наших странных дел, а?
Первый удар пришелся Гарри в плечо и едва не сбил его с ног. Сейчас ему было тринадцать лет, но это вряд ли имело значение. Он был маленький для своего возраста и не ел несколько дней. Он был слаб. Второй удар пришелся по голове. Чем больше он умолял Вернона остановиться, тем больше это заводило безумца. Петуния стояла, скрестив руки в дверном проеме, и смотрела. Вскоре доски стало недостаточно, и он начал пинать Гарри.
Гарри потянул за конец цепи, привязывающей его к столбу, стараясь отодвинуться как можно дальше от дяди. Но это, казалось, разозлило мужчину еще больше.
Затем дядя подошел к Гарри и критически посмотрел на него. Одна нога Гарри была вытянута под неудобным углом. В один ужасный момент дядя Вернон поднял ногу и резко ударил каблуком ботинка бедро Гарри, раздробив бедренную кость с громким треском.
Гарри взвизгнул, его тело горело, нога изогнулась под неудобным углом, зрение затуманилось, волна тошноты охватила его.
Он перекатился на кровати в лазарете, и его стошнило.
***
— Я не знаю, сколько еще он сможет вынести, Альбус, — сказал Снейп. Директор школы склонил голову. — Я знаю, что прошу тебя о многом, Северус, но мы должны продолжать. Мальчика нужно исцелить. Поппи думает, что это, возможно, остановило его рост. Было бы неправильно мешать ему полностью раскрыть свой потенциал, когда в наших силах это исправить. — Но разве правильно безжалостно мучить его воспоминаниями о жестоком обращении, которое его разум заблокировал по уважительной причине? — Гарри сильнее, чем ты думаешь. Он справится с этим. — А если нет, Альбус? Он не может спать, он не может сосредоточиться на учебе, у него воспоминания и панические атаки... — И ты дал ему зелья, не так ли? И он встречается с маггловскими терапевтами. Мы можем справиться с этим. Снейп покачал головой в ответ на глупость старика. — Почему ты не используешь окклюменцию во время этих сеансов исцеления? — Использую, когда это требуется. Я подозреваю, что он предпочел бы не делиться ужасными воспоминаниями больше, чем нужно. — Возможно, следует защищать его независимо от его желаний, если все так плохо, как ты говоришь. Снейп скорчил гримасу. Он знал, что Поттер уже висит на волоске, и то, что они отнимут еще один кусочек его свободы выбора, единственный, который у него остался, на самом деле, может стать пресловутой соломинкой, сломавшей спину верблюду. — Я знаю тебя, Северус, лучше, чем ты знаешь себя. Ты не дашь мальчику сломаться. Ты дал нам с Лили обещание, и я верю, что ты его сдержишь. Снейп почувствовал, как закипает его гнев. — Я пообещал обеспечить ее сыну безопасность и здоровье. Я не уверен, что это исцеление обеспечивает его безопасность или здоровье. — Тогда, возможно, нам нужно найти другого целителя, — предположил Дамблдор. Снейп побледнел. — Проблема не в этом, Альбус, и Вы это знаете. Целительница Кук — отличный специалист, одна из самых лучших. Вы сами выбрали ее именно по этой причине. Но даже она не может помешать мальчику сломаться под тяжестью всего этого. — Нет, — ответил Дамблдор, — именно в этом я рассчитываю на тебя, Северус. Снейп сжал руки в кулаки. Дамблдор был полон решимости добиться своего, невзирая на людей, которые были раздавлены на пути к его «великому плану», каким бы он ни был. И хотя Снейп не думал, что тот намерен пожертвовать Поттером на этом пути, его высокомерие могло привести к этому. — Вы требуете от Поттера слишком многого, — пробормотал Снейп. — Не больше, чем от тебя, — ответил директор. — Но ведь Поттер — ребенок! — Ты считал себя ребенком в пятнадцать лет, Северус? Два года до совершеннолетия, а ты уже выступал в роли своего собственного опекуна. Разве Поттер не делает то же самое? — Я... Ты... Нет, это не то же самое! — Как же так, Северус? Твоя домашняя ситуация не сильно отличалась. — Мы говорим не обо мне! — возразил Снейп. — И более того, у меня не было сумасшедшего, стремящегося убить меня. — Не так ли, Северус? Возможно, не совсем так, но ты уже связал свою судьбу с Пожирателями Смерти к пятнадцати годам. Снейп был готов в отчаянии рвать на себе волосы. — Это не одно и то же, — настаивал он. Дамблдор просто выжидательно смотрел на Снейпа, и Снейп знал этот взгляд. Этот взгляд, который говорил о том, что не имеет значения, что говорит кто-то другой, Дамблдор уже принял решение, и его приспешники, в конце концов, поймут его гениальность, даже если их разум слишком мал, чтобы осознать это в настоящий момент. — Я вижу, что Вас не отговорить, — сплюнул Снейп. — Так что я уйду. — Передай Гарри привет, ладно? — Скажите ему сами, — огрызнулся Снейп и с этими словами выбежал из кабинета Дамблдора.***
Как только состояние Поттера стабилизировалось, Северус как обычно отвел измученную целительницу Кови в свои покои. Он усадил ее на диван и приготовил ей чашку ее любимого белого чая с корицей. Затем он сел рядом с ней и притянул ее к себе. Она вздохнула и прижалась к нему. Обняв ее, он вдохнул ее соблазнительный аромат и поцеловал в макушку. — Как прошло исцеление? — спросил он. Правда, он был там. Он видел, как тело Гарри напрягается, сворачивается калачиком, сражается с невидимыми кулаками и тому подобное, но с точки зрения Кови все всегда выглядело иначе. Он почувствовал, как Кови покачала головой. — Это так тяжело для Гарри. Хотела бы я немного облегчить ему задачу, ага? — Тебе тоже нелегко, — прокомментировал Северус. — Да, — подтвердила она, — но ты можешь позаботились обо мне после, ага? Я беспокоюсь о Гарри. Он слишком многое держит в себе. — У него трудный возраст, — сказал Северус. В свои пятнадцать лет Поттер все еще пытался понять, кем он был как личность. Его жизнь была совсем не устоявшейся. И с тенью Темного Лорда, нависшей над мальчиком, его будущее было в лучшем случае неопределенным. Вздохнув, Снейп сдвинул Кови так, чтобы она прислонилась к нему поудобнее. Эрл Грей вскочил на диван, устроился рядом с бедром Кови и громко мурлыкал, требуя внимания. — Да, — сказала Кови, поглаживая черную кошку. — Сегодня все было по-другому. Я сосредоточилась на его руках и ногах, ага? — она глубоко вздохнула. — Там так много всего, — посетовала она. — Так много травм... ушибов, переломов, растяжений... — она снова покачала головой. — Это баланс, понимаешь? Исцелять частями и пытаться закончить с каждой травмой за раз, чтобы было быстрее и ему не пришлось продолжать проходить через это... — голос Кови застрял в горле. — Кови, — сказал Северус, приподняв подбородок, чтобы посмотреть в ее слезящиеся голубые глаза. — Ты удивительная целительница и ведьма. Ты делаешь для Гарри больше, чем кто-либо когда-либо делал для мальчика, — «И не меньше, чем я сам должен был сделать», — подумал Северус, поморщившись. Кови протянула руку и погладила его по щеке. — Ты, Севви, немного предвзят, ага? — Возможно, — согласился он, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать ее в губы. — Но не на эту тему, — сказал он, прижавшись к ее губам, когда она подползла ближе, чтобы ответить на его поцелуи. Северус упивался ей, пораженный тем, как эта скользкая ведьмы так легко и полностью проникла в его жизнь. Она была молода, красива и так невинна по сравнению с ним. И если она была более общительной, чем ему нравилось думать, он наслаждался мыслью о том, что она была его полной противоположностью. Свет в его тьме. Ее руки скользнули по его шее, а пальцы впились в волосы. Она углубила поцелуй, и Северус почувствовал, что отвечает тем же. Он скользнул руками под ее одежду и обхватил ее талию, наслаждаясь ощущением ее мягких изгибов. Ее теплый, довольный вздох заставил его с трудом сохранять самообладание. Не было никаких сомнений в том, что он хотел ее, но он не хотел использовать ее в своих интересах, когда она была такой уставшей и измученной. Во время первой близости, он хотел, чтобы они оба были полностью отдохнувшими и спокойными, чтобы иметь возможность испытать каждое чувственное прикосновение и поцелуй их соединения. Тем не менее, он не жаловался. Осторожно он скользнул рукой под подол ее блузки, чувствуя, как тепло ее кожи танцует под подушечками его пальцев, когда он проследил изгиб ее поясницы. Ее быстрое дыхание и то, как она прижалась к нему ближе, заставили его бороться с неэлегантным стоном, вырывающимся изо рта. Одна из ее рук скользнула вверх под его рубашку. Теперь она тянулась вниз по его шее, вдоль груди, вниз к поясу брюк. У Снейпа перехватило дыхание в ожидании того, как ее пальцы продолжат исследовать его. Как только ее пальцы скользнули под его пояс, он дернулся и зашипел от боли. Он отстранился от ее прикосновений и поцелуя, когда вскочил на ноги, его разум пылал страхом и сожалением. — Севви? — спросила она с неуверенным выражением лица. Мысли Снейпа закружились. Ему нужно уйти. Немедленно. Но что сказать Кови? — Что случилось? — спросила она, поднимаясь на ноги. Снейп поднял руку, чтобы остановить её, и отступил назад, увеличивая расстояние между ними. На ее лице промелькнула боль, но он покачал головой, а затем снова зашипел, когда боль в руке удвоилась. Бессознательно он обхватил пальцами левое предплечье. Она заметила, и на ее лице расцвело понимание. Снейп почувствовал, как мир рушится вокруг него. — Уходи, — сказал он гораздо жестче, чем собирался. — Пожалуйста, — умолял он. Он отказался надеть свой наряд Пожирателя Смерти перед ней. После секундного колебания она кивнула и собрала свои вещи. Плечи напряглись, когда она бросила горсть порошка в его очаг и исчезла в завитке зеленого пламени. Она не смотрела на него, когда уходила. Снейпу хотелось кричать о несправедливости всего этого. Он знал, что она уже знала о его Темной Метке, в конце концов, она исцелила для него часть проклятия. Но чего она не знала, что он забыл ей сказать, так это того, что он все еще был Пожирателем Смерти. Хотя он был шпионом Дамблдора, но он тоже не мог сказать ей об этом. Проклиная и отгоняя все мысли о Кови, он сделал то, что должен был сделать, прежде чем ответить на призыв Темного Лорда.
