Исцеляя твое сердце

***

— Как ты? — Совру, если скажу, что стало лучше. — Почему я об этом не знал? — Тебе было не обязательно.

***

      Пустота в душе идеально гармонировала с безлюдными улицами, однако словно в одночасье на тротуары стали высыпать прохожие, чей рабочий день спешил начаться с минуты на минуту наверняка в другом конце города. Боль утихла, осталась лишь немая и тупая тоска где-то в той самой названной пустоте, которую все сильнее ворошили эти люди.       Их скорее всего кто-то ждет. Им есть куда возвращаться. И дело здесь даже не в том, что спать на улице непринято и холодно, а в том, что у каждого, кто сейчас встречается ему на пути, есть та самая неведомая отправная точка, которая с одной стороны диктует как жить, а с другой бережёт от безрассудства.       Плюс это или минус он не знал, сейчас, ему кажется, что это определённое преимущество, но и у этой медали две стороны. Ему больше не за что цепляться, некуда возвращаться, но есть что-то, что хочется найти.       Так он и стоял в нерешительности напротив огромного небоскреба, не торопясь перейти дорогу даже на зелёный сигнал светофора. Кто-то мог бы подумать, что он очарован красотой творения людских технологий, но скорее он был поглощён идеей человеческой ничтожности, стоя напротив чего-то столь величественного.       Наконец, выйдя из оцепенения, он достал телефон из кармана, зашёл в заметки, где в самом верхнем левом углу красовался тот адрес, которого теперь юный путешественник решительно хотел избежать. Но есть ли хоть какая-то возможность сопротивляться неизбежным вещам?       И снова красный сменился зеленым, а юноша не ступил ни шагу. Он смотрел на экран и сам не понял, как и почему, но одинокая слеза наконец сорвалась с щеки и упала на смартфон. Один лишь безразличный и уже знакомый голос послышался в дали:       — Зеленее уже не будет.       Забавный факт от незнакомца заставил юношу смахнуть остатки влаги с лица и сделать совсем нерешительный шаг в неизвестность, как в ту же секунду чьи-то руки утянули его назад, заставляя упасть в чужие властные объятия.       — Ты чего творишь? Под машину захотел?       И в правду, как только им удалось устоять на ногах, юноша обернулся, не переставая крепко держаться за чужие предплечья, в то время как высокий сторож его сна все ещё не убирал свои руки с тонкой талии. Возможно, чересчур тонкой для юноши почти двадцати лет. Повернув голову, тот наконец заметил, с какой стремительной быстротой проносились мимо него те, кто так отчаянно хотели избежать пробок, что выходили из дома ни свет ни заря.       Осознание того, что он уже неприлично долго сжимает чужую кожаную куртку в ладонях пришло к нему слишком внезапно. Он тут же отстранился от брюнета и сделал шаг назад, а руки парня без особого желания отпустили его. И как он может уйти, когда этот странный незнакомец так и преследует? Секундное раздражение сменилось легким смущением, когда юноша вспомнил мягкое прикосновение и понял, что до сих пор чувствует не запах утренней улицы, а парфюм спасителя.       — Пойдем. Даже если тебе есть куда идти, - безымянный брюнет сделал шаг навстречу, - кажется, тебе не сильно хочется туда возвращаться.       Закончив свою мысль, парень плавно опустил свою ладонь на ручку чужого чемодана, при этом заглядывая в глаза путешественника. Второй лишь осторожно кивнул, позволяя помочь себе и двинулся следом за парнем, выглядывая из-за его плеча. Юноша старался держаться поближе к коренному жителю бетонных джунглей, считая основной своей задачей не упустить из виду парня, который с определенной регулярностью оборачивался и проверял, на месте ли его новый спутник, а убедившись в том, что юноша не отстал, тот лишь облегченно улыбался.       Они шли молча по загруженным улицам, а когда все же свернули в дворы, гость смог хоть немного расслабиться, ведь не нужно было то и дело сталкиваться людьми, которые так сильно спешили на работу.       — Мы пришли, — произнес парень, останавливаясь у огромных ворот в высоком каменном заборе, который словно крепость отделял жилище азиата от всего остального мира. Юноша кивнул, а его проводник открыл дверь, открывая взору иностранца вид на небольшую лужайку, с аккуратно подстриженными кустами. Узкая тропинка, вымощенная темной плиткой вела к стеклянной двери под навесом, которая поддалась искусным манипуляциям с ключами в исполнении корейца и оба парня тут же оказались в огромной гостиной, с трех сторон окруженной панорамными окнами. Они сделали шаг внутрь, и гость закрыл за собой входную дверь, с интересом осматриваясь по сторонам. — Ты опять шлялся где-то всю ночь? — послышался сонный голос слева, как раз со стороны, где не было окон, а в следующее мгновение навстречу юноше вышел лохматый шатен в помятой белой футболке, лениво потягиваясь.       Однако вся его сонливость мигом растворилась, когда пришло понимание того, что в дом зашёл не только сосед, но и кто-то посторонний. Спавший минуту назад парень кинул вопросительный взгляд на любителя ночных прогулок, изображая недоумение, а тот лишь положил руку на плечо своего гостя и, словно укрывая от чужих глаз, молча повел в сторону лестницы на второй этаж, делая вид, что еще одному хозяину дома все происходящее только кажется.       Поднявшись по лестнице, они молча прошли через весь коридор в темных тонах в самую дальнюю комнату, стены которой были отделаны светло-серыми деревянными панелями, огромные окна с выходом на балкон были занавешены коричневыми громоздкими шторами. Слева от двери располагался небольшой диван и пара бесформенных кресел напротив плазмы, а практически посередине комнаты, будучи главным ее экспонатом, стояла двуспальная кровать. Парень, наконец, снял свою кожанку и вопреки ожиданиям француза не кинул ее на кровать, а повесил в шкаф, который француз заметил не сразу. Такой аккуратности второй явно не ожидал.       — Располагайся, — кивнул парень на диван, а сам, чтобы не стеснять юношу сел на светлое бархатное кресло неподалеку.       Юноша опустил свой рюкзак на пол, а сам сел на край, продолжая заинтересованно разглядывать уже не только комнату, но и красивого человека в углу.       — Тиен, — крикнул кто-то и забежал в комнату, до того, как ее хозяин успел хоть что-то сказать, — Там Хёнджу и Минсу... Короче, я надеюсь, что хоть ты не забыл про...       Только в самом конце своего бестактного монолога вбежавший заметил, что хозяин комнаты даже не обернулся, а продолжает молчаливо сверлить взглядом пространство напротив. Когда нарушитель спокойствия замолчал, Тиен перевел взгляд на него, всей своей мимикой как бы говоря: "ну, уже продолжай".       — Привет, я Чон Ю Бин, — бесцеремонно зашел в комнату приветливый юноша, который, насколько мог судить француз, был одного возраста с хозяином апартаментов. Он протянул незнакомцу руку сразу же, как упал рядом с ним на диван, — Я друг Тиена, как тебя зовут, откуда ты?       Тут хозяин комнаты решил вмешаться, заметив тень испуга в глазах юноши, который словно не находил что сказать. Тиен встал со своего кресла и поднял непрошеного гостя с дивана за ту саму ладонь, которую он протягивал для рукопожатия.       — Я сам ещё не знаю его имени, — со всей серьезностью и ноками ревности, которые заставили усмехнуться одного лишь француза, произнёс темноволосый и вывел Ю Бина из комнаты, после чего обратил свое внимание на юношу, который опустил голову в пол, — Извини, тут всегда так. Эти парни не слышали про личное пространство.       — Марко, — едва слышно произнес приезжий.