Плющ и Мак

Поппи Свитинг, стараясь не издавать ни звука, спускалась по винтовой каменной лестнице к гостиной Пуфендуя, осторожно озираясь по сторонам. Время отбоя уже давно прошло и следовало быть аккуратнее, чтобы не попасться на глаза префектам или призракам. Хотя, если на пути её вырастет Толстый Монах — привидение её факультета, — она запросто сможет договориться с добродушным толстяком. Тем более, когда он услышит, зачем ей понадобилось выбираться из замка после отбоя — в такую ярко освещённую месяцем ночь шансы увидеть настоящий танец лунтелят значительно увеличивались. И хотя её «охота» не принесла плодов, Свитинг была вполне довольна тем, что ей удалось прогуляться по октябрьскому лесу, вдыхая свежий, уже довольно холодный воздух. Лунтелята показались совсем ненадолго, и, сверкая огромными глазами, скрылись с поляны. Даже в такое время замок отказывался засыпать — со всех сторон доносились шорохи и звуки: бормотание говорящих портретов, кряхтение доспехов, и… оглушительный звон кастрюль на кухне? Поппи мгновенно рванулась к натюрморту и, нетерпеливо взмахнув палочкой, с трепещущим сердцем замерла у входа в обитель домовых эльфов. Маленькие труженники ночью обычно спали в своих домиках-бочонках — возможно, дежурный эльф не справился с огромной кастрюлей и вывернул содержимое на себя, — а Свитинг всегда жалела школьных помогатых, и в любой момент готова была самоотверженно броситься им на помощь. Нарисованная груша, вдоволь нащекотавшись, наконец соизволила впустить девушку. К её удивлению, эльфы лишь сонно тёрли веки, прикрывающие огромные глаза, выглядывая из своих комнаток, и непонимающе крутили головами — торчащих острых ушей не было замечено ни под одной непомерно большой посудиной. Ещё раз окинув подозрительным взглядом кухню, пуфендуйка убедилась, что ни одно живое существо не находится в опасности, и уже хотела выйти, пожав плечами, как в полумраке подземелья боковым зрением увидела едва заметную рябь в пространстве, а в следующую секунду её бесцеремонно схватили за локоть и вытащили из помещения. — Ааа! — Шшш! Тихо, Поппи, это я! — ухо обжёг горячий женский шёпот, от которого по коже почему-то пробежали мурашки. — Давай убираться отсюда! Свитинг настолько растерялась, что позволила увлечь себя прочь из кухни и подняла голову лишь когда она и таинственная нарушительница кухонного спокойствия нырнули в тень лестницы, у основания которой раскинулись каменные «корни». Мгновение, и прямо перед её глазами объёмная рябь превратилась в лицо её новой однокурсницы — непонятной и, как казалось самой любительнице магических существ, немного безбашенной американке Браун. — Айви! — выдохнула Поппи, внезапно осознавая, что их лица находятся совсем рядом — она вновь могла чувствовать горячее дыхание девушки на своих щеках, отчего те покрывались лёгким румянцем. — Что случилось, я слышала громкие звуки! Бледно-соломенные неукротимые кудри разметались по лицу однокурсницы, зелёные глаза с озорством поблескивали, отражая огни жаровен. Свитинг, смущённо пряча взгляд и отходя на шаг назад, упёрлась глазами в руки Браун, отчаянно прижимающие к сердцу несколько пирожков, которые явно до недавнего времени пребывали на кухне. — Я ужин пропустила, вот хотела немного восполнить силы, — голодные глаза Айви снова блеснули, голова резко дёрнулась — ей показалось, что у лестницы дрогнула тень. Осознав, что это лишь отблики пламени жаровен, она выдохнула и протянула один из пирожков шатенке. — Будешь? Свитинг проследила за движением её руки, вновь подняла взгляд на широко распахнутые зелёные глаза и добродушно рассмеялась. — Айви, ты же знаешь, что можешь просто заходить на кухню в любое время? Эльфы всегда рады подкормить студентов! — с интересом наблюдая за её реакцией, заявила Поппи, совсем забывая о том, что ещё пару минут назад боялась слишком громко вдохнуть. Наказание за беспечность последовало почти сразу — кто-то, среагировав на её слишком громкий смех, поспешно спускался по ступеням вниз. Поппи спохватилась, не зная, куда себя деть, пока её невольная спутница, не смутившаяся ни на секунду, выхватила палочку и, многозначительно взглянув на Свитинг, снова наложила на себя дезилюминационное заклинание. Шаги раздавались уже совсем близко, а замешкавшаяся пуфендуйка даже палочку не успела достать, как Айви, вновь схватив её за локоть, утянула к стоящим возле стены корзинам в самый тёмный угол под лестницей и плотно к ней прижалась, накладывая на неё чары сама. Поппи затаила дыхание, с безумно колотящимся сердцем пытаясь поднять глаза на спускающегося — если это преподаватель, то плохи их дела. Кухня кухней, а шастать вне гостиной после отбоя всё ещё не вошло в негласный свод школьных правил. От Браун пахло мхом, прелой листвой и едва различимо — корицей. Её бесконтрольно вьющиеся локоны щекотали щеку и шею Свитинг, а от тела исходил жар, отчего шатенка только сильнее вжалась в холодную кладку стены. Шаги гулко отозвались в камень прямо над ними и вниз по лестнице, освещая себе путь палочкой, спустился префект Пуфендуя — шестикурсник, которого даже первогодки не особо боялись, — и прошёл вглубь, к их общей гостиной. Раздалось характерное постукивание о деревянную поверхность и звук разъезжающихся досок — он вошёл в гостиную. Айви, всё ещё плотно прижатая к однокурснице, шумно выдохнула и отпрянула, снимая с них заклинание и довольно улыбаясь. — Всё чисто, Поппи, можешь вылезать! — радостно объявила она, тщательно изучая пирожки на наличие повреждений. Когда таковых не обнаружилось, Браун с явным облегчением смахнула с одного пыль и засунула себе в рот, вновь протягивая второй в сторону шатенки. — Так фто, будешь? Свитинг хотела было отказаться, но желудок предательски заурчал, стоило ей учуять запах свежей выпечки. Скомканно поблагодарив Айви, она приняла угощение и откусила маленький кусочек, обеспокоенно поглядывая в сторону коридора, куда ушёл префект. — Как думаешь, он ещё в гостиной? — прожевав тесто, шёпотом спросила девушка. — Вполне может быть, — пожала плечами Браун, неведомо как уже успевшая уничтожить все съедобные улики своего ночного рейда на кухню. — Думаешь, стоит подождать? — Для надёжности, — неловко улыбнулась Поппи, сминая пальцами несчастное хлебобулочное изделие. Почему-то ей было неудобно жевать перед одноклассницей. — Подождём здесь? Новая пятикурсница всё ещё приводила её в необъяснимое смятение. Ещё с первого дня, когда та, запыхавшаяся и раскрасневшая, с широко распахнутыми, с интересом бегающими по Большому Залу глазами, зашла в сопровождении профессора Фига, Свитинг только и делала, что слышала, как однокурсники перешептываются о ней, каждый раз придумывая всё новые и новые, более невероятные теории. На следующее утро Поппи умчалась из замка пораньше, чтобы проведать Крыланну, отчего у неё не было даже шанса представиться новенькой, которую ко всему прочему зачислили на её факультет. Долгое время шатенка поглядывала на неё, пытаясь придумать повод подойти и заговорить, но каждый раз только чувствовала себя ещё более неловко, словно пыталась навязаться. Айви Браун гремела на всю школу, ещё долго ученики говорили о нападении на них с профессором дракона, атаке троллей в Хогсмиде, о том, что новенькая пользуется безоговорочной защитой Фига, что у них с Сэллоу роман, и на самом деле она вообще студентка по обмену из Ильвермони; и многие-многие другие слухи, от которых Свитинг ещё больше стеснялась завести разговор с блондинкой. Та, к тому же, говорила с тем же акцентом, что и многие партнёры по «бизнесу» родителей, которых ей доводилось слышать в детстве — браконьерство в Америке процветало едва ли не сильнее, чем в родной Британии, и многие франтоватые ковбои приложили руку к тому, чтобы переправить через океан тысячи ни в чём не повинных существ. Но Браун не была похожа ни на одного из них. В самый первый их разговор на занятии по уходу за магическими существами она с такой воинственностью заступилась за Персефону, что Поппи, окрылённая их знакомством и тем, что новенькой, как и ей нравятся звери, зашла так далеко, что даже представила ей Крыланну. Айви смеялась звонко и громко, распугивая всех птиц в лесу, но магические существа словно питали к ней особую привязанность и запросто принимали — шатенке оставалось только завидовать. Вокруг новой пуфендуйки, казалось, всё время витал ареол таинственности, что-то в ней было необъяснимо интригующее и завораживающее, из-за чего Свитинг часто ловила себя исподлобья разглядывающей её кудрявую макушку на занятиях и в коридорах. — Может, лучше выберемся на улицу? — прерывая поток её мыслей, предложила Айви. — Сегодня очень лунная ночь, я как раз знаю одно место, откуда открывается потрясающий вид на Чёрное озеро! Поппи снова смущённо уставилась на надкусанный пирожок в своей руке. Шёпот сокурсницы звучал так легко и непринуждённо, неудивительно, что той так легко удавалось заводить новых друзей. Перспектива выбраться ночью в компании Браун казалась ей потрясающим приключением, от одной только мысли усталость сняло как рукой. Прежде чем она успела даже открыть рот, чтобы согласиться, Айви внезапно провела большим пальцем по её щеке, у самых уголков губ, заставляя Поппи застыть в удивлении. — У тебя крошки возле рта, — беспечно пояснила блондинка, уже направляясь к лестнице. — Не волнуйся, мы туда и обратно! Свитинг, смутившись ещё больше, кивнула и последовала за ней, пытаясь успокоить стучащее сердце и всё ещё сжимая злосчастный пирожок. *** — Ты знаешь про поляну с лунтелятами? — теперь уже в удивлении распахнула карие глаза Поппи, невольно любуясь тем, как холодный лунный свет подсвечивает пушащиеся кудри. — Да, доводилось там бывать, — довольно блеснув глазами, ответила Айви и вновь уставилась вдаль, на непроницаемую поверхность Чёрного озера. Браун привела их к мосту-виадуку, и, хитро улыбнувшись, начала спускаться к основанию конструкции, удобно усаживаясь на деревянных балках и свободно прислоняясь к ним спиной. Свитинг взглянула на хлипенький с виду мост и ужаснулась, но глядя с какой лёгкостью и непосредственностью новенькая на него взобралась — вероятно, не в первый раз — собралась, и, осторожно ступая по выступающим камням, уселась рядом, вцепившись в колонну. Вид отсюда и правда открывался потрясающий. Они сидели и болтали так, словно были много лет знакомы, и Поппи удивлялась сама себе. Она усыпала Браун вопросами, а та охотно отвечала, иногда заливисто смеясь и заставляя сердце Свитинг падать вниз, даже не глядя в очередной раз на то, что её ноги свисают над огромным водопадом, под бушующими порывами которого, скорее всего, притались острые скалистые наросты. Блондинка рассказала, что до четырнадцати лет жила с родителями в Колорадо, а когда те развелись, уехала с мамой к ней на родину — в Ирландию, где её и нашёл профессор Фиг. — У тебя так здорово выходит дезилюминационное заклинание, неужели, это профессор Фиг тебя научил? — Нет, Себастьян, — мгновенно изменившись в лице, задумчиво ответила Айви. — Полезная штука. Почему-то, услышав, как однокурсница произносит имя Сэллоу, внутри Поппи всё сжалось. Мгновенно вспомнились слухи, щедро приправленные всякими неприличными подробностями. Но слухи ведь не начинаются из-за ничего? Может, просто спросить — Браун, похоже, была вовсе не против о себе рассказывать. — Вы с Себастьяном очень близки, да? — осторожно спросила пуфендуйка, украдкой бросая взгляд на выражение лица блондинки. — В каком смысле близки? — Айви так стремительно повернула голову к девушке, обезоруживающе глядя прямо ей в глаза, что Поппи едва не упала с балки и залилась краской. — Мы просто друзья. — Извини, я не хотела тебя смутить, — кто тут действительно смущался, так это была она, Свитинг, и скрывать это у неё получалось из рук вон плохо. — Вы просто так много времени проводите вместе, и ты очень красивая… То есть, я хотела сказать… Браун, с интересом и даже некоторым наслаждением наблюдая за тем, как её сокурсница пунцовеет и задыхается, не зная, чем блокировать сказанную фразу, и ещё больше загоняет себя в угол, широко улыбалась. — Спасибо, Поппи, — ответила наконец блондинка, спасая красную как мак девушку от неловкой паузы. — Ничего страшного, что ты спросила. Но Себастьян не в моём вкусе. Свитинг, несмотря на пронизывающие порывы ветра, почувствовала как жар отливает от лица и приятной теплотой расходится по всему телу. Посидев ещё пару минут, девушки решили, что пора возвращаться. Пробравшись обратно без приключений, они вместе зашли в общую гостиную, и уже готовы были расходиться каждая по своим комнатам, когда блондинка вновь вскинула голову, заставляя свои кудряшки подпрыгнуть в такт, и окликнула однокурсницу. — Ты тоже очень красивая, Поппи! — громкий шёпот разнёсся вверх к витражному потолку, сквозь который на гостиную падал раздробленный лунный свет. Свитинг в который раз за ночь почувствовала разливающуюся по телу теплоту. — Спокойной ночи! — Спокойной ночи, Айви! — едва слышно пробормотала она в ответ и скрылась за круглой дверью. Ей снился дом, обвитый густым зелёным плющом. *** Первые дни позднего октября Поппи просыпалась в невероятном расположении духа, собиралась на занятия куда тщательнее обычного и растягивалась в широченной улыбке, стоило ей завидеть Браун и поймать её взгляд. Ленора Эверли, слишком прямолинейная соседка Поппи, пару раз заметила, что любительница магических существ долго и пристально высматривает кого-то в толпе и поспешила отпустить колкую шуточку о том, что Свитинг, похоже, наконец-то влюбилась в того, кто не ходит на четырёх ногах. Шатенка густо покраснела, но отшутилась, и долгое время размышляла над словами одноклассницы. Та почти мгновенно умчалась делиться своими соображениями к Аделаиде, но Поппи не волновали слухи. За пять лет она заработала репутацию человека, которого интересуют исключительно звери и магические существа, и пуфендуйку она вполне устраивала. В одно раннее ноябрьское утро, когда упавшая листва уже успела покрыться лёгкими узорами изморози, Свитинг вся в своих мыслях шла проведать Крыланну. Она не навещала её уже несколько дней и ругала себя за невнимательность — в последнее время она куда реже думала о магических существах, чем о мелькающей то тут, то там бледно-соломенной копне вьющихся волос. Слова Леноры маячащим призраком в сознании преследовали её каждую мысль. Влюбилась? Поппи никогда не задумывалась о том, что ей кто-то нравится больше, чем друг. Девчонки с её факультета постоянно обсуждали парней и частенько гадали на картах прямо в общей гостиной, звонко смеясь и интерпретируя знаки так, как им того хотелось бы. Свитинг присоединялась к ним несколько раз, но ей выпадали одни дамы, и однокурсницы разочарованно вздыхали. Можно ли влюбиться в девушку? Теряясь от своих собственных мыслей, Поппи остановилась на полпути. В сознании всплыл хитроватый прищур зелёных глаз. Влюблённость или нет — но пуфендуйка не могла отрицать, что новенькая американка пробуждала в ней совершенно не дружеские чувства и мысли. Ещё с детства Свитинг научилась задавать вопросы самой себе и честно на них отвечать. Именно поэтому она сбежала от родителей с Крыланной тогда. Именно поэтому она готова была признать, что Айви ей не безразлична. Вспомнив, зачем она взбирается вверх за пределы замка, шатенка прибавила шагу и выдохнула облачко пара, укутываясь сильнее в широкий жёлтый шарф. Небо ещё только-только окрашивалось в более светлые оттенки — совсем скоро начнутся занятия. Примчавшись к привычной локации, Поппи громко свистнула, ожидая вскоре услышать хлопание огромных крыльев. Но вот проходит три минуты, пять, а знакомого пронзительного крика всё нет. Может, Крыланна обиделась, что её бестолковая спасительница не появлялась несколько дней? Свитинг прикладывала пальцы к губам снова и снова, но гиппогрифа нигде не было. На горизонте за замком уже забрезжил холодный рассвет — пора было возвращаться на занятия. Пуфендуйка ругала себя. Она так увлеклась глупыми мыслями, что не смогла усмотреть за давней подругой. Словно выныривающие из-за густой кромки леса и острых пиков гор лучи прозрачного солнца, внутри зарождалась необъяснимая тревога. С Крыланной что-то случилось. Несколько дней Поппи не находила себе места, облазив уже все окрестности замка и даже Запретный лес. Она наткнулась на логова других гиппогрифов, и, не обнаружив Крыланну ни в одном из них, предположила худшее. Браконьеры всё-таки поймали её. Свитинг вспомнила родителей и сознание свело неприятной судорогой. Как бы она ни хотела не иметь ничего общего с ними, Поппи просто не могла вычеркнуть их из своей памяти. Но, возможно, как раз именно потому, что она слишком хорошо представляла себе, на что способны браконьеры, пуфендуйка не собиралась отсиживаться в замке, пока дорогое ей существо мучают ради пары перьев. Свитинг как раз собиралась выбираться из замка, когда мимо неё пронеслась запыхавшаяся Натти, которая при виде её резко затормозила и принялась сбивчиво объяснять, что только что произошло. — Где Крыланна? — разобрав что-то о браконьерах, гиппогрифе и участии во всём этом Браун, мгновенно спросила Поппи, хватая Онай за рукав мантии. — Она в порядке? — Айви сказала, что знает безопасное место, где браконьеры точно никогда до неё не доберутся, — восстановив дыхание, убедила её гриффиндорка и, пробормотав что-то про Харлоу и констебля Сингер, умчалась в неизвестном направлении. Свитинг проводила её взглядом и прислонилась к холодной колонне. Сердце её бешено стучало, даже не смотря на то, что всё обошлось. Если Крыланна и правда с Айви, то совершенно точно нужно было найти Браун и расспросить её обо всём. Поппи сорвалась с места и понеслась в их общую гостиную, готовая барабанить в круглую дверь её спальни, но остановила себя. Судя по внешнему виду Натти, им пришлось пройти через многое — наверняка, если блондинка уже вернулась, то просто без сил свалилась на кровать. Усилием воли заставив себя отойти, Свитинг провела ладонью по разгорячённому лицу, по которому разметались выбившиеся из-за немного оттопыренных ушей тёмные волосы. Она бросила ещё один взгляд на безучастную дверь, вздохнула и собиралась пройти в свою комнату, когда услышала знакомый деревянный стук — кто-то зашёл в гостиную Пуффендуя. Блондинистая макушка Браун показалась внизу, почти сливаясь с жёлтым ковром, сама она устало плелась через округлый зал, медленно переставляя ноги. Поппи тут же бросилась к ней, обеспокоенно вглядываясь в лицо. — Мерлин, Айви, ты в порядке? Я видела Натти, она сказала, что вы спасли Крыланну от браконьеров! — зелёные затуманенные глаза нашли источник шума и американка устало улыбнулась. — Не волнуйся, Поппи, браконьерам до неё теперь не добраться, — таинственно ответила она и, скользя взглядом по раскрасневшемуся лицу шатенки, внезапно протягнула ладонь к её лицу, задумчиво заправляя выбившийся локон Свитинг за ухо, отчего у пуфендуйки напрочь перехватило дыхание. — Я обещаю. Подушечки пальцев Браун на считанные секунды коснулись покрасневшего уха однокурсницы и она, бормоча что-то про глупые ступеньки, продолжила подниматься к своей комнате, оставляя девушку в ступоре посреди опустевшей гостиной. Дверь за новенькой мягко захлопнулась с тихим стуком. Поппи Свитинг давно научилась не врать себе. Она влюбилась в Айви Браун.