Другими глазами

Тайминг: 3 июля 2012 года (Два месяца с нападения Локи на Нью-Йорк) Бежать по пляжу босиком – роскошь, недоступная в центре Нью-Йорка. Белые камушки впиваются в ступни, солнце ярко светит над головой. Громкий смех раздаётся где-то впереди. Веселые крики двух голосов не разобрать с расстояния, но Стив улавливает, когда шутливая ссора переходит в радостный визг и возню в воде. Волны с гулом рассекает гидроцикл. Тишина. В небе не кричат птицы, ветер не раззадоривает волны. Стив бежит дальше, грея лицо в солнечных лучах. На привычном месте ноги будто сами поворачивают от пляжа к тропинке, которая вскоре приводит Стива в сад с диковинными растениями. - Это оцелоцветник капировский. - Только не говори, что ваши учёные умы дали такое название этой дряни! - Почему сразу «дряни»? - Ты хоть раз пытался уйти от погони через их заросли? Потом все тело щиплет и пытается онеметь! - Зато из его выжимки получается отличное обезболивающее зелье. - Ты снова в режиме профессора? - Не отрицай, что таким я тебе тоже нравлюсь. Оцелоцветник покачивает листьями, как и множество других неназванных и явно неземных цветов. «Занятно, что сорняки так и не тронули сад», – привычно отмечает Стив и идёт к крыльцу. Третья ступенька правильно скрипит, когда Роджерс наступает на нее. Дверь открывается мягко. Первая цель Стива – гостиная. Широкий диван похож на гнездо и легко может вместить в себя троих, а то и четверых… Теплые объятья. Увлеченно-тараторящий голос с одной стороны и так много говорящие интонацией похмыкивания с другой. - … пошел учиться в университет в том же городе, так это стандартно. Вот! Опоздал на собеседование на пять минут, в которые местный вариант его нанимателя успел облиться кофе и испортить себе настроение, из-за чего возможность получить работу мечты была упущена, как выпрыгнувший из неисправного капкана заяц! Но вариант нам попался целеустремлённый, иначе бы он и не смог потом… Диван пуст. На столе лежит пара страниц отчёта, по которым зачитывались подробности чьей-то биографии. Стив не знает, кто такой «Рид Ричардсон», но добросовестно проверяет, не изменилась ли напечатанная история жизни этого человека. Отчёт каждый раз начинается с поступления в университет и обрывается на попытке сделать атомный реактор для машины времени в домашних условиях. Стив кладет листы обратно, подравнивает получившуюся стопочку, привычно отмечает, что вокруг нет пыли и идёт к следующей комнате. В этот раз воспоминания неожиданно застают Стива, стоит только взяться за ручку: Голоса раздаются с той стороны двери. Кто-то с лёгким стуком ставит чашку на стол. - Прошу, Наше Высочество. - Скажите мне, кому пришла в голову мысль, что заставлять служащих рано вставать на работу –это хорошая идея. Я лично найду его, когда бы он ни жил, и… Сонный бурчащий голос прерывает звонкий смех. - Радуйся, что тебя поднимает график, а не очередной апокалипсис… Стив открывает дверь и видит лишь пустую кухню. Солнце светит в окно, запуская солнечных зайчиков от начищенной и развешанной по местам посуды. Стив подходит к идеально чистой плите… В двух сковородках шкворчит яичница с беконом. Чуть в стороне раздаётся стук ножа. Запах зелени и овощей идеально вписывается в аромат, витающий по кухне. - Я и не знала, что такая голодная, пока не зашла к вам. - Не таскай из-под ножа! - Боишься, что иначе не хватит на салат? - Боюсь, что попаду тебе по пальцам. - Ооо, неужели у тебя настолько плохо с реакцией? Сегодня же затащу тебя на спарринг. - С удовольствием присоединюсь, как только отнесу последние документы в архив и обсужу… - Нет! Так я тебя до вечера не дождусь! Смех в голосе выдает наигранность негодования. Стив глубоко вздыхает. Запахов нет. Так же, как и звуков. Плита пуста. Стив никогда не готовит на этой кухне: заставлять себя не хочется, а острой необходимости в пище нет. Стив выходит, не проронив ни слова. Дверей в этом доме много. Стив точно видел девять, но не уверен, ни меняются ли комнаты за ними. Он прислушивается, вдруг то, что таится по другую сторону, сегодня выдаст себя. Но что бы там ни существовало, оно молчаливо. Иногда Стив тянется к какой-нибудь дверной ручке, почти касается, но что-то вечно останавливает его. Кроме кухни и гостиной, Стиву удалось открыть лишь одну комнату. Всегда последнюю в его путешествии. Спальню. Когда-то воспоминания начали появляться именно с неё. Стив протягивает руку. Дверь не сопротивляется и его охватывает полумрак… А вместе с ним звуки чужого дыхания, вздохов, жаркие короткие слова и целые речи, мягкие изгибы под руками и прикосновения чужих пальцев к собственной коже, сладкая дрёма и запах чужого тела, въедающийся под кожу. Любимый запах. Запах дома. Стив открывает глаза от писка будильника. Объятья с обоих сторон по-прежнему крепкие. Рыжие цифры отсчитывают начало нового дня. Обладатель чёрной макушки ближе прижимается к Стиву, из-под копны крашенных в белый кудрей раздаётся недовольное ворчание не на английском языке. Стив улыбается… Стив открыл глаза от писка будильника. В кровати только он. *** Вторжение читаури на всех оставило свой след: Клинт теперь проходил реабилитацию; Тор носился между Асгардом и Землёй, будто мальчик на побегушках; доктор Беннер попал в поле зрения ЩИТа и отсиживался в башне младшего Старка; Тони чуть не умер, закинув бомбу в портал, а теперь изображал смерть от скуки на каждом совещании, которое устраивал Фьюри; кто-то же, как Коулсон, нападение не пережил вовсе… Сам Стив вынес из этой ситуации новую информацию: про существование инопланетян, магии, про недомолвки ЩИТа. А также странные сны. Каждую ночь один и тот же сон: пробежка по пляжу, короткая прогулка по саду и дом. А ещё воспоминания, неожиданно появляющиеся при взгляде или прикосновении к чему-нибудь. В них всегда два голоса: женский Стиву не знаком, а мужской голос точно не его, но во сне от них становится невероятно тепло. Волнует лишь то, что сам Стив не участвует в разговорах. Роджерс вошёл на свою настоящую кухню и отточенными движениями начал варить кофе в турке. ЩИТ озаботился и выделил своему новому сотруднику служебную квартиру в Нью-Йорке. Озаботился он так же и о соглядатаях, но Стив не собирался их винить: кто знает, что может случиться или когда может понадобиться его помощь. Роджерс жил в новом времени уже четыре месяца и после вторжения его навыки обращения с современной техникой стали улучшаться значительно быстрее – будто он вспоминал, что следует сделать, а не учился с нуля. Бытовые приборы больше не требовали перед первым использованием подробного прочтения инструкции, так что дома Стив управлялся со всем быстро. А вот посвящать в свои умения остальных пока не спешил: Тони с Клинтом развлекались, придумывая ему прозвища, а начальство… Начальство, видя его сытым, чистым, выглаженным и спокойно справляющихся с новым оружием, не задавало вопросов. Сев с кофе за стол, Стив пододвинул к себе блокнот для рисования, – скетчбук, как манерно называл это младший Старк, – и стал делать уже привычные утренние зарисовки, пока воспоминания из сна были особенно сильны. Спальня всегда приносила круговорот эмоций, но при этом давала и важные данные. Вспоминая движения своих пальцев по чужому телу, Стив мог воссоздать хотя бы фигуры тех, с кем делил дом во сне. В первых снах вспоминались только голоса. Теперь, спустя месяц с небольшим, Стив точно помнил две макушки и даже мог с уверенностью сказать, кто является мужчиной из его «сонных воспоминаний». Более того, именно из-за его личности Стив порой задумывался, а не попал ли он в ту же ловушку, что и Клинт во время нападения. Но наличие ещё одной, незнакомой женской фигуры не давало Стиву покоя. Кто она? Сладкое воспоминание поверженного недозавоевателя? Или же воспоминание самого Стива, которое пытается таким образом пробиться наружу? Роджерс посмотрел на получившиеся этим утром зарисовки. Кроме вздохов и собственных ощущений, спальня в этот раз принесла весьма чёткое представление о комплекции его «любовников». Высокая, подтянутая мужская фигура, – как и ожидалось, её Стив прекрасно видел вживую, – и не менее тонкая и спортивная женская. По всему выходило, что девушка была самому Стиву примерно до плеча. Не соседка. Не Наташа, хотя и похожа. Абсолютно точно не Пегги и никто из кордебалета. И в коридорах ЩИТа она ему тоже на глаза не попадалась. – Кто же ты? Имена во сне не прозвучали пока ни разу. Стив невесомо провел пальцами над эскизами и наконец захлопнул блокнот. Его ждала утренняя пробежка в парке и новый день. *** Новый день начался для Локи с неожиданности, а именно со стакана воды в лицо. Вскочив от экстренной побудки, он уже готов был озвучить все пришедшие на ум проклятья и угрозы. Но они столь же неожиданно застыли на губах тонким весенним льдом, когда Лафейсон увидел источник своих утренних бед. На него сверху вниз со странной ухмылкой смотрела светловолосая девушка.