Другими глазами

Неконтролируемое падение

Тайминг: 10 августа 2012 года (шесть дней с прошлой главы / Три месяца и неделя с нападения Локи на Нью-Йорк) Тони проснулся от кошмара. Сегодня это было особенно обидно, – в кой-то веке удалось лечь нормально, чтобы выспаться перед совещанием, на которое Пеппер его обязала явиться завтра утром. Но нет, у головы были свои планы на эту ночь. А так как свой мозг Тони считал поистине гениальным, то и кошмары тот выдавал превосходные. И если с пленением, пустыней, болью в груди и всеми возможными вариантами своей смерти Тони уже успел смириться, то с новыми картинами, навеянными битвой за Нью-Йорк – ещё не очень. Космос. Неизведанный, полный опасностей и инопланетян, которые могли бы уничтожить всю их сине-зеленую планетку, просто проходя мимо. Тони никогда ещё не чувствовал себя настолько маленьким и беспомощным. Ночи первой недели были пыткой, но потом Тони нашёл виноватого в своих кошмарах. И это были даже не читаури, крушащие своими технологиями всё вокруг, а тот, кто их привёл. Тот, кто открывал двери всем опасностям. «Они уже здесь, Старк. Стой и смотри», – звучал во снах насмешливый голос того, кто даже сейчас, побеждённым, оставался слишком близко к городу. - «Смотри! Почему ты не хочешь видеть, глупец? Почему не видишь то, что у тебя под носом?!» Тони проковылял в гостиную. Или бывшую гостиную. Сколько времени прошло с его незабываемого полёта в окно? Месяц? Два? Или уже больше трёх? Не важно! Голова всё не могла забыть: ни удушающий хватки, ни падения совершенно без костюма, ни чужого сумасшедшего лица слишком близко к своему. В Афганистане Тони видел злобу и алчность, на крыше с Оби – предательство, тут же чистое безумие. Старк повёл плечами будто скидывая с себя наваждение и в сотый раз осмотрел разрушенную комнату. Он не знал, – да и не хотел знать, – что бы сказали на все это психологи: на то, что он упорно оставался жить в здании, где пережил очередную травму; на то, что, будто добивая себя, упорно возвращался в эту до сих пор не отремонтированную гостиную. Но здесь почему-то думалось лучше. Даже сейчас. При свете дня было легче: Пеппер неизменно помогала, загружая работой; где-то на своём этаже бродил Брюс, к которому можно было в любое время ворваться с новой интересной идеей; недавно снова прилетел Тор, принеся с собой Тессеракт, работа с которым вдвойне успокаивала нервы Тони, – выкусите и смотрите, кто здесь настоящий гений, которому подвластны такие источники энергии! – и очень странные, но весёлые разговоры. Тор адаптировался к человеческой жизни не в пример забавнее кэпа, к тому же, будучи закалённым не одним веком жизни бок о бок с Локи, переносил все подтрунивания Тони более чем легко. А ещё умудрялся заполонить собой всё пространство, – внушительные габариты, громкий голос и неизменное царское убеждение, что для него нет закрытых дверей, прошибали даже Старка. Но это на удивление не бесило. Тони привычно устроился на ступеньках и уставился на ямку, сделанную Халком с помощью Локи. Милая деталь интерьера, дизайнерская изюминка, единственная в своем роде. Мысли как заведённые вернулись к Северному Оленю. Недобитый враг привольно устроился почти под боком, даже не в соседнем штате. И, что самое паршивое, Тони до сих пор не знал: притворялся ли этот мерзавец, когда нападал, или, как утверждает Тор, был под чем-то. Тони не нравились оба варианта, потому что в обоих было совершенно непонятно, что ожидать от Локи в будущем. Насколько всё было бы проще, если бы он оказался обычным безумцем с манией величия! Но его поведение после пленения не оставляло такого шанса. Слишком спокойный, слишком уступчивый, слишком быстро очеловечившийся по сравнению с тем же Тором, который принося Тони Тессеракт для экспериментов, неизменно обосновывался в Башне как у себя дома. При помощи Джарвиса получилось довольно быстро подсоединиться к системе слежения ЩИТа, так что они смогли приглядывать за пленённым горе-завоевателем круглосуточно, не довольствуясь одними отговорками Фьюри или Романофф. Записи камер с места сражения также были старательно собраны и обработаны: Штутгарт, Хеликэрриер ЩИТа, улицы Нью-Йорка, родная Башня... В своей паранойе Тони просматривал все эти кадры слишком много раз – с этим делом всего было слишком – но неизменно его преследовало чувство, что он что-то упускает. Например, тот кусок записей из Башни, в которых видно, как у него случился приступ. Тор тогда очень вовремя подоспел со своей колотушкой. Тони чётко помнил, что случилось, на сервере остались данные о внезапном прекращении работы реактора на полминуты, но на камерах таких кадров просто не нашлось. Кто-то надеялся, что Тони так быстро забудет, что опять чуть не умер? Или Северному Оленю зачем-то понадобилось, чтобы Тони считал Тора своим спасителем? – Джарвис, как сейчас поживает Северный Олень? – спросил Тони, подходя к чудом уцелевшему в битве бару. Проверять состояние рогатика стало такой же дурной привычкой, как и запивать свои проблемы алкоголем. Джарвис послушно передал записи с камер в комнате пленника. Северный Олень на удивление тоже не спал. Неужели сегодня повезёт, и «паинька» покажет своё истинное лицо? *** Чувства устраивают свистопляску, из-за чего даже лёгкое касание при передаче чашки ощущается невероятно остро и заставляет сходить с ума. А ведь большего, чем этих прикосновения, ждать не приходится. Дистанция, выстроенная ещё в первые встречи, железно сохраняется, и сколько бы Локи ни тянулся и ни пересаживался поближе, она не уменьшается. А так хочется сесть вплотную, прикоснуться, провести руками по спине, груди, залезть ими под йотунски облегающую футболку, услышать, как под ладонью бьётся сердце. Чтобы проверить, что Он полностью здоров, нигде не ранен, жив! Но ничто из этого не выполнимо. И Локи снова открывает глаза на своей части дивана. И кажется, что эта пытка не закончится. - А это уже похоже на альтернативную временную линию, - комментирует фильм Стив, совершенно не замечающий метаний рядом с собой. Фильмы как на подбор про перемещение во времени, их больше всего хочется обсудить, но Локи снова не успевает этого сделать. Стив не просит от него ответа на свою реплику и весь погружён в происходящее на экране, и пробиться к нему вновь невозможно. Полный печали вздох врывается совершенно произвольно и Локи тут же жалеет о своей несдержанности, потому что Стив вдруг поворачивается к нему и соблюдать дистанцию становится в разы сложнее. - Локи, с тобой все в порядке? - наконец такое желанное обращение по имени и на «ты». - Да, конечно, - врать Роджерсу в глаза откровенно противно, но Локи всё ещё под впечатлением от последней фразы и не может придумать ничего лучше. А Стив не укоряет за ложь устно. Ему это и не нужно, – один только серьезный взгляд, пытающийся высмотреть в Локи ответ, стоит всех увещеваний, которые произносили Локи учителя за всю его жизнь. - Нет. Прости, я сегодня себя неважно чувствую, - со вздохом признаётся Локи. - Но могу поручиться, что это никак не повлияет на наш запланированный просмотр фильма, - тут же добавляет он, боясь, что иначе Стив уйдёт. - Ты уверен? Тебе не стоит вызвать врача? - тон Роджерса заметно меняется, а в комнате вдруг становится жарко. - Нет-нет, в этом нет необходимости. - Я могу как-то помочь? - взгляд Стива обжигающе внимательный, а его лицо неожиданно близко... Пробуждение было внезапным. Сердце колотилось как сумасшедшее, а темнота застилала всю комнату и резко давала понять, что всё произошедшее было не более, чем сном и порождением больного разума. Локи выругался и пошёл включать свет. Спать больше не хотелось, а думать о том, что снилось – тем более. Однако слова «альтернативная временная линия» всё ещё вертелись отголоском в голове. «И это могло бы многое объяснить. Если при прикосновении к Тессеракту я каким-то образом получил воспоминания своей альтернативной версии. Которая поселилась в Мидгарде. И каким-то невообразимым образом питает к Стиву столь сильные чувства… Это бы многое объясняло», – размышлял Локи, подготавливая пишущие принадлежности и выбирая нужные книги. Голову точно нужно было чем-то занять. – «Тессеракт. Камни Бесконечности – величайшая сила во Вселенной, столпы, на которых строится всё сущее. Так по крайней мере говорится везде. По своей сути невероятно сильные источники энергии, нацеленные на определённые аспекты бытия – отлично подходят на роль маркеров, к которым можно было бы привязать систему, следящую за состоянием временного потока», – усаживаясь поудобнее и пролистывая книгу до нужной страницы отвлекал себя Локи. – «Осталось только прикинуть их порог мощности и незаменимость для Вселенной, чтобы исключить «слепые ветки», не имеющие маркеров…» – Колдуешь, Северный Олень? – голос из динамика раздался совершенно неожиданно. – Не ждал? Или уже забыл про одного скромного смертного, которого выкинул из его же Башни? Голос Старка был странным. Хотя откуда Локи было знать, как должен звучать голос этого человека в обычных условиях? – Мой брат весьма лестно отзывается о ваших заслугах, так что у меня не было шанса позабыть про вас, – умышленно не смотря в камеру, пожал плечами Локи. – Прелесть какая. Я нравлюсь Пикачу, – из динамика послышался лёгкий звон стекла, видимо Старк поставил свой бокал… или бутылку. – А теперь ответь мне на один вопрос. – Я вас слушаю. – Какого чёрта? – уверенно спросил Старк и замолчал. Пауза начинала затягиваться, но продолжения вопроса так и не последовало. – Простите. «Какого чёрта» что? – Какого чёрта ты решил напасть на нас? Тебе же не нужна эта планета! Локи откинулся на спинку дивана. Как же он был наивен, когда, ложась в постель этим вечером, думал, что ночь будет спокойной. – С чего вы сделали такие выводы? – Ты либо идиот, либо играл вполсилы. Но в любом случае у меня пазл не складывается. У меня тоже, но я ведь не кричу об этом всем подряд. – Что именно вас смущает? – Кто стоял над читаури? Локи ответил не сразу: с одной стороны, гордость препятствовала варианту посвятить человека в свои дела и признать своё настоящее положение в прошедшей битве, с другой – если Старк поверит правде, то потом может стать ценным союзником. Первое безопаснее и привычнее, во втором больше риска, но и выигрыш куда интереснее. Локи вздохнул и повернулся к камере: – Танос. – И кто это такой? – Титан, завоевавший уже многие миры и грезящий уполовинить всё живое во вселенной, – почти скучающе произнёс Локи. Страха перед именем неминуемой угрозы почему-то не было. А Старк начал сыпать вопросами: – Он был на корабле, который я взорвал? – Нет. – Значит сейчас он жив? – Да. – У него ещё много таких инопланетных ящериц? – Читаури не основная его армия. – Зачем ему Земля? – Ему нужна не ваша планета, а Камни. – Синий кубик? – И жёлтый из Посоха, – кивнул Локи. – Тогда зачем он тебе его отдал? – Они ему нужны в комплекте. – И что будет, когда он их соберёт? – Он сможет уполовинить вселенную одним щелчком пальцев. – Камушков же не два в коллекции, верно? – Шесть. – И у нас треть из них, – ругань сопровождалась звуками шагов и стекла, видимо Старк решил взять что-то покрепче. – Сколько ему лететь до нас? – Смотря когда он решит начать путь. Но год или пару лет я бы нам дал. – Значит через гиперпространство он прыгать не умеет. – Что, простите? – Ну варп-двигателя у него нет? – Я всё ещё не понимаю вас. – Специального движка, для быстрого перемещения, – сдался Старк. – И давай уж на «ты». – Синий кубик, как ты́ его называешь, и должен был дать ему возможность быстрого перемещения. – Как же круто, что ты его не потащил прямо хозяину в рученьки, а послушно установил на моей Башне. Вопросов к тебе меньше не стало, учти. – А я так надеялся, – слегка криво улыбнулся Локи. – Значит через пару лет нас всех будет ждать космическая, хорошо вооружённая и очень злая из-за долгой дороги задница. Локи в ответ лишь усмехнулся и кивнул. – Тогда почему ты до сих пор здесь? Хотелось бы самому это знать. – Задание я провалил, в космосе меня ждёт расправа, в Асгарде суд. – И затеряться в просторах бесконечной для тебя, несомненно, проблематичнее, чем оставаться там, куда сто процентов придёт кинутый тобой работодатель, – с неприкрытым сарказмом заметил Старк. – Пока да, – пожал плечами Локи. – А ты хорошо устроился. Навёл у нас шуму, порушил город, поубивал людей, а теперь живёшь как у Бога за пазухой. Хотя почему как. Тор о тебе печётся, как незнамо кто. Вот почему я́, хороший парень, спаситель, Мститель и всё прочее должен отвечать на нападки журналистов - «Почему вы не спасли всех?», «Почему столько домов разрушено?», - а ты тем временем сидишь в тепле и уюте? – начал заводиться Старк. – Ты хоть понимаешь, сколько людей из-за тебя пострадало, сколько… – Стой, – Локи даже сел ровно. Слова Старка били наотмашь, но чувство, что он их уже где-то слышал, не давало выпасть из реальности. – Да, мои действия привели к разрушениям и смертям, признаю. Но сейчас я уже не могу ничего изменить. – А хотел бы? – Если изобретёшь машину времени – дай мне знать. – Конечно. Только сперва слетаю в прошлое, чтобы обезвредить тебя в тот момент, когда ты красивенько шагнёшь из портала. – Это не так работает, – скривился Локи, снова пристроив голову на спинке дивана. – Максимум чего ты добьешься – это создашь параллельную временную ветку. – Я знаю. Но тот ты тоже придёт на Землю отнюдь не с благими целями. «Что этически обосновывает создание нового таймлайна «устранением» местного варианта. Но даёт ли право?»– отстранённо подумал Локи. Ответа на этот вопрос он пока не знал. – Что произошло в холе моей Башни? - продолжил допрашивать Старк. – Ты имеешь в виду тот день, когда вы меня взяли? – Да. – Хотел бы я сам знать, – вздохнул Локи. – Нет, так не пойдёт. Опиши, что ты помнишь. – Мы все выходим из лифта. Ты вдруг падаешь на пол в каком-то припадке. Мне под ноги прикатывается Тессеракт… – А дальше? – Дальше, так полагаю, на пол падаю уже я. – Полагаешь? Значит точно ты не помнишь? – Я не помню, как упал, но Тор говорит, что я потерял сознание. – Я помню, как упал я́, а вот моя техника не помнит. – Кто-то стёр записи с камер? – Кто-то смонтировал записи. Ни одной секунды не пропало. Будто у меня в холле вдруг время растянулось. – Действительно странно. – Тессеракт может влиять на время? – Нет, за это отвечает другой камень. – И у кого он сейчас? – К сожалению, я не знаю. – Значит чисто теоретически кто-то с этим камнем мог бы провернуть такое? – Не уверен. Полагаю это зависит от знаний мага, его применяющего. Вернуть время вспять он точно может, а расширить в одном конкретном месте… – Либо мы помним последствия этой перемотки? – Значит сейчас нам нужно опасаться не только Таноса, но и этой неизвестной силы. – Или проверить у тебя карманы на наличие Каменного Хроноворота. – Это не мой трюк. – Серьёзно? И я, по-твоему, должен поверить тебе на слово, что ты сам не собираешь коллекцию всемогущих камушков? – Я не сумасшедший и не одержимый. Откат от использования всех Камней Бесконечности разом слишком велик. Даже Всеотец не рискнул бы провернуть такую авантюру, хотя вместилище под них у нас в сокровищницах до сих пор хранится. – Ну-ну. Значит ищем помешанного с камнем. Какого он цвета кстати? – Помешанный не знаю, а камень зелёный. Старк фыркнул и затих не прощаясь. Локи подождал пару минут, но, так и не определив перестал ли следить за ним Старк, поморщился и направился в ванну. Умывшись холодной водой, получилось хоть немного привести мысли в порядок после неожиданного и продуктивного с обоих сторон «допроса». «Камень Времени. Мог ли я сам в будущем использовать его, чтобы что-то исправить в прошлом?» – картинка не у одного Старка отказывалась складываться, но Локи не собирался сдаваться. – «Если так, то я бы оставил себе подсказки, что именно исправлять… Чувства. Всё оборачивалось ещё хуже, чем представлялось сперва… Альтернативная ли реальность, будущее ли этой временной линии, но что-то случилось. Что-то очень неприятное». *** Кафе было тихим и немноголюдным, а готовили тут вкусно и сытно, так что Стив сразу дал себе зарок запомнить это место. По правде, ел он тут впервые, но, привычно попрощавшись с убегающим после пробежки на работу Сэмом, Стив пошел искать место, где можно спокойно позавтракать. День был выходной, и он сам не заметил, как, рассматривая дома и прохожих, дошел до Бруклина и оказался настолько близко к некогда родным докам, что мог почувствовать солёный привкус в воздухе. Кафе он нашел также случайно и не прогадал. – Что-нибудь ещё? – осведомилась круглолицая официантка. Порции в кафе были существенными даже по меркам суперсолдатского метаболизма (наконец-то!), а вот цены в меню не были указаны. – Нет, спасибо большое, мэм. Сколько с меня? – полез за кошельком Стив. – Нет-нет-нет, мы этого не берём, – замотала головой официантка, увидев деньги. – У вас по карте? – понятливо кивнул Стив, но официантка лишь рассмеялась, будто он сказал отличную шутку. – Красивые, – вдруг указала она на портреты в блокноте. Сны становились все насыщеннее и зарисовывать всё дома Стив уже не успевал, поэтому теперь брал один небольшой скетчбук с собой. – Твои? – Не знаю, – пожал плечами Стив и неожиданно для себя добавил: – Не помню. – Так ты их потерял?! – не особо огорчённо изумилась официантка, в знаке поддержки не иначе положила ладонь Стиву на руку… и тут же одернула, будто ошпарилась. Стив успел увидеть чёрный крест, появившийся на ладони девушки, но не успел разглядеть его до того, как тот пропал. Будто и не было. Правда тереть руку официантка не перестала. – Живые. Что ж ты не предупредил, что ревнивые. – Какие есть, – пожал плечами Стив. – Вы так и не сказали, чем я могу оплатить завтрак, мэм. Официантка посмотрела на него серьезно пару мгновений и вдруг весело улыбнулась. – Нарисуй! – Хорошо, – протянул Стив. – А кого или что? – Меня! Девушка уверенно села за стол напротив Стива и посмотрела на него выжидающе. Решив попозже обдумать и проверить на ком-нибудь ещё странную реакцию на прикосновение, Стив сконцентрировался на рисовании. Общий эскиз вышел легко и непринужденно, но чем больше Стив прорисовывал детали, тем больше странностей замечал: то необычным покажется будто вытесанный из камня подбородок, то странно лягут прядки в причёске, то клыки в улыбке покажутся слишком острыми, то волосы, лежащие на плечах, покажутся мхом... Эти мелочи невозможно было заметить, охватывая всю официантку взглядом, будто мозг просто затирал их, не признавая. Но вглядываясь и прорисовывая детали по одной, можно было получить очень необычную картину. Рисуя руки, Стив уже точно знал, что перед ним сидит не человек. – Внимательный, – довольно кивнула официантка, быстро забирая законченный портрет. – Даром, что почти человек. – Спасибо, мэм, – не подав виду, что удивлён, кивнул Стив. Он очень надеялся, что сможет найти это необычное место вновь. *** Утренний разговор со Старком мог бы выбить Локи из колеи, если бы он и так постоянно ни чувствовал себя не на своём месте. Но в любом случае, сегодня появление Сильвии с завтраком стало для Локи спасением. Наконец можно было переключить мысли. На самом деле одиночное заточение для Локи закончилось в тот же день, когда Сильвия впервые переступила порог этой комнаты. Конечно, ЩИТ не подселил никого к такому опасному пленнику, но оказалось, что этого и не нужно было, чтобы ощущение одиночества пропало. С появлением Сильвии исчезла необходимость решать все проблемы в одиночку, на вопросы обычно находился ответ, просьбы выполнялись, а где пасовали знания обоих заговорщиков, то приходил на помощь мозговой штурм или вездесущий Мобиус, – которого Локи так ни разу и не видел, к слову. В итоге норка, в которой приходилось загнанно защищаться от нападок извне, вдруг стала совместным убежищем. В котором Сильвия проводила всё больше и больше времени. Однако как бы они ни были близки, то, что сейчас собирался сделать Локи всё равно было невообразимой вольностью. Такой вольностью, что даже представить кого-то другого на месте Сильвии в этот момент у Локи не получалось. Такое он был готов провернуть только с ней. Сделать задуманное хотелось всей душой, но инстинкты велели быть предельно осторожным: один неверный шаг мог слишком дорого стоить. Но она так мило, незаметно для себя морщила носик, вычитывая что-то в утащенной у него книге, что Бог озорства просто не мог удержаться. Локи медленно, но верно сокращал дистанцию между ними. Нужно быть предельно осторожным, ведь у неё не только острый язык, но и острый нрав, одна ошибка сейчас может повлечь много шуток и насмехательств в будущем. О, она не забудет ему об этом напомнить, если он неправильно угадает с моментом! Но желание было слишком сильным. Ещё ближе. Вот она уже подняла глаза на него. Локи чуть задержался, без слов спрашивая разрешения продолжить. Внутри все было натянуто, как тетива лука или струна музыкального инструмента, и пело так же сладко. Да, пути назад нет, только вперёд к задуманному! Вот Сильвия медленно положила книгу себе на колени, коротко облизнула губы. Ещё чуть-чуть. – Буп! – объявил Локи, коснувшись пальцем кончика носика Сильвии. Девушка удивлённо моргнула. Потом посмотрела на предусмотрительно отдёрнутую обратно руку Лафейсона, опять моргнула и наконец посмотрела прямо в глаза. – Значит «Буп»? – серьёзным тоном спросила она, воинственно сощурившись. – Да, – так же серьезно кивнул Локи. Не рассмеяться стоило больших усилий. – Буп, - подтвердил он, снова коснувшись ее носа, и быстро вскочил с дивана. – Ах так! – смеясь, кинулась следом Сильвия. – Дважды подряд! Это вызов! – Возможно, – довольно согласился Локи, стараясь встать так, чтобы между ними был стол. – Я буду мстить, – задорно заявила Сильвия. – Для этого тебе придется меня догнать, – широко улыбаясь, ответил Локи и стартанул от стола. К сожалению, комната была не слишком большой, так что побегать вдоволь не получилось и вскоре Локи оказался прижат к стене. – Ты дважды меня бупнул в нос. Ты признаешь свою вину, Локи Лафейсон? – пытаясь сделать строгий голос, спросила Сильвия. – Признаю, – покладисто кивнул Локи. – Тогда мне положена месть. Наклоните голову для выполнения приговора. Локи, честно пытаясь не засмеяться в голос, наклонился поближе к Сильвии. – Буп! Буп! – дважды с серьезным видом дотронулась до его носа Сильвия. После чего сдержать смех не смог уже никто из них. Отсмеявшись, Локи заметил, что они так и не отошли от стены, его руки сами собой легли девушке на талию, будто это было их законным местом, сама же Сильвия уткнулись ему в грудь, выравнивая дыхание. Было уютно. А ещё было заметно, что темные корни волос у Сильвии уже отросли. Локи на пробу опустил голову на пушистую макушку. Сильвия, казалось, задержала дыхание, но в остальном всё было приятно и правильно. Локи закрыл глаза и уткнулся носом в чёрно-белое облачко. И тут же, будто в ответ на свои действия, почувствовал объятья. Иначе, как прямое разрешение, Локи это трактовать не собирался, поэтому и сам обнял Сильвию увереннее. Было спокойно, будто весь мир отошёл на второй план, а рядом осталось только это одновременно колкое и пушистое создание. – Что ты делаешь? – не поднимая головы, спросил Локи, почувствовав, как Сильвия трогает его спину. – Ничего, – девушка спокойно вывернулась из объятий и вернулась на диван, пока Локи тщетно пытался обшарить спину. – Ну, Сильвия! Что ты сделала? Что там? Сильвия намеренно тянула время, ничего не отвечая. Наблюдать за тем, как Локи, отчаявшись нащупать что-то рукой, почти обиженно направился к зеркалу, было весьма забавно. – Там ничего нет, – серьёзно сообщил Локи, вернувшись из ванной. – А должно было быть? – невинно уточнила Сильвия, открывая книгу, чтобы вернуться к чтению. – Сильвия. Мобиусдоттир, – угрожающе, но при этом еле скрывая улыбку, навис над ней Локи. – Это вызов? Почитать сегодня видимо не светило. Но не то, чтобы Сильвию это очень расстраивало. *** – И на пять долларов дешевле, представляешь!? Нью-Йорк я конечно люблю, но и в Луизиане есть свои плюсы. Стив с улыбкой покивал и посмотрел на настенные часы. – Всё в порядке, чувак? – Прости, Сэм, сегодня я оставлю тебя чуть раньше. – Ты меня заинтриговал, неужели у кое-кого появилась личная жизнь? – Нет, что ты, – усмехнулся Стив. – Я обещал встретиться с одним старым знакомым из Бруклина. – Поздравляю! Это весомый шаг вперёд, Стив. И с психологической точки зрения это очень хорошо. С тобой сходить в виде моральной поддержки? – Не стоит. Думаю, тебе будет скучно сидеть на встрече двух стариков. – Но всё же. – Мы просто встретимся, повспоминаем прошлое, пообсуждаем новое время, побрюзжим на молодое поколение. – Да уж, звучит как очень увлекательное времяпрепровождение, – засмеялся Сэм. – Расскажешь потом как все прошло? – Конечно. *** Стив остановился перед опрятным домиком: подстриженный палисадничек, ровно выкрашенные крыльцо и стены, на вид надёжная входная дверь. Мальчишками они могли о таком только мечтать, хотя Хигсы всегда были «подающими надежду». Стив уверенно нажал на дверной звонок. Дверь открыла женщина до более приличного вида: – Здравствуйте, мистер Роджерс. Я Марта. Проходите-проходите, отец так рад был, что вы решили зайти. Семейный ужин казался Стиву чем-то более нереальным, чем нападение инопланетян. Но люди вокруг были очень милы: Уолти, которого Стив помнил ещё семилеткой, пусть и был уже почти стариком, но всё так же хватался за живот во время смеха; его дети и внуки смотрели на Стива с интересом, но почти не сыпали вопросами из разряда: «насколько вам нравится спасать Землю?». За столом успели поговорить и о надвигающемся начале учебного года, о том, хорошо ли устроился Стив в новом времени, и незаметно свернуть на обсуждение современной экономики… В общем разговоры шли достаточно спокойно и заглянуть в такую нормальную жизнь Стиву было даже интересно. Но когда после ужина он с некогда младшим Хигсом засели в гостиной, чтобы поболтать наедине, Стив незаметно выдохнул. – У тебя чудесная семья, Уолти, – с улыбкой сказал Стив, садясь в предложенное кресло. – Спасибо за такой радушный приём. – Брось, это было не сложно. Разве что моя молодёжь теперь будет всю неделю трещать, что нас посетил сам Капитан Америка, – засмеялся Хигс. – Молодец, что не забыл и добрался. Реджи был бы рад. – Он… – За оградкой, под плитой, верно. Потом могу показать, куда цветочки носить. – Мне жаль, что я не успел. Когда это случилось? – Лет восемь уже. Не сожалей, от тебя это не зависело, а Редж перед тем как уйти прожил хорошую и насыщенную жизнь. Тут не о чем сожалеть, Стив. – Спасибо. До сих пор не могу привыкнуть к этому. – По тебе видно, – усмехнулся Уолти, устраиваясь поудобнее в своём кресле. Молчание затягивалось, но не давило. Неспешность, с которой можно было вести разговор, завораживала и казалась тоже чем-то из другой жизни. Но Уолти, – тот, кого Стив помнил ещё мальчишкой, тот, кто помнил самого Стива ещё наглым пацаном, – сидел напротив, насмешливо щурясь, и ждал с покровительством давно живущих, никуда уже не спешащих людей. Когда-то так сидел перед ними старик Баркли, который рассказывал необыкновенные сказки и курил, как паровоз. – Говори, – не приказ, не раздражённая просьба, а лишь лёгкий толчок. Тот, кем стал Волчок Уолти, отлично понимал, что Стив пришёл сюда не просто так и что главный вопрос ещё не прозвучал. И Стив был этому рад. – Реджи продолжил свое дело? – Да, – с улыбкой ответил Уолти. – Он долго потом работал… в этой же сфере? – Всю жизнь. – Значит документы нового образца он тоже делал? – Время шло вперёд, и он брал от него лучшее. Как всегда. Стив кивнул с улыбкой, но не стал тянуть со следующим вопросом: – И кому перешло дело после его смерти? На этот раз младший Хигс ответил не сразу, усмехнулся, будто вспоминая что-то старое и хорошее, и лишь потом, вздохнув, заговорил: – Знаешь, я ведь не знал, когда мелким был, что ты подрядился к Реджи художником. После войны, когда брат вернулся с войны и стал восстанавливать дело, я на него знатно накинулся мол: «Капитан Америка бы тебя за это по головке не погладил!». Он тогда долго ржал. А потом забился со мной на десятку, что, когда ты вернёшься, – а в это он верил свято, – ты не только не будешь возражать, а ещё и закажешь у нас документики, чтобы свалить от всей этой шумихи. Выиграл выходит старый жук. – Он верил, что я вернусь? Даже после официального объявления о моей смерти? – Все наши верили. Хоть и не так много их осталось после войны. Но все верили и говорили: «Наш воробей ни в одном переулке не сдох. Что он с войны не вернётся, если даже мы вернулись?». Даже я, хоть мелким тогда совсем был, помню: как ты, глиста чуть ли ни меня меньше, вечно отовсюду выходил живым, из всех драк. А помнишь тот раз стенка на стенку, когда нашего громилу Билли кокнули, ты ведь тоже не сдох. И когда Барнс тебе таблетки тырил… – Всё-таки крал, а мне божился, что покупал на запасы. – Таких подробностей уже не помню, – хмыкнул Уолти и по-быстрому перевёл тему: – Что с тобой тогда было-то? Память уж не та. – Пневмония, – пожал плечами Стив. – Я тогда в доках в воду упал. Сперва чуть не утоп, потом чуть концы не отдал уже от горячки. – Вот-вот. А потом даже сквозь опыты яйцеголовых прошел живым, да ещё и в плюсе. И чтобы после всего этого ты вот так, в боевом самолёте сам сдох? Нет, это не про нашего бешенного воробья. Стив искренне улыбнулся. – Значит полный набор доков, – уже по-деловому потёр руки Уолти. – Паспорт, водительское удостоверение, вот это всё. Стив кивнул на каждом пункте. – А по срокам что? – Не больше недели. Я понимаю, что это делается не так просто, но кровь из носу нужно скорее. Деньги есть, если нужно будет доплатить за скорость – не вопрос. Уолти кивнул. – Хорошо. Имя? – Не принципиально. И, Уолти. Мне нужен не один комплект. Ещё нужны документы для Баки. Первые несколько секунд младший Хигс просидел с круглыми глазами, но взяв себя в руки засмеялся: – Конечно, куда ж вы поодиночке. Вот жуки, – погрозил он пальцем. – Раз надо ещё и для Баки, так сделаем и для Баки. – Проблема только в том, что он лично показаться не сможет. Но я знаю, что сейчас можно что-то сделать с фотографиями, чтобы изменить их, и знаю, как сейчас выглядит Бак. Стив раскрыл небольшой блокнот, в котором были портреты Баки. Сны-воспоминания обо всём процессе возвращения Баки из режима Зимнего Солдата неизменно вызывали в Стиве желание зачистить Гидру немедленно. А попытки успокоиться и привести мысли в порядок закономерно выливались в ряд новых набросков. – Ишь какие патлы отрастил, – хмыкнул Уолти. – Марта! Зови Терезу, тут для неё дело есть! За дверью послышалась возня и через полминуты в комнату чуть ли ни влетела молодая девушка. – Вот, Стив. Очередная смена на твоё место подрастает, – с гордостью сказал Уолти до того, как Тереза успела вставить хоть слово. Девушка с интересом посмотрела на Роджерса, явно желая задать кучу вопросов, но сдержалась. – Значит дело осталось в семье, – кивнул Стив. – Куда ж ему ещё деваться. – А твой рассказ про спор с братом? – Мелким я был и глупым. С кем не бывает, – совершенно спокойно пожал плечами Уолти и, обернувшись к внучке, кивнул на портреты. – Так, Терри, по твоей части, принимай. Это Барнс. Нужно отфотошопить и на доки. Заодно сразу фотки Стива сделай. – А на что именно? – На всё. Обоим. – Сделаем, дед. Мистер Роджерс, прошу за мной, – по азарту в глазах девушки и её попыткам не подпрыгивать от нетерпения Стив понял, что попал куда надо. Хигсы всегда были подающими надежду. Во всех смыслах. *** Мария Хилл в сотый раз проверила нет ли за ней хвоста и наконец вошла в комнату. В последнее время её шеф и друг, Ник Фьюри, стал очень уж подозрительным, – что и не мудрено в их ситуации, – и эта возросшая подозрительность и паранойя постепенно передавались всем вокруг. – Три шестёрки, – сказала пароль Мария и с радостью проследила, как Фьюри перестаёт держать её на мушке. – Хвоста не было, сэр. – Отлично. – То, что вы хотели мне сказать, правда настолько важно? – Раньше вы не подвергали сомнению необходимость конспирации. – Пятница, пробки, мотель за городом, три минуты по грязи, – без подчинённых можно было общаться более неформально и Мария не собиралась себе в этом отказывать. – Можешь не продолжать. Да, стоило. Я полагаю, что в ЩИТ проникла Гидра. Хилл редко можно было выбить из колеи. В конце концов она уже не один год состояла в суперсекретной правительственной организации, а не так давно лично сражалась с одним скандинавским богом против другого. Но новость о возрождении организации, погибшей лет семьдесят назад, была неожиданно даже для неё. – Как такое могло произойти, сэр? – К сожалению, часть учёных, разделяющих её идеи, хорошо замаскировали свою приверженность и нашли приют на нашей земле. Всем было тяжело, все хотели урвать кусочек знаний, а ЩИТ ещё только создавался и в него нужны были… нестандартные умы. – Вы считаете, что Гидра стоит за исчезновением Скипетра? – Не знаю, Хилл, пока не знаю. Но то, что никого из них ни в коем случае нельзя подпустить близко к Лафейсону, даже не обсуждается. – Хорошо. Но нам нужны люди, чтобы… разобраться с этой проблемой. Вы собираетесь задействовать в этом Капитана Роджерса? В прошлый раз он проявил себя весьма недвусмысленно в борьбе против этой организации. – Не будем торопиться. После его выходки девять дней назад Роджерса можно считать скомпрометированным для нас. Думаю, никто из Мстителей не должен быть причастен к этому делу, без тщательной проверки. – И кто же будет участвовать в операции до тех пор? – Я, вы и ещё один наш хороший знакомый.