Ожившие

      От замка разбегались мяукающие бывшие школяры, понуро стояли скелеты, при жизни бывшие преподавательским составом, да ошарашенно глядели на это все обнаружившиеся во дворе те, чьей вины нечисть не усмотрела. Замок дрожал, медленно складываясь внутрь себя, ибо в спальне девочки была поставлена последняя точка. Не удержала себя в руках Яга, да и Кощею усмотренного в головах представителей факультета, тоже хватило.       Забавы у басурман оказались очень даже басурманские, но по обычаю с ними поступить Кощей не решился, потому что столько скелетов ему было просто не нужно. Рядом с Ягой логично обнаружилась белобрысая потерянная девочка, которую нечисти традиционно было жалко во всех мирах.       — Здесь закончили, — заметила медленно успокаивавшаяся Яга. — Предлагаю в ихнее Министерство сходить, а потом с опекунами решить.       — У девочки же родители? — полуутвердительно поинтересовался Кощей.       — В проруби таких родителей топить, — вкрадчиво произнесла очень недобрая русская нечисть. — Сам увидишь.       — Ну, пошли, — пожал плечами бессмертный некромант, подавая руку Яге.       Скелеты гуськом двинулись за ними. Души преподавательского состава пока что упокоились в Кощеевом кармане, ибо что с ними делать, некромант пока не решил. С одной стороны, посмертия они не заслужили, но с другой — просто так развеивать было непродуктивно. Поэтому решение вопроса Кощей оставил на потом.       Дамблдор, обнаружившийся неподалеку, ловил представителей кошачьей братии, чтобы воззвать к ним в своей манере, только не учел некоторых нюансов. Понятие «любовь» воспринималось бывшими школярами только в одном смысле, поэтому вскоре вокруг Дамблдора началось… хм… действо, на которое Тринадцатой смотреть тоже не рекомендовалось.       — Будем добираться, как местные? — тактично поинтересовался Кощей.       — Да… разницы никакой, — вздохнула Яга, брезгливо роняя палочку.       Моментально появившийся… транспорт наводил на мысли. Очень разные мысли и, в основном, нецензурные, которые некромант озвучил одним только вздохом. Что интересно, денег с них не попросили, поехали без всяких вопросов, при этом двигались очень мягко, что памяти девочки не соответствовало. По идее автобус, а это был именно автобус, должно было мотылять, как Горыныча с перепою.       — Ты что с ними сделал? — поинтересовалась она.       — В голову наше пожелание вложил, — объяснил Кощей. — Лень мне объяснять, а голову они не защищают.       — Интересный подход, — хмыкнула она, устраиваясь поудобнее. — Магов всех убьем или как?       — По вине их, — хмыкнул некромант. — Потом по домам котов пройдемся еще. Интересно мне…       Что именно Кощею было интересно, Яга понимала очень даже хорошо — судя по воспоминаниям девочки, она бы не разбирала этот мир на магов и магглов. Просто бы огнем пожгла бы, и все. Луна Лавгуд, которую нечисти было жалко во всех мирах, до поры удобно устроилась в нагрудном кармане мантии Яги, с интересом смотря по сторонам большими наивными глазами.       — Переигрываешь, — тихо заметила ей легендарная нечисть, на что Луна тяжело вздохнула и перестала выглядеть, как годовасик, оторванный от мамки.       — При-ик-ехали, Ваше Темнейшество! — доложил кондуктор автобуса, которому было очень страшно.       — Ладно, живи, — пожелал ему Кощей, не забыв оживить и мертвую голову, висевшую перед водителем. Голова приветливо оскалилась и облизнулась, водителю стало не по себе и как-то очень мокро. — Пошли, Ягусенька…       — Эк ты меня, ласково, — крякнула нечисть, направляясь на выход.       Мысль о том, чтобы лазить по каким-то кабинкам, нечисти не понравилась, поэтому они оказались в Атриуме Министерства Магии, не особо задумываясь о том, как это было проделано. Сотрудника у стойки это не удивило, его вряд ли вообще что-то могло удивить, ибо сидел он с ничего не выражающим лицом.       — Дайте сюда палочки, их надо взвесить, — монотонным голосом произнес служитель.       — Я не дотянусь, — хмыкнул Кощей, ласково погладив скелет по голове. — Пошли, таможня дает добро.       — Еще бы, — хмыкнула Яга, что-то высматривая. — Ага!       Уверенно повернув, она двинулась в одном лишь ей известном направлении. Кощей вальяжно, насколько это было возможно в юном теле, двинулся за ней. Встреченные ими маги делились на две основные категории — визжащую и спокойную. Спокойная шла по своим делам, громко цокая костями, ибо Кощей был на взводе, а брезгливо смотреть на некроманта — форменное самоубийство.       — Ми-нис-тер, — задумчиво произнесла Яга, когда дверь перед ней осыпалась. — Это он поделки, детишек скушавшие, послал.       — Значит, будет бегать, — хмыкнул бессмертный некромант и щелкнул пальцами.       — Впечатляет, — кивнула его подруга, наблюдая маленького Фаджа, бегущего в колесе от маленького же дементора. — А антураж откуда?       — Видел как-то у людских детей, — объяснил Кощей, скопировавший клетку для хомячка. Теперь министр выступал в роли эдакого хомяка. — Что с остальными сделаем?       — Ну пойдем, — вздохнула Яга, направляясь дальше. — Проявим фантазию.       Магический мир Великобритании недобрая нечисть собиралась зачистить чуть ли не подчистую, поэтому процесс обещал затянуться, что совсем не нравилось Кощею, потому десяток скелетов разбежался по кабинетам, желая собрать пред очи некроманта задержавшихся на работе магов.       — Спать уже пора… — зевнула Яга. — Но сначала дело!       Кощей с этим был согласен, потому те, кто были виновны, поступили с собой по басурманскому обычаю, а кто нет — очень быстро убежали. Неодетыми и без палочек, но убежали, ибо Яга любила хорошую пакость, удивив этим вечером людскую полицию. Аврорат похудел на две трети, Отдел Тайн на треть, при этом желающих сопротивляться как-то не нашлось.       Амелии Боунс бегать голышом не нравилось, но быть посаженной на кол не нравилось еще больше, поэтому она бежала, только чудом увернувшись от маггловского полицейского, от подобного перформанса удивившегося чуть ли не до смены формы тела. Добравшись до дома, где оказалась очень сильно испуганная, но уже переодетая Сьюзан, мадам Боунс решила Британию покинуть, что и сделала максимально быстро. Ее примеру последовали и другие уцелевшие в Министерстве маги.       У нечисти оставалось два основных дела — Дурсли и Грейнджеры. Если с первыми все было понятно, то вторые требовали осмысления. Хорошо подумавший некромант решил, что ввалиться в дом на ночь глядя — очень хорошая идея, и поймал такси, поняв просьбу Яги, как Добрыня поговорку, то есть — дословно. Поэтому водитель был очень тихим и мелко дрожал, что на качестве езды не сказывалось.       — Ты из них что сделаешь? — поинтересовалась Яга, удобно расположившись в объятиях Кощея, которому нравилось обнимать подругу.       — Корм, скорей всего, — лаконично ответил бессмертный некромант. — А вот для кого — узнаем совсем скоро.       Такси ехало, приближаясь к Литтл Уингингу, где Кощея ждали сюрпризы. Они очень сильно его ждали, хоть и не догадывались об этом.

***

      — Ты ж сказала, что не связывала? — Смерть пораженно смотрела на процесс слияния.       — Сами справились, — пожала плечами Судьба. — Теперь-то ничего не сделаешь…       — Демиургов звать надо, — заметила женщина в черном, наблюдая за формирующимся коконом. — Сами мы не справимся… Чего это они?       — Хороший вопрос, — вздохнула ее собеседница.       В какой момент объятия переросли в фактическое слияние, они обе не заметили. Возможно, это произошло, когда Гарри пообещал Гермионе быть для нее всегда. Возможно, когда она ответила ему тем же. Оживать снова девочке после всего случившегося не хотелось — своим родителям она не доверяла, давно уже ощущая себя сиротой. Потянувшиеся друг к другу души медленно сливались, и процесс этот остановить было невозможно — формировался уже и кокон. Они могли бы остановиться сейчас сами, но… Видимо, не хотели.       — Мия! — позвала Смерть. — Ты тут очень нужна!       — Что опять натворила Тринадцатая? Сама же спать уложила? — на полянке появилась рассерженная наставница юных демиуржек.       — На этот раз не она, — покачала головой женщина в черном, показав пальцем. — Гляди-ка!       — Ой… — руки девушки исполнили ритуальный жест защиты от наказания. — А как так?       — А вот… — глубокомысленно ответила Судьба.       — Вот так вот… ну, тогда я их забираю! — решительно заявила Мия, в тот же миг исчезнув, вместе со вполне сформировавшимся коконом Рождения.       Само возникновение кокона было странным, ибо ни Гермиона, ни Гарри не были богами этого мира, а, значит, не могли породить демиурга, именно поэтому великим силам было очень интересно узнать, что же народится в результате. Они только надеялись на то, что им расскажут.