И лишь твои глаза горят во тьме

1998 год

март 

Билл неподвижно стоял у стены, держа палочку наготове в случае опасности. В соседней комнате тихо переговаривались остальные. Рон и Гарри пытались выведать что-то дельное у Крюкохвата, но получалось из рук вон плохо. Им нужна была Гермиона прямо сейчас. Но ее не было. Она спала под сильнодействующими зельями, которые влила в нее Флер еще вчера.  Время ускользало крупицами песка сквозь пальцы. Малфой сидел на полу. Он опустил подбородок на край кровати, прильнул виском к ребрам Гермионы и сжал ее ладонь. Он ни разу не сомкнул глаз за все то время, что находился в коттедже Билла и Флер.  — Ты должен поспать, Драко, — тихо сказала Флер, заходя в комнату. Он отрицательно завертел головой.  — Она скоро проснется, нет больше причин переживать. — Я должен быть рядом, — процедил он сквозь зубы, даже не удосужившись повернуться к хозяйке дома. Билл фыркнул. Не нравилось ему это. Напряжение так и звенело в воздухе. И даже слова Рона и Гарри о неопасности Малфоя не убедили его. Нужно всегда быть готовым. — Как она? — в дверном проеме появилась рыжая голова Рона. — Восстанавливается, — коротко ответила Флер. — Ты можешь сказать ему отойти от нее? — Мне жаль, — пожал плечами Рон. — Вы можете оставить нас? Он выразительно взглянул на брата, на что тот закатил глаза, но все же вышел, пропустив вперед свою жену. Билл переживал за семью. Его поведение было оправдано. Не было ничего важнее, когда шла война. Впускать врага в свой дом — самоубийство. Но Билл старался верить тому, что говорил Рон, хоть и с усилием. Рон подошел к дивану, где мирно спала Гермиона. Малфой метнул взгляд в его сторону, но озлобленности в нем не было. Была лишь вина. Рон Уизли никогда в жизни бы не поверил, что однажды увидит в глазах Малфоя так много. И пусть внутри он затаил детскую обиду, которая, возможно, исчезнет только к старости, Рон был благодарен ему за спасенную Гермиону. Уизли положил руку на его плечо и так же сел на пол, почти напротив, оказываясь головой на уровне головы девушки.  — Ты ел? — Нет. Коротко и ясно. Вряд ли бы он трапезничал в такой ситуации. — Они знают, что ты с нами, — голос Рона звучал тихо. — В Ордене. Правда, не все верят в то, что ты безопасен. Драко фыркнул: — Как удивительно. — Я хочу сказать, что теперь пути назад нет, Малфой. Ты либо с нами, либо труп. — Я стал трупом в тот самый момент, когда позволил этой ненормальной идти с вами в этот чертов поход. С тех пор считай, что я мертвец, слоняющийся по земле следом за Грейнджер. — Она бы не стала слушать тебя, — вздохнул Рон. — Она никого не слушает. Драко не ответил, но наконец отвел глаза от умиротворенного лица Гермионы и обратил все внимание на Уизли. Он сидел ровно, лицо его было в мелких порезах, под скулой синяк, делающий юношу еще более худым. Разве этот рыжий мальчишка должен сидеть с ним вот так вот рядом, рассуждая о чем-либо? В какой вселенной это допустили? — Пообещай мне кое-что, Уизли, — Малфой выпрямился, но руку Гермионы не отпустил. Рон внимательно посмотрел на него, не предполагая, о чем он может попросить. — Сделай ее счастливой. Слова соскользнули с губ и упали прямо на дно, где едва ли догорала надежда на хоть какое-то будущее с ней. — Пожалуйста, сделай все, чтобы выжить и остаться с ней. У меня нет шансов выйти сухим из воды. — Не проси меня о таком, Малфой, — Рон нахмурил брови. — Это жестоко. — Я знаю. Но я хочу быть уверенным в том, что она все это прошла не просто так, что у нее будет хорошая жизнь, даже если я исчезну. — Мы с Гарри в любом случ… — Нет. Поттер может и не выжить. Нужен ты. Спаси ее так, как она спасла меня. Прошу тебя, Уизли, только об одном прошу! Я буду рядом до конца, но когда настанет момент, меня либо убьют, либо посадят. Я не могу позволить ей ждать меня… И в это мгновение Рону показалось, будто глаза Малфоя блеснули. Были ли это слезы? Или это отчаяние? — Не решай за Гермиону. Она сама знает, как ей лучше. — Как же ты не понимаешь! — раздраженно зашипел Драко. — Она должна жить! Нарожать кучу полукровок, стать Министром магии лет через двадцать, собирать целую семью по праздникам и… просто жить! — А будет ли ей так просто без тебя?  Малфой замолчал.  — Ты хочешь отдать ее мне, будто вещь? — продолжил Рон. — Разве это не ранит ее? — Мне плевать. Пусть лучше я буду ублюдком в ее глазах, чем она останется плакать у моей могилы… Пожиратель Смерти заслуживает только такой конец. Рон промолчал. Взглянул на Гермиону, провел по ее волосам пальцами и поднялся на ноги, чтобы покинуть комнату. Были слышны голоса Гарри и Билла, яростно спорящих о чем-то, шум прибоя доносился из открытых окон. И когда Рон дошел до двери, чтобы наконец закрыть ее за собой, оставить Малфоя ждать пробуждения Гермионы, он остановился.  — Я не считаю тебя Пожирателем уже давно. А она тебя таковым никогда и не считала.