И лишь твои глаза горят во тьме

2013 год

осень

Так символично шел дождь. Грязное месиво под ногами волшебников затягивало обувь в землю, замедляя ход. Кто-то чертыхался, переступая с каменной дорожки на газон, который не походил на самого себя. До сухого купола нужно было дойти. Мистер Бойд сотворил его на скорую руку, потому что смена погоды застала их врасплох.  Но никому не было дела до комфорта тех, кто сегодня пересек порог Ноттвуда, кроме дворецкого. Да и он занимался этим только ради того, чтобы отвлечься. Он приказал эльфам навести порядок во всем доме и наготовить побольше закусок, разлить алкоголь по красивым графинам и накрыть столы. Все для того, чтобы не ударить в грязь лицом перед гостями. Теодору Нотту было глубоко наплевать, как выглядел дом в чужих глазах. Ему вообще на все было плевать.  Он не ел, не пил и, казалось, даже не дышал. Просто бродил привидением по коридорам, иногда приговаривая что-то невнятное. В руке его, точно продолжение, была бутылка, намертво прилипшая к пальцам. Тео почти не напоминал себя прежнего. За эти несколько недель он заметно похудел, стал горбиться и молчаливо запирался в спальне с умирающей женой. Утром в день похорон он пытался поднять ее из гроба и аппарировать. Его остановила Дафна, прибывшая раньше всех, чтобы помочь с приготовлениями. Его истошный крик заполонил все коридоры дома, напугав даже эльфов. Дафна обнимала друга, стараясь не подпускать его к Пэнси, хотя сама стояла на ногах с огромным усердием. Ей тоже было тяжело. Всем было тяжело. Минутами позже Блейз увел Тео в одну из комнат. — Однажды он справится с этим, — сказала Гермиона час спустя, когда ей рассказали о случившемся. Астория, стоящая в метре от нее, горько ухмыльнулась: — Однажды? Думаешь, Драко пережил бы твою смерть, Грейнджер? Гермиона поджала губы, подавляя в себе желание ответить. Не место для ссор. — Мой муж пережил бы это за пару недель, — заключила Астория. — Помолчи, Астория, — обернула её сестра.  — Блейз бы тоже не выдержал. — Астория! — прошипела Дафна. — Не время для твоих обид. Та лишь фыркнула и отвернулась.  Тишина нарушалась лишь шепотком прибывающих гостей. В основном это были коллеги с работы и родственники, которых было не так уж и много. Отдельной группой стояли несколько бывших одноклассников и просто хороших друзей. Так символично шел дождь. Процессия была неспешной. Все постепенно вставали под защитный купол и облегченно вздыхали, попадая в сухое пространство. Некоторые сразу очищали одежду. Кому-то было плевать на внешний вид. Гроб навис над вырытой в земле могилой. Мистер Бойд стоял в первом ряду, читая речь, которую обычно произносили перед тем, как засыпать усопшего землей. По центру, прямо напротив парившего гроба, стоял сгорбившийся Тео, а руки его покоились на плечах всхлипывающей Кристины, которая была слишком мала для того, чтобы участвовать в подобном. Но она сегодня хоронила мать. Она была единственным ребенком на похоронах. Отец сжимал ее плечи пальцами, будто та была единственным, что удерживало его на ногах. В волосах Тео проступили седые пряди, а глаза и вовсе потухли. Знал ли он, что все закончится вот так?  Знал ли, что, скрыв маленькую деталь от других, он навлечет на свою семью такое горе? Лишит матери единственную дочь… Гроб опустился на дно. Тео должен был первым бросить горсть земли, но не мог пошевелиться. Он стоял, пялясь в эту дыру посреди поляны, и не мог разжать пальцы.  Кристина сделала шаг вперед. Она завернула горсть влажной земли и, вздрогнув на секунду, бросила ее вниз. Почва разбилась о крышку закрытого гроба.  — Я буду скучать, — пробормотала она невнятно. Блейз в этот момент отвернулся. Драко опустил голову, не желая поднимать лицо, по которому текли слезы. Теперь ей навсегда чуть больше тридцати.  Земля постепенно заслонила собой лаковое дерево гроба.  Пэнси Паркинсон упокоилась с миром. Теперь ей не больно. Теперь больно другим.