Глава 5
3 сентября 2023 г., 19:57
Солнце за окном было обманчивым, на улице стоял настоящий мороз. Вокруг — белым-бело. Главный проспект уже вовсю украшали к Новому году. Даже днем витрины выглядели празднично и были ярко освещены.
Несмотря на будний день, на остановках и светофорах толпились люди. Солнце слепило глаза и золотило высотные дома и голые деревья, а мороз при этом покусывал за щеки.
Конечно, Арсений Сергеевич мог бы поселиться где-нибудь и поближе к школе.
У Антона очень мерзли пальцы. Быстрым шагом подросток шёл по проспекту и зябко кутался в свой горчичного цвета шарф. Быстрее и теплее было бы доехать на троллейбусе, но он упрямо шёл пешком. Спешил навстречу своей мечте. Сейчас больше всего на свете Шастуну хотелось увидеть довольное выражение лица географа. А еще услышать от него искреннее «спасибо, Антон». А Антон, весь такой благородный, отчаянный, замерзший, готовый для него на все, будет стоять, скромно опустив глаза.
Похоже Антон свихнулся на мыслях о географе. А ведь ещё утром обещал себе больше о нём не думать.
***
Попов жил в старом красивом доме с двором-колодцем. Правда, сюда совсем не проникал солнечный свет. Проход к подъезду покрылся наледью, и Шастун едва не растянулся у самого крыльца. Сердито выругался, ухватившись за перила. Тут же из мусорного бака выскочил черный кот и бросился парню под ноги. Нельзя сказать, что Антон очень суеверный это скорее относится к Кристине с мамой, которые могут отложить поездку на дачу из-за разбитого зеркала, но знак показался подростку не самым хорошим. Однако что же плохого его может ждать? Только то, что Арсения Сергеевича не окажется дома. О том, что после школы он может пойти по другим делам, или даже в гости к сестре Антона, парень как-то не подумал… Ну, и что? Вернётся тогда домой на метро. Подумаешь, прогулялся немного по улицам в минус пятнадцать. Пока Шастун раздумывал, как поступить, дверь подъезда открылась, и на крыльце появилась девочка с забавной кудрявой болонкой. Тогда уж подросток метнулся в подъезд. А вдруг у Попова не работает домофон? Да и неудобно было объясняться в трубке, для чего он пришёл. А тут уж как заявится на порог дома — не отвертится. Квартира Арсения Сергеевича оказалась на третьем этаже. Некоторое время Антон пялился на металлическую дверь, обдумывая свою речь. Что ему сказать? «Арсений Сергеевич, здравствуйте! Давно не виделись…» Или: «Вы, наверное, и соскучиться по мне не успели…» Фу, какая ерунда! «А если он вообще решит, что я сам и спер важный лист из его документов, чтобы заявиться к нему в гости?» — внезапно подумал школьник. Да ну, это просто бред… Наверное, Антон так мог бы простоять до позднего вечера, если бы не услышал шаги. А если это он? Или не он? А-а-а! Шастун в панике все-таки нажал на кнопку звонка. Но это возвращалась домой девчонка с болонкой. Наверное, что-то забыла… Она с интересом посмотрела на высокого кудрявого парня и принялась подниматься выше. В это время щелкнул замок, и дверь квартиры географа приоткрылась. А Шастун так и замер на месте с открытым ртом. — Кристина? — разочаровано протянул он. Вполне ожидаемо, что его сестра находится в гостях у своего парня, но Антон совсем не хотел её видить. Он не должен был, но воспринимал свою сестру как свою соперницу. — Тош? Ты чего здесь делаешь? — На Кристине были одеты короткие шорты и футболка, судя по тому, что она была на несколько размеров больше, она принадлежала Арсению. У Шастуна сильно испортилось настроение. — Арсений Сергеевич дома? — грубовато спросил Антон. — Арс ушёл в магазин, через пол часа вернётся. — Я ему хотел документ вернуть, который он потерял, — бесцветным голосом сказал Антон, протягивая лист девушке. — Передашь ему. — Не хочешь зайти? Замёрз ведь, — любезно предложила сестра. — Нет, — ответил Антон и пошел вниз по лестнице. Вот ещё. Смотреть весь вечер, как Кристина в футболке Арсения ходит по квартире, и как они с учителем обнимаются и нежничают? Да Антон ведь сгорит от ревности. Ему очень хотелось быть на месте Кристины. От обиды парню стало ещё холоднее и, кажется, он вот-вот заплачет. Его сестра счастлива, а он должен страдать от безответной любви.***
Шастун решил написать друзьям и встретится в кофейне. На часах было 21:27 и, несмотря на поздний час, Серёжа с Димой согласились, и ребята пошли в кофейню, которая работала до одиннадцати вечера. — Ну рассказывай, что случилось, Тош? — спросил Димка. — Короче, Арс встречается с моей сестрой, а я очень сильно ревную. Видимо ребята не ожидали такой новости, потому что на несколько секунд замолчали. Антон рассказал им о знакомстве с парнем сестры и о том, что либо Арсений Сергеевич будет часто тусоваться у них дома, либо Кристина у Арсения Сергеевича. И о сегодняшнем визите к учителю Шаст тоже рассказал. — Охуеть. И давно они встречаются? — задал вопрос Серёжа. — Полтора месяца. У них прям любовь, любовь, — ревниво сказал Антон. — Антох, тебе тоже надо с кем-то встречаться, чтоб отвлечься, — сказал Матвиенко. — Этот географ тебя ни к чему хорошему не приведёт, — сочувственно сказал Серёжа. — Да, Шаст, ты так мучаешься, он того не стоит, — Позов согласился с Серёжей. — Да знаю я. Только вот с кем встречаться? Вы же знаете, я не могу ни в кого так сильно влюбиться, как в географа. — Алина? — предложил Дима. — Она же вроде симпатичная нормальная девка. — Да не хочу я морочить девочке голову. — Может в процессе ты её узнаешь получше, и она тебя зацепит. Ну нельзя же так убиваться по географу, — настаивал Серёжа. — Ну ладно, — сдался Антон. — Только вот как мне перестать думать об Арсе, если он всё время перед глазами? — Возьми себя в руки, — мужественно сказал Димка. — Отдайся отношениям с Алиной, и, может, тебе с ней понравиться. Они ещё говорили об этой всей ситуации до закрытия кафе, а потом разошлись по домам. Антон подумал о том, что друзья правы, и ему реально нужно переключиться на другого человека. Звучит вроде не сложно. Но вот сделать это будет сложно…***
Декабрьские дни текли своим чередом. Загруженные школьные будни, домашние задания, дополнительные занятия… У Антона с парнями не было времени даже для традиционного похода в «Мак». Болтали они теперь только в столовой на большой перемене и иногда в Сети. Под конец первого полугодия у Антона накопилось несколько долгов, поэтому приходилось всё разгребать. Ложился спать он поздно, вставал рано, и казалось, что не будет просвета. На гитаре тоже почти не учился играть, из-за недостатка времени. Никакого счастья и ни одного свободного денечка. Единственное, что утешало, — это предстоящий поход с Арсением Сергеевичем. Нет. Да что ж он никак из головы то не лезет. Учитель за все эти дни несколько раз приходил к ним домой и был просто душкой. Антон каждый раз по приходу географа уходил либо в комнату, либо погулять, чтоб лишний раз не пересекаться с этими голубыми глазами. Это поведение Шастуна не осталось не замеченым — и географ, и мама, и Кристина заметили, что он избегал учителя, но пока не говорили об этом. Уроки географии оставались интересными, а сам Попов просто очаровательным. И опять он. Сколько Антон себя ни уговаривал не думать об учителе, он всё равно занимал большую часть мыслей подростка. С Алиной Шастун так и не сдружился. Он не особо умел общаться с девушками. Стеснялся что ли, да и флиртовать абсолютно не умел. Он решил оставить эту затею до лучших времён. Сегодня Антон задержался после уроков, потому что исправлял контрошу по физике, поэтому когда он вышел из кабинета, школьные коридоры были уже пусты. Занятия у второй смены пока не начались, поэтому в здании было непривычно тихо. Парень спустился в гардероб. Наматывал огромный шарф горчичного цвета на шею и с тоской смотрел в окно, как ветер размазывает крупные капли по стеклу. Погода снова была не декабрьской. Вместо вчерашних снежных кружев в городе снова дождь и серость. Еще со школьного крыльца подросток заметил синий «Киа Сид», возле которого стоял Арсений Сергеевич, явно кого-то высматривая. И разумеется, сразу заметил Шастуна на школьном крыльце. Здесь было мало людей. Потом учитель вдруг окликнул Антона. Парень напрягся. Что ему надо? Антон не горел желанием с ним разговаривать… Но Арсений снова его окликнул, заметив, что подросток вообще не реагирует. Тогда Шастун все-таки сбежал с крыльца и направился к Попову. — Привет! — первым поздоровался Арс. — Здраствуйте! — глухо отозвался ученик, оглядывая его машину. — Что вы хотели? — Я как раз к вам еду. Меня Кристина ждёт. У тебя же уже уроки закончились. Давай довезу? — Глаза Антона и Арсения встретились, и Шастун опять начал тонуть в этих голубых океанах. Он уже хотел сказать: «давайте, спасибо, с удовольствием.» Но вовремя осёкся. Нет. Сохранять дистанцию. Минимальное общение. — Вообще-то я не могу, — не слишком вежливо сказал Антон. — У меня встреча. — Встреча? — переспросил учитель. — Где? — Прямо здесь, — ответил подросток. — Что-то вроде свидания. — Свидание? — удивился Попов. Будто Антон не мог с кем-то встречаться. Антон сказал так специально, чтобы позлить Попова и вызвать в нём ревность. Но потом подумал, с чего бы учителю ревновать своего ученика к какой-то девчоке? Как глупо. Шастун завертел головой в поисках своей выдуманной девушки. — Ага. Она как раз сейчас придет. Ну… Моя девушка. Но двор, как назло, был пустым. Наконец, дверь школы распахнулась, и на крыльце показалась Алина. Антон думал, она уже давным-давно ушла домой. — Она? — кивнул в сторону Казанцевой Арсений. — Она, — во второй раз соврал школьник. Снова обернулся и выкрикнул: — Алина! Девушка подняла голову и посмотрела в их сторону. Шастун помахал ей. Алина очень мило смутилась и помахала в ответ. Потом Антон жестом подозвал девушку к себе, и та, довольная такими обстоятельствами, направилась к кудрявому парню, в которого влюблена. — Привет, Антон! Здравствуйте, Арсений Сергеевич! — поздоровалась Казанцева. — А я тебя жду, жду… — наиграно радостно сказал Антон, обращаясь к Алине. — Меня? — недоумевала девушка. Тогда Антон порывисто обнял растерянную Алину за талию. Девушка растерялась и смутилась. Шастун сам не до конца понимал зачем этот спектакль, но ехать в одной машине домой с Арсением Сергеевичем ему не хотелось. Точнее хотелось, но нельзя. Ой всё. Антон сам запутался в своих мыслях. Пусть Арсений Сергеевич знает, что у Антона есть девушка. Хотя какое ему наверное дело? — Ну, мы пошли, — нарочито счастливо сказал Антон, пока до конца не утонул в своих мыслях. — Ага, — отозвался Попов. — Кристине привет! — крикнул напоследок Шаст. Географ натянуто улыбнулся и обошел машину. Сел за руль, громко хлопнул дверью, завел мотор… Но «Киа» почему-то не трогалась с места. А Антон с Алиной продолжали молча стоять, как два истукана. Антон готов был проклясть все на свете. Ведь теперь вместо того, чтобы на законном основании идти домой после школы, он вынужден будет слоняться пару часов по улице, находясь якобы на свидании. Еще и погода хуже некуда. Ветер словно озверел. Редкий колючий снег летел в лицо. Попов так и не уезжал, чем очень раздражал. Продолжал сидеть в машине и смотреть на Антона с Алиной. Наконец, Шастун взял Казанцеву за руку и они направились по аллее в противоположную сторону от школы. Алина держала Шастуна за руку осторожно, будто не знала, чего от него ждать. Да парень и сам иногда этого не знал. Выдумал же вот себе свидание… Некоторое время они так и шли молча, не расцепляя рук, хотя синяя «Киа» была уже далеко позади. Словно, оба о чем-то задумавшись, не обращали внимания на внезапную и такую непривычную близость. Антон осторожно покосился на профиль одноклассницы. Правильные черты лица, прямой нос, черные изогнутые ресницы, красивые губы и карие глаза… На Алине модный черный пуховик и бежевая шапка из-под которой выглядывают тёмные кудрявые волосы. Пожалуй, Алину можно признать очень даже симпатичной, странно, что Шастун никогда не обращал на неё внимания. Хотя… У него совсем другие вкусы и идеалы. И опять эти мысли о географе. Эх, Арсений Сергеевич, Арсений Сергеевич… Ну почему вы так недосягаемы для ученика десятого «А» класса? — Объяснишь? — наконец обрела дар речи Алина. Было немного странно брести в такой холод куда глаза глядят с девушкой, с которой Антона не связывает абсолютно ничего. Кроме того, что Антон защитил её перед Ивановым. Да они даже с Казанцевой ни разу и не общались толком. И снова поднялся холодный ветер, а снег неприятно покалывал щеки. Из-за того, что снежинки летели прямо в лицо, они оба хмурились. Это был самый неподходящий момент, но Антон все-таки спросил: — Какие у тебя планы? — На жизнь? — улыбаясь, сказала девушка — На день, — вздохнул Шаст, пряча руки в карманы пуховика. — Может, прогуляемся? Возвращаться домой рано. Конечно, можно было завалиться к Серёже или Диме, но они жили слишком далеко от школы. Да и к тому же надо было же Антону когда-то начинать сближаться с Алиной, и вот это подходящий момент. — Но мы вроде и так гуляем, — повернулась к парню Казанцева и снизу вверх посмотрела в глаза. — Тоже верно, — первым отвел Антон взгляд. — И ты даже не спросишь, почему мы гуляем? — Погодка больно хорошая, — серьезно сказала Алина. Антон сильнее укутался в шарф и точно так же, с самым серьезным видом, кивнул. Они дошли до набережной, где снег валил еще гуще. У них с Алиной не было ничего общего, поэтому они оба преимущественно молчали. Антон не знал о чём поговорить с этой девушкой, а она, кажется, так смутилась из-за такой близости с объектом своего воздыхания, что и вовсе забыла все слова мира. Если они и произносили фразы, то только короткие и какие-то глупые. Казанцева очень мило смущалась, опускала глаза, её щёки краснели, она не могла подобрать слов, а если говорила, то старалась всячески понравиться Шастуну, как и полагается любому влюбленному человеку. Неужели Антон так же ведёт себя рядом с Арсением Сергеевичем? Ох, опять этот учитель не выходит из головы. — Хочешь горячий чай? — предложил подросток, чтобы отвлечься от мыслей о географе. — Чай? — И хот-дог. Они остановились у палатки с быстрым питанием и взяли два стаканчика чая навынос и два французских хот-дога. Поставили стаканчики на припорошенный снегом широкий парапет и уставились на темную воду. Ели молча. Набережная в это время была практически пустой. Вода в реке еще не замерзла. Жуя хот-дог, Антон с задумчивым видом уставился на черную водную рябь. — Антош, — нарушила тишину девушка. — М? — промычал Шаст, жуя хот дог. — Хочешь, скажу правду? — задала риторический вопрос Алина. — Ты мне давно нравишься, а после того, как ты заступился за меня, я в тебя ещё больше влюбилась, — Алина говорила это застенчиво, и с каждой фразой голос её становился тише. Антон задумался на несколько секунд. Ему раньше никогда не признавались в чувствах, и он попросту не знал, как на это реагировать. Он планировал ответить взаимностью и встречаться с девушкой, как и другие пацаны, но он испугался. К Алине он не чувствовал ровным счётом ничего, и он просто не хотел обманывать ни себя ни девушку. — Алин, — начал Антон, не зная, что сказать. — Понимаешь, давай пока не будем спешить. Я предпочитаю остаться просто друзьями и… — эти слова звучали жалко, Антон это понимал, но в голову ничего лучше не приходило. Парень думал, что Казанцева сейчас ответит что-нибудь колкое и уйдет, но она робко проронила: — Я понимаю, Антош, мне не стоило так торопиться, нужно разобраться в наших чувствах. — Да, Алин, извини, — между ними повисло неловкое молчание, но Антон решил нарушить тишину: — Пойдём провожу тебя до дома. Ты ведь замёрзла? — Ооочень. Пойдём скорее, — Алина обаятельно улыбнулась. Они прошли несколько минут молча, но потом Казанцева слепила из снега комок и кинула в Антона. Снежок попал в спину подростка и немного попало за шиворот. Антон посмотрел на Алину, в её глазах светились игривые искорки, а потом в ответ запустил в девушку два снежка подряд. Они бежали до самого дома девушки, кидаясь снежками и громко смеясь. Наконец, добравшись до дома Алины, они попрощались, и Антон направился домой. Ему было жалко Алину. Он представил себя на её месте. Если бы Шастун признавался Арсению в чувствах, а тот не ответил бы взаимностью, Антон бы потерял смысл жизни и, скорее всего, впал бы в апатию. То же самое наверное почувствовала и Алина, просто не подала виду, она скорее всего сейчас придёт домой и будет плакать. У Антона от этих мыслей сжалось сердце. Он возненавидел сам себя за этот поступок. Алина не заслужила такой безответной любви, а вот Антон, судя по всему, заслужил. И снова у подростка в голове всплыли строчки: Мы любим тех, кто нас не любит Мы губим тех, кто в нас влюблён Домой он дошёл в отвратительном настроении. К тому времени, как Шастун вернулся домой, Арсения Сергеевича у них дома уже не было. Мама суетилась на кухне, готовя ужин, Кристина смотрела телевизор, развалившись в гостинной на диване. Но как только Антон вошел в квартиру и стал шуршать одеждой, раздеваясь, мама с Кристиной выскочили в коридор и встали как вкопанные. Шастун разматывал шарф, не сводя с них непонимающего взгляда. Мама и Кристина загадочно улыбались и время от времени переглядывались, словно заговорщики. Да что с ними такое? Парень разулся, скинул пуховик, прошёл в ванную, чтобы вымыть руки… Они — за ним. Пока вода плескалась, подросток расслышал, как мама что-то сказала Кристине, а та негромко рассмеялась. — Что происходит? — сердито спросил парень, выключив воду и взяв в руки полотенце. — Как погулял? — первой задала вопрос Кристина. — Хорошо погулял, — отозвался Шастун, проходя на кухню. — И даже перекусил! Хотя чай бы еще попил. На столе парень заметил три чашки и недоеденный разрезанный клубничный рулет. Ага, значит, географ уехал от них не так давно. Ну и хорошо, что Антон не застал его. И тут до парня наконец дошло: учитель рассказал маме и сестре о его «свидании» с Алиной! Вот почему они такие загадочные. А Кристина еще и ржет как дура. — Что за Алина? — спросила мама, когда парень молча уселся за стол пить чай. — Алина как Алина, — буркнул он. У Антона не было настроения ничего обсуждать с родными. Он хотел просто выпить горячего чаю и, наконец, отправиться в свою комнату. — Это ведь твоя одноклассница? — уточнила Кристина. Антон неопределенно дернул плечом. Больше всего на свете ему не хотелось, чтобы мама и сестра решили, что он с кем-то встречается. Он вообще не любил делиться подробностями личной жизни. Подросток бы предпочёл соврать, что гулял с Серёжей или Димой. Но раз уж так сложились обстоятельства… — Он стесняется, — захихикала Кристина, не дождавшись от брата ответа. — Ш-ш! — шикнула мама на дочку. — Не смущай парня. Антон жевал клубничный рулет и молчал. Он решил, что ничего не расскажет. Да потому что и рассказывать особо нечего. — Арсений сказал, что эта девушка была очень милая и симпатичная, — сказала Кристина, усаживаясь на соседний стул. — И давно вы встречаетесь? — продолжила наседать на него сестра. — Я буду говорить только в присутствии адвоката, — ответил Шастун, торопливо допивая чай. Хотелось скорее спрятаться в своей комнате. Он еще ни разу не обсуждал с семьей такие темы, поэтому было неловко. — Ну, ничего, — сказала Кристина, кажется, не замечая его смущения. — У тебя есть старшая сестра. Я всегда тебе помогу, если появятся вопросы на тему отношений. Шастун почувствовал раздражение. Пусть со своими отношениями разбирается. — А если всё зайдет слишком далеко… — начала мама. — Конечно, лучше бы дождаться совершеннолетия. Но ты знаешь, как важно… Тут уж Антон взорвался: — Перестаньте! Мы всего-то поели хот-доги на набережной, а вы уже раздули из мухи слона! — Ладно, ладно, молчим, — сказала мама. Они с Кристиной снова переглянулись. Таким уязвимым себя чувствовал в эту минуту Антон. Как все-таки неприятно, когда лезут в твою личную жизнь… Поэтому он решил перевести тему разговора и переключиться на чужие отношения: — Лучше ты скажи, на сколько у вас всё серьёзно с Арсением Сергеевичем? — спросил он, обращаясь к сестре. — О, Арс такой милый и заботливый, с ним встречаться одно удовольствие. Я его очень люблю и это взаимно. Нам вдвоём очень хорошо, но о свадьбе и семье мы пока не думаем. Возможно скоро я к нему перееду, он ведь живет один. — Когда Кристина говорила об Арсении, она вся расплывалась во влюблённой улыбке. — Кристин, сначала нужно закончить институт, он уже получил образование, а ты нет, — вернула Кристину на землю мама. — Да, да, я знаю, мама. Ещё два года учиться и всё. Я всего лишь на три года младше Арса… Кстати, он к нам на ужин сегодня придёт, — довольно сказала Кристина. — Понятно, — Антону весь этот разговор стал надоедать, да и к тому же слушать о том, как его сестра любит Арса, сильно неприятно и это болью отзывается у парня внутри. Подросток вылез из-за стола и направился к себе в комнату. Оставшееся время до ужина Антон просидел в комнате за уроками, боясь, что расспросы об Алине возобновятся. Да и настроения особо не было. После того, как сделал домашку, поболтал по телефону с Серёгой и Димкой, почему-то не упомянув о прогулке с Казанцевой. Хотя обычно старался ничего от лучших друзей не скрывать. Около восьми вечера Антон лёг на кровать, чтобы отдохнуть. Засунул в оба уха наушники и включил музыку. И, кажется, парень немного задремал на пол часика, а проснулся он от лёгкого стука в дверь своей комнаты, музыка в наушниках играть перестала из-за того, что разрядился телефон. Открыв глаза, Антон увидел в дверях своей комнаты Арсения Сергеевича. Пришёл на ужин. — Антон? Спишь? — тихонько спросил учитель. — Уже нет, — Антону стало неудобно. Получается, Арсений Сергеевич видел как он спит. А если во сне он выглядел не слишком привлекательно? Пускал слюни в подушку, неприлично храпел или, не дай бог, что-нибудь говорил… Лишнее. С ним такое не раз случалось. — Ты забавно храпишь. — Всё таки храпел. Антон быстро сел в кровати и поправил кудряшки на голове и одёрнул на себе помявшуюся одежду. — Ужин будет через пол часа, твоя мама попросила тебя разбудить, — пояснил свой приход в комнату Шастуна учитель. — Да конечно. Сейчас подойду, — засуетился Антон. Арсеений Сергеевич оглядел комнату школьника — она была просторной и очень светлой. Порядок на образцовый, конечно, не тянул, но все было не так критично, как бывает у парней. Джинсы и джемпер на стуле, напротив кресла — телик и приставка. В углу — гитара. Все условия для жизни. Учитель задержал свой взгляд на гитаре и спросил: — Играешь на гитаре? — Нет, пока только учусь, — сказал Антон. Учитель прошёл в комнату Антона, закрыв за собой дверь, и сел на кровать. Потом, указав взглядом на гитару, спросил: — Можно? Антон кивнул. — Вы умеете играть? Арсений сел на край кровати, положив ногу на ногу, и взял гитару. — Да, шесть лет назад в семнадцать лет учился играть, и на выпускном в школе играл, — ответил учитель. — Сыграете? — спросил подросток. И Арсений начал играть. Сначал он на пробу взял несколько аккордов, поиграл переборы, чтобы размять пальцы и начал играть металику. Антону нравилась эта музыка. Парень много слушал её, и она пробирала до мурашек. И сейчас, в исполнении Арсения Сергеевича, она звучала ещё лучше. Антон залип на такого уютного учителя, который сейчас сидит в его комнате, на его кровате, в уютном свитере, с растрепанными волосами и играет на гитаре. Подросток хотел смотреть вечно на эти сильные руки, которые так умело переставляют нужные аккорды и так уверенно бьют по струнам, и эти сосредоточенные голубые глаза и легкую улыбку. Зря Антон пытался постороить стену между ним и географом и ограничить с ним общение. Ведь когда учитель оказывался рядом, вся эта стена, которую мысленно строил Антон в один миг рушилась, и подросток готов был вечно смотреть на Арсения и делать всё, что он скажет. Антону казалось очень лёгким и логичным разлюбить учителя и встречаться с девушкой, но сейчас, когда школьник сидит рядом с географом, всё это кажется таким невозможным, и для Антона будто не существует другого мира — только эта комната и Арсений Сергеевич, играющий на гитаре. В завершении мелодии Арсений сыграл бенд и отложил гитару. — Вааау, — протянул Антон. — Кто вас учил? — Сам учился, — было видно, что учителю было приятно услышать похвалу. — А у меня что-то не очень получается играть. Я только пару песен выучил, а вот бенды вообще не получается делать и барре ещё не научился зажимать. Антон взял в руки инструмент, собираясь что-то сыграть. — Так у тебя постановка рук неправильная, где ж тут научишься делать барре, — сказал Арсений Сергеевич. В следующую секунду учитель взял левую руку парня в свою и поставил правильно на гриф гитары. Учитель был так близко к Антону, что у парня немного покраснели щёки. И в эту минуту точно рухнули все те стены, которые Антон безуспешно строил между ним и учителем. Шастуну захотелось вечно находиться рядом с Арсением и ни с кем его не делить. — Вот так будет правильнее. Попробуй сыграть, — наставительно сказал мужчина. Антон начал играть песню, которую сразу выучил, потому что она ему нравилась. Сначала аккорд F потом D далее Bm… Антону было волнительно играть перед географом, но потом он решил расслабиться и начал петь: — Это то самое чувство драмы Чтобы шагать по краю, равновесия мало И когда тебе надо не верить в любовь и стоять прямо Ты теряешь контроль и начинаешь падать… Это твоя слабость, это твоя временная тюрьма И нужно знать, что срок назначает она И о чем они дышат, эти влюбленные мерзкие Они реально живут, что ли, песнями про любовь? И не с кем негодовать и делить этот бред Резким поворотом ухожу в кювет Местные новости расскажут про обиды Про слишком разных существ одного вида Про высокую скорость и на ней разбитых И любовь навстречу эффектом рапида… Антон допел эту песню до конца и взглянул на Арсения, чтобы посмотреть на его реакцию. — Голос у тебя конечно очень приятный, — сказал учитель, улыбаясь. — Я толком не умею петь, поэтому и играю только музыку без слов. А играть ты обязательно научишься, — сказал ободряюще учитель. — Спасибо, — смущенно сказал подросток, учитель был первый, кому Антон сыграл на гитаре. — Пойдём ужинать. — Я позже подойду. — Учитель вышел из комнаты, а Антон остался сидеть на кровати, вспоминая прошедшие минуты. Ну ведь он решил для себя перестать думать о нём. Ну почему тогда опять так стучит сердце и пылают щёки? Строчки сами собой родились у Антона в голове: Я понимаю, что мне это нахуй не надо, Но я снова тону в твоих глазах, Сколькими ночами тебя я забывал, Но я сорвался. Но я сорвался. Эмоциональные качели — мы контрзависимы. Как бы тебя так потерять, чтобы найти себя? Я так боялся привязаться, но давно на привязи. Мечтал, что нам повезёт, но мы опять не вывезли. Любить нет сил Разлюбить тем более. Мы же просто знакомые — Знакомые до боли. Ты не тот с кем хорошо — Ты тот без кого плохо… Он записал это в свой блокнот и, перечитав несколько раз, направился в кухню на ужин, чтобы ещё немного побыть рядом с Арсением.
Примечания:
Мне писать продолжение? Как вам фф? Кто-нибудь вообще читает?)
