Глава 4
30 августа 2023 г., 11:43
Антон дошёл до квартиры и, открыв ключом дверь и войдя в квартиру, прислушался. Из кухни доносился смех Кристины и монотонный мужской голос. Расслышав его, подросток почувствовал, как сердце его упало и он, в страхе увидеть на кухне человека, о котором подумал, прошел в кухню.
— Антоша пришёл, — сказала мама, выйдя из кухни в коридор, пока Антон разувался. — Там Кристина привела своего парня, чтобы познакомить его со мной. Проходи на кухню и веди себя нормально, пожалуйста. — Антон закатил глаза. Его бесила эта фраза: «Веди себя нормально».
Шастун вошёл в кухню, и да, как он и думал, увидел его. Высокий, красивый, голубоглазый брюнет. Парень Кристины? Серьёзно?
— Антон? — растерявшись, произнёс Арсений Сергеевич.
Подросток не знал, что сказать, у него в голове крутилось: «Что происходит?» «Арсений Сергеевич парень его сестры?» «Может это всё снится?»
— Вы знакомы что ли? — спросила Кристина, переводя взгляд с Арса на Антона.
— Ну конечно. Антон же учится в моём 10 «А», — сказал Попов.
— Ты мне не говорил, что учишь моего брата, — протянула Кристина.
— А ты мне вообще многого про свою семью не рассказывала.
— Антон, проходи, садись за стол. Голодный ведь? — суетилась мама — Ольга Алексеевна.
Антону есть абсолютно перехотелось. Парень сел за стол и, наконец, смог поздороваться с учителем:
— Здравствуйте, Арсений Сергеевич. — Учитель усмехнулся смущению школьника и продолжил есть запеченую курицу, которая лежала у него на тарелке, аккуратно отрезая кусочки ножичком и отправляя их вилкой в рот.
После пятнадцати минут ужина, Антон, который до этого не учавствовал в общем разговоре, наконец решил задать вопрос, который его интересовал с самого начала:
— И давно вы вместе?
— Ну уже полтора месяца. Я увидела Арсения в своём универе. Я тогда так задумалась, что чуть не упала, но Арс вовремя поймал меня, и потом у нас завязался разговор, ну и стали встречаться через недели три.
— Да, мне так повезло, что именно в этот день я пошел в их универ к своему знакомому и встретил эту прекрасную девушку, — Арсений говорил с теплотой в голосе.
Кристина училась на третьем курсе филологического факультета и по праву считалась его гордостью. Кристина была красивая: высокая, с темно-русыми длинными кудрявыми волосами и зелёными глазами. У его сестры всегда было много ухажеров, но никто долгое время не мог покорить ее сердце и видимо географ всё-таки покорил.
Арсений приобнял сестру Антона за плечи и чмокнул в щёку, та смущённо убрала волосы за ухо, видимо было неловко обниматься с парнем при маме. Антону стало очень ревниво. Он сам давно влюблён в этого прекрасного мужчину, а он сейчас сидит и обнимается с его сестрой.
Только сейчас парень стал понимать всю происходящую ситуацию: его сестра встречается с его учителем и это значит, что теперь Арсений Сергеевич будет чаще находится у них дома: это и радовало и раздржало одновременно. Ведь теперь их учитель будет постоянно рядом с Кристиной, и Антон просто сгорит от ревности.
С другой стороны, Арсений Сергеевич взрослый мужчина и имеет право встречаться с тем, с кем хочет, и свою сестру Антон любит и желает ей счастья, а Антону нужно просто повзрослеть и, наконец, перестать влюблённо думать о своём учителе. Именно поэтому Антон решил, чем меньше он будет с ним видиться, тем лучше.
— Я пойду в комнату, я наелся, — сообщил подросток, выходя из-за стола.
— Ты же толком ничего не поел, — сказала Ольга, но Антон уже вышел из кухни. — Что-то он сегодня не в настроении, — добавила женщина.
Конечно не в настроении. Теперь он должен ограничить всякое общение с географом, ведь он не хочет разрушать отношения сестры, она выглядит такой счастливой с Арсом, у девушки прям глаза светятся. А Антон просто тупо влюблённый подросток, и зря он мечтал о том, что у него могут быть отношения с Арсением Сергеевичем. Ведь Арсений Сергеевич — мужчина в самом расцвете сил, и у него на уме красивые девушки, как его сестра, а не всякие там подростки.
Да и вообще, географ даже не знает о чувствах Шастуна, и учитель имеет право встречаться с кем захочет, да и вообще…
Антон убеждал себя, что все эти чувства к учителю пройдут, но в глубине души он всё равно сильно ревновал Арса к Кристине.
Парень подумал о том, что учитель уже целовался с Кристиной и, возможно, между ними что-то было, и от этих мыслей было ещё хуже и обиднее. Арсений Сергеевич такими искрящимися глазами смотрел на Кристину, Антон бы очень хотел, чтоб учитель смотрел так на него. Антон раньше никогда не чувствовал ревности. Это некомфортное чувство обволакивало парня изнутри, медленно проходясь по каждой клеточке тела. Ногти подростка уже оставляли следы в виде полумесяца на ладони. Казалось, что вот-вот и тело просто не выдержит. Он решил, что с сегодняшнего дня всё их общение с учителем будет минималистическим и лаконичным, хотя в данном случае это почти невозможно, ведь Арсений Сергеевич будет частенько приходить к ним домой.
Антон около двух часов пролежал в кровате и, видимо, заснул, потому что когда проснулся, дома было тихо. Он взглянул на время в телефоне — 21:12.
Шастун пошел на кухню, чтобы выпить воды. На кухне мама мыла посуду.
— А что, Арсений Сергеевич уже ушёл? — спросил он.
— Они с Кристиной в кино пошли. — Видими Оля была очень рада за дочь, что у той появился парень.
— Тош, чего у тебя глаза такие красные? — Антон инстинктивно потёр глаза и, пожав плечами, направился из кухни в ванную комнату.
Взглянув на себя в зеркало, он увидел свои красные заплаканные глаза, всему виной то, что во сне он, видимо, плакал. Парень умылся холодной водой и пошел назад к себе в комнату. Шастун хотел написать своим друзьям, позвать их завтра встретится и поделится случившимися событиями, но потом вспомнил, что завтра суббота, и он с родителями и сестрой едет на дачу. Поэтому решил отложить встречу с Димой и Серёжей на понедельник.
***
Понедельник. Выходные прошли вполне обычно, ничем не примечательно. Антон с Кристиной и мамой съездили на дачу. Там они убирались весь субботний день, потому что на следующих выходных у Кристины будет день рождения, и она собиралась отмечать на даче. И Антон был на сто процентов уверен в том, что на дачу приедет и Арсений Сергеевич. Это не совсем радовало. Антон не хочет ехать на праздник сестры, но мама настаивает на этом.***
В начале урока географии Арсений Сергеевич при всём классе напомнил Шастуну, чтобы он после уроков зашёл к нему в кабинет. А тот, кто ещё раздумывает над тем, чтобы отправиться с ними за город, пусть запишется. Сегодня — последний день. Арсению Сергеевичу необходим полный список. Серёжа, услышав это персональное приглашение, повернулся к другу, пихнул его локтем и поиграл бровями. — Чего? — не особо вежливо ответил Антон. Выспаться сегодня не удалось. И всё из-за дурацкого знакомства с парнем Кристины. — Ты рад? — Рад? — Ну, да! Господи, Шастун, ты не проснулся еще, что ли? Я про вашу сегодняшнюю встречу с Поповым. В пятницу ты нас сообщениями закидал, что всё сорвалось, а сегодня сидишь кислый, будто тебя на каторгу пригласили. Друзья ещё не знали последние новости, связанные с географом. Шастун планировал рассказать им всё после уроков. — Ах, ну да… — рассеянно ответил парень. Когда прозвенел звонок, Антон с Димой и Серёжей пошли на математику. — Антон! Не забудь!.. — напомнил учитель. Как такое можно забыть? Он кивнул: — Конечно, я забегу! Всю алгебру Антон сидел как на иголках. Новая тема совсем не шла в голову. Он и так обычно ничего в алгебре не понимал, а здесь вообще — караул. Урок казался бесконечным… Звонок на перемену стал для Шастуна настоящим спасением. В столовой он продолжал витать в облаках, и парни, конечно, это заметили. — Ты не заболел? — наконец спросил Серёжа. — Отстранённый какой-то. — Давайте встретимся в Маке после школы, — вместо ответа произнёс Антон. Сережа с Димой переглянулись, поняв, что что-то случилось у их друга. — Шаст, смотри, Алина пришла, — Дима указал на девушку, входящую в столовую. — Ой бляяять, сейчас ко мне побежит, — Антон закрыл лицо руками. — Да уж, втрескалась в тебя девчонка, — протянул Серёжа. Но Алина, видимо, не заметила Антона, потому что пошла она совершенно к другому столу, где сидели какие-то девочки. Антон подумал, что может, надо сблизится с Алиной, чтобы отвлечься от Арса? Понять какого это, встречаться с девочкой, потому что за все свои шестнадцать лет у него не было девушки. Надо обсудить эту идею с друзьями после уроков.***
— Прости, Антон, что в пятницу нам не удалось поговорить, — сказал Арсений Сергеевич, раскладывая на своем столе какие-то документы. — Загрузили на выходные кое-какими отчетами. А я один из них потерял, представляешь? Запропастился лист куда-то, не найду… А ведь мне завтра уже их сдавать. Весь день Антон думал, что будет отдаляться от Арса, заводить новые отношения и пытаться разлюбить этого мужчину, и это ему показалось таким возможным, но снова, увидев эти голубые глаза и улыбку, Шастун забыл то, о чём думал весь день и снова стал влюблённо пялиться на географа. «Давайте вместе поищем?» — хотел предложить он, но всё-таки постеснялся. Арсений Сергеевич с озадаченным выражением лица перебирал бумажки и с каждой секундой становился все мрачнее. Что ж, возможно, кое-какой недостаток у Попова был: жуткий бардак на столе. Хотя и у Антона письменный стол порядком не отличался. Получается, они просто созданы друг для друга. — Ладно, — вздохнул географ. — Это бесполезно. Давай перейдем к делу. Я просмотрел список… Следующие десять минут он описывал предстоящий поход, то зимнее волшебное место, куда им предстояло уехать. А Антон слушал этот приятный голос и погрузился в мечтания о том, что он будет с географом отмечать этот Новый год. Он вдруг внезапно представил загородный дом. Как много снега там сейчас. И как вечером за черным окном кружили снежинки. А он бы с Арсением Сергеевичем сидел у камина и ел салатик. И как потом Антону бы захотелось спать, и он бы положил учителю голову на плечо… — Антон? — вдруг позвал парня Арсений Сергеевич. Подросток тут же встрепенулся. «Нет, нет и нет. Арсений Сергеевич парень моей сестры, и я просто не могу о таком думать», — осёк он себя. Потом Шастун осознал, что несколько последних минут совсем потерял нить беседы. — Мне кажется, или ты меня больше не слушаешь? — Нет, что вы, — тут же смутился Шастун. И рассердился на себя. Ведь договорился же сам с собой, что не будет больше думать о Попове, как о своей любви. Но это невозможно когда стоишь с ним рядом. Попов как-то печально улыбнулся и снова опустил глаза. Длинные ресницы вздрогнули. А Антон вдруг увидел в нем что-то такое до боли знакомое, родное, чего не замечал раньше. И даже сердце сладостно замерло. Теперь он точно не мог отвести от Арсения взгляда, жадно наблюдая за каждым его движением. Ему снова хотелось уловить то, от чего сердце забилось чаще… Магия какая-то. Необъяснимое притяжение. Возможно, он излишне внимательно пялился на Арсения Сергеевича, потому как он вдруг мило смутился. Он делал так время от времени, когда ему оказывали особое внимание другие ученики или учителя. И его смущение Шастуна еще больше умилило. Какой же он классный! — Да и в пятницу ты был какой-то отстранённый дома. Ты не заболел? — Да почему все задают то этот вопрос? А вообще, да. Он заболел. Заболел безответной любовью. — Да нееет. Просто как-то неожидано тогда было увидеть вас у нас дома, — промямлил Антон. Учитель улыбнулся и продолжил: — Ну вот я тебе и рассказал программу на каникулы. Проведем мы там пять дней. К пятому января уже будете дома. До гостевого дома доберемся тридцать первого декабря на электричке. Нужно подсчитать только, сколько нужно выделить на дорогу, составить программу питания, что из продуктов купить… — Я этим займусь! — бойко пообещал Антон. — Я не сомневался в тебе, Антон, — снова повторил Попов. И подросток счастливо заулыбался в ответ. — Пора освобождать кабинет, — спохватился Арсений Сергеевич, взглянув на наручные часы. Шастун тоже вскочил с места. Вроде всё, что нужно, они обсудили. И как быстро пролетело время наедине с Арсением Сергеевичем! Пока Антон убирал в сумку список, учитель внимательно следил за ним и потом вдруг сказал: — А ты как-то изменился, Антон. Ученик даже замер на несколько секунд. И тут же принялся судорожно вспоминать, что на нём одето, и как он сегодня выглядит. Школьник удивленно посмотрел на Арсения Сергеевича, и тот снова смущенно улыбнулся. — У тебя глаза блестят, — сообщил Попов. — Будто сейчас не декабрь, а весна. Теперь уж пришла очередь Антона смущаться. Арсений Сергеевич, заметив смятение подростка, негромко рассмеялся и взял со стола свой портфель. — До встречи, Антон! — До свидания, Арсений Сергеевич! Когда географ вышел из кабинета, Антон снова уселся за пустую парту. Школьный двор был залит ярким солнцем. Надо же, какой декабрь… И правда будто весна. Он подумал, что опять слишко много думает о парне своей сестры. А потом устало закрыл глаза, не зная, что с этим делать. Его мысли прервал грохот жестяного ведра. — Ты чего тут один расселся? — заглянула в класс уборщица, тетя Таня. — Уроки уже закончились, марш домой! Мне надо кабинет помыть. Подросток снова нехотя поднялся из-за стола и тут же заметил, что на ботинке развязался шнурок. А когда присел на корточки, чтобы его завязать, его взгляд упал на белый лист, на котором был напечатан какой-то доклад. Лист застрял за батареей. Может, сквозняком сдуло… Еще в тот раз, когда Антон чуть не выкинул Иванова из окна. Тогда бумаги с учительского стола по всему кабинету летали. Шастун взял лист в руки. Сомнений не оставалось — это тот самый документ, который искал Арсений Сергеевич. И который так ему был нужен для завтрашнего дня. Он схватил лист и, едва не опрокинув ведро с водой, выскочил из класса. — Вот окаянный! — услышал парень за спиной недовольный голос тети Тани. Разумеется, Арсения Сергеевича в школе уже не было. Как он быстро ушел… Шастун проверил учительскую и лаборантскую. Представил, как учитель обрадовался бы, когда Антон передал бы ему важный потерянный документ. И, быть может, в очередной раз сказал бы такие приятные для подростка слова: «Я знал, что могу положиться на тебя, Антон…» Однако у парня еще был шанс услышать его одобрение. Как положено любому по уши влюбленному человеку, Антон знал домашний адрес своего объекта обожания. И тогда Антон принял решение доехать до дома Попова. Встречу с друзьями отложит на завтра. Да и реализацию мыслей о том, чтобы разлюбить географа отложит на потом.
