V. Mortem

Катя пришла с работы раньше и не думала застать дома Колю, который постарался сделать сюрприз в виде ужина. Было приятно и вечер прошёл отлично. А под утро, проснулась от того, что на кухне шумят посудой и дверцами шкафчиков. - Коль, ты чего подорвался в такую рань? Шумишь тут, - сонная Катя появилась в дверях кухни. - Где пузырёк? Вот здесь оставлял, - ткнул пальцами в столешницу рядом с плитой. Катя открыла крайнюю дверцу. - Вот. Не надо так психовать. - Я не психую, - грубо ответил парень, высыпая капсулы в ладонь. - Сильно болит? - Жутко, - парень поморщился. Катя, взглянув на Колю, намочила полотенце и протянула ему. - У тебя кровь. Взял полотенце и приложил к носу. - Коль, что происходит? - А что происходит? Улыбнулся. - Изменился сильно. Молчишь, шутить перестал, голова все время болит. Таблетки какие-то странные пьёшь. У тебя что-то серьёзное? Он не ответил, ушёл в ванную. Зажурчала вода. Вышел с влажными волосами. - Ответишь мне? - снова попытала счастье вопросом Катя. - Какая разница, все равно узнаете, - пробормотал Коля. - Что узнаем? - Катюш, ты лучше сядь. - Я постою. Берг, осторожно ухватил за плечи Катю, но она скинула руки. - Скажи уже, что происходит. Коля выложил все как на духу, как тогда в кабинете у Ремезова. - Коля, шутка неудачная. - Стал бы я такими вещами шутить? Катя опустилась на диван. - Давно это у тебя? Коля пожал плечами. - Когда узнал? - Несколько месяцев назад - И сказал только сейчас. - Я и не собирался говорить. Катя вскинула голову. - Не собирался? А что было бы потом? Ты эгоист, Коль, - голос Кати дрогнул. - Нельзя все время о себе думать. - Да я о вас думал. О тебе, о парнях, о Сидорчике! И не хотел, чтобы меня жалели. Катя долго выдохнула, повернулась к парню, который сел рядом: - Это же лечится? Давать пустые надежды не хотелось. Коля промолчал. - Ну?! Да?.. Нет?.. Мотнул головой. - Нет? – Катя громко издала звук, напоминающий горькое удивление. «Идиот», - обругал сам себя Коля. - Можно же что-то сделать. Операция, химиотерапия, лечение какое-то в конце-концов. Голос дрогнул, она расплакалась, но быстро взяла себя в руки. - Скажи что-нибудь, Коль. Что ты молчишь? - Я не знаю, что тебе сказать. Я был у трёх врачей. У всех один прогноз. В клиники Ахена был, в Германии. - И что? Что они сказали? Колю стали напрягать эти вопросы. Больше всего, после страдальческих взглядов, он не хотел этого слышать. Хватало отца с его дотошным беспокойством, который звонил по несколько раз в день. И честно, Коля уже подустал от частого присутствия своего родителя в своей жизни. Может быть, если не это стечение обстоятельств, он был бы и рад, но не сейчас, не в такие минуты жизни. - Они предложили пройти курс лечения, но гарантий они не дают. - Ты ведь согласился? - Это все бессмысленно. Всё, давай закроем эту тему, - раздражено ответил парень. - Почему бессмысленно? Надо за любую возможность хвататься. Коля? Катя пыталась с ним говорить, но он не слушал её. Постарался скорее избавить себя от нагнетания вопросов. Он оделся и вышел из квартиры, совершенно не заботясь о том, то вывалил на Катю информацию, к которой она была не готова. Вечером того же дня после выплаканных слёз, обвинений, извинений и просьб, Катя и Коля в одежде лежали на кровати и в абсолютном молчании в сумерках пялились в потолок. - Кать, я сделал самую большую глупость в своей жизни, - тихо донеслось до Белоусовой. - Ты о чём? Берг закусил губу. Не дождавшись ответа, Катя повернула голову к нему. - Я знал, что у меня проблемы со здоровьем и всё равно стал ближе к тебе. Ты права, я – эгоист. Девушка молчала. - Не знаю, простишь ли ты когда-нибудь меня. Повисло молчание. - Скажешь что-нибудь? – Коля не выдержал тишины, повернул голову к девушке. – Если ты не хочешь быть со мной, я всё пойму, Кать. Белоусова резко поднялась на кровати и вышла из комнаты со словами, чтобы Коля выходил пить чай. Катя не могла успокоить свое негодование. Она злилась на своего молодого человека, но сдерживала себя, чтобы не наброситься со словесными обвинениями на него. Чай никто из них не пил и не разговаривал друг с другом. Их молчаливое напряжение нарушил телефонный звонок у Кати, это был Женя. - … да, мы дома. … А ты где? … Ну, а чего тогда? Заходи. Катя отложила телефон. Разрешила парню зайти только потому, что не хотелось находиться рядом с угрюмым Колей. - Женя сейчас придёт. Идея какая-то у него там по делу. - Кать, ему не слово обо мне, - попросил парень. - Лицо проще сделай, - это получилось грубо, всё в стиле Белоусовой. - Сам не проболтайся. Коля мгновенно натянул на лицо улыбку, словно ничего и не произошло. Еще несколько дней пролетели незаметно за делами, расследованиями. Друзья-стажеры даже успели собраться вместе и отметить вновь раскрытое дело без Ремезова. Один из дней намечался быть трудным: к приходу на работу ребят ждала пожилая женщина с заявлением о пропаже внучки двадцати лет. После всех опросов, Катя собиралась на место, где в последний момент была девушка, по словам бабушки, при этом бурно обсуждая тему с Женей и Искандеровым. Бурное обсуждение стажеров прервал звонок на телефоне Кати. Она шикнула на парней, при этом едва не испепелив обоих взглядом. Ответила. Вмиг стала серьёзная: - ... когда? Что с ним? Где он? ... да, я еду... Белоусова схватила свой рюкзак. Парни забеспокоились: - Что случилось, Кать? Не слушая их, она вышла из кабинета, но в коридоре на лестнице её догнал Женя. - Колю на скорой увезли. - Что с ним? Серьёзное что-то? - Да, Жень. Очень. У него рак. Катя словно говорила об этом каждый день и всем - выглядела уверенной и спокойной. - Что? - Давай потом всё. Пожалуйста. Я к нему сейчас, - почти на ходу бросила она, смахивает набежавшие слезы. Женя, ошарашенный новостью, проводил взглядом подругу, пока та не скрылась за поворотом коридора, и зашёл обратно в стажерскую. - Что там? - оторвался от дела Зия. Женя растерянно пожал плечами: - У Коли рак. Зия вскинул голову. - Что у Коли? - Катя так быстро ушла, я даже спросить ничего не успел. Едва не сбивая всех на ходу, Катя спешила по коридору больницы. В отделении встретила отца Коли и засыпала его вопросами о состоянии сына. - Он в порядке. - В порядке? Тогда почему он здесь? - Катя, не надо нервничать. Просто закружилась голова, потерял равновесие... - Где вы были? Вы были рядом? – Катя перебила Берга-старшего. Анатолий Иванович, всё так же, аккуратно взял её за плечи и попросил выйти в коридор из отделения. - … сын позвонил мне, попросил приехать. Плохо чувствовал себя… - Почему он мне не позвонил? – Катя по-прежнему с волнением сыпала вопросами. - Он не хотел беспокоить тебя. Дверь он мне не открыл, - мужчина говорил медленно и спокойно, отчего успокоилась и Катя. – Я своими ключами. Замолчал. - И? Что дальше? – не выдержала девушка. - Он не смог подняться с пола. - Что он...? - Катюш, сын не мог объяснить ничего. Состояние такое было. Я скорую вызвал. - Вы толком можете объяснить, что случилось? – потребовала Белоусова, но Анатолий Иванович мотнул головой. - К нему сейчас можно? Вы были у него? - До утра сказали не беспокоить… Давай посидим, здесь недалеко местечко есть одно. Поговорим. Постараюсь на вопросы ответить. Тебе успокоиться надо. Катя нехотя согласилась на предложение мужчины, хоть покидать ненавистную ей больницу не хотелось ради Коли. Скрипя зубами на боль, Коля отказался лечь в больницу, хоть на этом настаивали все: врачи, отец, Катя. Сорвался на отца и Катю. А дома Коля ушёл в себя и молчал на все вопросы Кати. Не стала настаивать, закрылась в ванной и тихо рыдала под душем. *** - Коль, ты что-то неважно выглядишь сегодня. Может, не пойдешь на работу? - Всё нормально. Не так уж плохо я себя чувствую. Вчера так же было. - Коль… - Что Коля? – не выдержал парень. – Сколько можно опекать меня? Голубые глаза прожгли своим холодом девушку, на что она не обратила внимания. - Я беспокоюсь за тебя. Ты по ночам не спишь. Думаешь, я не слышу? - Катя, я прошу тебя. Только не надо слёзы пускать, - попросил Берг, увидев, как её глаза наполняются слезами. - Ты вообще ничего не понимаешь, да? Всё для тебя хохмы! - Да я только об этом и думаю! Я стараюсь внимания на это не обращать. Хоть как-то отвлечься от того, что впереди будет. Это вам тут хорошо! Он надел ботинки и спустился вниз по лестнице, не дожидаясь пока Катя закроет квартиру. - Коль, может, всё же дома останешься, - снова тихо попытала счастье девушка, видя, как Коля заглатывает таблетку, когда они были уже в машине. Он мотнул головой. - Сейчас пройдёт и поедем. Прости, что накричал. Иди ко мне. Поцеловав девушку; повернул ключ зажигания. День оказался насыщенным, хотя Берга не загружали работой, кроме Сидорчика. Но Коля стойко терпел все его указания и критику в работе, лишь бы он не узнал о его состоянии. И только в стажёрской он расслаблялся в своем кресле, унимая в тишине и рутинных тихих разговорах Жени и Зии головную боль. Уже под вечер Коля чувствовал дикую усталость, что не могло броситься в глаза его друзьям и внезапно вошедшему Пал Палычу. - Так, пока все не разошлись. Завтра Ремезова не будет. Так что прям с утра ты и ты, - указал пальцем на Берга и Зию, - к Лосевым. А вы, ко мне за новым заданием. - А ..? – начал Женя. - Если ты про Ремезова, то его неделю не будет. Давыдов получил от бдительного второго наставника ответ на интересующий вопрос и больше не стал ничего спрашивать. - Ты что-то бледный, Берг. Не заболел случайно? – и тут же не дожидаясь ответа, продолжил. – Смотри мне. Болеть я вам не дам. Разумиете? Сидорчик довольный вышел из тесной и темной комнатушки, где пятерым воздуха не хватало вовсе, но отойдя на несколько шагов, услышал грохот и голос Кати. Коля лежал едва не скрюченный на полу маленькой стажёрской, а над ними склонились ребята и Катя, осторожно тормошила его. Давыдов набирал номер неотложки, но не успел ничего сказать, как Белоусова выхватила телефон. - Парень, двадцать шесть лет. Потерял сознание… Опухоль мозга. Быстрее! Сидорчик мотнул головой, не послышалось ли ему о диагнозе. - Что ты сейчас сказала? – подошел он к Белоусовой. Катя закусила губу и посмотрела снизу на подполковника. - Вы же слышали, Пал Палыч. И слегка потормошила Колю за плечи. Тот, наконец, открыл глаза, поводил блуждающим взглядом, что-то попытался сказать и начал вставать. - Мм, Пал Палыч, а вы чего здесь делаете? Сидорчик, ошарашенный новостью, молча, стоял на своем месте, не зная, что спросить и у кого. Скорая приехала на удивление быстро, фельдшера повозились с Бергом, забрали его с собой. Катя всё порывалась поехать с ними, но врачи неотложки оказались более убедительными. Как только они оказались на улице возле крыльца и проводили взглядами карету скорой помощи, Сидорчик вновь прицепился с расспросами к Кате. Схватился за сердце и лицо раскраснелось. Сидя на лавке возле крыльца, девушка дала понять ребятам, которые собрались ехать к Бергу, что она переговорит с Пал Палычем и потом догонит их. - Вы извините, что вот так резко узнали об этом, - Катя словно виноватая опустила голову. – Мы не хотели вам напоминать о… - О моём сыне? - Да. - Мы это кто? - Мы с ребятами и Илья Борисыч. - Ремезов - жук, - обругал его Сидорчик, тяжело выдыхая. - Коля сам попросил его. Он беспокоился, что вы сильно переживать будете. Коля не хотел, чтобы вы снова переживали всё это. - Как благородно, - тяжело дыша, съязвил подполковник. – А вы не думали, что я все равно узнаю? Вот как сейчас. Сидорчик прожёг взглядом Катю. - Мы вообще не хотели, чтобы вы знали, - с хрипотцой отозвалась Катя. - Да? И что бы было потом? Катя пожала плечами. - Он, вообще, почему на работе? Почему он не в больнице? Лечение? - Пал Палыч… - Катя отвела взгляд в сторону. - Или что? Хочешь сказать, что он… Катя поджала губы, зажмурилась, чтобы не заплакать и пару раз кивнула. Набрала воздух и выдохнула уже со слезами. Лицо подполковника стало пунцовым, он шмыгнул, вытер нос пальцами, стараясь не заплакать, но не вышло. - Почему вы мне раньше не сказали? - еле выдавил из себя Сидорчик. Катя промолчала, явно испытывая такую же боль в сердце, что и начальник. Пал Палыч начал вставать, но от вмиг подскочившего давления, пошатнулся и вновь сел на лавку. Катя пыталась успокоить его, но самой становилось плохо от его слез и вздрагивающих плеч.