Портрет, на котором мы счастливы

— Ты так ему ничего и не рассказал? — спросил Минхо, закидывая огромную сумку в багажник внедорожника. Сигарета во рту дымила. — Нет. — ответил Хенджин, закидывая такую же сумку так же в багажник. — Надеюсь, меня не убьют, и я смогу рассказать ему всю правду когда-нибудь. — Сейчас уже некогда об этом думать. — Ли сел за руль, Хван следом приземлился на пассажирское сиденье. Машина с визгом шин тронулась и рванула вперёд по старому шоссе. Происшествие на открытии отложило большой след на Хване. Можно даже сказать, что огромный. Он не выходил из того дня почти никогда, переживал его снова и снова с ещё большей силой. Он тщательно скрывал эту сторону перед Феликсом, ведь он действительно его любил и не хотел, чтобы тот лишний раз беспокоился. Всю историю Феликсу тогда в ангаре он не рассказал. Так что же произошло и происходит прямо сейчас? Когда шло расследование, выяснилось, что это всё сделали местные террористы, за плечами которых — более мощные люди из Японии, которые давно метили на компанию отца Феликса. Полиция прикрыла это дело, но Хван сдаваться не собирался и хотел разобраться во всем до конца. Он начал собирать информацию. Сначала от полиции: поскольку он — жертва, ему предоставлялась информация касаемо этого дела. Когда перестала действовать полиция, он воспользовался связями отца и начал узнавать, что есть на эту группировку у военных. Корни уходили далеко во Францию,  поэтому на день рождения Феликса он приехал не только с целью поздравления. Чонин — никакой не старый его должник, а его напарник по этому делу и старый друг, как Минхо, с которым они оба учились в школе. Чонин знает французский и имеет свои связи во Франции, поэтому пока Хван отдыхал с Феликсом, он собирал всю необходимую им информацию. Ресторан, в котором обедали Хван и Ли в день рождения младшего, тоже был выбран не случайно — на другой улице был ресторан, который принадлежал тем самым японцам, и когда Чонин ушел из одного ресторана, он направился именно в тот. Сейчас дела стали кульминационными. Была зима, почти начало весны. Уже прошёл новый год, а Феликс должен был вернуться через полмесяца домой. Всё это время Хван исследовал, изучал противника, пока не изучил его досконально и не вышел на финальный след. Хван и его люди смогли зачистить уже несколько мелких группировок, и сейчас шли навстречу самому "боссу". — Джисон и его люди скоро уже будут на месте и станут дожидаться нас. — сказал Минхо, откидывая телефон на торпеду. — Отлично. — Хван кивнул, натягивая на себя бронежилет. — Не боишься? — Минхо глянул на друга. — Боюсь. Но знаю, что иначе никак. Я уже начал, нужно закончить. Минхо, если я умру... Позаботься о Феликсе, пожалуйста, пока он не отойдет. Я делаю это все ради него и ради его семьи. — Ты не умрешь. Понял меня? — Ли строго посмотрел на Хвана и нахмурился. — Ты закончишь это дело, заляжешь на дно и будешь жить с ним долго и счастливо, пока не умрете в один день от старости где-то на острове Чеджу. Хван кивнул, и оставшийся путь они провели в тишине. Лишь изредка Минхо ругался на других автолюбителей, не соблюдавших ПДД. Вся команда собралась в одной из заброшек в паре десятков километров от их окончательного пункта назначения. Здесь было человек 100, не меньше, и всем им так или иначе насолили те, к кому они идут. Хенджин смотрел на всю эту толпу перед собой, надеясь, что не тянет их всех на верную смерть. — Спасибо вам всем, что пришли и не побоялись пройти этот путь со мной до конца. Спасибо тем, кто был со мной с самого начала, а именно Ли Минхо, Хан Джисон и Ян Чонин. И Ли Феликс, который никогда не услышит этого обращения, но все мои действия связаны с ним, и так или иначе он связан со мной с самого начала, до начала и после окончания всей этой затеи. — говорил Хенджин на весь большой зал, и его слова отзывались эхом от стен. — Я не знаю, как пройдёт вся сегодняшняя авантюра, но уверен, что мы выполнили свой максимум и чего-то определенного точно добьемся. Как минимум, обратим всеобщее внимание и обличим очередное в нашем мире зло. Всем нам желаю успеха в сегодняшней операции. Зал зааплодировал, кто-то присвистнул. Люди отмечали, что Хван — хороший лидер и неплохо справился со всей задачей. Он свёл вместе больше сотни людей, заставил их поверить в справедливость, скрепил единым делом и вёл их за собой, преодолевая всё на своём пути. Часы пробили полночь, люди двинулись вперёд. Расселись по машинам, сели в грузовик и поехали навстречу своей цели, совершенно воодушевленные, закалённые и твердые духом.  

***

За окном февраль, почти что самое начало марта. Феликс нехотя поднялся с кровати, совершенно ненавидя этот день из-за одного лишл его существования. Уже прошёл очередной новый год, город снова таял после зимы, а небо вновь заволокло тучами. — Чего ты такой угрюмый? — спросил Хенджин, сидящий на кровати и заинтересованно смотрящий на своего бойфренда. — А то ты не знаешь... Я не люблю этот день. — Феликс вздохнул. — Да ладно тебе. День как день... Феликс посмотрел на висящую на стене картину. Ту самую, которую Хван подарил ему во Франции. — Сколько лет уже прошло с того момента, как я тебе её подарил? — Три года пять месяцев и четыре дня. — Ликс снял со стены картину и сел напротив Хенджина. — А она всё так же прекрасна, как и в день, когда ты мне её подарил. Краски совершенно не побледнели. — Для тебя всё самое лучшее, милый. Пойдешь сегодня на улицу? — Да, вместе пойдем. Надо кое-куда сходить. — с этими словами Феликс поднялся с кровати, убрал картину на место и начал одеваться на улицу. — Даже не поешь с утра? Уверен, что всё будет нормально без еды? — Да, все нормально. Феликс вышел на улицу, Хенджин за ним. Они сели в такси, и водитель повёз их за город. Доехав до пункта назначения, Ликс и Хван вышли из машины. На улице было холодно, под стать настроению Феликса. Увидев дальше по улице Минхо и Хана, он коротко помахал им рукой. — Привет, ребята. — Ли кивнул им в знак приветствия. На поклоны сейчас не было сил. — Привет, Ликси. — поздоровался Минхо и приулыбнулся ему. — Мы с Ханом уже уходим, тебя подождать или не надо? — Полчаса подождете? — Да, подождём. — Джисон кивнул, и они с Минхо удалились. Феликс же пошел дальше, но идти долго ему не пришлось. Дойдя до нужной калитки, он открыл её и тяжело вздохнул. — Ну привет, Джинни, — шепнул он и положил трясущуюся руку на надгробную доску.

«Хван Хёнджин. 20 марта 1997 — 19 февраля 2023. Любимый сын, работник, товарищ и жених» — гласила надпись на доске.

Феликс положил цветы на могилу и осторожно вырвал какой-то сорняк чуть поодаль от могилы. Он сел на скамейку около надгробия. — Тебя нет уже три года, мой Принц, — начал Феликс, достал сигарету и закурил. — Да, я подцепил от тебя эту вредную привычку и теперь не могу от неё избавиться. Знаю, что ещё год назад обещал тебе бросить, но у меня не получается. Ретти жив-здоров, я ухаживаю за ним, но почему-то у меня такое чувство, что он скоро начнет хворать. Возраст, наверное... На работе всё... Нормально. Компания теперь моя, отец ушел на пенсию окончательно. Минхо и Хан собираются переезжать в другую страну и хотят пожениться. Я искренне рад за них, они долго к этому шли и заслуживают счастливой жизни. Что касается меня... Была пара интрижек, но не выходит у меня отношений. Ты был особенным, и таких уже не будет. Возможно, я никогда и не найду себе никого больше, да и насрать, мне никто, кроме тебя, не нужен был и не нужен будет. Квартира твоя в целости и сохранности, я живу в ней и поддерживаю в ней порядок. Все твои картины всё ещё у меня. Я продолжаю отдавать деньги на благотворительность детям, как это делал ты, и не брошу это дело. Феликс потушил сигарету, зажмурился, чтоб не заплакать, и вздохнул. — Те, из-за которых ты погиб в ту ночь на операции, получили по заслугам, и последний из них умер месяц назад в тюрьме. Твой отец позаботился об этом. — Ликс тяжело выдохнул и посмотрел на силуэт рядом с собой. "Призрак" Хенджина стоял перед ним. — Ты приходишь ко мне каждый день, и я даже не знаю, легче мне от этого или нет... — Прости, что причиняю боль. — Хенджин сел перед ним на корточки и положил руки по бокам от туловища Феликса. — Я так хочу, чтобы ты был живым... Таким же живым, какой ты на том портрете. Какие МЫ на том портрете. Портрет, на котором мы счастливы... Я не могу без тебя... И я НЕ ХОЧУ без тебя. — Феликс залился слезами, уткнувшись в чужое плечо, которое было совершено неосязаемо и не чувствовалось никак. — Я всё еще слишком тебя люблю. Хенджин ничего ему не ответил и лишь испарился спустя мгновение. Феликс посидел здесь еще немного и ушёл спустя пять минут, вернувшись к Джисону и Минхо. Они уехали с кладбища.   Спустя полгода тело Ли Феликса нашли в квартире Хенджина. При нём была записка: «Я не выдержал. Похороните меня там же, где похоронен и он, и его хорёк Ретти. Мама, папа, простите. Я не хотел вас подводить. Я не справился.»

Теперь на кладбище Чонин, Минхо и Джисон приходили уже к двум людям.