летний вечер

***

Дима выдохнул шумно, осторожно паркуя красный «Москвич» на небольшой поляне в лесу, сглатывая тяжело: возбуждение давило сильно, да и в животе тянуло сильно так. Но, если нехорошо препаркует машину, то будет нервничать и все мысли будут этим забиты. Он сглотнул, потирая дрожащими руками свои колени, осторожно отстегивая ремень, переводя взгляд на Славу и поворачивая к нему голову, осторожно пересаживаясь, но быстро на колени к Горелову, опуская руки к нему на шею и слабенько сжимая, потянув на себя и в поцелуй утягивая. В машине приятно пахло: одеколоном Славы, чуть-чуть порошком «Эра», и гелем для душа. От Горелова всегда чем-то вкусно пахло, будто чем-то родным… Уже очень привык к Горелову, и скорее всего без него бы не мог. С другими бы «потонул» в тревоге, и бессоннице… Поэтому и принимал «феназепам», чтобы было хоть немного, но легче. С появлением юноши в жизни, легче стало. Таблеток стал меньше пить, засыпал быстро, но просыпался часто, и плохо засыпал, если ночью вставал. Лежал, ворочался, но потом засыпал. Кошка их, Аврора, безусловно помогала. Ласковая была, всегда на кровати спала и громко мурчала. Конечно, от таблеток побочные эффекты неприятные были, на пример — сонливость, нарушение концентрации внимания, головокружение и головные боли. Нужно было как — то покончить с таблетками, но вот как — непонятно. Да, он знал про привыкание у таблеткам, ведь закончил медицинский университет, но от любой зависимости избавится тяжело. Лаваль выдохнул, оглаживая его шею, осторожно касаясь губами его шеи и выдыхая, скользнув рукой на холодное тело юноши. Укусов и засосов на шее Димы никогда не было, оставлять нельзя: узнали в университете, что он гомосексуал, и все написали в характеристике, оправдываться тем, что у него девушка очень страстная точно не получится. И то еле-еле в библиотеку взяли работать… Да и в аптеке, когда Дима покупал защиту, косо смотрели. Но это же неправильно, это просто средство контрацепции… И вроде в этом нет ничего такого, а смотрят так, будто он человека убил. Наверное такого больше нигде нет. Только у них. Да и человека тут нельзя любить: если признаются, то отправят «лечиться», или может, что похуже. Арестуют? Дима руки осторожно от шеи Славы убрал, дыша сбито: грудь вздымалась быстро так, а уши немного красные были. Дышать будто нечем. — Хорошо тебе? — он выдохнул, прищурившись и осторожно перехватил зубами кожу на шее. Слава-то мерз всегда, летом носил кофты с горлом. — Дима, ну блин… — выдохнул он с тяжестью в ответ. По телу пошёл жар возбуждения, в животе сдавило тяжелым узлом, Слава к себе Диму прижимает с силой, желанием получать ласки. секс, если быть честным, всегда выходил у них жарким, громким, пылким и резким, кажется что обоих это устраивало. Дима выдохнул, щурясь и зацеловывая его шею осторожно скользнув рукой к нему на шею, слабенько сжимая и сглатывая, внимательно рассматривая и приоткрывая окно со стороны Славы: быстрее задохнуться от недостатка воздуха, нежели успеют что-то сделать. — Что? — он выдохнул, убирая дрожащими руками с лица пряди светлые, сглатывая и скользнув рукой к нему на брюки, расстегивая ширинку на них, и склоняя голову, слабенько сжав пах сквозь белье, и вжимаясь губами ему в губы. Если честно, то сторонился всего этого удушения по-началу, боялся, что перестарается и закончится это все не очень хорошо, потом попробовал и понял, что Слава имеет в виду, под «как будто в другом мире»… От касаний к паху Слава заметно даже напрягся, вытянулся, втягивая ртом воздух от открытого окна. Жарко, желанно так всё это… ехал он уже безумно возбуждённым. — Конечно х-хорошо, — разгоряченно выпалил Горелов, — Только не прекращай. — он голову закидывает назад. — он руками потянул к себе ближе такого же горячего Диму, зажмурился. Юноша выдохнул, улыбаясь и осторожно зацеловывая его шею, взяв осторожно из бардачка вазелин и открывая. Баночка горячая очень, потому что в машине уже месяц лежит, а сейчас июль, жара стоит постоянная, иногда дожди идут.Он выдохнул, осторожно смазывая пальцы и сглатывая, касаясь губами его кадыка, скользнув руками в белье и утягивая его в поцелуй, и касаясь горячей рукой, склизкой от «смазки» члена, двигая по всей длине и сглатывая.Дима сглотнул вязкую слюну, небыстро двигая ладонью и массируя головку большим пальцем, дыша сбито, и глянув на Славу из-под ресниц, слабенько ерзая на его коленях. Он сглотнул, ощущая, что Горелов тихонечко на ухо постанывает, из — за этого уши Лаваля раскраснелись, а грудь вздымалась быстро и в принципе стало еще тяжелее дышать. Конечно, на улице духота, значит дождь будет. Лаваль осторожно скользнул рукой ему на шею, слабенько придушив и делая брови домиком, и опуская взгляд, прикрывая глаза: скорее всего Слава быстро закончит, если возбужден сильно. — Все нормально? — он выдохнул, щурясь и ускоряя движение рукой, возбужденно выдыхая, когда Слава что — то под нос бурчит, и томно смотрит. Красивый очень, ужасно просто.Дима слабенько сжал член Горелова у основания, массируя большим пальцем головку и сглатывая, когда видит блеклые, белые капли меж пальцев.Приятно. 
Слава же выдохнул, откинул голову назад, дыша сбито и положив дрожащую от оргазма руку на спину Димы, ласково поглаживая, и целуя его в плечо, носом потирая, и вжимаясь. — Мне помочь тебе? , — он сглотнул, кивнув, когда получил кивок отрицательный. Слава брюки осторожно застегнул, предварительно поправляя белье и осторожно прижимая к себе Дима, ласково целуя за ухом. С ним хорошо было.