Самые счастливые дни

Декабрь 2018 Съемки в Бергамо были бонусом к Миланскому выпуску, потому что улетали обратно в Москву они именно оттуда. В Бергамо оба ехали с жутким похмельем, потому что накануне вечером выпили две бутылки вина на двоих, когда осознали, что везти их с собой в Москву довольно запарно. Антон активно пытался решать рабочие дела в мессенджерах, Арсений эту затею оставил почти сразу и пытался дремать, облокотившись на плечо Антона, пока поезд вез их из Милана в Бергамо. До вылета в Москву меньше суток, так как рейс утренний, а они итак проспали оговоренное с командой время выезда из Милана, поэтому на Бергамо у них оставалось буквально полдня. Не теряя ни минуты, вместе с операторами они поехали к Porta San Giacomo, чтобы поснимать панорамы города, посмотреть на него хотя бы сверху и погулять по старому городу. Они задержались у ворот дольше, чем планировали, потому что Арсению нужно было сделать идеальную фотографию для инстаграма. Потом они долго плутали между улочками старого города и фотографировали почти все рождественские венки на дверях. Конечно, они почти пропустили обеденное время, но все же нашли работающую кафешку на Старой площади Верхнего Бергамо. Арсений съел лучшую лазанью в его жизни (хотя в ней от привычной лазаньи были только макаронные листы), а Антон, не желая экспериментировать, наслаждался карбонарой. От предложения официантки выпить по бокалу вина оба, переглянувшись, отказались. Арсений потом минут 20 рассказывал на камеру о лазанье, рекомендовал запомнить это место и приехать попробовать. Антон лишь стоял рядом и смотрел на него – с такой грустноватой улыбкой. Арсений же за время своего монолога на Антона не взглянул. После прогулки они спустились на фуникулере в нижнюю часть города, операторы фоново что-то снимали, и поскольку уже стемнело, было принято решение двигаться в сторону апарт-отеля. На площади перед Театром Доницетти уже развернулась небольшая рождественская ярмарка и стояли карусели. Сил что-то высматривать не было, а вот взгляд, который Антон бросал на самую классическую карусель с лошадками, Арсений подметил. – Хочешь прокатиться? – предлагает он. – Да брось, Арс, это же для детей, наверное, – отчего-то смущается Антон. – А вот и проверим! Арсений направляется к кассам, читает что-то на итальянском и покупает им два билета. – Там ограничения по весу, а не по возрасту, так что идем, – говорит он Антону. Времени выбирать места у них не было, поэтому взяли, что было. Арсений только проследил, что у Антона именно та лошадка, которая при вращении карусели двигается вверх-вниз. Сам же он сидел на обычной. Когда аттракцион запустили, Антон выглядел настолько счастливым и улыбался так ярко, что Арсений украдкой снимал его на телефон. Ну как украдкой, от объектива профессиональных камер операторов это все же не скрылось. Когда карусель остановилась, Арсений слез первый и подал Антону руку, чтобы помочь спуститься. – Это так круто, блин! Я на таких каруселях никогда не катался! – практически кричит Антон. – Серьезно? Как так? – Арсений искренне удивлен. – Ну знаешь, как-то в Воронеже при пацанах на таком кататься было не круто… – уже тише отвечает Шаст. – Рад, что тебе понравилось. До отеля шли молча. И, наверное, впервые эта тишина Арсения напрягала. Но нарушать ее он не решился. Уже в номере выяснилось, что у них вместо двух раздельных кроватей, одна общая. Поскольку в этом апарт-отеле было самостоятельное заселение, а время было уже позднее, звонить куда-то и решать что-то не хотелось от слова совсем. И Арсений просто предложил забить. Антон удивленно на него посмотрел, но кивнул. На предложение ребят из команды пойти всем вместе на ужин оба отказались, потому что похмелье давало о себе знать и хотелось спать. В целом решение лечь спать показалось хорошим, ведь рано утром нужно будет ехать в аэропорт. Арсений принял душ первый, занял свою половинку кровати и укрылся одеялом почти с головой. Закрыл глаза, но сон не шел и одолевали мысли, но не какие-то конкретные, а все разом – крутились в голове и не складывались ни во что понятное. Спустя минут пятнадцать Антон выключил свет и залез на свою половину кровати. Еще спустя пять пододвинулся ближе и рукой притянул Арсения к себе. Тот вздрогнул, но Шаст тихонько прошептал: – Это просто объятия, Арс, ничего лишнего… Пожалуйста… Арсений какое-то время не двигался, затем все же расслабился, принял удобное положение и так же шепотом ответил: – Все в порядке, Шаст, – и в подтверждение своих слов нашел его ладонь на своем животе и легонько сжал своей, цепляя за пальцы. – Спасибо, – сквозь сон выдохнул Антон и через какое-то время уснул совсем, о чем свидетельствовало его размеренное и ровное дыхание. Арсений еще какое-то время не спал, прокручивая в голове события прошлого вечера.

***

Июнь 2023 – Арс, блин, не подглядывай! – Антон заглядывает в глаза к Арсению, который закрыл их ладошками, и накрывает его ладони своими, чтобы наверняка. – Ну мы так три года идти будем, – ворчит Арсений, но выглядит при этом слишком довольным. – Поговори давай еще, – смеется Шаст. Идти и правда не удобно, но отпускать руки от Арсения не хочется. Тот тоже не пытается отстраниться, лишь подстраивается под шаг. – Открывай. Арсений оглядывается, поднимает брови и умилительно глядит на Антона: – Мы что, будем кататься… на лошадках? – Да. – Серьезно?! – Конечно, серьезно, – как-то чересчур смущенно бормочет Антон. Арсений чуть ли не пищит от восторга и порывается Антона обнять, но вспоминает, что их все-таки снимают. Но с лицом ничего сделать не может и смотрит так счастливо, улыбается так широко, что Антон от этого готов растечься лужицей прямо здесь. – Я ни разу не катался верхом. – Я догадывался, Арс. Конная прогулка длилась около получаса, Антон чувствовал себя уверенно, поэтому за дорогой почти не следил – следил за Арсением. Тому подобрали спокойного коня, но все равно в седле Арс держался твердо и статно, как будто вовсе и не в первый раз катается. Эта удивительная способность Арсения все уметь и всему учиться на ходу – восхищала Антона постоянно, поэтому глаз он оторвать не мог, хотя периодически слышал от координаторов съемки просьбы поехать вперед и развернуть лошадь в другую сторону. Да что они понимают… – Ну что, парни, последняя локация гостевая, – объявляет Стас (один из продюсеров) на камеру. – А в гостях у нас сегодня комик, бизнесмен и просто хороший человек… Сергей Матвиенко. Арсений удивленно смотрит на Антона, без слов спрашивая: «Ты знал?». Антон отрицательно мотает головой. Камеры направлены на то, чтобы эффектно снять появление Сережи в кадре, поэтому оба не сговариваясь оказываются так близко, чтобы даже шепот никто не услышал. – Волнуешься? – отключая микрофон, говорит Антон. – Да нет, просто странно, что не сказали, кто гость… – Да ладно тебе, это же Сережа. – Вот именно, это Сережа. – Парни, на вас камеры пойдут через секунд 10, – командует координатор и они встают обратно. – Сережка, – подлетает Арсений к другу, обнимая. – Мог бы и намекнуть. – И испортить такой сюрприз? Ни за что! – смеется тот. – Что ты там придумал? – улыбается Антон и тоже приветствует Сережу. – Ну смотрите, я понимаю, что никогда-никогда в обычной жизни не смог бы уговорить вас на эту локацию… Но ваше шоу развязало мне руки, мы едем кататься на вейк-серфах. Понятно, почему не сказали… – Блять, ну там же в воду надо падать, – страдальчески возмущается Антон. Арсений никак не реагирует, хотя ему-то как раз такое по душе. Они все вместе направляются к машинам, чтобы поехать на локацию и как только оказываются за пределами камер, Арсений притормаживает Антона за локоть и обеспокоено говорит: – Шаст, ты можешь не кататься, если не хочешь. Антон опешивает, потому что ни разу в истории их шоу они не отказывались от гостевой локации. И обычно сам Арсений впереди планеты всей уговаривает его попробовать что-то. Но сейчас тот искренне беспокоится, зная о нелюбви Антона к таким видам спорта. – Я попробую, – улыбается Антон. – В крайнем случае, ты же спасешь меня? – Куда я денусь, – ласково отвечает Арсений.

***

Февраль 2020 Тенерифе снимать сложно, потому что в одном городе они проводят несколько дней, а в другом бывают только проездом, темп съемок бешеный, а еще климат меняется от юга острова к северу, и приходится возить с собой кучу одежды и обуви. А Антону очень хотелось немного выдохнуть и лениво полежать на пляже. И поэтому текущую локацию он выбирал именно с такой целью. Пляж Лос Кристианос в небольшом городке с одноименным названием отлично подошел под его задумку. Здесь одновременно можно взять уроки серфинга и полежать с напитками в шезлонге. Первое – это для Арсения, конечно, потому что вряд ли тот оценил бы идею лежания на пляже. А для себя Антон уже придумал отмазку: у него вчера щиколотки сгорели, пока они на каяках плавали в поисках дельфинов и «та-а-ак больно к ним прикасаться, Арс» (что, кстати, чистая правда). Арсений хитрость просек сразу, но и Антона знал хорошо и понимал, что тому и батарейку надо зарядить, и серфить явно не хочется, поэтому никакого сопротивления не высказал и даже предложил до апартаментов самому потом поехать за рулем, чтобы Шаст мог выпить пива. Пиво Антону пить не захотелось, а вот какой-то красивый коктейль в меню он выбрал. Растянувшись на шезлонге и потягивая напиток, он наблюдал, как Арсений пытается встать на доску под чутким руководством инструктора, и тщательно бдит за тем, куда именно этот инструктор кладет руки, когда переставляет ноги Арса на доске и корректирует стойку. Антон не ревнует, нет. Ну разве что немножечко. И только потому, что Арсений мало кому позволяет нарушать свои тактильные границы. Только поэтому, ага. А вообще Арсений в этом обтягивающем гидрокостюме невероятно красивый. Ему остается только взять доску и бежать по волнам, позволяя волосам развеваться под легкий морской бриз, чтобы Антон начал откровенно пускать на него слюни. Но Антон помнит, что он под прицелом камер, поэтому взгляд его прикрыт солнцезащитными очками (их он нагло стащил с Арса, тому в воде не понадобятся), а сам он старается периодически поглядывать в телефон, чтобы не так откровенно пялиться. Арсений ему очень нравится и нравится давно, это факт. С Арсением у них ничего не будет и они просто друзья и коллеги, это тоже факт. Поэтому все, что у Антона есть – это возможность любоваться и иногда безнадежно мечтать. Они уже 5 лет снимают шоу и 7 лет работают вместе. За это время они действительно стали хорошим друзьями, а все остальное – пройдет когда-нибудь. Пройдет же? Блуждая в своих мыслях, Антон не заметил, как Арсений уже научился брать волны и пробует теперь продержаться подольше. Антон делает несколько снимков, откладывает телефон и тянется к коктейлю. В этот момент Арсения жестко накрывает волной и тот падает в воду, и Антон резко вскакивает. Бокал с коктейлем падает на песок, шезлонг переворачивается, но Антону плевать. Он выискивает взглядом Арсения, но его нигде не видно. – Everything is fine with your boyfriend, he's over there, don't worry, – слышится голос официанта рядом. – And I'll replace your drink. Антон на это бездумно кивает и направляет взгляд туда, куда указал официант. И действительно видит Арсения, с которым и правда все в порядке, он уже улыбается и плывет к берегу. Антон хочет было двинуться ему навстречу, но Стас хлопает его по плечу и говорит: – Фразу официанта мы, конечно, вырежем, но реакция у тебя хорошо получилась, рейтингам не повредит. Антон на минуту подвисает, а потом оборачивается. «Каким в жопу рейтингам и какая реакция?» – хочет сказать Антон, но Стас уже отошел. Антон, конечно, в курсе про то, что творится в интернете вокруг их с Арсом дуэта, но сам он этому значения особого никогда не придавал, потому что попросту не думал об этом, ибо незачем ему об этом думать. А волноваться можно и за друзей или за друзей теперь что, не волнуются? По пути домой Антон признается Арсению: – Я сегодня испугался за тебя, когда волной накрыло. Арсений, не отрывая взгляда от дороги, улыбнется и скажет: – Но ты бы меня спас, если что? – Ага, только потом бы нас обоих пришлось спасать, я же плавать не умею. И они смеются – открыто и громко, заполняя салон арендованного миникупера ощущением чего-то родного и теплого… ощущением дома? Но плавать Антон потом все-таки научился.

***

Июнь 2023 – Плывешь, Арсень Сергеевич, – лукаво подмечает Сережа, пока Арсений наблюдает за тем, как у Антона начинает получаться стоять на вейк-серфе более 30 секунд. – Плыву, Сережа Борисыч… Плыву. Арсений от Антона глаз оторвать не может – ну такой он очаровательный в этом костюме и шортах. Камеры сосредоточены на том, чтобы поймать у того классные ракурсы, и Арсений их понимает прекрасно: он бы вообще только Шаста и снимал. Но Сережа этой передышкой без камер пользуется и гнет свою линию: – Ну и долго ты так плавать собираешься? – О чем ты? – Арсению приходится все же перевести взгляд на друга. – Да о чем, о чем. Сколько ты собираешься еще ебланить? Он же смотрит на тебя как собака на пломбир, блин… – Да не знаю я, Сереж. Мне иногда кажется, что и я, и поклонники наши все себе придумали – и чувства свои я тоже сам выдумал, и все это как будто просто красивая идея о большой и запретной любви. И я порой сам не могу ответить, мне Антон нужен или подтверждение этой идеи? Сережа молчит, думает какое-то время, а потом грустно как-то вздыхает: – Арс, ну я б поверил тебе, если бы ты меня пытался обмануть, а ты ведь себя пытаешься. Я думал, ты если тогда после Милана ничего не понял сразу, то потом-то со временем должен был допереть. От упоминания Милана у Арсения по коже мурашки пробегают, хотя, казалось бы, прошло столько лет. И как бы ни хотелось за это все зацепиться, с этим всем повариться, все это прочувствовать снова, он себе этого не позволяет. – Не знаю я, Сереж… – Все ты знаешь, Арсений Сергеич, просто ссышь. Конечно, ссыт. Проще ведь сказать, что между ними ничего нет, что все придумано, что все идея фанатов. И что Милан совсем-совсем ничего не значил… – Ты прав, ссу. И после этих слов Арсений будучи Арсением красиво от этого разговора сбегает. Антон несколько мгновений назад плюхнулся с доски, и Арс с криками «Шастун, я спасу тебя» прыгает в воду вслед за ним. – Ой, дурак, блин, – только качает головой Сережа. А Арсений, плывя в сторону Шаста, отгоняет от себя вообще все мысли. Между ними ничего нет, все красивая идея для камер, и Милан ничего не значил, ага. Какая наглая ложь, Арсений.

***

Декабрь 2018 Последний вечер в Милане получился весьма… интересным. Во-первых, они решили не везти купленное на дегустации вино в Россию, потому что заморачиваться с упаковкой и багажом не хотелось. Поэтому к моменту, когда вторая бутылка вина была только начата, Антон почти перестал мерзнуть в этой дурацкой квартире. Вообще, тут имелось центральное отопление, но на ночь его бессовестно в целях экономии отключали у всего района. Во-вторых, Арсений решил устроить фотосессию у кирпичной стены с рождественской елкой. Правда из атмосферных праздничных одеяний у него были только носки. Оглядев себя в черных шортах и футболке, он решил позаимствовать розовый свитшот Антона, чтобы хоть как-то украсить свой образ. Антон усердно пытался его сфотографировать, но то ли алкоголь, то ли голые ноги Арсения все время сбивали его, и кадры получались то смазанными, то обрезанными, то просто не нравились самому Арсению. – Бля Арс, у тебя даже в этих ебучих носках ноги сексуально выглядят, – бормочет Антон, нажимая на кнопку камеры. – Так, ну все, давай уже сюда, – вскакивает Арсений и забирает телефон, а у самого щеки горят, глаза бегают. – Ну вот тут парочка вроде вышла, для инсты сойдет. Спасибо. И стоит, улыбается игриво, слегка вызывающе. Антон пьяный и не железный, но Антон не дурак, поэтому предлагает: – Давай, может, пару серий Друзей посмотрим, а то сидим и пьем просто так? Арсений обдумывает пару мгновений, кивает и идет за ноутом. Шаст в это время двигает тумбочку к дивану и притаскивает туда их бокалы и бутылку вина. За сюжетом Антон практически не следит – да и что он оттуда не знает? – потому что Арсений наотрез отказался идти одеваться, поэтому так и сидит в шортах. И сидит близко, слишком близко. Вообще, в жизни они часто друг друга касаются и в обычной ситуации такая близость Антона радовала, потому что ну это же Арсений: от него пахнет шампунем с ванилью, к нему приятно прикасаться и с ним тепло не только физически. Сейчас же Арс был близко, полуголым бедром касался бедра Антона и это будоражило совсем в другом смысле. К концу первой серии (из 5 или 6 сезона?) вина остается буквально на полтора бокала, а рука Антона периодически теребит шорты Арсения, случайно задевая голый участок кожи. Тот либо действительно не придает этому значения, либо мастерски делает вид, что ничего не происходит. К середине второй серии вина в бокалах уже не осталось, а рука Антона чуть настойчивее поглаживает бедро Арсения. Дыхание сбилось, мысли в голове путаются, но уходят на второй план, потому что все, что имеет значение в данную минуту – это Арсений, который не отрывает глаз от экрана и практически не шевелится под его касаниями, но при этом громко дышит и краснеет. К концу второй серии Антон практически теряет голову, одной рукой продолжая уверенно наглаживать бедро Арса, проводя ладонью в опасной близости от паха, второй цепляет Арсения за запястье и подносит его к губам. Не целуя, касается губами, ведет носом, вдыхая знакомый запах кожи. Как только начинаются титры, не выдерживает Арсений. Он вырывает руку, но только для того, чтобы повернуться, ухватиться за плечо Антона и одним движением перекинуть ногу через его бедра. Арсений, пиздец, блять, сидит у него на коленях. Арс заглядывает в глаза, и Антон, наконец, видит, что не один он горит сейчас. Не один он испытывает это влечение. Не его одного тянет, как магнитом, к человеку рядом. – Шаст… – выдыхает Арсений прямо ему в губы и прижимается, наконец, своими. Арсений целует сразу жадно, Антон приоткрывает рот и чувствует как чужой язык пробегается по губам и проникает внутрь. Антон отвечает так же страстно, но не перехватывает инициативу, оставляя ее за Арсом. Тот обхватывает руками шею, зарывается пальцами в волосы и целует, целует, целует. Антон снова начинает руками поглаживать бедра, ведет ладонями к ягодицам, прижимает Арсения ближе, собственным пахом ощущая чужой практически полностью вставший член. Ебанный пиздец, Арсений его тоже хочет. Не то чтобы это было непонятно из ситуации, но осознание шарашит, когда Арсений стаскивает с него толстовку и начинает выцеловывать шею и ключицы. Надолго его не хватает, и он снова возвращается к губам, Антон стонет прямо в поцелуй и уже тянет руки, чтобы освободить от свитшота и Арса, как тот вдруг резко поцелуй прерывает. Отстраняется, смотрит шальным взглядом, словно осознавая что-то ужасное, и говорит: – Антон, это все неправильно… – Почему неправильно? – Антон пока не понимает, что происходит. – Мы взрослые люди и, очевидно, оба хотим того, что происходит. – Ты же не гей, Антон, мне эти твои эксперименты не уперлись никуда… – полупьяно тараторит Арсений, но Шаст его перебивает: – Я гей, Арс. Тот хмурится, смотрит непонимающе: – Но у тебя же есть девушка… – Нет у меня никакой девушки, – Антон все еще ничего не понимает, но старается отвечать четко. – Антон, ну ты же пьян, – практически стонет от отчаяния Арсений, будто пытается донести какую-то сокровенную мысль, которую Шаст наотрез отказывается понимать. – Я пьян, – подтверждает Антон. – Это аргумент. Арсений кивает с видом «ну вот, ну я же говорю», но Антон не хочет больше продолжать этот диалог. Поэтому он подхватывает Арсения, встает сам, ставит того аккуратненько на пол и смотрит внимательно. Затем целует в кончик носа и говорит: – Хорошо, поговорим об этом на трезвую голову. И, расцепляя объятия, уходит на кухню попить воды. Если Арсению не уперлось заниматься сексом пьяными, никаких проблем, он готов повторить без алкоголя. Они поговорят об этом завтра. Но ни завтра, ни когда-нибудь позже они об этом не говорят. И знал бы тогда Антон, что «ты пьян» в голове Арсения значило что-то совсем другое, ни за что бы не согласился с этим аргументом.

***

Июнь 2023 Ужинают после съемок они втроем с Сережей – без камер, сценариев и команды. И это все очень приятно: разговоры ни о чем, никакого напряжения, можно не сдерживаться, можно шутить. Можно положить голову Антону на плечо, пока тот доедает десерт. Арсений чувствует, что устал за сегодня, и двигаться не хочется абсолютно. Сережа на него поглядывает периодически, но ничего не говорит больше, сказал уже все, что хотел. А Антон… Антон ему просто многое позволяет: и облокотиться вот так, и ладонь вплести в свою, пока они едут в машине, и лежать у себя на коленках в офисе, пока никто не видит, и даже обнимать позволяет чуть дольше, чем друзьям положено. И Арсений почему-то думает о том, что без Антона он уже не представляет свою жизнь. Нет, конечно, он без Антона сможет. Но как будто бы вот так, с Антоном – правильно, что ли? Как будто бы с ним просто очень хорошо. И без него будет не так. Не плохо, наверное, но по-другому, не так. А Арсению, кажется, нужно именно так. Он, похоже, опять улетает в мыслях далеко от реальности, потому что Антон легонько треплет его за коленку и говорит: – Выпусти меня, пожалуйста, схожу счет попрошу. Арсений молча выполняет просьбу, переводит взгляд на Сережу и неожиданно выдает: – Дурак я, Сереж. – Да кто б сомневался, – отвечает тот. После ужина Сережа сядет в свой Porsche и уедет в Москву, а они с Антоном прогуляются вдоль набережной, периодически останавливаясь и делая фотографии. А ночью, засыпая один в холодном номере отеля, Арсений вспомнит почему-то декабрьскую ночь в Бергамо, где Антон его обнимал, и сердце предательски сожмется в груди, совершая какой-то невероятный кульбит.