Мой Ромео.

Шуршание страниц и тихий шёпот стелились по библиотеке, как туман над рекой. Из-за пасмурного утра, на многих столах были включены настольные лампы. За одним таким столом сидел Тэхён, раскрыв учебник и пару научных журналов перед собой, выписывая необходимый материал в свою тетрадь. Изредка взгляд падал на рядом лежащий телефон. Тишина, что и успокаивало, и настораживало одновременно. Раньше ужина он точно не сунется в комнату. Если Гук не проболтается, то, всё равно, Чим и так всё поймёт, он далеко не дурак. Но оправдываться перед ним Тэ не собирался, он поступил так, как считал нужным. В конце концов, против природы тяжело идти. - Утречка, - раздался голос напротив, и кто-то приземлился на стул по другую сторону стола. Парень с песочными волосами поднял глаза и увидел руководителя кружка, в который он записан с другом, и, в отличии от него, всё ещё его посещает. - Здравствуйте, - улыбнулся Тэхён - Готовишься к проекту? – кивнул на журналы Хосок. - Да. - А второй где? – кивнул на пустующий стул рядом со студентом старший. Тот замер, прикидывая, что ответить. Сказать правду? Но Тэ не знал, в каких отношениях сейчас братья Чон и не будет ли потом проблем. Соврать, значит надо врать убедительно, и, всё равно, проблемы будут. Если учесть ситуацию с контроллером, то правды лучше избегать. - Скоро придёт, - как ни в чем не бывало, ответил младший. – Решил поспать подольше в выходной, на репетиции выматывается. - Ну да, представление на носу, Юнги теперь с них живых не слезет, - усмехнулся Хосок, продолжая внимательно смотреть на Тэхёна. - Вот-вот, - подхватил тот, радостный, что ложь зашла. Неловкая пауза повисла между столами читального зала. Аспирант продолжал всматриваться в младшего напротив. Тот теребил шариковую ручку, не понимая, что ещё от него хотят. - Вы, хотели ещё что-то спросить? – робко предположил студент. Хосок прищурился, слегка склонив голову на бок, затем подпер щеку ладонью, облокачиваясь на стол. - Расскажи мне о Чимине. Тэ удивлённо моргнул, открыв рот. Он совершенно не ожидал от сонсэннима такого поворота. - Ну, я имею в виду, что я знаю его как отличного, покладистого, ответственного и умного студента, и то, в последнее время у меня не было возможности, чтобы полноценно присутствовать на занятиях, - тяжело вздохнул Хосок, будто действительно жалел об этом. – Но, всё же, мне хотелось бы знать, какой это человек, в которого по уши втрескался мой младшенький. Тэхён немного выдохнул, поняв мотив такого вопроса, но, в то же время, напрягся. Он не собирался тут петь дифирамбы о своём друге, выделяя только хорошие черты, он не сваха. Даже предыдущие свои поступки, парень не считал за подталкивание Чима в объятия альфы. Гук сам спросил про цветы, а чего Тэ ломаться тогда? А про сегодняшнее, можно смело сказать, что он просто избавил друга от мучений. - Ну…, - младший потер переносицу. – Он добрый, всегда держит своё слово. Хотя немного ленится бывает, но ничего не бросает на пол пути. В дружбе верный, внимательный. Не сказать что чистюля, но срачь терпеть не может. Надёжный, ему можно доверить секреты и не переживать, что кто-то узнает. Соня, ну Вы это сами видите, - развёл руками омега. – Что я ещё могу сказать? – глаза натолкнулись на внимательный чёрный взгляд аспиранта. Тэхён ощутил, как по позвоночнику бегут мурашки. Как-то неловко стало от того, как старший изучает его взглядом. - Вы же знаете, что мы дружим и, если Вы надеялись услышать гадости, чтобы отговорить Гука от этой затеи романа с ним, то не по адресу, - опустив глаза, пробурчал Тэ. Его раздражало, когда кто-то заставляет чувствовать неловкость. - С чего ты решил, что я хочу разбить их пару? – искренне удивился Хосок. - Ну, Вы же хотели взять Чима под контроль. Наверняка, чтобы он близко не подходил к Гуку, - хмуро ответил омега, смотря на старшего исподлобья. - Тебе эту песню мой брат напел? – как-то радужно улыбнулся альфа. - Это мои личные выводы, - надулся Тэхён. – Я не считаю нужным, слушать всех подряд. Чон-старший удивлённо посмотрел на студента, затем хмыкнул и покачал головой. - Я и забыл, каким ты можешь быть, - мягкая улыбка. Омега внимательно следил за аспирантом, пытаясь понять его ход мыслей и просчитать следующее заявление. Но никак не получалось. - Знаешь, когда на вступительных экзаменах вы все метались в поисках удобного места в аудитории, чтобы удобнее списать было, ты сразу выбрал самое просматриваемое со стороны учителя и занял его, - голос старшего был тихим, но казался омеге горячим, проникающим в какие-то закоулки напряжения, расплавляющим его. – Ты всегда любил идти против течения, всегда считал и говорил только то, что считал нужным, ни под кого не подстраиваясь. Мне было интересно слушать твои версии на семинарах, они отличались оригинальностью, свежестью взгляда. С одной стороны, ты был открыт для всех, но, никого дальше порога не пускал, при этом делал так незаметно, что не каждый понимал, что ты закрываешь перед ним дверь. И я знаю только одного человека, которого ты впустил по настоящему. По крайней мере одного в пределах университета. Альфа замолк, немного склонив голову и с какой-то нежностью разглядывая младшего перед собой. Чёрные глаза завораживали, и Тэ начал понимать, что он тонет в них. Нет, это надо было срочно прекращать. Что вообще сейчас происходит? - К чему это откровение? – отведя взгляд и ощущая, как начинают гореть щеки, тихо проговорил омега. - К тому, что ты уже давно меня интересуешь, Ким Тэхён, - слова, как аркан, всё большее опутывали парня с песочными волосами. – И не только как студент, как член моего кружка, но и как человек, как друг, как партнёр. Младший резко вскинул голову, сердито смотря на альфу. Ладони с силой сжали ручку, сердце сбилось с мерного ритма, заставляя дыхание споткнуться. Зачем? Зачем сонсэнним всё это говорит, что происходит? И тут запах, сладкий, как мёд, и пряный, немного с горчинкой, как миндаль. Зрачки у Тэ расширились. Он никогда ничего подобного не чувствовал, никогда запах так не обволакивал, не расслаблял его. Тело не слушалось, по нему стекала дрожь, заставляя неметь кончики пальцев рук и ног. Парню стало страшно, он терпеть не мог, когда ситуация выходила из-под его контроля. Ему хватило пару плачевных опытов в прошлом, чтобы понять, что с альфами надо быть аккуратнее. Собственно говоря, институт был, своего рода, спасением. К тому-же, Тэхён мог отлично видеть, как тот или иной альфа относится к другому какому-нибудь омеге, читал их, как раскрытые книги, но, если дело касалось его самого, наступал ступор. Парень превращался в чувственного инвалида, не способного увидеть явную ложь и манипуляцию. - Зачем…? – тихий шёпот сорвался с сухих губ омеги. - Не знаю, - грустно ответил Хосок. – Наверное, я должен был сделать это раньше, но погоня за великим будущем меня захватила. И только, смотря на брата, такого, каким он стал под влиянием чувств, я понял, что выбрал не тот путь. Младший сидел не шевелясь, и, пытаясь не дышать, чтобы такой приятный и, вместе с тем, ломающий всё сопротивление запах, не проникал в него. Но чёрные глаза напротив не отпускали, не давая возможности разорвать этот тягостный зрительный контакт. - Я знаю, что не вправе вот так заявлять о своих чувствах, но, если я промолчу, то буду корить себя до конца своих дней, - приглушённый голос, твёрдый и такой спокойный, казалось, Хосок был наполнен уверенностью. Тэхёну хотелось тоже так, быть столбом, которому не страшны ветра мнений и ураганы критики. При этом, от старшего не веяло холодом, наоборот, он горел, бурлил, как лава в жерле вулкана. - Извини, - альфа поднялся на ноги. – Не буду на тебя давить. У тебя всегда на всё своё мнение, поэтому, я хочу, чтобы и в этой ситуации ты остался собой и решил поступить так, как считаешь правильным, - обойдя стол, Хосок резко наклонился и приник обжигающими губами к губам младшего, который застыл, не в силах пошевелиться и, даже, моргнуть. Запах горячим шарфом обвил шею Тэ, спадая на плечи, стекая плавленым воском. - Прости, - как шелест ветра, как шорох листвы, и альфа, отстранившись, ушёл прочь, забирая с собой тепло и горечь миндаля. Просидев минуту в окаменении, Тэхён, дернувшись, уронил голову на руки. Опять! Опять это ощущение неизвестно, опять раскрывается пропасть, которая манит, обещая спокойствие, но, никто не знает, что там на самом деле.