Утопленник

      Джейк на грани сна и яви. В окно пробивается мягкий солнечный свет, который щекочет нос и играет бликами в волосах цвета золотой ржи. Разомлевший парень то и дело потягивается на кровати, но никак не может вырваться из сонливой неги. Он пытается сосредоточить память на обрывках воспоминаний от недавно увиденного сна. На удивление, Джейк помнит его гораздо лучше и чётче последних. В нём был Сонхун. Тёплый, живой и очень близкий, словно из другого мира: он много смеялся и лежал в поле в высокой траве, закатное солнце освещало его изумрудно-небесные глаза, а Джейк всё это время был рядом. Но чем больше он вспоминал, тем быстрее просыпался и в конце концов подпрыгнул на кровати. Сон будто рукой сняло, потому что именно в нём Сонхун целовал его руки, повязывал белую ленту на запястье и был до такой степени нежным в своих действиях, что Джейк решил, что, должно быть, сошёл с ума. Он похлопал себя по раскрасневшимся щекам и, не совладав с равновесием, когда вставал с кровати, чуть не упал на пол. В этом смехотворном положении его и застал Чонвон, который показался в дверном проёме. Он посмотрел на хозяина с нечитаемым выражением лица, вздохнул, как будто ему приходится изо дня в день возиться с маленьким ребёнком, и спросил:       - Мне позже зайти?       - Нет, эм. Я тут… Не важно, - неловкость так и сочилась из Джейка, - как поживаешь?       - Серьёзно? Мы видимся каждый день.       - Да, согласен, глупо получилось.       - Что с тобой?       - Я? Ничего. Совсем ничего.       - Странный ты. Я чего заходил-то: ко мне друзья придут в воскресенье, просто предупреждаю. До скорого. Приходи в себя.       - Друзья? Ладно, мы потом поговорим об этом. Постой! - Джейк остановил уже развернувшегося в сторону дверей Чонвона, - у меня к тебе вопрос.       - Что такое?       - Как я здесь оказался?       - А, это. Ночью Сонхун притащил тебя. Вернее, принёс, как самого драгоценного принца, на руках. И погрозил, что когти мне оторвёт, если я тебя побеспокою.       В следующее мгновение Чонвон превратился в кота и, парой прыжков преодолев расстояние до окна, выпрыгнул в него.       Джейк так и продолжал стоять посреди комнаты и чесал затылок. Слишком много информации за одно утро.       День проходил так же, как обычно. За исключением того, что у Джейка из рук всё валилось: то каша подгорела, то гроб криво-косо сколотил. А когда к нему пришла семья очередного покойника, то благополучно пропустил все их замечания и пожелания по поводу захоронения. Он и правда надеялся, что доживёт до конца дня и не угробит себя ненароком. Всякое бывает с его-то удачей.       День за днём протекала неделя, а, когда настало субботнее время, Джейк встрепенулся. И не просто из-за того, что закончилась работа - выходных у людей подобного рода занятия не бывает, - а потому что этот день означал очередную тайну, возможность узреть загадочное провидение, истинное волшебство. Проще говоря, Джейк наведывался к отцу Сонхуна, с которым стал проводить всё больше времени после того, как Чонвон привёл его в тот дом на окраине поселения. У парня подобные встречи неизменно вызывали приступы ностальгии: старик обязательно рассказывал загадочные истории про секреты ворожейного мастерства - Джейку казалось, что ему потому и доверяют все секреты, потому что он ничерта не понимает в этом. Его обнадёживало только то, что коолдуну есть, с кем поговорить и излить душу. У него остались только Джейк и Чонвон. Вот только…       "Сонхун вернулся"       Эти слова Джеюн хотел крикнуть что есть силы. Чтобы его услышали даже там, за холмами, где начинается городская жиззнь. Чтобы услышали все, чтобы праздновали, чтобы вспомнили. Но память хитра и скрывает в своих закоулках всё то, что не имеет значения. Для тех, кто когда-то знал их детьми, это ничего и не значило. И помнить было некому.       Предстоял долгий разговор. Когда-то он должен был случиться Джейк не представлял, что настолько быстро. Они оба не успели проникнуться доверием друг к другу настолько, чтобы затрагивать дела слишком уж личные и лезть в душу друг другу снова. Одного раза было достаточно.       - Нет и ещё раз нет, Шим Джеюн.       - Назови хоть одну причину, почему ты не хочешь объявиться перед собственным отцом?       В споре Сонхуна было не переспорить, он упёрто стоял на своём, хотя сам и называл это "убедительностью". В его собственном маленьком мирке бытовали мысли о том, что нечистая сила способна навредить светлой магии, которая так и сочилась из дома отца. Чёрт чувствовал эту силу всем своим существом и не мог остаться незамеченным в пределах этого поля. Что до истинных причин Сонхуна - он предпочитал отмалчиваться, пусть сам и считал, что слишком поздно возвращать то, что было навсегда утеряно.       Джейк не понимал его. Для него семья значилась не на крови, она была оплотом верности и силы, которые один человек может дать другому. Сонхун не вписывался в эти категории. А Джейку хотелось верить, что однажды его друг сможет войти в эту жизнь с той полнотой чувств, на которую способен человек.

***

      В ночном воздухе витало тепло. Оно сочилось из воды, нагретой за день солнцем. Оно шло от земли, из каждой травинки, из каждого цветка, играющего бледноватыми красками в свете луны. Джейк ощущает его на контрасте с холодом, который пробегается по ногам. Сонхун заморозил воду - вот так просто, как проворачивал этот трюк в детстве. Какого было удивление Джейка, когда он увидел собственными глазами, какие силы таились в руках его друга. Льдинки и снег белой простынёй покрывала воду. А Джейк видел в этом настоящее чудо: что-то сверхчеловеческое, чудесное, но в то же время родное и то, по чему он так скучал. Когда ему протягивают руку, он хватает её не задумываясь и выходит осторожными шагами на лёд.       - Не боишься? - спрашивает чёрт.       - Сонхун, здесь мелководье, - Джейк удерживается от того, чтобы не закатить глаза.       - В любом случае, я не дам тебе упасть.       - Ну да, так я и поверил.       - В детстве ты не был таким мнимым.       - А ты не был таким…       - Каким?       - Не важно.       Джейк смотрит исподлобья, пытаясь подловить своего друга на том забавном выражении лица, которое возникает обычно, стоит только Джейку произнести что-то сбивающее с толку. У Сонхуна тогда забавно округлялись глаза, хвост подгибался, а сам он дул губы. Эта его привычка так и не изменилась. Но сейчас он смотрит по-другому: чуть прищурившись, мягко улыбаясь; протягивает обе руки вперёд и ждёт. Джейк подаёт руку не задумываясь - сам и секунды бы не простоял на льду. Они двигаются не спеша, шаг за шагом, медленно ступая на середину замёрзшего пруда. Сонхун перехватывает руки крепче.       Джейк думает, что у него даже получается спустя 15 минут этого развлечения, вот только с небес на землю его быстро спускают: он запинается о собственную ногу и выставляет руки вперёд, предполагая, что окажется сейчас нос к носом с холодным льдом. Вот только лёд оказывается окутывающим со всех сторон, пахнет морской водой, а ещё это оказывается вовсе и не лёд. Сонхун сжимает в своих объятиях, удерживая их обоих. Джейк, прежде чем успевает опомниться, обхватывает его за плечи: ноги всё ещё едут не туда, куда надо. Чёрт поддерживает его за спину, аккуратно приподнимая и выравнивая их положение.       - Смутился? - усмехается Сонхун.       - Здесь холодно, - сразу выпаливает Джейк.       - Шим Джеюн, сейчас лето на дворе.       - Этот твой лёд всё равно холодный.       - Ладно-ладно, так уж и быть поверю, - Сонхун давит смешок, и улыбается во все зубы, показывая острые клыки.       - Смешно ему.       - Очень. Ты забавный.       - А ты вредный.       - Вот и поговорили.       Джейк давно понял, что Сонхуна не переспорить - у него язык без костей, хотя тот сам говорил, что это всего лишь профессиональный навык, не более. Джейк стоял на своём.       - Эй, так нечестно! - крикнул Сонхун, когда на пару мгновений отвернулся, а в него уже полетел большой снежок.

***

      Они разгорячённые и вымотанные заваливаются в тёплый дом и смеются, переговариваясь о чём-то и постепенно передвигаясь на кухню. Сонхун понимает, что никогда так долго не улыбался - мышцы лица болят с непривычки. Однако он заметил и другое: улыбка Джеюна была куда более яркой и искренней. Возможно, он улыбается так всем, кого бы ни встретил: он всегда был добродушным малым и никогда не скупился на доброту. Однако над Сонхуном висело непреодолимое желание получить эту улыбку себе, обратить её в свою сторону и каждый день видеть этот свет, который так и лучился. Он сам не заметил, как застыл в дверном проёме, до тех пор, пока его не окликнули.       - Кажется, к нам зашли на чай? - Джейк играл в переглядки с новоприбывшими гостями. Из них знакомым лицом был только Чонвон.       Сонхун не спешил проходить дальше. Что-то было не так. Дух дома изменился.       - Это мои друзья, - начал Чонвон, по очереди показывая на, очевидно, таких же котолаков, которые не до конца успели сменить свои обличия, из-за чего были видны их огромные когтистые лапы и пушистые уши, - Сону и Рики. А это…       Наконец показался Сонхун и незамедлительно отодвинул Джеюна за спину.       - Ну, что ты, не обижу я твоего человека. Разрешите представиться, - начал незнакомец, - владыка морских вод, можете называть меня Джей.