Фотограф.

– Я устал, мам, – сорвалось вдруг невзначай с уст парня, что упал на кровать и смотрел прямо в потолок, не обращая внимания на тишину и одиночество вокруг. Мама всегда могла помочь, даже не смотря на то, что находилась в другом городе. Телефон, связь, переписки с этим человеком - оставляло Джейка в жизни, заставляло вновь потереть глаза и пойти обрабатывать очередную фотосессию, которую, сто процентов, как обычно не примут. Шелковистые мягкие волосы распались по простыням, ползя в каждый уголок кровати - так казалось со стороны. Руки понемногу стали чувствовать хотя бы что-то, а не лёгкое еле ощутимое покалывание на подушечках. Глаза метались по пустому потолку, пытаясь найти что-то, но там ничего не было. И в подсознании Джейк хотел забыться, потеряться, чтобы никто его не трогал, но он не мог. Было для кого помнить обо всём и было для кого просто лежать на мягком застеленном матрасе. – Сынок, я тебя понимаю, но это далеко не все трудности, что ты ещё должен пройти. Жизнь порой жестока, стоит лишь привыкнуть и идти дальше по непредсказуемому пути, который ещё не был вытоптан именно под тебя. Стоит немного потерпеть, слышишь? – Я стараюсь. Правда. Я столько уже перепробовал, к стольким сходил и помог, но все будто... Не понимают меня. – в трубке послышался шум, созданный вздохом матери. – Я люблю тебя, мой хороший. Ты такой у меня молодчина, слышишь? Ты такой красивый, такой добрый, но просто... Иногда, слишком вспыльчивый. И это может плохо сказаться на тебе, понимаешь? Я не хочу тебя обидеть, но так это и есть. Отец твой, конечно, постарался. – женщина посмеялась, вызывая тепло где-то внутри Джейка. – Да... Да, отец хорош. И он всего добился сам, как и ты. – уголки губ содрогнулись, поднимаясь вверх и создавая нежную улыбку на лице Шима. – И ты всего добьёшься, мой любимый. Мне пора спать. Долго не сиди, хорошо? Перекуси фруктами и ложись, завтра тебе наверняка опять достанутся дела. Спокойной ночи, сынок. Папа бы тебе пожелал того же. – Я бы хотел верить в то, что он мне это мысленно передал. – парень посмеялся, вызывая смех и у матери, которая через пару минут закончила звонок. И мир вновь стал серым, выделяя чёрный и белый. – Как же я хочу к тебе, мам. – недосказанные предложения шли только после звука сброшенной трубки.

***

– Спасибо за предоставленные услуги, но вы не приняты. Блять, неужели вы думаете, что я такой тупой? Конечно, легко сделать качественный материал, а потом кинуть фотографа куда-нибудь подальше. Интересные вы все такие, аж тошно... – Джеюн закрыл лицо руками, скрывая гнев, душевную боль и слёзы где-то глубоко внутри себя. Бесспорно, ему было до жути обидно, даже если это не первый раз уже происходит, и от этого юноша чувствовал себя отвратно, словно жалким мальчиком, который ничего не может без помощи родителей. Подняв отчаянные арахисовые глаза на монитор значительно дорогого ноутбука, Джейк оживился, ведь там висело личное дело для него. «Здравствуйте, Шим Джеюн. Ваши работы достаточно заинтересовались меня, как и опыт работы со сложными деталями. Не желаете устроить мне фотосессию в эту субботу?» – Суббота... Завтра, значит, да. Окей. – пальцы забегали по клавиатуре, быстро печатая ответ на данное сообщение. Сегодня предстояло обойти только одного человека, от чего юноша с самого утра чувствовал себя прекрасно. Правда, человек тот, только с напоминанием вспомнил о фотосете. Автобус как обычно набит битком, от чего приходилось время от времени пользоваться баллончиком для пополнения воздуха в лёгких. За окнами холодно, а перчатки вновь лежат где-то в углу прихожей, из-за этого руки постепенно начинают требовать особый крем, ибо такой мороз заставлял фаланги неметь донельзя. Тёмное небо добавляло ощущение ночной прогулки, но рано с утра в зимний период всегда ещё горели фонарики на улицах. Шима опять вытолкнули из транспортного средства, словно автобус никогда его не полюбит. Покрыв водителя и пассажиров достаточным количеством мата, что хоть и было мысленно, но очень помогло, Джеюн пошёл искать студию, в которую ему надо было. На этот раз, заказчик был мужчиной лет тридцати, с щетиной, прессом и бицепсами. От такого вызова кровь из глаз чуть не полилась, но работать надо, хоть какая-то прибыль за маленькие услуги. Мужчина встретил фотографа лишь в одних шортах, как бы хвастаясь своими кубами. В голове сразу пронеслись недоброжелательные мысли и, конечно же, что сегодня явно будет жарко. В смысле, Джейк разозлится как в последний раз и откажется делать дальше фотосессию. – Здравствуйте. Вы пришли на пять минут пораньше, что ж, это радует. Снимайте обувь, проходите. Верхнюю одежду можете оставить где угодно, мне не принципиально. – хоть какие-то плюсы. После таких же действий, что и вчера перед работой с клиентом, Шим достал свой фотоаппарат и оглядел большое пространство. – Здесь устроим много поз, у меня есть идеи. Стул... Стул, ладно, тоже попробуем включить в дело. Я прошу прощения... – Джейк резко застыл, не отводя глаз от пачек суши и роллов, что были пока в пакете. – Это вы поесть взяли? – Нет, это для одного-двух фото, где я лежу... – его перебили, как и парень перебил фантазию в предоставлении картинок. – О, нет, так я вас точно фотографировать не собираюсь. Вы чё, ненормальные? Какие роллы? Вам нужны фото для, блять, пробы в компании, какие, нахуй, суши? – Блять, ну положи ты руку как я сказал, что ты такой трудный то? – Джейк нахмурился, от чего между бровей появилась складка. Модель, что позировала, пришла в лёгкий шок от такого нахального поведения какого-то жалкого фотографа, что лишь делал бессмысленные фотографии, которые почти ничего не значили в жизни настоящей знаменитости. – Ты нормальный? Ты как со мной разговариваешь? – А с тобой возможно как-то по-другому разговаривать? Как корова на льду стоишь, ей Богу. – Шим закатил глаза. Парень уходил с ужасным настроением, но хотя бы с хорошей зарплатой. Оставалось ещё много времени до конца дня, поэтому, Джеюн сразу же сел за обработку материала, что вновь прибавился за какие-то пять часов мучительного нахождения в студии с роллами и мужчиной с щетиной и прессом. На улице светло, как обычно идёт снег, падая большими хлопьями на шапки прохожих. Машины изредка проезжали по проезжим частям, вечно куда-то торопясь и с рвением быть первым в небольшой пробке. Под окнами, хоть юноша и жил на пятом этаже шестнадцати этажного дома, доносились разговоры бабушек, которые, как по привычке, обсуждали ужасную молодёжь, которая ничего не может добиться и вечно вытворяет пакости. – Боже, пап, представляешь, что у меня сегодня было? – сидя за столом и проводя по гладкой поверхности мышкой, удаляя ненужные или не получившиеся фото, Шим разговаривал с отцом, у которого на работе пока что был обед и свободное время. – И что же такого фееричного у тебя сегодня произошло? – Мужчина заказал у меня фотосессию для кастинга в фильме, там такая компанию крупная и крутая, и сказал, мол, нужно попробовать в такой роли себя представить. Я согласился, подумал, ну ладно, что там такого. А там, блять, фотки с сушами и роллами на его голом торсе, а васаби у него прямо на губах. Я ахуел. – Джейк, ну это... – мужчина помолчал, а затем залился смехом, походу представив себе эту картину. – Это правда очень необычно. Интересно, что он тогда думал, когда заказывал еду. – Я даже боюсь представлять.

***

Суббота. Тот самый заветный день, которого так ждал Джеюн. Не для того, конечно, чтобы отдохнуть, ибо его ждал очередной крутой фотосет для показа мод. Двадцати пяти летний парень, сто восемьдесят восемь ростом, что было выше на десять сантиметров самого фотографа, и с именем, даже таким же красивым, Пак Сонхун. Зайдя к нему в квартиру, младший расслабился, ощущая приятное, но такое колкое тепло, расплывающиеся по всему телу. Сняв шапку, волосы легли прямо как хотел Джейк, что уже было залогом успеха. – Здравствуйте. Не рано? – Доброе утро. Нет, что вы, как раз вовремя. Снимайте обувь, проходите. Зал, думаю, разберётесь где, ванная комната справа по коридору. – оказалось, Джеюн больше боялся самого парня, чем саму длительную, как обычно, работу. На самом деле, старший очень даже дружелюбный, милый на вид, а самое главное – похож на знаменитую модель, в отличии от предыдущих людей.