Мой любимый

Всё покупается и продаётся, И жизнь откровенно над нами смеётся. Мы негодуем, мы возмущаемся, Но продаёмся и покупаемся. © Омар Хайям

      Почти 3 года спустя       Чонгук сидит на коврике в ванной комнате, с нетерпением ждёт результатов теста на беременность, которые он сделал. Прошло почти три года с их свадьбы, столько произошло за это время — и хорошего, и, к сожалению, плохого. Время бежит так быстро: вроде вчера праздновали их свадьбу, которую, если честно, омега не хотел, но за месяц он поменял своё мнение, ему достался самый замечательный, любящий муж, а Чонгук старается соответствовать ему, любя в ответ. Они поддерживают друг друга во всём, будь то новые идеи или стремления каждого. Их вечера это как маленькие свидания в доме или в ресторане, в кафе или на стоянке мака. Выходные проводят вместе за шопингом или пикником, ходят в галерею, в музеи, как истинная парочка целуются на последнем ряду кинотеатра. Наконец-то они счастливы, а будут ещё счастливее, если Чонгук подарит любимому наследника. Тэхён не давил, за это время тема беременности поднималась два раза, и то его муж спрашивал про удобства омеги в первую очередь, про защиту во время секса, использовать ли противозачаточные средства, и готов ли Чонгук к новой ступени их совместной жизни, если забеременеет, на что Гук безоговорочно давал своё согласие. За это время они никогда не использовали защиту, да даже во время течек, но пока результата не было.       Чонгук обследовался у знакомого омеголога — явных нарушений со стороны омеги не было, он абсолютно здоров. Назначили курс витаминов, и с тех пор прошло не больше полугода, последний цикл течки совпал с гоном Тэхёна, это было впервые за три года их совместного проживания. Они неделю не могли насытиться друг другом. Кое-как принимали пищу, чтобы набраться сил, быстрый душ и по новой. Тэхён как с цепи сорвался, но омега тоже недалеко ушёл, смеётся Чонгук со своих мыслей, вспоминая, как указывал альфе взять его то на весу, то на веранде на узких перилах, то на кухонном столе, на стиралке, рядом с раковиной на полу, на коврике возле камина, в машине, этот список можно писать бесконечно.       Первое Рождество молодожёны провели в кругу близких Чонгука, неделю побывали у его родителей в Сеуле. Как были счастливы увидеть влюблённую парочку миссис и мистер Чон. Отец Гука в который раз твердил, что для единственного сына нашёл отличную партию, на что с искренними и влюблёнными глазами Чонгук ответил согласием. Потом их маленькое путешествие по Сеулу, чтобы в памяти сохранить красоту родных земель. А далее бытовая жизнь, всё как у всех: Тэхён на работе, Гук на учёбе, но семейная жизнь полна любви и взаимопонимания друг к другу.       С семейкой Чхве они не виделись вообще в первый год, хотя Суён несколько раз пыталась поговорить с Гуком на занятиях, но в последний момент передумала, или так казалось омеге, ведь как объяснить, что сестра Тэхёна явно подходила к нему после пар, но в последний момент разворачивалась и уходила. Но как заметил Чонгук, стиль у сестрички поменялся, она больше не надевала вызывающие наряды. За целый год от них не было вестей, матушка не пыталась даже позвонить и поговорить с Тэхёном. В первые месяцы альфа переживал, но после просто стал безразличным или так хотел казаться перед мужем. Как никак у них своя жизнь, Тэхён распределил наследство, отдал под руководство один из крупных филиалов Минсоку, заверив, что брат сам поднимет свою компанию, своими силами, возможностями и умом, как когда-то сам Тэхён. Часть Суён он отдаст в том случае, когда сестра, хоть не с отличием, но хорошо закончит университет и найдёт свой путь, как бы будет вложением в её будущее. Сейчас же она слишком юна для этого. А матушке Тэхён каждый месяц переводил деньги до сих пор, из уважения к её годам.       Так прошли первые два года супружества, потом окончание учёбы Гука, Тэхён предложил омеге два варианта: он сможет спокойно проходить стажировку в любой компании, которые им предлагали во время защиты диплома, или всё же закончит и магистратуру. Всё зависит от желания Чонгука, но второй вариант омеге больше пришёлся по душе, и он подал документы. Сейчас омега на втором курсе магистратуры.       К концу университета выпускники как в былые времена устроили вечеринку, Чонгук не забудет тот день, хотя омеги не было на пати, но жуткий день до сих пор плотно сидит в воспоминаниях.       — Ты точно не хочешь пойти? — спрашивает Тэхён мужа, надевая сорочку. — Всё-таки выпускной раз в жизни бывает.       — Не хочу, ты же знаешь, шумные компании не для меня, — отвечает Гук и приносит альфе галстук. — К тому же, я поступаю на магистратуру, у меня в арсенале ещё два года перед тем, как закончить, — надевая галстук на шею мужа, омега оставляет поцелуй на скуле альфы.       — Хорошо, сам знаешь, — с одной стороны Тэхёну не хотелось отпускать омегу одного на выпускной, он, как никак, живя здесь всю жизнь, знает как проводят американцы свой выпускной, к тому же выпускники университета. Но с другой — Чонгук имеет полное право быть там, альфа не хочет казаться тем мужем, что запрещает своему омеге всё. А оказалось, Гук сам не хочет идти, камень с души упал, Тэ выдохнул с облегчением. — Будь готов к девяти, тебя ждёт незабываемый выпускной с мужем, — проговаривает Тэхён и целует такие манящие губы любимого. — Всё, я побежал на встречу, не скучай, — напоследок целуя лоб мужа, он уходит.       Целый день Чонгук проводил время лениво перед телевизором, последние месяцы были адом, а всё из-за экзаменов и дипломной работы. Теперь же у него заслуженные каникулы. Ближе к семи вечера телефон вибрирует, оповещая о звонке. Вроде ещё рано до прихода мужа, думает Гук, и берет телефон. На дисплее имя Суён, не долго думая, он принимает звонок.       — Чонгук, — голос заплаканный, — пожалуйста, помоги, я не хотела этого… — всхлипывая, шепчет девушка.       — Суён, что случилось? — задаёт вопрос Гук, вставая с дивана. — Ты в порядке? Где ты? — не на шутку волнуется он. Зная характер Суён, она скорее на глотку себе наступит, чем попросит помощи у него.       — Я в клубе, где проходит выпускной, спряталась в уборной, брат не поднимает трубку, — всё ещё тихо отвечает девушка. — Они, они… не знаю, что-то вкололи мне, я не хотела… — не договаривает Суён из-за стука в дверь, Чонгук тоже слышит звуки ударов и какую-то ругань.       — Суён, оставайся там, я сейчас буду, — больше не медля, Чонгук берет спортивную кофту и надевает поверх футболки, на нём домашние штаны, но сейчас одежда играет последнюю роль, забирает также ключи от машины и выходит из дома.       Хорошо, что Гук знает, где проходит вечеринка, заводя двигатель, он быстро вбивает в навигатор адрес клуба и мчится в путь. До приезда омега оставляет Тэхёну несколько сообщений, муж его предупредил, что на встрече поставит телефон на беззвучный.       В клубе громко басит музыка, везде танцуют пьяные выпускники, кто-то пьёт около бара, кто-то целуется в углу, кто-то играет в карты на шоты, его тянут за руку, но омега отталкивает назойливых одногруппников, несколько знакомых лиц Чонгуку тоже удаётся увидеть. Выпускной в старшей школе в Сеуле отличается от той дичи, что происходит здесь. Они проводили его в ресторане, в приятной компании одноклассников. Выпивали, да, впервые, но только шампанское и хорошее вино было в арсенале. Хорошо, что Гук не приехал, ведь прошло меньше десяти минут в этом заведении, а его уже начинает тошнить от обилия запахов. Чонгук представить себе не мог, что так проведут выпускной его однокурсники. Американцы свободолюбивый народ, они как будто проживают последний день в своей жизни, тусуясь как умалишённые. Повсюду бутылки, окурки от сигарет, а в воздухе запах табака, алкоголя и пота. Гук поморщился от отвращения и, развернувшись, идёт в сторону уборной.       Открыв дверь, он видит лежащую девушку прямо под раковиной, одежда вся в грязи и в некоторых местах порвана. Суён явно не в себе. Чонгук быстро подходит к ней, берёт её под руку, чтобы встала с грязного пола, опершись на него.       — Суён, посмотри на меня, — просит Чонгук, смотря на девушку: зрачки расширенные, видно она явно под чем-то. — Что произошло? — не реагирует, лицо в гематомах, вся дрожит. — Суён, — Чонгук хочет помочь, но она не реагирует ни на что. Достав телефон, первым делом омега звонит в скорую.       — Они… они мне что-то вкололи, — еле проговаривает Суён, Гук смотрит на руку, там след от укола.       — Всё будет хорошо, я позвонил в скорую, сейчас приедут, — успокаивает Чонгук девушку, надевая на неё свою кофту.       Скорая приехала с Тэхёном одновременно. Было видно, что альфа в замешательстве, но больше он был зол, когда осмотрел сестру. Дальше разбирательство с полицией, на репутации Тэхёна это сказалось — СМИ не остались в стороне, печатая на каждом шагу про наркоманку сестру одного из востребованных архитекторов города. Дело приняло новые повороты, ведь Суён не вспомнила тех людей, а всю вину возложили только на девушку, за употребления запрещённых веществ ей назначили штраф.       Суён пролежала некоторое время в госпитале. Тэхён же потратил несколько тысяч баксов на хорошего адвоката, лечение сестры и выплату штрафа, но для альфы это было пустяковым делом, главное — здоровье сестры.       С того дня остались неприятные воспоминания, что пытаются забыть все члены семьи. С того дня отношения Чонгука с Суён и матушкой изменились, девушка ещё давно хотела попросить прощения за свои выходки, но не знала как подступиться, какие слова подобрать. Матушка, к удивлению, тоже извинилась, гордость не давала ей всё это время позвонить сыну, но она от всего сердца хотела этого. Минсок, как сказала матушка, не появляется дома, на звонки не отвечает. Она раскаялась за то, что не обращала внимание на детей, на их воспитание, а вместо этого строила козни. Поначалу Гук дал время всё обдумать, Тэхён тоже был на стороне мужа, оставляя последнее слово за омегой.       В канун Рождества Чонгук пригласил матушку и Суён на семейный ужин, впервые они провели время вместе уютно и в гармонии. А увидеть улыбку на лице мужа было для омеги самым дорогим подарком. Как раньше матушка или Суён не навязываются, приходят, когда Гук приглашает на дни рождения или на какие-то праздники. Суён после окончания университета стала ассистентом дизайнера. Чонгук очень удивился, когда впервые увидел её рисунки и эскизы будущих платьев. А деньги от наследства она потратила на реализацию своей мечты: открыла бутик модной одежды. Теперь же, отпустив прошлое, они начали ценить своё настоящее.       Добро живёт в каждом человеке, иногда нужно простить и отпустить прошлое, это не признак слабости, а признак человечности.       Чонгук так забылся с мыслями, что вместо пяти минут ожидания, прождал все пятнадцать минут. Перевернув желанный тест, омега медленно смотрит на заветный результат, но к сожалению там одна полоска. Может поспешил с тестами и нужно было ещё подождать, думает про себя Гук. Ведь он чувствует, что на этот раз у них получилось. Надо всё-таки подождать, решает в конце и поднимается с коврика.

***

      За все эти месяцы замужества, Чонгук ни разу не был на работе у альфы. Сейчас Тэхён с головой ушёл в новый проект, уходит рано утром, возвращается поздно, прося прощения у мужа, что не уделяет должное внимания ему. Скоро открытие нового объекта и дел сейчас у Тэхёна прибавилось. Порывшись в своём гардеробе, омега находит джинсы с завышенной талией, белый кроп-топ, а наверх надевает нежно голубой пиджак. Немного макияжа, укладки, украшения, одним из которых является обручальное кольцо, а также подаренные мужем часы и браслет. Полностью собравшись, Чонгук в последний раз бросает на себя взгляд в зеркало и выходит из дома. Прекрасная осенняя погода на дворе. Заводя свою машину, подаренную, кстати, на день рождения омеги прекрасным мужем, Гук мчится в путь.       Многоэтажное здание выглядит обыденным на фоне других таких же многоэтажек, но яркая вывеска «Kim's Architects Group» выделяется на фоне других. В просторном холле было многолюдно, всё из-за обеденного перерыва. Чонгук идёт в сторону лифта и нажимает на последний этаж, хоть что-то от работы мужа он знает. Омега выходит в ещё один небольшой холл, стены которого пастельных тонов. Несколько горшков с цветами, уютные на вид диванчики, на стенах несколько картин, декоративные статуэтки украшают это место. Просто, но со вкусом. Чонгука встречает девушка, секретарша Тэхёна, кажется, на обед она не собирается. Брюнетка в короткой юбке, сидит, скрещивая ноги, белоснежная блузка с расстёгнутыми несколькими верхними пуговицами, открывает вид на упругую грудь, длинные чёрные волосы спадают с плеч, сидит и пилит свои ногти пилкой. Архитектурное бюро она, наверное, перепутала с модельным агентством, где снимают только в стиле ню.       — Здравствуйте, у нас сейчас обеденный перерыв, — обращается брюнетка к Гуку, перед этим хорошенько разглядев его с ног до головы. — Вы по записи? — задаёт такой глупый вопрос, на что омега, скрипя зубами, не обращает на это «чудо» внимание и идёт в сторону кабинета мужа. В темную массивную дверь с табличкой Kim Taehyung Чонгук врывается, даже не постучав, слушая причитания секретаря, которая еле семенит за ним следом, а всё из-за лабутенов на тоненькой шпильке и убеждает, что «господин Ким никого не принимает без записи».       Тэхён сидит на кресле, даже во время обеда работает, печатает что-то на компьютере, на альфе очки, отросшие волосы собраны в пучок и костюм тройка темно серого цвета с белой сорочкой, пиджак которого откинут на спинку кресла. Альфа обращает внимание на них и сразу расплывается в улыбке. Сняв очки, он встаёт с места и подходит к мужу.       — Господин Ким, простите, я пыталась его остановить, но… — оправдается секретарь, но быстро замолкает, когда Тэхён представляет их.       — Пыталась остановить моего мужа, — не вопрос, из-за чего секретарь тушуется. — Можешь идти, — проговаривает Тэхён, и Чонгук слышит как за ними закрывается дверь.       После ухода секретаря, Гук сразу же вовлекает мужа в страстный поцелуй, он скучал, а ещё эта особа вывела омегу из себя. Ухмыляющегося в поцелуй Тэхёна из-за напора омеги и его ревности крышу срывает, он, еле оторвавшись от Гука, проводит по лицу омеги рукой, убирает соединяющую их слюну большим пальцем, губы Чонгука моментально обхватывают фалангу и начинают посасывать.       — Вау, — проговаривает Тэхён, видя как омега сосет его палец. — Твоя ревность не обоснована, милый, хотя это меня чертовски заводит, — он убирает палец изо рта омеги, смотрит в тёмные омуты глаз.       — Кто сказал, что я ревную? — отрицает очевидное. — Она наверное хотела пойти в модельное агентство, но видимо перепутала компании, да.       — Она тут временно, Гук~и, не надо ревновать, — произносит Тэхён, схватив за руки мужа. — Она просто стажерка, мой секретарь заболел, сезонный грипп.       — Другая, наверное, блондинка с четвёртым размером? — спрашивает Чонгук, вырывая руки и скрещивая их на своей груди.       — Ты прав, она действительно блондинка, но из четвёртого у неё только десятки лет, — смеётся Тэхён, обнимая хихикающего омегу.       Альфа собственнически схватывает Гука за талию и прижимает к себе вплотную, заставляя бедром ощутить собственное неслабое возбуждение, он впивается настойчивым поцелуем в алые губы любимого. Чонгук кусает мужа за губу, но не отпускает ее до тех пор, пока не чувствует металлический привкус крови, пускай знают, кому принадлежит этот мужчина. Он ещё и засосы поставит на крепкой, жилистой шее, чтоб наверняка. Гук опускает плечи Тэхёна, зарываясь теперь пальцами обеих рук в его густые, длинные волосы, снимая резинку, и толкается языком в чужой рот, который без промедления его пропускает. Альфа же плавно ведет ладонями вверх по крепким бедрам, слегка сжимая, а потом контрастно резким движением очерчивает упругую ягодицу и подхватывает омегу под стройные ляжки. Он несет его к столу, усаживает на край, удобно устраиваясь между ног омеги, и кладет руки ему на талию.       — Тэ… дверь… — мыча в поцелуй, еле выговаривает Гук и заходится в громком стоне от накатывающего возбуждения.       — Не бойся, никто не посмеет зайти ко мне, без предупреждения, — шепчет в раскрытые губы альфа, ловя стоны омеги.       Чонгук обнимает мужа за шею и максимально притягивает к груди, отдает поцелую всю страсть, что накопилась в нем за прошедшее время, что были вдали из-за работы и учёбы. Ногами омега обхватывает тело мужа и трется об его пах собственным возбуждением, требующего срочной разрядки с уносящим на седьмое небо наслаждением. Тэхён отрывается от измученных губ мужа и прокладывает влажную дорожку коротких поцелуев к фарфоровой шее, прикусывает пульсирующую венку, тут же зализывая пострадавшее место, слыша неровное дыхание. Гук откидывает голову назад, предоставляя мужу больший простор, одним движением альфа снимает с него пиджак, откидывает в сторону, кроп-топ летит туда же. Не останавливаясь в поцелуе, Тэхён ведёт дорожку вниз к затвердевшим бусинкам сосков, перехватывает зубами горошинку, не сильно кусает, второй же перекатывает длинными пальцами. Он оттягивает их до легкой, отрезвляющей боли, а затем забавляется с ними уже юрким язычком.       Поцелуями бабочками спускается дальше вниз, целуя пупок и впадинку, альфа расправляется с пряжкой ремня от Gucci, тянет замок молнии вниз и стягивает джинсы вместе с кружевными трусиками. Абсолютно голый Чонгук сидит на его столе, губы распухли и покраснели, глаза слезятся, а щёки заалели, ноги расставлены в разные стороны, тяжело дышит, укладка испорчена, но без неё омега не менее привлекателен и сексуален, член стоит, истекает предсеменем, а из ануса, не прекращая, вытекает смазка прямо на дубовый стол. Тэхён большим пальцем обводит поблескивающую головку члена, размазывая предэякулят, смотря при этом в упор на мужа, Гук закатывает глаза от удовольствия. Он заходится в громком стоне, совершенно не думая о том, что они в офисе, где рядом сидит секретарь, когда альфа обхватывает член плотным кольцом пальцев и скользит вниз до основания. Тэхену так вообще на все плевать, это его компания, его муж.       Альфа обхватывает головку целиком, касается уздечки, языком ведет влажную черту до уретры, посасывает, вбирая в рот, насаживается практически до основания, мастерски втягивая щеки. Чонгука размазывает на столе, он кусает себя за ладонь, чтобы не стонать ещё громче.       — Не сдерживай себя, — выпуская член изо рта, Тэхён убирает руки омеги. — Ты же хотел доказать, что я принадлежу тебе, малыш, так стони ещё громче, чтобы вся компания знала.       Тэхён не останавливается ни на минуту. Посасывая член, он также лижет яички, вбирая в рот по отдельности и вместе целиком. Целует внутреннюю сторону бёдер, кусает и зализывает алые засосы. Чонгук обхватывает расставленные ноги руками и поднимает над уровнем головы, раскрываясь ещё больше перед мужем. Жаждущая дырочка пульсирует, выталкивая из себя новую порцию смазки. От такой картины крышу сносит, альфа до сих пор в одежде, тогда как Гук полностью голый и раскрытый сидит перед ним. Он обхватывает свой твёрдый член через кромку классических брюк, чтобы чуть сбавить напряжение. Тэхён стягивает с себя жилетку пиджака, расстегивает пуговицы рубашки, но не снимает ту, приспускает брюки к коленям, наконец избавляет налитый кровью член от давления.       — Тэ, давай, я готовился, — тяжело дыша, Гук смотрит полным возбуждения взглядом на супруга.       — Мой любимый готовился для меня, — обводя пальцем края дырочки, говорит Тэхён.       — Даа… — стонет Гук, откидывая голову назад.       — Сколько?       — Три, — и в этот момент в Гука входят все три длинных пальца альфы, выбивая весь воздух из лёгких.       Тэхён трахает омегу тремя пальцами, при каждом толчке попадая прямо на комочек нервов, одной рукой удерживает за поднятые бедра омеги. Чонгук закатывает глаза от удовольствия, у него руки дрожат, он еле как держится за свои ноги. Вытащив пальцы под недовольный скулёж омеги, альфа вылизывает каждую фалангу по отдельности. От такой похабной картины Гук течёт ещё сильнее. Ещё раз обводя края анального колечка, Тэхён ловит стекающую смазку пальцами. Этой же смазкой он несколько раз проводит по своему твёрдому члену, размазывает.       Альфа резко входит, вызывая тем самым пронзительный стон омеги. Чонгук до хруста выгибает спину, отпускает ноги и цепляется пальцами за края дубового стола. Толчки грубые, член попадает точно по простате, выбивая из Гука стоны удовольствия. Шлепки тела о тело громкие, как и скрип стола, не выдерживающего несдержанности супругов и их глубоких стонов, чудесно дополняющих себя до идеального звука. Запах жасмина и мускуса смешивается в один новый притягательный аромат. Член Гука с каждым толчком бьётся об его живот, выделяя белую жидкость. Омега притягивает мужа к себе ближе, обхватывая ногами, пятками упираясь в задницу, и царапает отросшими ногтями спину, скрываемой под белой рубашкой.       Совершая финальные фрикции, Тэхён помогает Гуку прийти к финалу, надрачивая аккурат своим толчкам. С громким рыком альфа кончает, всё ещё надрачивая мужу, который кончил секундой ранее. Тэхён обессиленно падает на Гука и пытается отдышаться, опаляя горячим дыханием чувствительную кожу шеи, чувствуя животом липкость. Сейчас на всё плевать. Какое-то время они просто лежат так, никто не хочет разрушить эту идиллию.       — Ты невероятный, — шепчет альфа, целуя оставленные засосы на шее. — Я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, — с хриплым из-за стонов голосом отвечает Гук.       — У меня тут была пачка влажных салфеток, подожди, — надевая свои штаны, Тэхён идёт к своему столу. Выудив оттуда пачку салфеток, берет несколько, вытирает Гука, а также себя. Под конец вытирают запачканный стол.       — Я заказал нам обед, сейчас должны уже доставить, — говорит Чонгук, приведя себя в порядок.       — Ты чудо, — ласково и нежно обращается альфа.       — Совсем в работу ушёл, забыл не только про меня, но и про питание, — бурчит Чонгук, нанося блеск на сладкие губки.       — Через три месяца открытие, милый, остались лишь мелочи, — обнимая за талию омегу, он кладёт голову ему на плечо и смотрит на отражение мужа через маленькое зеркальце в руках Гука.       Крупный проект в карьере альфы — жилой многоэтажный дом, типа отдельного спального района, но район это не только дома, а также и вся необходимая инфраструктура: дороги, линии коммуникаций и электроподстанции, искусственные каналы для стока дождевой воды, канализация, очистительные сооружения и многое другое. За три года инженерная бригада построила не только двадцатиэтажное здание, но и уже всю инфраструктуру для отдыха: дорожки для прогулок и велосипедистов, бассейны, теннисные корты, футбольные поля, детские игровые площадки и многое другое. Весь район будет пользоваться уже построенной системой магазинов, детских садов, а также школы и прочих общественных учреждений, которые строились параллельно, с учетом увеличения населения.       — Будь готов сегодня к семи, — целуя затылок омеги, шепчет Тэхён. — Сегодня юбилей одного моего конкурента, он нас пригласил.       — Хорошо, тогда буду при параде, если это твой конкурент, — смеётся омега, закрывая глаза от нежных касаний мужа.       — Его компания соревновалась ещё со времен правления отца.       С Ким Вихёном отец Тэхёна конкурируют ещё со времен молодости. Два архитектора, ещё и два земляка в одном городе, конечно же конкуренции быть. Даже после смерти отца Вихён не остался в стороне, как никак у Тэхёна свои проекты, у него свои, но видимо один большой город для них оказался маленьким.

***

      Ближе к назначенному времени Чонгук сидит полностью готовый, накладывает на себя лёгкий макияж. На омеге бархатный бордовый костюм двойка, брюки с завышенной талией, пиджак полностью скрывает голый торс омеги и маленький чёрный топик. Видны лишь острые ключицы Гука. Снизу доносится звук от сигнала машины, Тэхён приехал. Чонгук спускается вниз встречать мужа.       — Боже, Тэ, время почти восемь, а ты ещё не готов, — на ходу начинает омега, спускаясь по лестнице.       — Главное, что ты готов, милый, я за двадцать минут успею, — смотря на такого красивого мужа, проговаривает альфа. — Выглядишь сногсшибательно.       — Спасибо, — смущается под напором карих глаз Гук. — Ты на что-то намекаешь? — теперь хмурится.       — Нет, просто мой любимый муж позвонил мне два часа назад, предупредил, что уже готовится, — говорит очевидное Тэхён и хватает несопротивляющегося омегу на руки, унося в сторону второго этажа.       — Не знаю, я весь гардероб перерыл за эти два часа, наверное поправился, на мне все костюмы сидят впритык, только это более менее нормально.       — Ты как пушинка, — подбрасывает Гука несколько раз в воздухе.       — Тэ, я упаду, — хватается за шею мужа.       — Я никогда не позволю тебе упасть, малыш, — нежно уверяет альфа, оставляя на виске лёгкий поцелуй.

***

      В ресторане, где проходит мероприятие, многолюдно, Чонгуку не в новинку такие вечера. Здесь фальш играет первую роль, люди готовы глотку перегрызть друг другу ради хорошей сделки или встречи. Улыбаясь тебе в лицо, за спиной обнажают ядовитые клыки. Гук цепляет на губы самую счастливую улыбку, берёт Тэхёна под руку и здоровается с каждым, кто появляется на их пути. Он здесь ради любимого и часок сможет потерпеть. Как только супруги зашли в холл ресторана, все взгляды приковались к ним. От заинтересованных до недоброжелательных. Кому не лень, оценивали образ омеги, вот почему он готовился столько времени. Если честно, Чонгуку глубоко наплевать на мнение здешних куриц, но ради мужа он хочет выглядеть на все сто.       — Сам Ким Тэхён, сын покойного Ким Джихёна пожаловал наконец-то, — взрослый альфа, наверное тот сам Ким Вихён, думает Гук, подходит к ним. Здоровается сначала с Тэхёном, а его целует в руку. — Добро пожаловать.       — Мистер Ким, примите от нас этот скромный подарок, — проговаривает Тэхён и протягивает коробочку. В ней дорогие швейцарские часы ручной работы, Чонгук сам выбирал.       — Не стоило, но спасибо, — альфа берёт дареное и отдает прислуге. — Хорошего вам вечера, — на последок проговаривает именинник и уходит в сторону других гостей.       Дальше проходит все обыденно: еда, напитки, алкоголь, новые знакомства, танцы. Ближе к концу, мистер Ким проходит вглубь ресторана, собирая всех вокруг себя.       — Я отниму немного вашего времени, — начинает альфа, — для начала хочу вас всех поблагодарить за то, что разделили этот день со мной. Вот мне стукнуло семьдесят лет, — тяжело вздыхает, — годы идут, я не молодею. Мне уже трудно справиться самому с огромной компанией, — озвучивает очевидное. Чонгук стоит рядом с Тэхёном, всё также держа мужа за руку, как и другие гости они внимательно слушают монолог именинника. — И я хочу познакомить вас с новым генеральным директором компании, он молодой, амбициозный, идущий к своей цели любыми способами, стремления у этого парня хоть отбавляй и он напоминает меня в юношестве. Как никак мой племянник, — смеётся, — поприветствуйте нового генерального директора — Ким Намджуна, — гости хлопают, рядом с именинником останавливается до боли знакомый альфа. Он обнимает дядю, кланяясь гостям. Статный альфа в чёрном костюме тройка, с такой же тёмной сорочкой, до блеска начищенные туфли. На руках Ролекс, волосы поделены на прямой пробор, что так непривычно. Лицо стало ещё мужественнее и взрослее. Стоит, из всех гостей цепляется взглядом прямо за омегу.       У Чонгука руки трясутся, он крепче обхватывает руку альфы. Боже, нет, думает Гук, почему когда у них всё наладилось, когда у супругов всё хорошо, судьба злодейка устраивает встречу с прошлым. Его всего трясёт, чтобы успокоиться он шепчет на ухо Тэхёна, что пойдёт в уборную и, не медля больше, покидает зал. Чонгуку срочно нужно справиться с эмоциями. Намджун — прошлое, у него есть любимый муж, который жизнь готов отдать ради омеги. Хорошо, что уборная оказывается пустой, он делает несколько глубоких вдохов. Это помогает омеге прийти в себя. Надо успокоиться, Тэхён сразу заподозрит, что с ним что-то случилось. Достав из сумочки косметичку, Чонгук обновляет макияж, немного освежает пудрой, наносит блеск для губ и покидает уборную.       Чонгук идёт в сторону мужа, что стоит к нему спиной и с кем-то разговаривает, он поглаживает спину альфы, что с улыбкой оборачивается к нему, но взгляд омеги натыкается на Намджуна.       — А вот и мой муж — Ким Чонгук, — представляет мужа Тэхён.       — Ким Намджун, очень приятно, — протягивает руку, но она так и остаётся висеть в воздухе, ведь Гук оставляет его без внимания, чем удивляет Намджуна. — Может, позволите мне пригласить вас на танец? — всё ещё протягивая руку, спрашивает альфа.       Чонгук стоит с распахнутыми глазами, смотрит на Джуна. Омегу потряхивает, мурашки бегут по коже. Хочется отказаться, но он до сих пор стоит и слова связать не может.       — Нет, — резко отвечает Тэхён, — мне не нравится, когда моего омеги касаются другие, — схватив за талию мужа, проговаривает альфа.       — Конечно. Хорошего вечера, — на последок посмотрев в сторону зажатого Гука, Намджун покидает их.       — Тэ, мы можем уйти? — тихо спрашивает омега, он не может больше здесь находиться.       — Эй, милый, — поднимает голову Гука. — Всё хорошо?       — Да, — врёт, — просто устал.       — Хорошо, — он притягивает Гука за талию к себе ближе и нежно шепчет в ухо. — Я позвоню миссис Пак и попрошу набрать ванну с пеной до нашего прихода. Понежимся вместе, персональный массаж от вашего мужа и страстный секс, как вы на это смотрите, мистер Ким Чонгук?       — Звучит как офигительная идея! — обнимая альфу за шею, тихо говорит Гук.       — Тогда не будем больше задерживаться, — Тэхён хватает за руку мужа, перед тем, как уйти, ещё раз поздравляет именинника и благодарит за вечер.       Супруги быстро покидают ресторан под недовольный взгляд Намджуна, что наблюдал за ними со стороны. От злобы альфа со всей силой стискивает стакан с виски, из-за чего тот трескается на мелкие осколки.

***

      Через неделю Тэхён с Чонгуком отмечают третью годовщину свадьбы, на этот раз не вдвоём, а в ресторане с большим количеством гостей. Ещё заодно они отмечают успешный проект альфы, что в скором времени откроют. Многие из гостей, это коллеги Тэхёна, бизнес партнёры и спонсоры. Также альфа пригласил и Ким Вихёна. Чонгук надеялся, что он приедет без своего племянника, но Намджун приехал, к счастью на этот раз не один, а с омегой. Красивый омега, волосы светлые, вьются волнами, голубые глаза, пухлые губы и белоснежная кожа, миниатюрная фигура, рядом с крупным телосложением Джуна выглядел ещё меньше.       — Пак Чимин, — здоровается омега протягивая руку Чонгуку, обнимает его. — Очень рад знакомству с омегой, место которого я никогда не смогу занять в сердце Намджуна, — шепчет в ухо.       За весь вечер они больше не встречались, но слова Чимина плотно засели в голове Гука. Неужели омега знает про их прошлое, думал Чонгук весь вечер, забываясь и уходя в свои мысли. Тэхён несколько раз обеспокоено смотрел на него, было видно, что омегу что-то тревожит.

***

      Наконец вечер позади, они у себя дома. Чонгук принял быстрый душ, чтобы освежиться и забыться. За последние дни он думает о Намджуне больше, чем за все эти годы. Омега, укутавшись в халат, сидит на комоде с зеркалом, расчесывает волосы. Тэхён лежит на кровати, читает очередную открытку с пожеланиями на их годовщину. Супруги получили немало подарков и открыток от гостей, а цветов так много, что на всю лестницу поставили по букету в вазе.       — «… и под конец хочу сказать, что я готова уже стать тётей, так что в следующем году жду от вас маленьких карапузиков, обещаю быть ответственной и помогать вам (если, конечно, вы не против)», — читает открытку Тэхён. — Это от Суён, — смеётся, — она ещё связала одежду, — говорит альфа, показывая мужу, Чонгук берет с руки мужа белый вязаный комбинезон с заячьими ушками и пинеточки, смотрит на них, улыбаясь. — А это что? —Тэхён берет красную бархатную коробку, открывает, там жемчужное колье, великолепное изделие, состоящее из четырёх рядов перламутровых камней, размер которых увеличивается к центру, изготовлено из морского жемчуга. Минералы красиво переливаются на свету. Невозможно дать однозначный ответ, какого именно цвета бусы. Если приглядеться, можно заметить переливы разных оттенков, благодаря которым они выглядят очень дорого и оригинально. Дополняет все бриллиантовая застежка. Она напоминает небольшой цветок, видно, что изысканная ручная работа, к тому же дорогая, кто может так расщедриться, думает омега. — Ничего себе, — тоже удивляется альфа. — О, вот и открытка, — начинает читать, — «Примите этот скромный подарок, я уверен, не он будет украшать обладателя, КН.», КН? — ещё раз читает инициалы, ведь не может вспомнить из гостей, кто же этот КН. — Кто это может быть?       — Нам надо вернуть подарок, кто бы он ни был, Тэ, — бросая открытку, Гук закрывает футляр украшения, отправляя его обратно в подарочный пакет, он то в отличие мужа отлично знает, кто подарил колье. — Слишком дорогой подарок.       — Я ещё разберусь с этим, не могу сейчас вспомнить кто такой КН, — проговаривает альфа, развязывая пояс халата мужа. — А теперь иди ко мне, я весь вечер глаз не мог оторвать, ты был просто неотразим сегодня, но и задумчивым, тебя что-то беспокоит?       — Только сегодня я был неотразим? — меняет тему Гук и надувает губки, полностью обнажившись перед мужем.       — Всегда, мой малыш, — усаживает полностью голого мужа к себе на бедра, шепчет Тэхён и целует.

***

      — Вот это красота, — проговаривает омега, смотря на витрину ювелирного магазина. Сквозь окно видно колье, жемчужное, тонкая ручная работа, морские жемчужины красиво собраны в одну большую цепочку в два ряда.       — Вот это да, — смотря на цену, говорит Намджун. — Тут даже не шестизначное число, а всё восьмизначное. Может, в вонах? Дай-ка посмотреть, — чуть отодвигает Чонгука в сторону. — А, нет, в долларах, — присвистывает.       — Да, слишком дорогое даже для меня, — конечно родители могут позволить себе на такое украшения Гуку, но лучше те же деньги он потратит на другое дело, чем на одно колье, хоть и красивое.       — Придет день, Чонгук, я обязательно подарю тебе такое колье, нет, даже лучше этого, — проговаривает Намджун, смотря на завораживающие глаза, он переплетает руку с Гуком и они вместе уходят.       Этот момент из прошлого ярко сейчас представляется омеге. Опять воспоминания нахлынули. После близости Тэхён уже спит, Гук же лежит у него на груди, но не сомкнул глаза, хотя усталость от вечеринки и близости берет своё, но сна ни в одном глазу. Чтобы не разбудить мужа, Чонгук аккуратно убирает его руки со своей спины и встаёт с кровати. Надевая большую футболку альфы, он выходит из спальни. На дворе осень, погода неоднозначная: утром тепло, ночью холодно, в солнечной Калифорнии впервые так, так что дома включают вечером отопление. Чонгук спускается с лестницы босиком — дома тепло, так что можно, хотя если увидит Тэхён, поругает за отсутствие тапочек или носочков. Открыв морозильную камеру холодильника на кухне, омега ищет любимое шоколадное мороженое. Берет ведёрко, а также большую ложку и садится прямо на стол, начинает поедать лакомство. Из-за стрессов хочется сладкого. За поеданием сладкого Гук решается рассказать всё мужу и вернуть уже чёртово колье.

***

      Тэхён сидит в своём кресле, заканчивает дела. С утра Гук попросил приехать пораньше, если будет возможность, Чонгук хочет что-то рассказать. Хоть альфа пытался расспросить, но омега стоял на своём, сказал, что подождёт до вечера. Он уже почти закончил, встречи назначил на завтра, он обещал мужу, так что, больше не медля, альфа собирается домой.       — Господин Ким, — не стуча, взволнованная секретарша заходит в кабинет, — тут к вам пришли, — не ожидая ответа от него, за секретарём входят два человека в чёрных костюмах.       — Мистер Ким Тэхён, — здоровается один из амбалов, показывая какой-то паспорт. — Я Лиам Джонсон, а это, — указывая на второго, — Мейсон Уильямс, мы из Государственного строительного надзора США. У нас к вам пару вопросов.

***

      Чонгук сидит на диване в гостиной, грызя ногти от волнения, время уже час ночи, но Тэхёна всё нет. Хотя он обещал, что сегодня приедет пораньше. Третья по счету попытка дозвониться до мужа проваливается, гудки идут, но альфа не берет трубку. Явно что-то случилось, супруг мог опаздывать, но всегда предупреждал. Он сидит, скрещивая ноги, и не знает чем себя отвлечь от плохих мыслей и ужасных картинок в голове. «Все хорошо», успокаивает себя Чонгук, он просто задерживается на работе. Ещё пару минут уходят на раздумья, пока Гук не слышит звук открывающейся двери. Наконец-то, бормочет Чонгук про себя. Хочет отчитать мужа, но останавливает себя, видя подавленное состояние альфы.       — Тэ, что случилось? — смотря в глаза мужу, задаёт волнующий вопрос.       — Всё кончено, Гук, — устало вздыхает, снимая с себя галстук. — Проект, над которым я работал целых три года, посчитали не предназначенным для людей. Место не подходит жилому комплексу, они сносят его на следующей неделе.