позволь мне стать твоим счастьем...

На дворе около 10 часов ночи. Ранняя осень успокаивает мелким, еле заметным дождём, что очень тихо бьётся о крышу и стекает на подоконник. В комнате темно, Парень лежит на своей кровати и просто пустым взглядом смотрит в потолок. За дверью, на кухне, уже около 5 минут слышатся крики, слова ненависти, звуки битой посуды и так далее. Когда же это все закончится.... Сердце сжимается от каждого крика, в страхе, что рано или поздно услышит звук удара... Но хотя бы подобных действий он никогда не видел и не слышал. Хоть что-то хорошее... Подросток втыкает в уши наушники и закрывает глаза. Музыка на максимальной громкости все равно не может перекричать родителей. Чонвон, стиснув зубы старается не заплакать, но одна маленькая слеза все же подставляет его. Надоело. Он медленно встаёт с кровати, накидывает на плечи первую попавшуюся кофту и пытается очень тихо выйти из комнаты. Яркий свет в коридоре так раздражает зрачки, а крики становятся только сильнее, заставляя тело немного трястись. Наконец-то входная дверь открывается и Парень прыгает по лестнице, желая просто убежать от этого места подальше. "Родители" настолько заняты своими проблемами, что совершенно не замечают, как их 16-летний ребенок чуть ли не каждый вечер убегает из дома, только чтобы не слышать, как разрушается его "семья". В прочем...уже поздно что-то менять. Чонвон натягивает капюшон на бледное лицо, он почти дошел до соседнего района, потому что тут чувствует себя намного спокойнее. На улице толком нет людей, все уже давно вернулись с работы и даже нет ни одной машины. Подросток останавливается возле пустой дороги, садится прямо на холодный бордюр и нащупывает телефон в кармане кофты. Прохладный ветер дует прямо в лицо, заставляя глаза покрыться защитным слезным слоем. Тонкие пальцы окутывает небольшой холод, когда он печатает кому-то сообщение. — "Хён, не занят?" Он пишет своему Хёну, который живёт очень рядом, буквально за несколько шагов от места, где сидит Младший. Ян не целесообразно пришел к нему, просто он уже привык прибегать именно в это место, когда все плохо... И Чонвон возможно даже и не надеется, что Старший ответит, ведь у него на следующий год выпуск из школы. Он старше на 2 года и учится намного лучше, но...ещё ведь целый год впереди и торопиться особо некуда. Хён читает сообщение спустя каких-то 2 минуты. Без лишних слов и вопросов сразу же отвечает кратко и ясно. — "выхожу." Брюнет прекрасно знает, когда именно и при каких обстоятельствах Младший задаёт такой вопрос, поэтому он уже понимает, что тот ждёт его недалеко от дома. Ян читает сообщение и с маленьким облегчением выдыхает через нос. Старший всегда понимал с полуслова. Ему не нужны были никакие объяснения, потому что Чонвон для него открыт как книга, пусть ещё не до конца, но больше половины так точно. Джей не собирался спать, и он даже не занимался учебой. Он задумывался о чем-то, о чем не хочет говорить и именно в этот момент написал Младший. Чонсон почему-то чувствовал, что что-то не так. Хотя это не кажется странным, ведь Ян не будет просто так посреди ночи приходить в его район, ведь они даже не планировали встретиться. Чонсон надевает лёгкую ветровку, зашнуровывает кроссовки и без всяких сомнений выходит из дома. Идти совсем немного, где-то около 2 минут. Вдоль тропинки множества фонарей, очень тихо и количество людей уже окончательно снизилось к нулю, что даже к лучшему. Старший стучит подошвой по асфальту, рассматривая небо, которое успело наполниться звёздами... Честно, он очень любит встречаться с Младшим именно ночью. У него есть ощущение какого-то уединения,что ему порой так необходимо...ему хочется какой-то романтики с Яном... Спросите, какая романтика между друзьями?....хм...вполне может, что не просто друзьями... Он почти дошел, осталось каких-то жалких несколько метров. Вдали виднеется силуэт Вона. Пак на секунду останавливается... Под одним из фонарей сидит этот маленький комочек, голова его прижата к коленям и закрыта руками. Плачет? вряд-ли. Чонсон смотрит на эту картину и холод в очередной раз пробегается по спине. У него так сильно болит сердце за этого мальца. Он ведь ещё такой ребенок, ему бы наслаждаться счастливой юностью, а не сидеть в одиночестве среди темной улицы... Стоит так ещё несколько секунд и все же продолжает идти к своему Младшему. Брюнет подходит тихо, стягивает капюшон с русых волос и садится рядом, касаясь левым плечом плеча друга. — хватит сидеть на асфальте, отморозишь себе всё. Натянутая, слегка непринуждённая улыбка, чтобы разбавить гнетущую атмосферу и возможно хоть немного поднять настроение собеседнику. Чонвон же никак не реагирует, лишь поворачивает голову в сторону Хёна, чтобы посмотреть на его нежную улыбку и почувствовать такое маленькое, еле ощутимое тепло на сердце. Джей видит эти, немного грустные глазки-пуговички и улыбка медленно спадает с лица, понимая, что сейчас не время для шуток. — опять родители ругаются?... Ему так же больно, как и парню сидящего рядом. Больно говорить и осознавать, что мало чем можешь помочь. Ян лишь моргает, давая понять, что догадки верны. Нотка отчаяния прослеживается сквозь ласковый взгляд Старшего. Он тихо выдыхает, рука его тянется к мягким, кошачьим волосам, заботливо поглаживая, а сам он смотрит в глаза напротив, которые уставшие, но такие любимые и нежные. Он так хочет подарить ему все тепло и заботу, которую не дают родители. Пак правда не понимает почему, но он так сильно прикипел к этому мальчику, который вроде и застенчивый, скромный, но для своих лет далеко не глупый. Почему-то перед ним есть чувство долга, как будто именно Джей обязан дать ему все то, что не дали его родители. Советы, любовь, поддержку, заботу, защиту.... И Чонсон уже почти около 2-лет бескорыстно отдает ему это все. А ведь Чонвон только год назад перешёл в старшую школу, в то время когда Хён уже скоро будет заканчивать её. Старший знает, что в таких ситуациях Вону настолько сильно не хочется возвращаться домой, настолько не хочется обратно возвращаться туда, где плохо... — можешь переночевать у меня. тебе необязательно идти домой. Неожиданное предложение разбавляет тишину и Младший наконец-то отстраняет голову от коленей, выпрямляя слегка сутулую спину и немного удивлённым взглядом смотрит на Хёна. — Хён, ты уверен? я не хочу доставлять тебе проблем И он даже не осознает, что для Пака сейчас самое главное огородить Яна от его собственных проблем, на которые он не может повлиять. — все в порядке, родители уже давно спят, а даже если узнают, то не будут против. Уголки губ Чонвона по-прежнему опущены вниз, но в глазах появляется маленький, еле заметный блеск. — спасибо... Он искренне благодарен, что сегодня ему не придется возвращаться домой, что он хотя бы один день будет засыпать не в холодной комнате, с бесконечной тревогой, а в теплой спальне Старшего и с чувством безопасности. И Ян возможно хотел бы сказать, что Джей ему как старший брат, но.....его чувства совершенно противоположны братской любви. Чон резко встаёт с холодной земли, цепляется за чужую руку и поднимает податливое тело следом. Крепко сжимает маленькую, теплую ладонь в своей и убегает куда-то подальше от этого места. Младший успевает лишь тихо крикнуть — мы куда?? Капюшон полностью слетает, в лицо врезается ветер, переплетая русые волосы между собой. — гулять. Хён улыбается и бежит ещё быстрее, тягая уставшего друга, который наконец-то засмеялся с этого внезапного детского поведения Старшего. Брюнет, словно проводник в другой мир...где нет проблем, где лишь спокойствие и бесконечная лёгкость. Но этот мир на самом деле и есть весь Чонсон. Он будто отдельная вселенная для Младшего, где есть место только лишь для него....Джей больше никого туда не впускает. Парни гуляют не так долго, каких-то 2 часа, что для них чертовски мало. И в этом никто из них никогда не признавался и не говорил, но тем не менее даже самая быстрая минута для них очень важна, если они провели ее вместе. Двое сидят на большой качели-скамейки. Чонвон как всегда поставил ноги на саму качелю и прижимает колени к себе. Эта привычка у него ещё со средней школы и Пак приметил, что тот становится ещё меньше, когда сидит в такой позе. Старший же совсем немного отталкивается ногами от земли, катая обоих. Их головы откинуты назад, они смотрят на небо, на котором так мало звёзд и так ярко светит луна. — Хён...как думаешь...ещё что-то может измениться? Младший хочет поговорить и возможно спросить совета, а Джей выпрямляет шею и задумчиво смотрит в сторону друга. — что именно ты хотел бы изменить? — я знаю, что не смогу прекратить ссоры родителей, как бы мне этого не хотелось. но...я хочу, чтобы счастье всё-таки не обходило меня стороной. Он думает, что вряд-ли когда-то получится стать счастливым. Если даже уже в 16 ему приходится убегать из дома, то что уже и говорить о будущем? — а что для тебя...счастье? Парень не отводит глаз с собеседника, пытаясь считать каждую эмоцию и не упустить момента, если он, возможно, начнет плакать... — как минимум: знать, что рано или поздно все будет хорошо. как максимум: сделать так, чтобы все было хорошо... В его голосе к счастью ещё не прослеживается безразличность и Хён очень рад этому. Ведь если в сердце человека поселяется безразличность, то он потерял всякую надежду...он уже убит. — Чонвон...некоторые вещи в мире к сожалению неподвластны человеку. ты действительно не можешь исправить все, что кажется неправильным, но ты не виноват в этом. просто... жизнь порой бывает несправедлива и это факт. кому-то везёт больше, кому-то меньше. но я хочу, чтобы ты знал....даже если сейчас жизнь тебе кажется ужасной...то это не означает, что ты не достоин счастья. ты как никто другой заслуживаешь быть счастливым... и мне... Заветные слова: "мне хотелось бы стать твоим счастьем" так и остаются не озвученными. Взор Яна с некоторыми вопросами падает на Чона. — что? что тебе? Их глаза пересекаются. Такое бывает редко, но каждый раз в такие моменты их сердца начинают биться в едином темпе. — и я знаю, что ты точно будешь счастлив... Мысли про себя: я все сделаю ради твоего счастья...