позволь мне стать твоим счастьем...

Время позднее, около 12 ночи. Двое парней крадутся тихо и незаметно в дом одного из них. Родители спят, нельзя их будить. Джей открывает дверь в свою комнату, запускает Младшего и сразу же закрывается на ключ, чтобы утром родители внезапно не зашли. Чонвон немного взволнован, он оставался у Старшего всего один раз, и то это было больше года назад. — сейчас поищу тебе одежду Ласково произносит Брюнет, подходя к шкафу, пока Ян рассматривает небольшую, но уютную комнату. Тут совсем ничего не изменилось, все так же аккуратно прибрано, на стене несколько плакатов с разными группами, большая кровать и как всегда приоткрытое окно. Тут спокойно...очень спокойно. Сердце будто отдыхает и разум немного начинает пьянеть из-за нахлынувшего желания лечь на мягкую кровать и сразу же уснуть. — держи Старший находит свою домашнюю одежду и протягивает Вону, который без колебаний берет её. — я пойду переоденусь в ванной С этими словами Хён тихо выходит из комнаты, оставляя Светловолосого переодеваться в своей комнате. Чонвон провожает его взглядом и выдыхает через нос, стоя так ещё несколько секунд, будто в трансе. Нет сил даже переодеться, они долго гуляли и он так устал, так вымотан. В комнате тепло, горит только подсветка теплого цвета, создавая ещё больше атмосферы. Найдя в себе последние силы он всё-таки переодевается и слышит стук в дверь. — заходи, я уже все Чонсон заходит в комнату и глаз сразу же падает на парня, что стоит к нему спиной в его одежде, которая совсем немного великовата, но тем не менее она так правильно смотрится на нём... Джей молчит и продолжает смотреть тому в спину, еле сдерживаясь, чтобы не подойти и не обнять сзади, прижать поближе к себе, уткнуться в родную шею и стоять так целую вечность. Нельзя, нельзя, нельзя. Подходит и лишь кладет руку тому на плечо, хотя это настолько малая часть того, что он хотел бы сделать. — ты сильно устал, ложись давай на мою кровать, а я посплю на полу. Чон уже хочет идти за отдельным одеялом, но Ян хватает за запястье так нежно, тихо и будто неуверенно говоря — мы ведь можем спать вместе...у тебя же большая кровать Пак не то чтобы удивлён, но он точно не уверен, сможет ли сдерживать себя....а Чонвон так сильно хочет стать с Хёном ещё хоть немного ближе... Они лежат на большой кровати спинами друг к другу. Чонвон лежит на правом боку, лицом к стене, Джей же лежит на краю, в жалких попытках уснуть. Оба влюблены, оба сейчас лежат на одной постели, но не могут уснуть по одной и той же причине... Младший медленно поворачивается на противоположный бок, открывая себе вид на широкую спину Брюнета. Ему хочется, чтобы Хён не отворачивался от него...чтобы наоборот обнял как можно крепче и позволил заснуть у него в руках. Он действительно безопасное место для Вона, только с ним тот чувствует себя нужным. Чонсон чувствует этот взгляд, который оставляет в его спине ожог. Сзади слышится такое тихое мурлыканье. — Хён...спишь? Он даже сам не до конца понимает, зачем задает этот вопрос. Просто как только они легли вместе, то желание спать моментально покинуло тела обоих. Старший поворачивается к тому лицом, которое даже в темноте выглядит таким прекрасным. — не можешь уснуть? У Джея голос волшебный...Ян ни раз ему об этом говорил. Ему нравится его слушать, нравится, когда он поет, когда читает, когда просто что-то увлеченно рассказывает. Он готов слушать этот голос вечность. — нет я... Взгляд Чонвона падает на почему-то покрасневшие губы Пака. Такие красивые...так хочется прикоснуться... Он судорожно смотрит на них, наивно думая, что в темноте это незаметно, но Чон подобен вампиру, что такие взгляды заметит точно. Хён смотрит на чужие губы в ответ, они лежат так пол минуты минимум. Но честно, время в этот момент действительно остановилось. Светловолосый неосознанно облизывает сухие уста, совершенно не осознавая, что Брюнет все ещё смотрит на него. У Джея кончилось терпение. Старший приближается ближе, т.к понимает чего хочет Младший. Понимает, что тот не скажет напрямую, ведь слишком хорошо его знает. Слишком застенчив, слишком неправильно, слишком запрещено. — ты же, ещё никогда не целовался, правда? Неожиданный вопрос застал врасплох, заставляя выйти из транса и вернуться в реальность, переводя взгляд в глаза напротив. Парень заметно занервничал. — нет... Чонсон с каждой секундой оставляет между их лицами все меньше расстояния, но делает это медленно. — научить тебя? Тихий шепот прямо в лицо отключает мозг, но Ян и без этого плохо соображает. Ему сейчас хочется все то, чего нельзя, но он не может выдавить из себя ни единого слова, и вина всему этому — его прекрасный Хён. Не дождавшись ответа, Джей пододвигается почти вплотную, замечая, как маленький Вони в секунду закрывает глаза и немного вжимает голову в плечи. Боится? Старший же не сделает ничего плохого...он только и хочет подарить ему все самое приятное и нежное. Младший лежит бесшумно, в страхе что либо делать, а вот Чон медлит. До жути медлит, потому что сам немного волнуется. Для него важно, чтобы Чонвон не пожалел потом, чтобы он действительно запомнил это на всю жизнь. Тянуть некуда, да и нет смысла, ведь уже перешли границу. Пак прикасается теплой рукой к горячей щеке. Это личико такое крохотное в его руках. Он прикрывает собственные глаза и наконец смыкает их губы в одно целое. Сразу же чувствует, как Младший медленно выдыхает через нос, ведь до этого он действительно боялся даже дышать. Не до конца понимает всю суть происходящего, но они определенно оба не хотят останавливаться. Пару секунд только лишь прикосновения и осознания. Джей, как инициатор продолжает начатое. Он внезапно приподнимается без отстранения. Ян невольно вздрагивает от неожиданности, когда одна рука Хёна оказывается с правой стороны от его головы, а вторая пробирается к русому затылку, который плотно прижат к подушке. Такие откровения для них обоих... Брюнет нависает не полностью, все же это будет слишком, ведь перед ним ещё такой ребенок. Нависает лишь над верхней частью тела и уже целует более открыто. Губы Чонвона невинно мягкие, что Старший даже не знает с чем их можно сравнить. И Младший так же думает, что губы его Хёна такие теплые и нежные, что ему невольно хочется их укусить. Так непривычно, но так приятно... Джей чувствует, как Ян неумело пытается повторять за его движениями, совсем немного приоткрывает рот и только забывает дышать, потому что внутри то ли слишком бурные эмоции, то ли мозг совсем отключает их и полностью поддаётся ситуации. Младший же ощущает лёгкую улыбку Чонсона на своих губах, как реакция на то, что он старается повторять за Хёном. В комнате гробовая тишина и слышно только очень слабый шум теплого ветра, тяжёлое вздохи Вона и звуки поцелуя. Так спокойно... Старший понимает, что тело парня под ним уже полностью расслабленное и податливое. Он пользуется моментом, совсем немного надавливает большим пальцем на маленький подбородок и без усилий приоткрывает рот Чонвона. Аккуратно, чтобы не спугнуть, медленно проходится языком по нижней губе. А тот не ожидал и немного растерялся, но мозг сейчас так плохо работает... Джей прекрасно чувствует эту растерянность, но отступать он не собирается. Запускает влажный язык в такой, как оказалось маленький рот. У Яна сердце стало биться настолько часто, будто ещё немного и доберётся до финиша. Ему сложно описать эти ощущения, т.к это все впервые и Хён...все так приятно делает. Пак только успевает пройтись языком по небу, как в губы ему прилетает очень тихий стон, который вырвался самовольно. От этих ласк во рту Младшего выделяется большое количество слюны, от чего становится только приятнее. Чонвон, как кубик льда под лучами горячего солнца, мигом тает, позволяя Брюнету хозяйничать у себя во рту. А Джей исследует каждый уголок, пытаясь прорваться прямо в душу, хотя уже давно это сделал. Тонкие пальцы обессилено крадутся по руке Старшего, будто стараются до чего-то достать. Чон же берет тонкое запястье в свою ладонь, закидывая сначало правую руку к себе на шею, а затем и левую. Вон даже не обнимает, скорее его руки просто висят на шее Хёна, но большего и не надо. Парень с каждой секундой только больше вжимается в подушки, ведь напор Чонсона становится сильнее, и от этого голова идёт кругом, полностью отключая связь с реальностью. Они отстраняются друг от друга, когда Чонвону все же перестает хватать воздуха, потому что с непривычки забывал дышать. Их глаза друг на друга. У одного они в перерыве между осознанием ситуации и желанием повторить это снова. У другого же нет никакого шока, ведь он прекрасно понимал что делает. Младший всеми силами пытается спрятать лицо, ведь то, каким взглядом на него сейчас смотрит Хён....ему настолько непривычно. Они ничего не говорят, лишь слегка тяжело дышат, а Ян в свою очередь касается пальцами собственных губ, потому что не может понять почему он до сих пор чувствует на них губы Джея. Тот наблюдает за его реакцией и про себя думает, что он всё-таки забрал его первый поцелуй... наконец-то сделал то, чего желал так сильно и реальность оказалась намного лучше фантазий. И Чонвон...его губы, руки, глаза, волосы...как же Пак все это любит. Но больше всего он любит его сердце...такое, слегка потрепанное, простывшее, но... невероятно прекрасное и до неизбежности искреннее. Старший позволяет немного придти в себя, но в следующую минуту все же рассеивает тишину между ними. — Чонвон, я должен кое-что спросить. Спросить то, что уже очень давно хотел спросить, и сейчас этот вопрос как никогда важен, ведь теперь они вряд-ли смогут считать друг друга друзьями. — скажи...могу ли я подарить тебе счастье? я прошу, отвечай так, как говорит тебе твоё сердце. Серьезность момента настолько внезапно повисла в воздухе, что стало немного не по себе. У Младшего в глазах пелена тумана и неразборчивых мыслей, которые медным тазом слетели на голову. Но все же одно он знает точно....он слышит, что говорит его сердце. — Хён...я люблю тебя... Стеснение будто совсем исчезло, он устал стесняться, устал скрывать свои чувства. — так сильно...люблю... Голос начинает дрожать, а Чонсон смотрит на него не моргая. Глаза совсем немного расширяются в понимании и он боится перебить, хочет дослушать до конца. — Хён, ты не представляешь...насколько сильно... Слезы замыливают глаза, но он продолжает смотреть на своего Хёна и полностью обнажать душу. Он так прекрасен в своей искренности. Плакать от любви к человеку...самое ужасное и самое приятное чувство одновременно. Ты с одной стороны очень счастлив, что он есть у тебя, а с другой........ты даже не знаешь что с другой. Просто люди почему-то от счастья тоже плачут...почему же? И эта любовь зародилась совсем не из-за того, что Джей очень хорошо относится к нему, всегда помогает и всегда поддерживает, нет... Он много раз задумывался насколько искренние его собственные чувства. Представлял, что он чувствовал, если бы Старший не относился к нему по особенному, если бы все было совсем по-другому. Тогда он понял, что даже если бы Чонсон внезапно охладел, даже если бы по каким-то причинам их общение нужно было прекратить. Он бы все равно любил...все равно бы желал ему только счастья. А Пак проваливается сквозь землю, прямиком проникая в родное сердце, с желанием остаться там навечно. Его мальчик...настолько отчаянный и измученный этой чертовой жизнью. Он поднимает маленькую голову с подушки, прижимает русую макушку к своей груди, большая ладонь накрывает затылок и он чувствует на своем сердце горячее, тяжелое дыхание. Он обнимает крепко, всеми силами стараясь внедрить чувство безопасности и спокойствия в его объятиях. Целует нежно в висок, тихо шепча... — я тоже....очень сильно....люблю тебя.