Киепоновская слабость

От первого лица Аянокоджи. «Мы идем гулять с Кушидой-тян и ее подругами, ты с нами?» – такое сообщение я получил на последних занятиях, когда бездумно переписывал с доски. Ох… значит это то, что называют юностью? Меня впервые зовут друзья куда-нибудь после школы(не считая конечно Хорикиту и Кушиду). Я не стал отказываться, позволив себе поинтересоваться, кто именно там будет. Если много незнакомых мне людей, пожалуй, не пойду. Будет неловко. Ответ пришел быстро. Конечно, Ике, Ямаучи и Кушида идут. И еще пятеро, если считать меня. Четверых я не знал. Ну, раз их всего четверо, думаю, не страшно. В ответном сообщении я написал, что пойду, и тут же получил ответ: Ике-сама: «Кушида-чан моя, так что не мешаться!» Ямаучи: «Ну нет, она моя цель, отвали!» Ике-сама: «Че? Говоришь, ты тоже нацелился на нее? Нарываешься?» Я надеялся, что парни наконец-то сплелись, но похоже теперь они снова ругаются из-за Кушиды. Прогуляться после школы – это весело, но если дела примут такой оборот, перспективы вырисовываются сомнительные. Как только урок закончился, я вышел из здания школы с Ике и Ямаучи. Территория кампуса такая огромная, что я еще много где не успел побывать. — Мы учимся в одном классе, но не получилось пойти вместе с Кушидой. — начал жаловаться Ике вслух. — Сказала, что ей надо поговорить с подругой из другого класса. Все-таки она популярная. — Ямаучи незамедлительно дал свой ответ, будто-бы знал о Кушиде всё. Но тут Ике решил углубить тему и начать задавать более серьезные(для двух влюбленных парней) вопросы. — Возможно ли… что она сейчас встречается с парнем? — Успокойся, Ике, я точно знаю. Она общается с девушкой. — Хорошо, хорошо. — Вы всерьез нацелились на Кушиду? — решил всё-таки задать я вопрос, немного опасаясь такой решительности, веющей от них при упоминании о Кушиде. — Конечно! Она – моя любовь. Ямаучи, похоже, думал так же, потому что кивал в такт его словам. — А тебе нравится Хорикита, да? Она красивая, говорю тебе. — Нет, тут без шансов. Серьезно. — Что, правда? Разве вы не смотрели друг на друга, не держались за руки во время занятий? Все эти душещипательные и очень раздражающие ситуации? — откуда вся эта информация? Они её с воздуха что-ли берут?! Ике ждал ответов, но тут я заметил подбегающую к нам Кушиду. Вот она, моя спасительница! — Простите, я немного задержалась. Спасибо что подождали! — Ну, мы же ждали тебя, Кушида-тян! Что, почему тут Хирата? Подпрыгивавший от возбуждения Ике вдруг отшатнулся и наигранно упал. Странный он. — А, я встретила его по пути. Он спросил, может ли присоединиться. Что-то не так? С Кушидой пришел Хирата, его девушка (вроде как)и еще пара девчонок. Последние двое были Мацушита и Мори, всегда болтающиеся с Каруизавой. Так вот каков был твой план, Хирата. Будто прочитав его мысли, футболист обратил своё внимание на него и с нежной улыбкой кивнул, как бы подтверждая его догадки. Чёрт, всё в этой школе научились читать мысли?! — Эй, разве нет способа отказать Хирате и отправить его домой? – зашептал Ике, обхватив меня за плечи. — Не думаю, что у нас найдется для этого повод. — Я мог бы смириться с тобой, чувак,но раз второй красавчик тут, мы станем совсем неприметными. Что мы будем делать, если Кушида-тян влюбится в Хирату? Получится ли этого избежать, если мы разведем их в разные стороны? — Мне-то откуда знать… Кстати, разве Хирата не встречается с Каруизавой? Ты можешь расслабиться. — я пытался его успокоить, но как видно, на него это не подействовало. — Наличие девушки еще ничего не гарантирует. Если выбирать между потасканной, грязной и истеричной Каруизавой и милым ангелом Кушидой-тян, любой выберет Кушиду! Пока он разгоряченно это говорил, в мое ухо попала его слюна – ощущение отвратительное. Его слова тоже были отвратительными. Конечно, Каруизава немного высокомерная, но все равно миленькая. И уж тем более говорить об этом за спиной девушки совсем неприлично. — Но Ике… знаешь, никаких гарантий, что милашка Кушида-тян еще девственница, - встревоженным тоном присоединился к нашему шепоту Ямаучи. — Ох, это… может быть… Н-нет, Кушида-тян точно должна быть девственницей! Парни продолжали обсуждать то, что рисовали в своих фантазиях. Веротяно, в этом и проявлялась дискриминация женщин. Если возможно, я бы не хотел участвовать в этом разговоре. По моему мнению это как-то неправильно. Хотя, может быть, это и есть – нормальная, подростковая жизнь студента? Как там говорят.. гормоны разыгрались? — Эм, если мы мешаем, можем пойти отдельной компанией, - сдержанно сказал Хирата Ике и остальным. Он таки заметил наши перешептывания. Его наблюдательности можно позавидовать. Наконец их грязные разговоры были прерваны. — Д-да нет, все нормально! Нормально же, Ямаучи? — Ага. Идемте вместе. Чем больше компания, тем веселее, верно? Вы двое бесите! Они не смогли ничего сделать, ведь если бы попытались турнуть Хирату из компании, Кушиде бы это не понравилось. — Ого, довольно вежливый ответ. Так чего же вы украдкой перешептываетесь? – Каруизава была права, однако меня шокировало то, что она будто бы мои мысли прочла. Хотя чего это я удивляюсь, не впервой же. И что ты ответишь на это, Ике? — Ну ладно, скажу как есть. Я думал, если исключим Хирату и Каруизаву, количество парней и девушек будет равным, а значит – получается тройное свидание. Аянокоджи, это твой шанс, знаешь ли? — Ямаучи, тебя устроит Мацушита, не так ли? Беру на себя Кушиду-тян. — Шутишь? Это мне она нравится! Мы поженимся и принесем клятвы верности под огромной сакурой! Судьба ждет нас! — Неправда! Я думал о том же, но твои слова – просто чушь! — Ха? Это все правда! Если верить всему, что говорил Ямаучи Харкуки, то он крутой геймер, которого хотели нанять работать из-за границы, а в младшей школе – играл в настольный теннис и добрался до национального уровня, в средней – был асом баскетбольной команды и, несомненно, потенциальный профессионал в будущем. Какой одаренный парень. С другой стороны, доказательства его утверждениям нет. Я не знал, куда мы идем, поэтому молча пристроился в хвосте. Ике и Ямаучи слишком увлеклись своими фантазиями, а Хирату девушки облепили со всех сторон. — Позволь спросить, Хирата. Ты встречаешься с Каруизавой? – спросил Ике ни с того ни с сего, наверняка желая уточнить, не является ли Хирата его соперником. — Что? Где ты это услышал? – Хирата выглядел удивленным и в то же время смущенным. – Что ж, похоже, слухи уже разлетелись. Да, мы встречаемся. Еще до того, как Хирата ответил, Каруизава подошла и прижалась к его руке. Тот смущенно почесал щеку, признавая, что их отношения – правда. Но что-то в этом не так. Нет, конечно я не профессионал в этом деле и уж точно не могу судить это лишь по действиям, но все же. Как-то слишком подозрительно. Его интуиция точно подсказывает, что в их отношениях есть какая-то загвоздка, которую ещё предстоит выяснить. Но опять-таки, кто я такой, чтобы лезть в чужую жизнь? — Серьезно? Завидую, что тебе досталась такая милашка, как Каруизава! – произнес Ямаучи с поддельной завистью. Врать без уверенности непросто. — Кушида-тян, а у тебя есть парень? – как бы продолжая тему, Ике перевел разговор на Кушиду. Хитро придумал. — Я? Нет, ни с кем я не встречаюсь. Ике и Ямаучи так обрадовались, что их лица засветились от счастья. Ваши чувства чересчур заметны… Она могла и скрывать отношения, но большинство считало, что у Кушиды никого нет. Но неожиданно Кушида обратилась ко мне с точно таким же типом вопроса. — А ты, Аянокоджи-кун? У тебя есть девушка? — её голос был пропитан нескрываемым интересом и ее глаза буквально горели от любопытства. Почему ей так важно это знать? Ике и Ямаучи кинули на него ревнивые взгляды. Они значит пытались привлечь её внимание к себе, а он так нагло направил всё внимание их ангела на себя. Какая же подлость! Да и к тому же этот вопрос.. обычно его задают люди, которые влюблены или проявляют симпатию к данной персоне и то, что оно было обращено именно на него заставило их прямо-таки пылать. — Нет. — Хмм, странно. — она задумалась, приложив руку к щеке и стала внимательно разглядывать его, будто-бы анализируя. Спустя пару мгновений она выдала.. вот что, — Ты довольно красивый и добрый человек, именно тот, кто походит под мои стандарты! ... Повисло неловкое молчание. Два Идиота буквально умерли от этих откровенных слов, а я сам был не менее удивлен этому. «Что простите? Это было что-то на подобие признания или просто чисто случайная кинутая фраза? Буду склоняться ко второму, так как первый вариант мне не очень симпатизирует.» Не то чтобы мне не нравилась Кушида, она красивая, милая, умная и самое главное добрая. Просто я считаю её свои другом и не хочу рушить эту связь. Да и наверняка она сказала это несерьёзно, ведь как она из всех возможных парней выбрала именно меня? У нее много претендентов на роль парня и я уж точно не подхожу под эти стандарты, как бы она не говорила. Хотя она тот самый человек, который просто так словами не бросается и говорит только по делу. Сложная ситуация. Заметив напряжение среди всех присутствующих, Хирата решил разрядить обстановку и поинтересоваться, куда мы собираемся пойти. Спасибо ему за это! Если бы не он, меня бы наверняка уже разорвали на части эти ревнивые взгляды от уже известных вам людей. ... Хирата, Каруизава, Ике и Ямаучи шли вместе, окружив Кушиду. Мацушита и Мори шли позади, а я брел еще дальше, в одиночестве. — Эй, Ике, ты куда? – впереди разнесся голос. — О, отлично! Я слышала о кинозале, но до сих пор там не была. Каруизава-сан, парни? Хотите куда-нибудь? Кушида начала распределять всех на три группы. Похоже на нее. Я бы вряд ли смог, даже если бы попытался. А еще, она иногда оборачивалась и неожиданно улыбалась мне. И хотя я не пытался ее игнорировать, меня напрягали эти взгляды. Потому старался делать вид, что я сам по себе. Если бы Кушида не понимала атмосферы, ей просто бы нравилось быть в центре внимания, она бы не поняла моего послания. Есть люди, которые настаивают: «Разве ты не чувствуешь настроения?» после того, как ты отказываешься спеть в караоке, хотя ты изначально не собирался петь. Есть и такие, которые считают, что петь весело, а все, кто не любят петь – просто глупцы. Они не понимают, что некоторым петь просто может не нравиться. Пока я путался в своем полном горечи внутреннем монологе, остальные расшумелись. Каким-то образом нас принесло к магазину одежды. Судя по виду, какой-то модный бутик. Создавалось впечатление, что все там уже были раз-другой, поэтому я вошел без колебаний. Я уже был в подобном магазине в прошлый раз, так что с этим у меня проблем быть не должно. Там было много учеников, но всего несколько человек из старших классов, все остальные – первогодки. Я чувствовал себя немного не в своей тарелке, но старался ничем не выделяться и вести себя, как другие. Подобрав и купив наряды, компания переместилась в кафе по соседству. Хирата нес покупки Каруизавы. Их было примерно на тридцать тысяч баллов. — Уже привыкли к школе, ребят? — Поначалу было трудно, но теперь я привык. Это школа моей мечты, не хочу выпускаться! — Ха-ха-ха! Похоже, Ике как следует наслаждается школьной жизнью. — Вот бы нам давали больше баллов. Двести… или даже триста тысяч! После покупки одежды и косметики они быстро закончились. — Разве не странно ученице старшей школы получать триста тысяч иен стипендии? — Если так подумать, сто тысяч нормально. Мне немного страшно. Если школьная жизнь так и пойдет, боюсь, мне будет трудно после выпуска. — Ты имеешь в виду, что потеряешь контроль над расходами? Звучит и правда страшно. Видимо, у всех тут разные мнения по поводу стипендии в сто тысяч баллов. Каруидзава и Ике хотят больше баллов, А Хирату и Кушиду пугает то, как они будут жить, когда дни школьной роскоши подойдут к концу. — А что насчет тебя, Аянокодзи-кун? Считаешь, сто тысяч – слишком много? Или слишком мало? Все это время я только и делал, что слушал, но Кушида вопросом вовлекла меня в разговор. — Хм… не думаю, что хорошо понимаю ситуацию, так что пока не знаю. — Не понимаю, что ты хочешь сказать. — Знаешь, а я, кажется, поняла. Это не похоже на нормальную жизнь ученика. Но мы просто не имеем возможности сравнить. — Что ж, незачем задумываться об этом. Хорошо что я поступил именно сюда, и могу купить что захочу. Вот вчера, я просто взял и купил немного новой одежды. Ике живет позитивно, не оглядываясь назад. — Кстати, Кушида-тян, Хирата, Ике и Каруизава, ясно дело, смогли сюда поступить. Как же у остальных получилось? Разве вы не отборные глупцы? — Ямаучи, ты сам умным не выглядишь. — Ха? У меня было 900 баллов по тесту APEC. — Что еще за APEC? — Ты даже не слышал о нем? Это реально трудный экзамен по английскому. — Разве APEC? Не TOEIC? – вставила Кушида. Кстати, APEC – аббревиатура для «Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества». — Э… это из той же оперы. Что-то я сомневаюсь. — Ну, цель этой школы – развивать молодежь с потенциалом, так что они скорее всего ориентируются не только на результаты тестов. Честно говоря, если бы они смотрели только на баллы, я бы даже не пытался поступить. — Вот-вот. Часть про «молодежь с потенциалом» - это точно про нас, - Ике скрестил руки на груди и закивал. Школа знаменита выдающимися результатами по трудоустройству, но при поступлении смотрят не только на оценки. Неожиданно в моей голове появился вопрос: Как же они узнали о потенциале этих ребят? ... Первый день месяца мая. Все выглядели обеспокоенно и нервно, ведь им так и не пришла обещанная сумма денег. В прочем, я так и думал. Прозвенел утренний звонок. Следом за ним в класс вошла Чябашира-сенсей, со скрученным плакатом в руках. Ее лицо всегда выглядело мрачным и серьезным. У тебя менопауза что ли? Пошути я так вслух, боюсь, тут же мне бы в лицо вмазалась железная бита. — Учитель, у вас менопауза? – Ике имел глупость произнести это в полный голос. Хотя меня больше удивило обстоятельство того, что мы подумали об одном и том же. — Итак, начинаем утренний классный час! - Чабашира-сенсей проигнорировала Ике и продолжила: — У кого-то есть вопросы? Если что-то беспокоит, не стесняйтесь. Больше половины класса в замешательстве подняло руки, желая задать всех волнующий вопрос. Поняв это, учитель ухмыльнулась и позволила одному из студентов высказаться. — Вы говорили, что в первый день каждого месяца мы будем получать по сто тысяч баллов, но проверив баланс сегодняшним утром я не увидел не единого зачисленного балла. В вашей системе есть какая-то ошибка или что? Мне нужны деньги! — Хондо, один из его одноклассников, встал с места и сказал это за всех. — Да, я полностью согласна с ним! Где все баллы? — Успокойтесь, ребята! Я думаю, что всему есть объяснения. — Хирата, как и всегда, не желал, чтобы в классе были проблемы и ссоры и поэтому попытался успокоить одноклассников. К слову, у него это получилось и теперь уже с относительно спокойным классом он вежливо повторил вопрос, обращаясь уже к учителю, — Чабашира-сенсей, не могли бы вы пожалуйста ответить, что случилось с нашими баллами и почему наш баланс не увеличился? Все слегка озадачены этим. — Вы правда такие глупые? Она зла? Или ей что-то не нравится? Чабашира-сенсей выглядела зловеще. — Глупые? В смысле? Когда Хондо, как идиот, переспросил, в глазах Чабаширы-сенсей промелькнуло откровенное презрение. — Сядь, Хондо. Позволь, объясню еще раз. — С-Саэ-тян-сенсей? – Хондо рухнул на стул, изумленный ее строгостью. — Баллы были зачислены на счета учеников. Ошибок или сбоев быть не может. Вероятность того, что какой-то из классов забыли, крайне низка. Понимаете? — Нет, я не понимаю, мы не получили баллов… - с недовольным выражением пробурчал Хондо. Но если Чабашира-сенсей говорит правду… нет ли в ее словах подвоха? Получается, нам выплатили по ноль баллов? У меня все еще оставались сомнения, но их тут же развеяли. — Ха-ха-ха, понятно, вот оно что, учитель! Я все понял! - воскликнул Коэндзи сквозь смех. Закидывая ноги на стол, он самодовольно посмотрел на Хондо. — Мы не получили баллов, потому что из класса D. — Что? Что это значит? Нам говорили, будем получать по сто тысяч баллов каждый месяц. — Что-то не припомню ничего такого, а? – Коэндзи с ухмылкой указал на Чабаширу-сенсей. — Ты близок к истине, хоть и не до конца, Коэндзи. Мало кто заметил мою подсказку, и это печально. Класс загомонил в смятении. — Учитель, можно вопрос? Я все еще не понимаю, - поднял руку Хирата. По виду он беспокоился не столько о своих баллах, сколько об остальных учениках. Как и ожидалось от лидера класса. Снова взял инициативу в свои руки. – Пожалуйста, объясните, почему нам их не зачислили? Как мы можем что-либо понять, если вы ничего не говорите? В конце концов, она еще не назвала причину. — Девяносто восемь прогулов и опозданий за месяц, триста девяносто один случай разговоров и использования телефонов в классе. Я подсчитывала все ваши нарушения с самого первого дня. В этой школе ваше поведение и оценки отражаются на количестве получаемых баллов. В результате, сто тысяч баллов, которые вы могли бы получить, просто растворились. Вот что произошло! Я вас предупреждала в день вступительной церемонии, что эта школа оценивает учеников по их способностям. А это значит, что за прошедший месяц ваша ценность в глазах школы упала до нуля. Она говорила это строго, без малейшего сожаления в голосе, даже не обращая внимания на мрачные лица её студентов. Многие пришли в панику из-за того, что их собственное поведение сделала из них, грубо говоря, бомжей в этом месяце. — Т-то есть как нам питаться?! — отчаянно выкрикнул один из парней. Они правда что-ли не замечали полку с бесплатной едой?.. — Можете не волноваться насчёт этого. В меню есть бесплатный, овощной обед, так что с голоду никто не умрёт. До меня донесся звук карандаша, царапающего по бумаге. Хорикита пыталась хладнокровно разобраться в ситуации и записала число прогулов, опозданий и случаев болтовни на занятиях. — Чабашира-сенсей, не припомню чтобы вы раньше это объясняли… — Что? А вы не способны понять такое без объяснений? — Само собой. Но никто не упоминал, что количество баллов, что мы можем получить, уменьшается. Если бы нам объяснили, мы бы старались не опаздывать и не разговаривать на занятиях. — Интересный аргумент, Хирата. Я тоже не припомню, чтобы говорила, сколько именно баллов вам будут начислять каждый месяц. Разве вас не учили ходить на занятия и не болтать на уроках в младшей школе? — Это… — Я абсолютно уверена, что учили. Все девять лет обязательного обучения вам твердили, что за такие дела по головке не погладят, что разговаривать во время уроков и опаздывать нехорошо. Говорите, вы не поняли, потому что я не объяснила? Такая отмазка не прокатит. Если бы вы вели себя так, как должны вести себя студенты, ваша ценность не упала бы. Ответственность лежит только на вас! — Ее рассуждения были абсолютно правильными. В конце концов, все знают, что такое «хорошо» и что такое «плохо». — Неужели вы думали, что поступив в старшую школу, вдруг станете получать по сто тысяч баллов в месяц безо всяких условий? В этой школе, созданной правительством Японии для воспитания идеальных людей? Советую прислушаться к здравому смыслу. Думали, все для вас будут делать за просто так? Пускай Хирата и выглядел растерянным, пришел в себя очень быстро и посмотрел учителю в глаза. — В таком случае, не могли бы вы объяснить, как начисляются и отнимаются баллы? Мы будем стараться изо всех сил, чтобы соблюдать правила. — Это невозможно! Нам запрещено разглашать подробности методики оценки качеств учеников. Точно как в реальном мире. В современном обществе, при трудоустройстве, вам вряд ли сообщат о том, как вас оценивают. Хотя, это зависит от компании. Однако… я не пытаюсь отстраниться от вас, не испытываю ненависти. Мне вас даже жаль немного, потому скажу кое-что, - впервые я увидел на лице Чабаширы-сенсей тень улыбки. — Если вы перестанете опаздывать и начнете прилично вести себя в классе, вычеты прекратятся. Но это не значит, что вы получите больше баллов. Значит, в следующем месяце стипендия будет тоже ноль баллов. Отсутствие опозданий и разговоров не поможет вам вырваться с последнего места. Помните об этом и работайте над собой. — Ох… - лицо Хираты помрачнело. Часть класса так ничего и не поняла, объяснения возымели обратный эффект. Ученики, собиравшиеся исправиться за счет поведения, были в смятении. Такова цель Чабаширы-сенсей, нет – цель школы. Прозвенел звонок, обозначая конец классного часа. Учитель окинула взглядом весь класс. — Что-то мы заболтались. Надеюсь, вы меня поняли. В общем, давайте перейдем к главному, - она расправила скрученный плакат и закрепила его на доске магнитом. Ученики взирали на плакат с той же неуверенностью, мало что понимая. — Это… результаты каждого из классов? – Хорикита пыталась разобраться, хотя и не была до конца уверена. Наверное, она права. На плакате числились классы от A до D, а напротив каждого из классов виднелись числа. У нашего класса D был ноль. У класса C – 490, класс B – 650. И лучший результат у класса А – 940. Значит, тысяча очков равна сто тысячам иен? Каждый класс потерял разное количество очков. — Эй, вам это не кажется странным? — Да… рейтинг классов соответствует положению букв в алфавите, - мы с Хорикитой заметили что-то странное. — В этом месяце вы делали что хотели. Теперь школа ничего не запрещает. Ваши действия, а именно опоздания и разговоры, просто влияют на количество баллов у вас. Вы вольны распоряжаться баллами как захотите. Мы за этим не следим. — Так нечестно! Мы не можем жить нормально с такими правилами! – выкрикнул молчавший все это время Ике. Ямаучи также бился в агонии. Он уже потратил все свои баллы. — Смотрите внимательно, глупцы, все остальные классы получили баллы! Того количества баллов, что осталось у вас, должно хватить, чтобы протянуть месяц. — Н-но как остальные классы смогли сохранить баллы? Это странно… — Я скажу вам, но в этом нет никаких уловок. За прошлый месяц классы оценивали по одним и тем же правилам. Тем не менее, они не потеряли столько баллов, сколько вы. Это факт. — В таком случае… откуда такая разница в баллах у разных классов? – Хирата тоже заметил нелогичность. Разница между суммами была слишком заметной. — Догадались, наконец, почему вы попали в класс D? Всё-таки всё случилось так, как я себе и представлял. Судя по недоуменными лицами одноклассников, те ещё не догадались об этом. Ну конечно кроме Коенджи. Тот просто сидел, расчёсывая волосы и смотря на своё отражение в любимое зеркальце. — Почему попали в класс D? Разве не потому, что мы соответствуем уровню этой школы? — Что? Так бывает и в обычной школе, знаете ли? — Все начали переглядываться. — В этой школе все ученики распределяются по классам, в зависимости от их ценности. Лучшие попадают в класс A, самые худшие – в класс D. Такая система используется и в большинстве обычных школ. А значит класс D – цветник отбросов. Это значит, что вы худшие ученики, забракованные этой школой. Заслуженный результат для ущербных учеников. Хорикита окаменела. Похоже, что метод распределения учеников ее шокировал. Конечно, лучше собрать умных с умными, а ограниченных с ограниченными. Если положить заплесневелые мандарины к хорошим, те испортятся значительно быстрее. Неудивительно, что склонная ощущать собственное превосходство над другими, Хорикита оказалась застигнута врасплох. И все же, думаю, хорошо что я попал сюда. Есть только одно направление – двигаться вверх. — Однако, класс D первый, сумевший потерять все баллы за первый же месяц. С другой стороны, могу только восторгаться тому, как щедро вы жили до сих пор. Достойно восхищения, - неискренние аплодисменты Чабаширы-сенсей разнеслись по притихшему классу. — Опустившись до ноля, мы так и будем вечно получать по ноль баллов? — Скорее всего, ваш уровень останется нулевым до выпускного. Но не волнуйтесь, комнаты в общежитиях все еще ваши, а в столовой есть бесплатные обеды. С голода не умрете. Жить в жесткой экономии вполне возможно, но большинству это вряд ли понравится. Все-таки мы прожили месяц, предаваясь всевозможным излишествам. Внезапно начать себя ограничивать будет для многих непросто. — Теперь, остальные классы будут над нами издеваться? – с грохотом пнул парту Судо. Осознав, что классы распределены по ценности, все наверняка будут смеяться над классом D как на кучкой придурков. Это наверняка лишний раз усилит наше отчаяние. Больше всего это повлияет на Судо, так как он совсем не хочет показываться кому-то слабым и жалким. — Ты еще держишься за свою гордость, Судо? Тогда постарайся и сделай худший класс лучшим. — Что? — Эти очки не просто связаны с вашей ежемесячной стипендией, они также отображают уровень класса. Значит, получается… например, если класс D наберет 500 баллов, он станет классом C. Совсем как в оценке компаний. — Ладно, у меня для вас еще плохие новости, - с этими словами, она прикрепила к доске еще один лист. На нем значились имена всех учеников нашего класса. Рядом с каждым было число. — Глядя на это, понимаю, сколько же идиотов в классе D, - она оглянулась на учеников и пристукнула каблуками. – Перед вами результаты теста, написанного вами несколько дней назад. Я была просто в восторге от ваших потрясающих способностей. Серьезно, чем вы, черт возьми, занимались в средней школе? — За исключением нескольких учеников, практически у всех было меньше 60 баллов. Если опустить невероятную оценку Судо в 14 баллов, следующим был Ике с 24. Средний балл был порядка 65. — Если бы этот тест учитывался, семеро из вас уже были бы исключены. Хорошо, что его результаты не отразятся на итоговых оценках, не так ли? — Исключены? В смысле? — Что непонятного я сказала? Если вы провалитесь на экзамене в конце семестра или года хотя бы по одному предмету, вас исключат. На данный момент, это относится ко всем, у кого меньше 32 баллов. Вы реально отбросы. — Как учитель и сказала, тут полно идиотов, - сказал Коэндзи с самодовольной улыбкой, подпиливая ногти. — Что же ты, Коенджи? Твои оценки небось тоже красные! — Хех, ты хорошо посмотрел, мальчик? Взгляни-ка еще раз. — Что? Хм, Коенджи… а? - просматривая от самого низа, он дошел до вершины. И наконец, увидел имя Коенджи Рокуске. Трудно поверить, но Коэндзи был на вершине рейтинга – 90 баллов. А значит, он справился с одним из самых сложных вопросов. — Никогда бы не подумал, что Судо такой же тупой, как и я, - саркастично произнес Ике на весь класс. — О, и еще кое-что. Эта школа под управлением государства, и многие выпускники действительно получают высшее образование и легко трудоустраиваются. Это всем известный факт. Скорее всего большинство из вас поступят в институт или найдут работу. Как она и сказала, в этой школе высочайший процент поступлений и успешного трудоустройства. Ходят слухи, что выпустившись из этой школы, трудности поступления и поиска работы станут плевым делом. По другим слухам, завершение этой школы – практически рекомендация в Токийский Университет. — Но все не так просто в этом мире. Такие как вы – совсем низкоуровневые, наверняка столкнетесь с большими проблемами, - слова Чабаширы-сенсей эхом отразились от стен класса. — Значит, если мы мечтаем о работе и поступлении в университет, нужно как минимум стать классом С? — Это не совсем так, Хирата. Исполнить свои мечты можно только пройдя путь до класса А. Остальным ученикам школа ничего не гарантирует. — Это… я никогда об этом не слышал! Абсурд! – подскочил очкарик Юкимура. У него был такой же высший балл, как у Коэндзи. — Стыдоба! Нет ничего более жалкого, чем трясущиеся и паникующие мальчики, - вздохнул Коэндзи, словно что-то из слов Юкимуры его задело. — Коэндзи, разве тебе не обидно состоять в классе D? — Обидно? С чего бы? Не понимаю. — Потому что нам сказали, что наш класс – кучка отбросов, и что наши шансы получить высшие образование и работу ничтожны. — Ха! Это все бессмыслица! Мне незачем отвечать на такие глупые предположения, - ответил тот, продолжая пилить ногти. Он даже не смотрел на Юкимуру, пока говорил: — Эта школа просто не разглядела еще всего моего потенциала. Я ценю, уважаю и отношусь к себе лучше, чем к кому-либо другому. Даже если школа распределила меня в класс D, для меня такое ничего не значит. Если, к примеру, меня исключат, тоже ничего страшного. В конце концов, потом они будут умолять меня вернуться. Очень похоже на Коенджи. Это мужественность или самоуверенность? Конечно, если тебе плевать на школьную систему оценки, в ней нет смысла. Если учитывать его интеллект и физические способности, трудно представить, что ученики из класса А лучше Коэндзи. Или может его отправили в класс D из-за характера. — Раз уж на то пошло, я не собираюсь идти в университет или искать где-то работу после выпуска. Давным-давно решено, что я возглавлю в будущем Конгломерат Коэндзи. И неважно, в классе А я или в D. Тому, чье будущее обеспечено, и впрямь незачем волноваться о классе. Не посмев и слова возразить, Юкимура сел. — Похоже, ваша радость улетучилась. Если бы вы поняли с самого начала, в какую суровую среду попали, нам бы не понадобилось проводить этот длинный классный час. Экзамены будут через три недели, в середине семестра, так что постарайтесь не вылететь из школы. Уверена, вы все сможете сдать тесты, не угодив за красную линию. Постарайтесь справиться с ситуацией и вести себя подобающим образом. Чабашира-сенсей покинула класс, захлопнув за собой дверь. Ребята с оценками ниже красной линии сидели удрученные. Даже обычно горделивый Судо сейчас пристыженно опустил голову. — Что же теперь делать, если баллов больше не будет? — Я потратил остаток вчера… Как только Чабашира-сенсей покинула класс, он наполнился шумом. — Да черт с ними, с этими баллами. Проблема в этом классе… Почему я попал в класс D? - нервничал разочарованный Юкимура. На его лбу даже выступили капельки пота. — Погодите, выходит, мы не попадем в те университеты, в которые захотим? Зачем я тогда вообще сюда поступил? Похоже, Саэ-тян-сенсей меня ненавидит… Никто из учеников не мог скрыть замешательства. — Понимаю, что вы в панике, но прошу, успокойтесь! - Хирата пытался взять контроль над ситуацией и успокоить всех. — Как мы можем быть спокойны в такой ситуации? Разве тебя не расстраивает, что наш класс – кучка неудачников? — Даже если так, не лучше ли нам всем объединить усилия, для того чтобы выкарабкаться из сложившегося положения? — Выкарабкаться? Я даже не согласен с подобной иерархией классов! — Я отлично понимаю, что ты чувствуешь. Однако нет смысла сидеть на месте и возмущаться. — Что? – Юкимура подошел к Хирате и схватил его за воротник. — Вы оба должны успокоиться, хорошо? Уверена, учитель объяснила ситуацию с позиции жесткости, специально чтобы подстегнуть нас, - сказала Кушида. Она разняла этих двоих и мягко взяла в руки сжатый кулак Юкимуры. Тот, как и ожидалось, боялся навредить ей, потому неосознанно отступил назад. Кушида продолжила: — С начала занятий прошел только месяц. Как и сказал Хирата-кун, думаю, лучше всего нам постараться преодолеть эту ситуацию общими силами. Считаешь, я не права? — Н-нет, это… конечно, я не думаю, что ты ошибаешься, только… - гнев Юкимуры уже отступил. Кушида искренне посмотрела на каждого в классе D, будто рассчитывая на их помощь. — В-верно, мы не должны спешить. И незачем Юкимуре драться с Хиратой. — Простите, я на мгновение потерял самообладание. — Все хорошо, сам должен был аккуратнее подбирать слова. Благодаря помощи Кушиды Кикё, проблема разрешилась мирно. Я достал телефон и сделал снимок таблицы классов с набранными ими баллами. Заметив это, Хорикита удивленно посмотрела на меня. — Что ты делаешь? — Я не до конца разобрался с этими цифрами. Разве ты сама не делала записи? Если мне удастся определить точное количество вычитаемых баллов за опоздания и разговоры на уроке, наверняка получится разработать кое-какие контрмеры. — Возможно ли сделать расчеты со столь малым объемом информации? И даже если у тебя получится что-то определить, не думаю, что это разрешит нашу проблему. У нас просто все опаздывают и слишком много болтают на уроках. Как Хорикита и сказала, найти решение будет непросто. Она выглядела на удивление нетерпеливой, ее обычное спокойствие куда-то испарилось. — Ты тоже поступила сюда, чтобы попасть в хороший университет? — А почему ты спрашиваешь? — Просто когда учитель говорила о разнице между классами А и D, ты выглядела шокированной. — Практически все в классе так выглядели, нет? Нам не объяснили ситуацию в первый же день, и я не понимаю, почему они так поступили. Что ж, резонно. Ученики из классов B и C наверняка тоже недовольно ворчат. В этой школе ущербные все классы, кроме А. Стараться изо всех сил ради повышения уровня класса наиболее верный подход в данной ситуации. — Думаю, вместо того чтобы задумываться о том, класс А у нас или D, нужно для начала набрать хоть какое-то количество баллов. — Баллы – следствие наших усилий на занятиях. Отсутствие баллов не мешает учебе. В конце концов, в некоторой мере эта школа предоставляет все бесплатно. Даже потратившие все свои баллы не останутся голодными. — Не мешает учебе… Проблема не в банальном выживании и получаемых знаниях. Есть многое, что можно получить только за баллы. Например, досуг и развлечения. Жизнь совсем без развлечений создаст проблемы в будущем. — Сколько ты потратил в прошлом месяце, Аянокодзи-кун? — Хм? А, сколько потратил… приблизительно двадцать тысяч баллов. Те, кто потратили все баллы, безусловно, серьезно влипли. Тот же Ямаучи уже паникует. Ике потратил абсолютно все. Пускай это и некстати будет сказано, но они сейчас расплачиваются за собственные ошибки. Потратить сто тысяч баллов за месяц – задача несложная. — Нам вскружила голову сумма за первый месяц… Сто тысяч баллов в месяц – было понятно, что это все слишком хорошо, чтобы быть правдой, но все тогда радовались. — Ребята, когда занятия начнутся, прошу всех быть внимательными. Особенно тебя, Судо-кун, - Хирата привлек внимание класса, встав у доски. — Блин, ну да. — В этом месяце мы ничего не получили. Эта проблема сильно повлияет на нашу дальнейшую жизнь в школе. Мы же не хотим продолжить так же, чтобы потом выпуститься с нулем в сумме? — Конечно, нет! — крикнула одна девушка в ответ на слова Хираты. Он кивнул ей, продолжив: — Конечно, нет! Тогда у нас нет выбора, кроме как постараться получить их в следующем месяце. Поэтому мы должны работать все вместе. Мы не должны опаздывать и разговаривать на уроках. Конечно же, использовать телефоны на занятиях тоже запрещено. — Ха? С чего бы нам тебя слушать? Если баллы так и останутся на том же уровне, нам незачем прекращать. — Однако если мы так и будем опаздывать и разговаривать на уроках, ничего и никогда не изменится. Ноль останется нулем, даже если в минус не опуститься. — Ты так это объясняешь, потому что тебе так удобно. Если баллов больше не станет, все бессмысленно. Говори подобные вещи, когда выяснишь, как повысить наши баллы. — Не думаю, что Судо-кун не прав во всем. Прости, что заставил тебя почувствовать неловкость, - Хирата кивнул раздраженному Судо, - но, Судо-кун, если мы не будем работать вместе, наши баллы не возрастут – это факт. — Мне плевать, что ты делаешь. Не втягивай меня. Ты понял? – и Судо вышел, словно ему некомфортно было оставаться в классе. Он ушел только до начала занятий, или вообще не вернется? — Судо-кун и правда ничего не понимает. И он опаздывает чаще всех. Сможем ли мы получить баллы без его помощи? — Да… отстой, почему он в нашем классе?.. Да вы все отрывались по полной до сегодняшнего утра. И никто ни разу не подумал сделать замечание Судо. Спустившись с возвышения, Хирата приблизился к нам. — Хорикита, Аянокоджи-кун, у вас будет время чуть позже? После занятий я хотел бы обсудить наши дальнейшие действия по возвращению баллов классу. Нужно чтобы вы пришли. Это возможно? — Почему мы? — Хочу услышать мнения каждого. Однако даже если я попрошу всех высказаться, боюсь, больше половины не воспримет мои слова всерьез. Вот почему ты решил спросить именно нас. Не думаю, что мы сможем подать какие-то полезные идеи, но можно и сходить. А пока я думал… — Прости, не мог бы ты попросить кого-нибудь другого? Я не очень хороша в обсуждениях. — Ты не должна заставлять себя говорить что-то конкретное. Достаточно прийти. — Прости, но я не собираюсь никуда идти без необходимости. — Думаю, это наше первое испытание, как класса, так что… — Я уже отказалась, - спокойно, но твердо отказала она, не обращая внимания на его точку зрения. — Вот как, прости… и если передумаешь, приходи. Хорикита уже не обращала внимания на отчаявшегося Хирату. — А ты, Аянокоджи-кун? Если честно, я думал, что было бы неплохо пойти. В конце концов, там будут практически все. Но если Хорикита будет единственной отказавшейся, к ней будут относиться так же, как и к Судо. Да и к тому же, я уже чувствую, что устаю от взаимодействия с другими людьми и пожалуй я должен сделать перерыв с этим. Прости меня, Хирата, но я пожалуй откажусь. — А… я пасс, извини. Думаю я не буду полезным. — Хирата явно собирался возразить, но не дав ему это, я решил продолжить, — Прости ещё раз, у меня сейчас есть некоторые дела. Может быть я смогу помочь тебе как-нибудь потом. —.. Ничего страшного! Хорошего дня, Аянокоджи. — И тебе. Разговор на этом завершился. Хорикита начала готовиться к уроку. — Ого, а Хирата ничего себе! Он сумел задействовать всех. В такой ситуации было бы нормально чувствовать подавленность. — Это одна из точек зрения. Если ты умеешь решать проблемы разговором, проблем не будет. Но если в обсуждении захочет поучаствовать кто-то не очень умный, дискуссия скатится в бессмыслицу. И я не могу заставить себя принять ситуацию вот так сразу. — Заставить себя принять ситуацию? Ты о чем? Хорикита не сказала больше и слова. Мой вопрос повис в воздухе. Дело было после занятий. Хирата поднялся и начал готовить классную доску для обсуждений. Благодаря его обаянию собрались все, за исключением Хорикиты и Судо. Эти двое уже ушли. Я также собирался уйти до начала обсуждения. — Аянокоджи! – прямо передо мной появилась голова Ямаучи, он все еще не отошел от потрясения. — Что за черт? Что такое? — Купи ее за двадцать тысяч! – Ямаучи положил на мою парту приставку, на которой он раньше играл. — Я ничего купить не могу, у меня баллы кончились. Не скидывай свои проблемы на меня! — Если ты продашь ее мне, то с кем я буду играть? — Мне откуда знать? И так же неплохо, а? Отличная сделка. — Я куплю, если снизишь цену до тысячи. — Аянокоджи! Мне больше не на кого положиться… — Почему на меня? Я не могу дать того, чего у меня нет. Ямаучи посмотрел на меня слезящимися глазами, но я отвел взгляд до того, как ощутил укол совести. — Хасебе, у меня к тебе просьба, как к моему лучшему другу! Купи эту консоль за двадцать две тысячи! Теперь он пытается всучить приставку Хасебе. Более того, он беззастенчиво поднял цену. — Потратившим все свои баллы небось сейчас непросто… - сказала Кушида, наблюдая за обменом между Ямаучи и Хасебе. — Кушида, у тебя они еще остались? Девчонкам обычно много чего нужно. — Хм, нет, пока достаточно, осталась примерно половина. В этом месяце я много тратила, потому будет трудно контролировать себя в дальнейшем. А как ты, Аянокодзи-кун? — Конечно, такой популярной девушке трудно жить, не тратя денег. Я почти не тратил. Мне ничего особо не нужно. — Это потому что у тебя друзей нет? — Эй! — Ха-ха-ха, прости-прости, я не хотела тебя обидеть, - хихикая извинилась Кушида. Она очень милая, когда так смеется. — Эм, Кушида-сан? — Каруизава-сан? В чем дело? — Если честно, я потратила все баллы. Мне уже немного помогли остальные девушки, но я подумала попросить еще и у тебя. Мы же друзья, да? Мне нужно примерно две тысячи, - с фальшивой улыбкой на лице просила Каруизава. Думаю, тут должен последовать отказ… — А, да без проблем. «Без проблем?» - мысленно переспросил я. Впрочем, наверно каждый сам решает, кто ему друг. Кушида без колебаний решила помочь Каруизаве. — Спасибо! Друзья и правда полезная штука. А вот мой номер. Что ж, увидимся. Эй, Иногашира-сан, если честно, я потратила все свои баллы!.. - переключившись на новую цель, Каруизава покинула нас. — Тебя это устраивает? Сомневаюсь, что потом она тебе вернет баллы. — Я не могу отказать, когда другу нужна помощь. У Каруизавы-сан тоже много друзей, так что ей трудно будет обойтись без баллов. — Мне кажется, то, что она потратила все сто тысяч – это только ее проблема. — Слушай, а как тут переводить баллы? — Каруизава же дала тебе бумажку с номером? Можешь переслать их с помощью телефона. — Ого, эта школа и правда все продумала. Они даже придумали систему, чтобы можно было помочь тем, кто потерял все свои баллы. Несомненно, для Каруизавы эта система переводов очень даже кстати. Однако так ли нужно пересылать таким как ей деньги? Это скорее прибавляет проблем. «Аянокодзи-кун из класса D. Тебя вызывает Чабашира-сенсей. Пожалуйста, приходи в учительскую!!!» - раздался голос из громкоговорителя. — Тебя позвала учительница. — Ага… извини, Кушида. Я пойду. С самого начала обучения в этой школе не припоминаю, чтобы делал что-то, из-за чего меня могли бы вызвать в учительскую. С этой мыслью, ощущая на себе тяжелые взгляды, я вышел из класса. Дойдя до кабинета учителей, я неуверенно постучался и открыл дверь. Оглядев просторное помещение, так и не нашел Чабаширу-сенсея, потому решил обратиться к одной из учительниц, рассматривавшей себя в зеркале. — Эм, а Чабашира-сенсей здесь? — Что? Саэ-тян? Только что была тут, - у оглянувшейся на меня учительницы были волнистые волосы до плеч, придававшие ей взрослый вид. Судя по тому, как она назвала Чабаширу-сенсей, они довольно близки. И возраст у них примерно одинаковый. — Похоже, она вышла. Если хочешь, можешь подождать тут? — Нет, лучше побуду в коридоре. Мне не очень комфортно в местах вроде учительской. Чтобы не привлекать внимания, я решил остаться в коридоре. Но учительница почему-то вышла следом за мной. зачем? Серьезно? Как тебя зовут? Сколько вопросов. Она словно изучала меня со всех сторон. — Аянокоджи, - ответил я максимально коротко. — Аянокоджи-кун? Какое крутое имя… Ты популярен, да? Слушай, а у тебя уже есть девушка? Да что с этой излишне дружелюбной учительницей? Она больше похожа на ученика, чем на учителя, в отличие от Чабаширы-сенсей. Если бы это была школа только для мальчиков, вне всякого сомнения, все ученики были бы в нее влюблены. — Ну, я не особо популярен в жизни, но на школьных форумах..- пытался я сделать вид раздраженного человека, однако Хошиномия-сенсей пододвинулась ближе и изящным движением схватила меня за плечи своими тонкими красивыми руками. — Ах, я тебя вспомнила! Ты тот самый горячий тайный парень, о котором говорят все первокурсники. Я слышала, у тебя нет девушки. Я бы точно влюбилась, если бы мы были одноклассниками. Это потому что ты слишком невинный? Или ты цун-цун? - она потыкала пальцем мне в щеку. Я даже не знал, что сказать. Если внезапно укусить ее за палец, она наверняка остановится, но когда об этом узнают, меня тут же исключат. — Что ты делаешь, Хошиномия? – Чабашира-сенсей неожиданно стукнула Хошиномию-сенсей папкой для бумаг по голове. Учительница опустилась на корточки, схватившись за голову. — Больно! Зачем ты это сделала? — Потому что ты занималась странными вещами с учеником. — Я просто разговаривала с ним, пока он ждал твоего возвращения! — Оставь его в покое. Прости, что заставила ждать, Аянокоджи. Что ж, идем в отдельный кабинет. — Я не так уж долго ждал. В отдельный кабинет… Скажите, я что-то натворил? Думал, у меня получается не выделяться. — Хороший ответ. Идем со мной. Я шел за Чабаширой-сенсей и размышлял: «В чем же дело?» Неожиданно Хошиномия-сенсей, улыбаясь, пристроилась рядом со мной. Заметив это, Чабашира-сенсей развернулась и гневно посмотрела на нее. — Нет, ты остаешься. — Не будь такой холодной… ничего же страшного, если я тоже послушаю, а? Кстати, Саэ-тян, тебе ведь не свойственно давать частные уроки. А тут вдруг зовешь Аянокодзи-куна на личный разговор… Что ты задумала? - ухмылкой отвечая Чабашире-сенсей, она подошла ко мне сзади и возложила руки мне на плечи. Я не видел ее лица, но ощутил напряжение, повисшее в воздухе. — Так может быть, Саэ-тян ищет парня помладше? Парня помладше? Что она хочет этим сказать? — Не говори глупостей. Это невозможно. — Ха-ха, ну да. Для Саэ-тян такое невозможно, - Хошиномия-сенсей почему-то продолжала идти за нами. — Долго будешь преследовать? Эта проблема касается класса D. — А? Мне нельзя? Будет плохо, если я пойду? Знаешь, я ведь могу что-нибудь посоветовать… - Хошиномия-сенсей так и продолжала тащиться следом, но вдруг к нам подошла ученица и перегородила ей путь. Это была привлекательная девушка со светло-розовыми волосами, которую я раньше никогда не встречал. Она на мгновение взглянула на нас, но потом снова перевела взгляд на учительницу: — Хошиномия-сенсей, у вас есть время? Студсовет желает кое-что обсудить с вами — Тебя ищут, так что давай иди уже! - Чабашира-сенсей шлепнула ее по заднице папкой для бумаг. — Блин… боюсь, она озвереет, если я останусь, так что увидимся, Аянокоджи-кун! Что ж, идем в учительскую, Ичиносе-сан, - с этими словами она развернулась на каблуках и они с ученицей ушли. Когда Хошиномия-сенсей покинула нас, Чабашира-сенсей поскребла голову и двинулась дальше в сторону кабинета. Он расположился сразу за учительской. — Так… зачем вы меня позвали? — Ох, насчет этого… до того как я начну, иди-ка сюда, - взглянув на настенные часы она открыла дверь в смежное помещение, и там поставила чайник на конфорку офисной плиты. — Я приготовлю зеленый чай. Ходзича подойдет? – она достала банку с Ходзича в порошке, а потом вдруг приказала: — Заходи! Не делай лишних движений, и не шуми. Пока я не разрешу тебе выйти, смирно стой тут. Ослушаешься – и тебя тут же исключат! — ?.. Немой вопрос так и остался витать в воздухе. Дверь со стуком закрылась прямо перед моим носом. Какая-то подстава.. Я стоял тихо, как мне и было велено, и совсем скоро дверь в кабинет открылась. — Вот, заходи. Так что ты хотела мне сказать, Хорикита? Похоже, Хорикиту пригласили в этот кабинет. — Спрошу прямо, почему меня зачислили в класс D? — Серьезно, вот так в лоб? — Сегодня утром вы сказали, что классы были распределены по потенциалу. И что класс D – это кучка отбросов. — Именно так я и сказала. Создается впечатление, будто ты относишь себя к высшей касте. Интересно, как Хорикита на это ответит? Уверен, она найдет что сказать. — Я верю, что решила практически все задачи на вступительных экзаменах и не допустила серьезных ошибок на собеседовании. Потому не думаю, что должна быть в классе D. Посмотрите-ка, а я угадал. Хорикита из тех, кто считают себя выше других. Она никогда не скромничает, и всерьез думает, что лучше остальных. По результатам прошедшего теста она делила первое место. — Решила все задачи, значит? Обычно мы не показываем результаты вступительных экзаменов, но я сделаю для тебя исключение. У меня случайно оказался твой лист с ответами. — А вы хорошо подготовились. Похоже, вы заранее знали, что я приду сюда, чтобы опротестовать свое распределение. — Хорикита с подозрением посмотрела на учительницу, ища какой-то подвох. — Я учитель, и в мои обязанности входит знать своих учеников, по крайней мере, до определенной степени. Хорикита Сузуне, как я и думала, ты была третьей среди поступивших учеников. Разрыв с первым и вторым местом минимальный. Справилась на отлично. С интервью тоже никаких проблем. Тебя оценили очень высоко. — Благодарю. Но тогда почему? — Для начала ответь, недовольна ли ты попаданием в класс D? Если бы мне задали точно такой же вопрос, у меня не было бы точного ответа. С одной стороны, если я попаду в А класс, я бы гарантировано поступил в любой из университетов, но нужно ли мне это? "Тот человек" наверняка уже найдёт меня и будет пытаться вернуть в Белую Комнату, так что смысла стараться нет. В D классе же на меня не будет обращено внимание(он думает, что студенты после того, как узнают его класс потеряют к нему интерес) и я смогу без борьбы за пьедестал прожить школьную жизнь. Так что ответ очевиден: для меня будет лучше молча сидеть и ничего не делать. — Никто не обрадуется, если его способности остались недооцененными. К тому же, есть разница между классами, значительно влияющая на перспективы в будущем. Естественно я недовольна. — у Хорикиты, похоже, была другая точка зрения, которая также имеет права на жизнь. — Недооцененными? Эй-эй, твоя самооценка чересчур завышена! - хихикнула, нет, в открытую рассмеялась Чабашира-сенсей. — Твои академические способности высоки. Ты умная. Но кто сказал, что в лучшие классы попадают самые умные? Я такого не говорила. Так, значит в этой школе учитываются не только академические способности. Хотя мне это было уже понятно. К примеру, как Судо и Ике могли поступит в эту школу, имея при себе знания лишь начальных классов? Очевидно, их взяли по каким-то другим критериям. Жаль, что Хорикита этого не понимает. — Это было бы логично. — Логично? Разве не логика создала ту ущербную Японию, в которой мы сейчас живем? В обычных школах и правда классы распределяют по баллам на тестах. В результате неумелые в отчаянии пытаются справиться с по-настоящему превосходящими их. Это, в конечном счете, привело к наследственной системе. Услышав это, я застонал. В груди защемило. Наследственная система предполагает, что социальное положение, честь и работа передается и наследуется. — Конечно, я не спорю, ты способная ученица. Однако цель школы – создавать идеальных людей. Это первое, что мы объяснили, еще на вступительной церемонии. Обдумай это спокойно. Полагаешь, поступил бы сюда кто-то вроде Судо, если бы мы принимали учеников только по их умственным способностям? — Блин… Это лучшая школа в Японии, и в нее принимают даже тех, чьи сильные стороны сконцентрированы не на учебе. — Однако говорить, что никто не обрадуется, если его недооценивают, немного самонадеянно. Например, класс A находится под постоянным давлением школы и зависти учеников из низших классов. Бороться под таким давлением труднее, чем ты думаешь. Есть ученики, которые только рады оказаться недооцененными. — Это шутка какая-то? Не понимаю таких людей. — Да? А мне вот кажется, что в классе D есть сразу несколько таких. Чудаков, с удовольствием готовых остаться в низкоуровневом классе. Такое впечатление, словно она говорила это именно мне. — Вы все еще не объяснили, меня действительно определили в класс D, и это не ошибка? Прошу, перепроверьте! — Прости, но ты в классе D не по ошибке. Ты определенно там, где и должна быть. Это определенно твой уровень. — Вот как, в таком случае попробую спросить у высшего руководства. Похоже, она решила, что ее классный руководитель – не тот, у кого нужно было спрашивать, и не сдалась. — Тебе кто угодно ответит то же самое. Незачем разочаровываться лишний раз. Как я уже сказала утром, классы могут обгонять и превосходить друг друга. Помни, что возможность подняться до класса A до выпуска еще существует. — Не похоже, чтобы это было просто. Как последнему в списке классу D заработать больше баллов, чем у класса A? С какой стороны не посмотри, это невозможно! Таково искреннее мнение Хорикиты. Сейчас у нас слишком большой разрыв в баллах. — Уж не знаю. Идти по этому безумному пути или нет – решать лишь тебе. Быть может, у тебя есть личные причины состоять в классе А? — Дело в том… простите за сегодня. Но помните, пожалуйста, что я так и не приняла такого распределения. — Хорошо, я запомню. Я услышал звук отодвигаемого стула. Похоже, разговор завершен. — А, и еще, я позвала сюда кое-кого. Того, кто вполне уместен и для тебя. — Уместен для меня? Нет… брат… — Выходи, Аянокоджи. Не зови меня в такой неудачный момент. Ладно, просто не выйду. — Если не выйдешь, тебя исключат. Жестокая. Нельзя использовать исключение как рычаг влияния. — Долго мне тебя ждать? Вздохнув, я вышел из кухоньки в кабинет. Хорикита была удивлена. — Ты… подслушивал нас? — Подслушивал? Знаю, что вы о чем-то говорили, но я ничего не слышал. Стены тут толстые. — я пытался как-то отвертеться под недовольным взглядом девушки, нагло обманывая её. — Неправда. Я слышу все, что происходит в кухне, - Чабашира-сенсей зачем-то решила вытряхнуть из меня душу. — Зачем вы сделали это, учитель? - Хорикита сразу же поняла, что все было подстроено. На ее лице отразилась злость. — Потому что решила, что это необходимо, - ответила Чабашира-сенсей Хориките и переключилась на меня: — Теперь, Аянокоджи, я скажу, для чего вызвала тебя. — В таком случае, я пойду… — Подожди, Хорикита. Тебе стоит дослушать до конца. Будет подсказка, как возможно достичь класса А. Хорикита резко развернулась и села обратно на стул. — Только покороче. Взглянув на папку бумаг перед собой, Чабашира-сенсей рассмеялась. — А ты интересный, Аянокоджи. — Я совсем неинтересный, не то что сенсей с фамилией Чабашира. — Хочешь принести извинения всем Чабаширам в этом мире? Мм? Боюсь, даже если буду их искать, никого кроме вас не найду… — Взглянув на результаты вступительных экзаменов, я подумала, тебе потребуются дополнительные индивидуальные занятия, но результат прошедшего теста потряс меня до глубины души. — На папке лежал знакомый бланк с ответами на вступительные экзамены. — Ровно пятьдесят баллов за японский, пятьдесят по математике, пятьдесят за английский, пятьдесят по истории и столько же по естественным наукам… Результат последнего теста тоже пятьдесят баллов. Ты понимаешь, о чем я? Удивленная, Хорикита просмотрела мой тест, а потом перевела взгляд на меня. — Какое пугающее совпадение. — Ха? Будешь утверждать, что эти результаты – совпадение? Очевидно, что так сделано намеренно. — Простое совпадение. У вас нет доказательств. К тому же, какой мне смысл подгонять собственные результаты? Если бы я был способен зарабатывать высокие оценки, постарался бы собрать сотню баллов по каждому из предметов. Глядя на мою тщательно разыгрываемую невинность, она вздохнула. — Если честно, ты какой-то странный. Ты уверен? Задачу номер пять по математике в этом году решили только три процента поступающих. К тому же, ты добавил сложную формулу и без проблем ее решил. С другой стороны, семьдесят шесть процентов учеников ответили правильно на десятый вопрос. Ты ошибся специально? Или это считается «нормальным»? — Я понятия не имею, что значит «нормально». Это совпадение! Совпадение! — Отлично притворяешься. Я восхищаюсь твоим отношением, но оно доставит тебе проблем в будущем. — Вспомню об этом, когда потребуется. Чабашира-сенсей посмотрела на Хорикиту с видом: «Ну как?» — Зачем ты… делаешь вид, что не понимаешь? — Да нет же, я же сказал, это совпадение! Я не скрытый гений или что-то типа того. — Ну и как тебе? Этот парень может оказаться умнее тебя, Хорикита. Хорикита заметно вздрогнула. Учитель, прошу, не говорите ничего лишнего! — Я не люблю учиться, и даже не особо стараюсь. С чего бы мне получать такие баллы? — Речь не об учениках, выбравших эту школу. Кроме тебя и Коенджи, есть и другие, кому плевать, быть в классе A или D. Тут не только школа, учителя тоже необычные. Когда Чабашира говорила с Хорикитой, она смогла расстроить ее своими словами. Такое впечатление, что они знают все секреты своих учеников. — В чем же дело? Каковы еще причины? — Хочешь услышать обо всем в подробностях? Я заметил дьявольскую искорку во взгляде Чабаширы-сенсей. Такое впечатление, что она пытается спровоцировать Хорикиту. — Нет, на этом хватит. Если продолжу это слушать, взбешусь и разнесу тут всю мебель. — я решил остановить это с помощью шутки. — Если сделаешь это, Аянокоджи переведут в класс E. — Есть и такой класс? — Именно, класс E обозначает «expelled» - то есть исключенный. Ладно, пора заканчивать. Радуйтесь своим школьным денькам, - сделала она саркастичное замечание. — Мне уже пора, вот-вот начнутся занятия. Я закрываю кабинет, так что выходите. Сказав это, она вытолкнула нас в коридор. Зачем Чабашира-сенсей подстроила нам встречу? Ей не свойственно делать бессмысленные вещи. — Так… не пора ли и нам возвращаться? - я двинулся, не дожидаясь ее согласия. Думаю, нам лучше появиться в классе по отдельности. — Подожди, - Хорикита окликнула меня, в надежде, что я остановлюсь, но я шел дальше. Если удастся оторваться до того как дойду до общежития, моя цель достигнута. — Твои оценки… действительно совпадение? — Я уже говорил. Или у тебя есть доказательства того, что я делаю это специально? — У меня нет доказательств, но… Аянокоджи-кун, я не понимаю. Ты избегаешь неприятностей, и совсем не заинтересован попасть в класс А. — Зато тебя этот вопрос на удивление беспокоит. — А не должен? — Нет, это вполне естественно. — Я работаю над тем, чтобы иметь любое преимущество в будущем. Такова моя цель с момента поступления сюда. Но вообще дело не в этом, ведь я еще даже не начала. Заметил, что Хорикита ускорила шаг, и теперь идет рядом со мной. — Так почему ты хочешь попасть в класс А? — Во-первых, я хочу понять истинные намерения этой школы. Почему я попала в класс D? Чабашира-сенсей сказала, что меня оценили только на класс D, так что… А когда выясню, попробую добраться до класса А. Нет, я обязательно достигну его! — Это будет непросто. Тебе придется заняться нашими проблемными детишками. Вечными прогулами Судо, болтовней на уроках и баллами за тест. И даже если справишься, результат останется в районе нуля. — Я уже поняла, и все еще надеюсь, что мое распределение было ошибкой школы. Еще совсем недавно переполнявшая Хорикиту уверенность сменилась беспокойством. Ты точно «уже поняла»? Единственное заключение, которое я могу сделать из полученной сегодня информации, это «отчаяние». Если следовать базовым правилам школьной жизни, можно до определенной степени избежать минусов. Но проблема в том, что нам неизвестно, как обернуть минусы в плюсы. У самого крутого класса – класса А, все еще совсем небольшой вычет баллов. И потом, если мы найдем способ преумножать свои баллы, остальные классы тоже узнают об этом и воспользуются им. К тому же, с таким разрывом в баллах и ограничениями по времени стать конкурентоспособными будет весьма и весьма непросто. — Считаешь, я должна взять управление классом в собственные руки? — Да. — Быстрый ответ, - мне в бок ткнулись пальцы. — Ай… Выражение боли на моем лице Хорикита проигнорировала. — Я понимаю, что ты чувствуешь, но эта проблема не из тех, с которыми можно справиться в одиночку. Особенно что касается таких как Судо. Даже если улучшишь свои результаты, толку нет, если остальной класс даст минус. — Нет, я не совсем о том. Конечно, люди мало что могут поодиночке, но если все не приложат усилия, задача станет исключительно сложной. Если все не постараются, можно даже не пытаться сражаться с другими классами. — Так что ты собираешься делать? На данный момент ты лишь согласилась, что это большая проблема. — Есть три ключевых аспекта, над которыми нам нужно поработать. Опоздания, болтовня на уроках, а также нужно убедиться, что все сдадут экзамены в середине семестра. — Первые два будут проработаны. Но что касается экзаменов… На недавних проверочных работах были и трудные задачи, но большинство заданий выглядели простыми. Прискорбно то, что многие ученики заваливаются и на таком уровне. Учитывая все это, будущие тесты вырисовываются мне в достаточно мрачном свете. — Еще… я хочу попросить тебя о помощи, Аянокоджи-кун. — Помощь? Хорикита посмотрела на меня с очень недовольным выражением. — Ты отказала Хирате утром, получается я тоже имею право тебе отказать, верно? — И ты хочешь мне отказать? — А если я скажу, что с удовольствием помогу? — Никогда бы не подумала, что ты способен на такие смелые заявления, однако уверена, что ты не откажешься. Если совсем не хочешь помогать, то разумеется, я не стану настаивать. Если откажешь, так же как это сделала я, ничего не поделать. Так могу я на тебя рассчитывать? Хотелось бы мне вспомнить слова, которыми она отказала Хирате… Однако мне не хотелось бы резко отказывать тому, кто просит помощи. Нет, нет, спокойно! Ведь если сейчас я скажу, что помогу, она меня будет гонять до полусмерти, и так до самого выпуска. Мне нужно иметь сердце дьявола, чтобы справиться с такими испытаниями. — Отказываюсь! — Я верила, что ты согласишься, Аянокоджи-кун. Прими мою благодарность! — Не говорил я такого! Я отказался! — Нет, расслышала твой внутренний голос. Ты сказал, что поможешь. Жуть какая, она читает мои мысли. Я немного нахмурился такой настойчивостью собеседницы, на что она отвела взгляд, немного краснея. — Вряд ли смогу помочь с чем-то конкретным. Хорикита очень умная. Не думаю, что ей понадобятся мои навыки — Не волнуйся. Мне без надобности твои интеллектуальные способности. Оставь планирование мне, а ты будешь олицетворением грубой силы. — Ха? С чего бы мне быть грубой силой? — А разве тебя не беспокоят баллы класса? Если последуешь моим инструкциям, могу гарантировать повышение наших баллов. — Уверен, у тебя есть какой-то план, но ты могла бы положиться на кого-нибудь другого. Если заведешь друзей, сможешь попросить их помочь. — Какой кошмар, но в классе D нет никого подходящего, кроме тебя. — Да нет же, там полно таких людей! Тот же Хирата. У него есть влияние на класс, и к тому же он умный – отлично подходит. Более того, он обеспокоен, что у тебя нет друзей. Если достучишься до него, он станет хорошим другом. — Он не подходит. Даже если у него есть талант и способности, я не готова его принять. Если сравнивать, мне нужна шахматная фигура. Не золотой или серебряный генерал, а именно пешка. Ты назвала меня пешкой? Поэтому ты выбрала меня? — Пешку можно использовать и для получения денег. — Интересная мысль, но ты не тот, кто будет стараться ради них. Разве ты только что не подумал: «Меня устраивает роль пешки, но я не хочу этого признавать»? Она поставила цуккоми на место. Будь я нормальным человеком, это наверняка задело бы мои чувства. — Прости, но я не могу тебе ничем помочь. Не подхожу для такого. — Что ж, можешь связаться со мной, когда решишься. Буду ждать. Мои слова так и не достигли сознания Хорикиты. ...