Её дерзкая мадемуазель

Непривычно для него, и возвращаяся в ночи К той резне, и оглядывая вновь Заваленную трупами пустыню, понял, что это любовь В её кровавый пируэт император психопат Втюрился как школьник, но не понимает как теперь Связать хотя бы пару слов Чтобы признаться ей в любви на языке клинков

После такой дерзкой пощечины лучшему судебному дуэлянту в истории Фонтейна, можно было смело отдать Навию под трибунал и посадить в тюрягу со всеми почестями, присущими для столь юной царской особы. — Да как ты посмела, — кричала Навия, стыкаясь с комом в горле. Обычно безразличную Клоринду обжигал пылкий жест, едва с ней знакомой мадемуазель. Клоринда была палачом, чье сердце можно поискать где-то в Снежной. Тем не менее, лёд тронулся, особенно в месте, где от пощечины горела щека. Трясущиеся руки Навии истерически перемещались по трупу отца туда-сюда, пока та, захлёбываясь в слезах, не ответит на слова Клоринды лезвием клинка с такой силой, какую не удавалось из себя выдавить даже на самих строгих тренировках. Навия ничего не читает. Ни обстановки, ни ситуации, не понимает того, что её отец сам того захотел и дуэльный поединок — это ничего больше, чем работа Клоринды, и более они обе никак не связаны. И, Навия, вроде, должна это понимать. Тогда что за дерзость? — Просто умри, — в зал спешно врывается охрана, пока прежде Клоринда в ответ не обнажит лезвие в целях самообороны от тяжёлого двуручного меча. Тяжесть выплеснутой энергии сбила всех подбегающих охранников с ног, даже их, на расстоянии нескольких метров, немного зацепило ударом тока. Навия, тотчас, с громким стуком колен об блестящий пол, чувствует острую боль, мышцы парализовало, едва она встретилась с молнией. — Знай своё место, — теперь Клоринде больше нравится обстановка, когда Навия спускается на метр вниз и в откате сидит перед ней на коленях. Поднять руку на правоохранительные органы — тяжкое преступление. Ей не привыкать, в данном зале, такое случилось ни раз. Дуэль — часть работы Клоринды, как и чувство власти над людьми, их слезы, мольбы, отчаянии, когда они смотрят на нее как на Бога, но после молнии не слышно ничего, кроме стука ее каблуков и звука растекающейся крови. Это чувство власти над людьми закрывают её потребности, возникшие в результате психологических травм в прошлом (так она себе объясняла всё это, всё-таки просто так лучшим судебным дуэлянтом девушке не стать). Послышался стук каблуков, Верховный судья подметил, как после свершенного удара Клоринда отвернулась от своей жертвы, почему-то у последней на сей раз это вызвало совершенно другие эмоции. Фокалорс щёлкает пальцами и, не обращая внимание ни на что, охрана хватается за Навию под аплодисменты Гидро Архонта, которая не жалела, что успела на представление. — Госпожа судебный дуэлянт, за все свершенные правонарушения, эту девушку следует отдать судье на милость, — с гордостью призывал местный страж. Гидро Архонт нетерпимо сорвалась с места, после пяти секунд абсолютной тишины в ответ на реплику стража. Клоринда непривычно нерешительно обернулась к Навии, и присев, снова поменялась в лице, взяв её за подбородок. — Ещё одна пощечина или любой жест неуважения и ты дорого за это заплатишь, я тебе обещаю. — но темноволосая приказала ее отпустить, решив, что сегодня с нее горя достаточно. Фурина хорошо знает законы собственной страны, и что Клоринда имеет все законные основания не отдавать ворвавшуюся девушку под суд, даже за столь дерзкий поступок, это право остаётся за ней. Но как и любого судью этой страны и, конечно, Архонта справедливости, её волновал мотив, и почему он размыт, словно ночной морской пейзаж.

***

А мотив был сначала куда нельзя прост. Грёбаное предсмертное желание её отца, такого же странного, как и эта Навия. — Сучка. Клоринда, сняв головной убор, нагнулась перед умывальником, спешно умывая лицо. Не верится, что ей приходится идти на уступки столь дерзкой девчонке, даже не за спасибо, когда её меч должен служить закону. Последние капли крови сегодня смоет почти ледяная вода, Клоринда скатывается по стенке, запутавшись в собственных чувствах, словно в обожжённых верёвках. С Навией они виделись почти впервые, просто маленькая избалованная папина дочка, что невзначай пробегала мимо на уличках Фонтейна, с невероятно красивыми светлыми волосами и, словно звёздами в глазах, с присущей детской беззаботностью, которой у Клоринды давно не было. — Пошла ты в задницу. Клоринда сделает всё, чтобы убедиться, что в Навии нет ничего особенного, потому что всякий раз, когда они виделись, к вечеру привычно холодная вода в душе становилась ледяной, от чего складывается ощущение, будто кто-то растопил её сердце.

***

Клоринда аккуратно следует за Навией, не чтобы защитить, а чтобы убедиться, что она не стоит её внимания. День 1 Заметка номер один. Её слуги в забавных чёрных шляпках, хорошо её оберегают, нужно быть бдительной, чтобы следовать за ними незаметно. Принцесса в центре внимания, жаль её кругозор не велик. Заметка номер два. Её тонкие руки в хорошей форме, видимо часто упражняется с мечом. Наверняка она может и сама защитить себя. Хотя до истинного мастерства ей наверняка как до Каэнриаха раком. День 2 Заметка номер три. Её губная помада со вкусом вишни. По крайней мере, так пахнет её салфетка, что она так неряшливо обронила. День 3 Заметка номер четыре. Салфетка Навии обладает особой притягательной силой, она заколдована придворным магом? Заметка номер пять. Я внезапно обнаружила, что люблю вишню. День 4 Заметка номер шесть. Навия проснулась довольно поздно. Заметка номер семь. У Навии вкус что надо. Оказалось, хорошо одетая девушка это почти голая девушка. Заметка номер восемь. В 7:43 вечера, Навия подвернула ногу. Желание понести её домой на руках было до чесотки сильным и я не понимаю почему. День 5 Заметка номер девять. В ходе эксперимента выяснилось, что Навия сходит с ума от злости, когда видит меня, но было немного приятно от запаха её духов, хоть она и вцепилась мне в глотку. День Х Заметка номер N-нный. Так продолжается уже очень давно. Я не могу перестать думать о этой запретной глупейшей симпатии. Я хочу, чтобы ты казнила меня. Клоринда выходит на привычную работу, следит за Навией. Навия палит это всего третий раз. Навию это раздражает. Считает, с толпой обезумевших механизмов она бы и сама справилась. Считает, что отец не должен был просить её защищать, но Клоринда все равно рубит их на куски. Может на сей раз Навия подметила, как дуэлянтка хороша. Навия ожидаемо жалуется на появление Клоринды, та молча отворачивается и записывает очередную заметку в исписанный блокнот «каждый кто делал тебе больно — покойник.»

***

Сброситься с крыши или заговорить с ней? Сброситься с крыши или заговорить с ней? Да я скорей подохну чем заговорю с ней.

Так думала Навия, но от интриги отказаться не смогла, когда дуэлянтка Клоринда внезапно позвала её на ужин к себе домой, обсудить какой-то важный вопрос. Может, наконец-то представится возможность подсыпать ей крысиного яда? О да, Навия Клоринду всё ещё просто терпеть не может. — Мои люди стоят снизу, — проходит Навия в комнату, предупреждая Клоринду. — стоит мне только закричать и… — интересный банкет, состоящий из одного блюда — пистолета. — Ты сошла с ума? — Клоринда допивает бокал вина. — Ты что ли испугалась, что не успеешь закричать? Но к тебе этот пистолет гораздо ближе, — Клоринда усмехнулась, пожав плечами. Она понятия не имела, чем закончится сегодняшняя затея. Навия насторожилась, для нее все это было совершенно непонятно. Как бы там ни было, но умереть она боится больше всего. — Что это всё значит, Клоринда? — блондинка нахмурила брови. Её ноги начали дрожать, только под платьем этого, благо, не видно. — Наверное, ты ни о чем так не мечтала, как убить меня. Это правда? Ты считаешь, что я виновата в смерти твоего отца. Это тоже правда? — расстроено анализировала Клоринда, рассматривая знакомую. — Да. И о чем ты хочешь мне сообщить? — Навия неуверенно подходит ближе. — Я предлагаю тебе заключить сделку, — у Клоринды больше нет сил сходить с ума. — Я заинтригована, — признаётся Навия, но её ноги почему-то продолжают дрожать всё сильнее. — Моя жизнь в обмен на твой поцелуй. Даю слово просто застрелиться после этого. Ну. Или дать тебе законную возможность убить меня лично, — Навия опешила. Клоринда склонила голову и вопросительно посмотрела на неё такая довольная, будто сбылась её давняя мечта. После такого ей всё равно не жить. Она уже не совсем понимает грань, насколько это несносный позор. В любом случае, Клоринда уже хочет просто застрелиться, вне зависимости от того, пойдет Навия на сделку или нет. И вне зависимости от чего-либо, она просто затащит её в душ и начнет страстно целовать. Навии хотелось просто открыть двери и убежать, её слова стали отливаться паникой. Оказалось, что Клоринда все это время была в нее влюблена. Сначала это показалось чем-то мерзким, но смотря правде в глаза, Навия потихоньку начала догадываться, почему и у нее была на Клоринду весьма странная реакция. — И как давно? — спрашивает блондинка, чему удивилась собеседница. Та была уверена, что после такого предложения маленькая аристократка с криком спешно убежит. — После той пощечины, — Клоринда расценивает каждое действие как последнее в жизни. — моя госпожа, я прошу тебя о смерти, — она садится на колено, затем на второе, покорно складывая руки, в моменте осознавая свои садомазохистические наклонности. — Встань, — тон Навии весьма непонятен, но Клоринда слушается приказ. — помнишь, ты предупреждала меня, если я еще раз, сделаю какой-то неуважительный жест по отношения к тебе, ты поставишь меня на место? — Помню. Клоринда подняла взгляд и тотчас получила пощёчину, от которой ели устояла на ногах. Если спросить Навию, с каких пор у неё похожие странные мысли и сумасшедшие предпочтения. Глупая маленькая аристократка не знала, что играя с чужими чувствами, пытаясь отомстить Клоринде, специально влюбив её в себя, рискует и сама ощутить отдачу, обронив поцелованный платок. И, однажды, чтобы спешно избавится от таких мыслей, Навия принципиально решила чаще показать ей свою ненависть. Или как говорил её отец, если узы не рвутся сами, попробуй раскусить их зубами. — Так накажите меня, Ваша Честь, — Навия много вещей в этой жизни сделала из любопытства, эта — одна из самых азартных. Клоринда хватает её за корсет, рывком тащит за собой, закидывая в просторную душевую кабинку вплоть до противно холодной плитки, которая будто неприятно кусала худую женскую спину. Навия примёрзла глазами к полу, ощущая как с треском ткани с нее стаскивают велюровое платье без всяких церемоний. Клоринда собирает волосы в длинный хвост и недовольно рычит, прикусывая резинку. Её рука скользит у Навии на шее, приказывая слушаться. Навия всеми внутренностями чувствовала, как из душа полилась холодная вода. Она закрыла глаза и в ожидании той секунды, когда температура воды переменится на горячую, но этого не случилось. Девушка не ощутила ничего, кроме теплых чужих губ, впившихся в нее, как в желанную добычу с любимым сортом крови. Странно, что ей это так приятно. Но Навия не знает, что дело не в красной жидкости с прикушенной губы. Клоринда наконец-то попробовала вкус этой вишнёвой помады лично, и спору нет, что кровь лучше пить в бокале. — Клоринда, блин, холодно, не могу, — говорит, кажется, спустя целую вечность и выпрямляется так, будто это особая стадия пытки. Её фиолетовые глаза упали на корсет мадемуазель. Блондинка тихо вздыхает, нет ничего свободнее девушки, с которой сорвали корсет и рядом с Клориндой это чувство еще более подкупающее. Навия понимает это в беспощадном поцелуе. Клоринда знает, как неприлично, когда твою ванную украшают чьи-то стоны, и даже не мужские. Навия сначала отвечает то неохотно, то усердно-неумело, совсем не так, как Ризли. Воспринимая всё, то как ебанутый эксперимент, то как желание надругаться над ней, то как будто собственный самый страстный сон. И когда она думает о последнем, вода предательски кажется больше не такой уж и холодной.