Утопия

Получив мысленное сообщение от Вали, Лёва почувствовал, как фантомный холод прошиб его до костей. Во всё естество въелся страх за свою… подругу. Может, ему показалось? Очень хотелось так думать, но голос своей Вали он отчётливо слышал — и он дрожал. Игорь же решил, что уже съехал с катушек, услышав прерывистый родной голос. Пока к нему обеспокоенно не повернулся Валера: — Ты тоже слышал Валю? — Да… — поражённо прошептал Корзухин. — Что она сказала? — Валера опасно сощурился: он находился в пограничном состоянии контроля, который было так легко потерять. Из-за него больше никто не должен умереть. — Сказала, что она не успела… — Мне тоже, — Валера нервно вздохнул и посмотрел на Игоря: тот завис, сверля взглядом одну точку. Побеседовав с Говшой и без особых трудностей забрав четвёртый фрагмент плиты, парни отправились в штаб Валентина Сергеевича.

***

Валера рассказал всё доктору и Лёве. Лёва же, в свою очередь, сообщил, что тоже слышал Валин голос. Все задумались: либо это обманный манёвр отца Глеба, либо Вали и правда больше нет… Было страшно признаваться себе в том, что второй вариант вообще существовал. Лёва решил, что попробует обыскать улицы поблизости и посмотреть, дома ли Валя. Она не могла далеко уйти, а если могла — то уже давно бы вернулась. Обойдя пару знакомых улиц, где в теории могла бы появиться Валя, Хлопов пошёл к ней домой. У него были запасные ключи: Игорь дал их ему перед тем, как уйти из штаба. Квартира встретила его мёртвой тишиной; насколько он мог судить, все вещи лежали на своих местах. Он увидел чехлы от музыкальных инструментов — помимо гитары Валя немного умела играть на фортепиано и скрипке. Бывший пиявец уже хотел идти дальше, но ему в руку неожиданно вцепился белый кот. В итоге, после нескольких безуспешных попыток скинуть его с себя, Лёва заперся в спальне Корзухиной. В комнате приятно пахло. Он начал обыскивать стол в надежде найти информацию, куда бы могла пойти Валя. Потом Лёва обследовал ящички и полки. В суете задев семейное фото, с которого улыбались счастливые Валя и Игорь, Хлопов бережно поставил его обратно и тут заметил уголок какой-то бумаги. Совесть мучила недолго — он вытащил записку и начал читать.

Не знаю, зачем я это пишу, но чувствую, что написать всё-таки нужно. Я иду в "Буревестник". Если я долго не возвращаюсь, значит, что-то произошло. Думаю, стоит сказать об этом здесь. Я с самого детства была влюблена в Лёву Хлопова, была сестрой Игоря Корзухина и близкой подругой Валеры Лагунова. И я их всех безумно люблю. Валентина Корзухина

Дочитав записку, Лёва уже не мог игнорировать застилавшую глаза пелену. Сердце сжалось в груди тяжёлым грузом. Он просто не мог в это поверить.

***

Открыв глаза, Валя увидела ясное небо и прекрасных белых птиц. Приподнявшись на локтях, она увидела зелёную поляну, заросшую невообразимым количеством самых разных цветов. Неуверенно приняв сидячее положение и осмотрев левую руку, на которой висел красный браслет, она убедилась, что крови там нет. Вдруг на другом конце поляны показался чей-то силуэт — Валя узнала в нём Анастасийку. Она не раздумывая рванула к своей лучшей подруге. — Настя! — прокричала Корзухина. Девочка обернулась на оклик и широко улыбнулась. — Валя! — Сергушина тоже побежала ей навстречу. Они крепко обнялись. — Как же я скучала… — Я тоже… — Где мы? — Валя, отстранившись от Насти, оглянулась в попытках понять, где они находятся. — В раю, — Настя, осознав, что перед ней стоит Валя, перестала улыбаться. — А что ты тут делаешь?.. — Меня убили, — правда никогда не давалась легко, но Валя попыталась искренне улыбнуться, чтобы не расстраивать подругу. Потому что только сейчас Валя заметила: на Сергушиной было светлое платье, а за спиной трепыхались прекрасные белые крылья. Похожие на те, которые были у самой Валентины в данный момент. Валя осмотрела себя. На ней тоже было красивое платье, но оно отличалось от Настиного. — Какие мы с тобой красивые! — пискнула от радости Валя. А Настя улыбнулась и покрутилась вокруг себя, демонстрируя платье. — Теперь мне будет нескучно! — восторженно выдохнула Настя. — Давай я тебе венок сплету? — Валентина была очень рада увидеть свою подругу и провести с ней как можно больше времени. Хотя впереди у них была целая вечность — она ведь уже не сможет вернуться. — Я не против! — Настя улыбнулась чуть шире. — Но сначала надо сделать тебе какую-нибудь причёску, — Валя в задумчивости закусила губу. — Хм… Я знаю, что тебе подойдёт! Чуть позднее благодаря стараниям Корзухиной на голове Анастасийки красовались два низких пучка, зафиксированные белой лентой. Ласковый ветерок перебирал своим дыханием две короткие пряди спереди. Валя придирчиво оглядела результат, но в конце концов улыбнулась. — Тебе очень идёт! — сказала Валя, протягивая подруге маленькое карманное зеркальце. — Вау, это очень красиво! Спасибо! — поблагодарила Настя, смеясь и ероша себе чёлку. — Может, погуляем? — Валя очень хотела посмотреть на это чудесное место, где можно просто отдохнуть. — Давай!

***

Лёва нашёл в комнате переноску и попытался загнать туда уже успокоившегося кота. Доверие белой бестии удалось завоевать миской корма и почёсыванием подбородка. Уже собираясь уходить, Хлопов по привычке засунул левую руку в карман. Каково же было его удивление, когда он там что-то нащупал. На своей раскрытой ладони он увидел браслет из толстых красных ниток. Лёва заметил его ещё на запястье у Вали, когда она уснула у него на плече. Это тот же самый или другой?.. Автоматически опустив руку в другой карман, он наткнулся на острые края бумаги.

«Я сделала этот браслет для тебя. Ты мне очень нравишься, и я подумала, что тебе будет приятно получить подарок. У меня тоже такой есть. Если мы друг друга забудем, то потом сможем найтись по этим браслетам».