свари меня заживо

Встречать субботу с головной болью — старо как мир. Чем упивался, помимо желания прикоснуться губами к цветущим ссадинам лохматого, не вспомнил, не расстроившись. Лучше бы забыл, что некие Валерьяны жили на свете. Лайла не могла понять его боли, ограниченная в своём собачьем восприятии мира. У неё — весна, очищенная от снега лужайка и живой хозяин, который чесал пузо, стоило его только подставить, а ещё, что не мало важно, вкусный корм. Не жизнь, а сказка. Вася не удержался и смачно чмокнул внимательную собаку в её чёрный мокрый нос. Повезло ему с ней, она была с ним и в похмелье, и в радости, когда он выезжал с ней далеко за город с целью прогуляться и проветриться. Весёлый нрав спасал даже в дождь, не позволяя отвлекаться на такие мелочи. Не меньшая отрада — машина, за которой он съездил, как только продрал глаза и дождался Лайлу, выпустив по её собачьим делам. Запитый кофе аспирин помог собраться с силами, путь и грозил несварением. Но разве ж это остановит того, кому и так грозило туалетное путешествие после выпитого? Благо, из него всё выходило сразу, не угрожая дальнейшему дню. А там — свобода. Он решил не мотаться лишний раз и сразу с рабочей парковки поехал на мойку, чем стабильно занимался по субботам уже не первый год. Машина больше нравилась ему чистой, что с него взять. Он готов был оплачивать и бесконечно огромный расход, и безумно дорогое обслуживание, пока Лексус добротно рычал, стоило его завести. Маленькие радости взрослого человека. Завтракая в кафешке неподалёку от мойки, он думал лишь о том, как не хотелось разгребать внутреннюю неурядицу с новичком. И чего только гормоны разыгрались? Разве он уже не стар для этой поебени? Давно уже не двадцать и даже не тридцать, так куда оно ему? Прицепилось. Относительно приятной оказалась лишь заново открытая находка в лице узбека. Тот умудрился поутру написать сразу в Телегу, не постеснявшись поделиться фотографией припухшей шеи с по-блядски прикушенным пальцем крупным планом. Звал ещё. Василий Литвинов: не болит? Узбек: Ноет так, что у меня встаёт. Я очень рад, что ты нашёл на меня время, обязательно приезжай снова 💕 Вот ведь бесстыжий. А он — озабоченный, раз его заводит оставлять на людях такие следы. Устало вздыхая, он боролся лишь с желанием попросить Джасура скинуть фотку не менее, как он думал, пострадавших колен. Как назло, внутренние уговоры сработали, только когда он поставил себя перед фактом, что новый образ перекроет уже поселившийся в голове. Коленку Валерьяна он на другие пока что разменивать был не намерен, очевидно, больной на всю голову. Как забрал машину, двинул закупаться в гипермаркет, уже предвкушая, как сам приготовит обед, плавно перетекающий в ужин. Выходной шёл по плану ровно до того момента, пока он не столкнулся с тем, что не обнаружил куриную грудку полюбившейся марки. Та разошлась по акции, о которой он был ни сном, ни духом. Да и не поехал бы среди недели, занятой. Вздыхая, удручённый, он продолжил обходить ровные ряды, хватая и закидывая продукты в тележку по списку из головы. Решил заехать в другой магазин и попытать счастья и там тоже, прежде чем покупать что-либо взамен. Домой вернулся позже обычного, тем не менее, довольный. Незапланированная поездка в другую точку, несмотря на крюк, стоила того. Любимой курице на ближайшей неделе в его рационе быть! Чем не счастье. В доме уже прибрано, благо, работникам клининг услуг, которыми он пользовался, можно было доверять — давно уже сконектились. Лайла к тому же вычесанная, бонусом, и оттого — довольная и без его внимания, так что он теперь мог спокойно заняться готовкой. В конце концов, именно за привычной рутиной проще всего отвлекаться от новшеств, привнёсших разлад. Провозился допоздна, делая заготовки на всю неделю вперёд, а после — завалился на диван, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм с хорошим сюжетом. Желательно с мужчинами в главных ролях, чтобы радовали глаз. Ложиться спать после такого выходного — сплошное удовольствие. Уже и забыл, что утром проснулся с бодуна. В воскресенье этого не повторится, поскольку он не пригубил ни вина, ни виски накануне, и он даже найдёт, кого свайпнуть вправо и порадовать фотками неприкрытого торса, теша нуждающееся эго восторженными комментариями, что он — «папочка мечты». От самого прозвища на трезвую подташнивало, но вложенный смысл приятно согревал — он ещё хоть куда. И не нужны ему никакие лохмы, он и без них найдёт, кому присунуть. Благо, от желающих отбоя в ближайшее время не предвиделось, не зря же он находил время на силовые тренировки четыре раза в неделю. А лохмы могли пройти подальше, ненужные. Он справится и без них.

*

Как бы не так. Пересеклись на перекуре в середине дня, а побитая скула — тут как тут. И надо было Гоше так удачно по ней попасть, будто не кольцом целился, а профессионально наложил грим. Слишком красиво. — О, Василий Юрьевич! Здравствуйте! — объятый дымом. — Ну привет, — вмиг заполняясь приумноженной усталью. — А я вот, со всеми подружился, как Вы и говорили! — бордо вещал лохматый, внимательно на него смотря. — И Гоша мне тогда правда такси оплатил, я даже удивился. — Это хорошо. Считай, квиты, — прокомментировал Вася, закуривая. — Как провели выходные? — спросил вдруг Ян, подобравшись, будто нахохлившийся воробей. — Дома с собакой, — не стал скрывать Василий, не понимая, однако, к чему повернулся этот их разговор. — О, так у вас собака! — восторженно. — Как зовут? — Лайла. — Клёвое имя, — улыбнулся Ян. — А порода? Сколько ей лет? — Золотистый ретривер, уже больше девяти, — спокойно делился Вася на такой очевидный интерес. Должно быть, Яну не было знакомо понятие субординации. Неужто не служил? — Как мило, — мечтательно разулыбался парень шире, будто и не у него на пол лица синяк. — Я бы на неё посмотрел. — Может и свидитесь, — бездумно хмыкнул Вася в ответ, всё-таки щурясь. От мальца исходил такой яркий внутренний свет, что восприятие реальности рядом с ним искажалось до безобразия. — Было бы здорово, — понизив голос, кивнул Ян. «Было бы здорово», — вспоминал потом этот полушёпот у себя в кабинете Василий. А башкой об стену побиться — не? И какого хера его вообще ещё не отпустило? Блядская скула эта ещё, ну что за пытка. А ведь на планёрке он не среагировал... Очевидно, помогла визуализация, которой он занимался всё утро, а как столкнулся с ним без подготовки — так и на тебе. Хоть плачь, хоть падай — одна беда. Зато, получилось написать план, вот уж прелесть. Он даже согласовал его с руководством, получил одобрение и обещание о новых доп. заказах, будто им всё мало. Понедельник — каторга не для слабонервных. Уже не терпелось вернуться домой, чтобы хорошенько устать в гараже, в котором он оборудовал себе небольшой тренажёрный угол. Может, он бы чувствовал себя лучше, если бы всё-таки поехал вчера с Лайлой за город... Думать об этом теперь — бесполезно, но нужно же хоть в чём-то найти отдушину? Особенно когда в кабинет пролазит лохматый чёрт сразу после смены. — Тебе чего? — хмуро встретил его Вася, как раз выключая рабочий компьютер. — Хочу посмотреть на собаку, — непринуждённо оповестил его парень, сверкая улыбкой. Так. Это его типа спрашивали? Или ставили перед фактом? — А меня спросить? — прикрывая глаза руками, вымучил Василий, не веря своим ушам. — А нельзя? «Нет, бля, ебали тебя семеро, нельзя!» — чуть было не крикнул он. Вздохнул. — Даже не знаю, — опуская руку чуть ниже и выглядывая из-за ладони, сказал он вместо этого. — Если у Вас планы, я пойму, — тут же спохватился парнишка. Сник, правда, будто конфету отняли, а самому пять лет. Вот куда ему это? «Чудо ебливое», — повысил пацана Вася про себя. — Хер с тобой, поехали, — хватая пиджак со стула, сказал он. — Ура! Лайла, да? А можно мы заедем за какими-нибудь вкусняшками? Я хочу с ней подружиться! — чуть ли не подпрыгивая, пошёл за ним вновь воспылавший жизнью Ян. — Вот ведь выдумщик, — покачал головой Вася. «Будто у неё их дома нет», — подумал про себя, а сам прикинул, куда лучше заехать. Всё равно у Лайлы не задержится, а пацан, коли хочет, пусть поносится со вкусностями, так уж и быть. На парковке Ян разродился новыми возгласами: — Вау! Это Лексус!? Такой большой! А я ещё думал, чей он!? Круто! А Вася проклинал всё, на чём свет стоит. Собственный восторг от чужих выкриков уже начинал выбешивать не на шутку. Как уселись, так парнишка принялся болтать без умолку, вспоминая всё, что знал про машины, и интересуясь у Васи, что по этому поводу думал он сам. Он лишь отвечал, как придётся, ничего не выводя на колонки. Хватало шумного парня под боком, так неожиданно затесавшегося к нему в компанию. А он ещё и не отказал... Совсем поехал, и речь не далеко не о машине. — А что она любит? — уже в магазине спросил Ян, шуруя вдоль полок большого зоомагазина, в который его привезли. — Да всё, — без заморочек ответил Василий, идя за ним на небольшом расстоянии. Пацан — весь в чёрном и полуспортивном, за исключением безбожно узких джинс, благо, без дырок, — контрастировал с ним, в костюме, странным образом волнуя и без того взбунтовавшиеся мысли. Вот если бы его ещё и раздеть... — Вы как мой телохранитель, — засмеялся вдруг парнишка, оглянувшись на него. — Такой грозный! — Плохо работаю. Ты побит, — нашёлся с ответом Вася, замерев. Неужели они думали об одном и том же? Вспомнилось, что сам он думал не просто о том, как по-разному они были одеты. Он-то хотел Валерьяна без его чёрных шмоток и далеко не в качестве своего подзащитного. Пожалуй, он сейчас был в числе первых, кто мог бы ему навредить. — О! Вот, смотрите! — обнаружив что-то на одной из полок, вернулся к насущному Ян. — Милая кость. Тут даже бантик розовый! — Берём, — кивнул Вася. На бантик не посмотрел, занятый застывшим перед глазами лохматым профилем. А вот Лайла бантик оценила, в отличие от него. Вокруг Яна закрутилась, как пропеллер, давно не встречая никого нового на своей территории. — Ну ладно-ладно, будет тебе, — смеялся парнишка на её попытки запрыгнуть ему на голову. — Нравится кость? Нравится, да? Да ты ж хорошая какая, иди сюда... Вася лишь глядел на них, подпирая спиной входную дверь и не зная, куда деваться. Он что, спит? — А ей не надо на улицу? — быстро привёл его в чувство Ян, оглянувшись. — Надо бы, — кивнул Вася. На улицу они умотали оба, теперь оставляя мужчину подпирать дверь снаружи на крыльце. Ян принялся носиться с Лайлой по лужайке сразу, как она закончила с делами первостепенной важности. А он — закурил, не имея возможности отделаться от ощущения, что происходящее было понарошку. Может, он уснул на работе? Или проспал с утра? Или умер, мать вашу? Дайте ж ответ, а то он не выдерживает! Какого хрена с ним происходит? — А почему у вас тут ничего не растет? — окликнул его Ян, присев на корточки, чтобы обнять забегавшуюся собаку. Вот же неугомонная, немолодая ведь уже. — В смысле? — будто не понял. — Ну, ни деревьев, ни кустов, — пояснил лохматый. — Газона хватает, — коротко ответил Вася. Какое ему вообще дело? — А я тоже в частном доме живу, в другом секторе, правда, — поделился тем временем Ян, освещая опускающиеся сумерки, кажется, ни разу не померкнувшей улыбкой с тех пор, как Вася согласился взять его посмотреть собаку. — С родителями. «Класс», — молча. — А что Вы сейчас будете делать? — нарушая преследующую их тишину. — Готовить. — А с Вами можно? «А можно не надо», — обречённо. Всё равно не скажет этого вслух. — Пойдём, — желая вдарить себе побольнее. Так и отвернулся, планируя утопиться в ванной, в которую отправился, попросив Яна подождать. Вернулся помытый и переодетый, только чтобы застать пацана в гостиной перед телевизором в обнимку с Лайлой. Та и бровью не повела, уже считая Яна за своего. Ещё бы: они почесались, побегали вместе на улице, а ещё — он принёс ей вкусную кость. Новый лучший друг — ей, а Васе — головная боль от перенапряжения. Все против него, когда же он теперь расслабится? — А что будем готовить? — встал было парень. — Да сиди уже, — буркнул Василий, мечтая уединиться вновь. Ванной не хватило. — Я сам. — Как скажете, — лукаво, чертяка. И откуда только такой свалился? На экране мелькали искусно нарисованные мультяшки, будто в ответ. Радовало лишь, что заготовок у него про запас и впрок — на всех хватит. И овощей, и курицы потушил на двоих, а Лайле досыпал немного корма, чтобы она ела его, если проголодается и удумает залить слюнями пол. — Вам идёт и не в костюме, — заставил вздрогнуть малец, подобравшись со спины. Он как раз закончил накрывать на стол. Промолчал, не провоцируя на новые загадочные ответы. Жестом сказал сесть и сел сам, принимаясь есть без аппетита, чего нельзя было сказать о хитрой лохме — тот уплетал за обе щёки, не забывая нахваливать свежеприготовленные яства, наравне с предложенными закусками в виде охлаждённого картофельного салата и квашеной капусты. — Вы просто офигенно готовите, Василий Юрьевич! Ну прямо бог во всём! Выражения пацан явно не выбирал, но его прожорливое эго только урчало, удовлетворённое. «Этот — хитрожопый, а я и рад стараться», — с трудом поверив в происходящее, думал он. «Василий Юрич, Вам бы к специалисту, глядишь, вычистят до блеска захламленное сознание...» Хотя о чём это он. — Надо будет тебя отвезти, — обронил он задумчиво, когда тарелки опустели, а на столе задымился чай. — Я на такси, — ухмыльнулся Ян. — Но спасибо за предложение! И, боже, Ваши овощи! И курица! Спасибо большое, было безумно вкусно! — Да понял я, — хмыкнул Вася. «Угораздило же». Так вляпаться — это надо не просто постараться, должны сойтись планеты и звёзды, не меньше. — И Лайла — чудо, если и заводить собаку, то только такую, — продолжил лепетать пацан с новыми силами, наетый. А он лишь поглядывал на разбитую скулу и думал, как скоро вновь поедет к узбеку. У того теперь намечалась ответственная задача — держать его в руках.