Anax: Дозорщики

По дороге в аэропорт сидела как на иголках, я все ждала звонка от подруги. Как не кстати, мистеру Хадсону приспичило лететь в Париж, еще и Билл глаза мозолит. В том, что он устроил беду на складе, я почему-то не сомневалась. Все эти его отговоры от перевода корпорации в Европу выглядели подозрительно. «Насколько у меня хватит терпения, чтобы не придушить его на месте?» — подумала я. На Ричарда свалилось многое, разваливавшийся Норд-Эйр, журналисты как саранча налетала на него стоило ему появиться в их поле зрения, арест Томаса Блэра. Удивительно, человек будто бы сделан из стали. Он все еще излучал в себе власть, уверенность в своих силах, жесткость во взгляде. «Не знаю, смогла бы столько неприятностей выдержать как Рич? Да и не решила еще, прибить Билла или нет? — размышляла про себя. — Вот тебе и поспорила, попала в самую гущу событий. Но это была бы не я, сидеть спокойно в офисе Хэнка. Еще и Джереми огня дает». Какие-то у меня беспорядочные мысли возникали. Сосредоточилась на приятных воспоминаниях. «Джееереми Парк, беда на мою голову, как ты умудрился вызвать такой отклик в моем сердце?» — украдкой усмехнулась, не привлекая внимания своих попутчиков. Вот правда, жила я себе тихонечко, никого не трогала, сопливые бульварные романы в руках не держала. И тут появился он… Принц, мать его, в кроссовках! Как тут теперь не размышлять банально словно кисейная барышня слезливой любовной новеллы? Все эти его якобы случайные прикосновения, заинтересованный взгляд в мою сторону, смущение — на все это моя душа так отзывалась на него. Не знаю, что там во мне отзывалось, но оно явно поломалось. Отнесу чинить мистеру Парку, пусть исправляет. От ванильных размышлений прервал звонок, я чуть не подскочила, полезла в сумку за смартфоном. Но звонил не мой, а мистера Хадсона. «Да блин, — рассердилась я. — Надо будет мелодию поменять». — Понял. Нет, просто поговорите с ней и отпустите, — отвечал босс невидимому собеседнику. Я вновь переключилась на своего принца в кроссовках. «Как он там говорил? — вспоминала я. — Чтобы наблюдать за зелеными, желтыми, красными огоньками лучше всего лежа на асфальте. Боже, и где он такую чушь взял? А я ведь еще и повелась, полежала на асфальте с ним». И тут невольно покосилась в сторону своего босса. Он разглядывал какую-то фотографию в телефоне. Приглядевшись получше, сдавленно всхлипнула. Еще никогда так не жалела, что надела линзы. Я обалдела от увиденного! На фото были Ричард и Анна. «ОХРЕНЕТЬ!» — у меня не было слов, даже Джереми отошел куда-то на десятый план. Исподтишка посмотрела на Дон-ука, он листал журнал и не обращал на нас внимания, может и замечал, но вида не подавал. Аккуратно не выдавая себя, снова посмотрела на экран. Теперь же Рич решал, удалять фото или нет. «Да, удаляй давай», — мысленно подбивала его на правильное решение. Хадсон вздохнул, потер переносицу и снова вернулся к мукам выбора. «Ну же, удаляй. Иначе закопаю тебя, и не посмотрю, что ты строишь из себя крутого Уокера», — играла роль демоницы на левом плече главы корпорации. Вскоре машина остановилась, мы приехали в аэропорт. И Хадсон сделал выбор в пользу неизвестного мне ангела — сохранил фотографию. «ДА ТВОЮ НАЛЕВО! И направо тоже…», — помрачнела я. В самолете заняв свое место, попыталась выкинуть из головы личную жизнь своего босса, проверенным способом — это сон. Но стоило мне закрыть глаза, так всплывала та самая фотография. «Ричард Хадсон и Анна Дубровская, поверить не могу!» — у меня была стадия отрицания. Прикрыла лицо рукой. Их видимо засняли в каком-то мероприятии, оба нарядные, высокие, красивые. И вот вроде бы казалось, они органично смотрелись друг с другом, их можно было считать парой. Но что-то из этой гармонии выбивалось. Я напрягла память и поняла. Ричард любит Анну. Безответно. На снимке он смотрел на нее не как начальник и даже не как друг, не было этих дурацких влюбленных щенячьих глаз. Он смотрел на нее как на свою спутницу жизни, готовый защитить ее от всех невзгод. Его улыбка предназначалась только ей одной. Я действительно редко видела босса в таком состоянии, чаще просто приподнимал один уголок рта. «Боже, как больно об этом даже размышлять. Кто меня просил голову поворачивать туда, куда не надо? Как теперь это развидеть?» — тихонько хлопала себя по лбу. А Анна… она была естественна на фото. В ней не было коварства, не было наигранности, она не пользовалась чувствами Хадсона. Смотрела куда-то в сторону, ей было плевать на него. «Ну, Анна. Ну, заяц, погоди. Приеду, заставлю тебя стереть с меня этот непрошеный кадр», — это уже во мне говорила стадия гнева. «Как в замочную скважину взглянула, блин, — продолжала корить себя. — Ладно Ричард, но как я буду смотреть в глаза своей подруге?» Мне предстояло лететь с этим девять часов и не знала куда деться от этого. Сон, зараза такой, не шел. Пыталась вызвать в мыслях своего принца в кроссовках — пусто. Сама нарушительница спокойствия не выходила на связь. Еще и Билл этот. «Да вы все сговорились что ли?» — чуть не плакала от досады. В итоге вытащила из сумки книгу и погрузилась в чтение, особо не вчитываясь в сюжет, до конца полета. Когда наконец приземлились в Париже, у меня окончательно было испорчено настроение. До отеля мы добирались в молчании, каждый размышлял о своем. Я старалась не зацикливаться на том, что возможно мистер Хадсон думает о моей подруге. Мне срочно требовалось что-нибудь такое, чтобы выветрило всю эту дурь из моей головы. Не успев зайти в отель, как нам подбежал посыльный. Я остолбенела. «Охренеть!», — округлила глаза, передо мной стоял Джереми Парк собственной персоной. Мой принц, мать его, в кроссовках! Правда в форме посыльного отеля. — Мадемуазель, позволите ваш багаж? — сказал он на чистом французском языке. Я икнула, настолько ошарашена была, что забыла зачем вообще прилетели во Францию. — Мой тоже возьмите, — Ричард протянул ему чемодан. А Билл молча повесил на него свою спортивную сумку и ушел к ресепшену. Настала очередь удивляться Джереми. «И поделом тебе, — злорадствовала я. — Нечего было меня шокировать». Когда помощник Хадсона принес нам смарт-ключи от номеров, мы направились к лифтам. В лифте лжепосыльный лукаво улыбался, еще и взгляд такой с поволокой. Он как демон-искуситель манил меня. «У-у-у, так и хочется тебя чем-нибудь стукнуть», — сердилась я. У номеров оба моих попутчика дали ему чаевые, на что тот не растерялся и повернулся ко мне. — Мадемуазель, надеюсь вам понравилось мое обслуживание, — и протянул руку со смешинкой в глазах. «Каков нахал!» — возмутилась про себя. Вместо чаевых показала ему дулю и захлопнула дверь. Осознав, что чемодан-то не забрала, закатила глаза, открыла дверь. Мистер принц в кроссовках стоял и широко улыбался. Зыркнув на него, схватила чемодан и снова закрылась. «От Алана что ли заразился, тоже наприклеивал себе улыбочки», — досадливо чертыхнулась я. Но несмотря ни на что, была рада его видеть. Он вызывал во мне неведомые чувства, которые были сокрыты в потаенных уголках моей души. С этими приятными мыслями отправилась спать. Следующий день был посвящен деловой беготне, переговорах, бесконечных договорах, все же непросто перевести компанию в Европу. Хадсон хотел пусть и не полностью перевести, а хотя бы ее какую-то часть. И мне некогда было думать о чем-то лишнем. Ближе к вечеру босс меня и Билла отправил отдыхать, а сам остался работать. У входа в отель поджидал нарушитель моего душевного равновесия, без формы посыльного, а в обычном костюме. Уже было хотела пройти мимо с гордо поднятой головой. Он схватил меня за руку и притянул к себе. — Я же говорил, от меня никуда не деться, — щекоча мое ухо, прошептал. Не знаю, что случилось с моим телом, оно невольно тянулось к нему. Я таяла от его прикосновений, от его бархатного голоса. — Ты дрожишь? — отстранился Джереми. Еле оторвавшись от неги, стукнула его по плечу. — За что? — опешил мужчина. — За то, что ворвался в мою жизнь без спроса. Он засмеялся. — Ты против разве? — хитро взглянул на меня и поиграл бровями. Я снова стукнула его. — И вообще, что ты тут делаешь? — То же что и ты, поесть пришел, — серьезно сказал Парк, а у самого в глазах черти пляшут. «Боже, я не могу с его шуток», — едва не закатила глаза. — Ты идешь со мной на свидание, — лукаво улыбнулся принц в кроссовках. — А если откажусь? — с прищуром посмотрела на него. — Закину на плечо и укушу за бочок, — пожал плечами Джер. — Не надо меня никуда закидывать, сама покусаю. А чего, кстати, без цветов? — У меня есть идея получше, — смущаясь, потер шею мужчина. «Принц в кроссовках так мило смущается», — улыбнулась я. — И что же ты задумал, беда на мою голову? — Так вот как меня называешь, — захохотал Джереми. — Нет, Дарья, это сюрприз. — Сюрприз с подвохом? — Нет, — и неожиданно для меня он слегка щелкнул по моему носу. — Тебе понравится. «И что мне с ним таким делать? Невозможно оставаться серьезной», — вздохнула я. — Ладно, пр… — чуть не проговорилась. — Парк, мистер Парк. Подождешь пока я переоденусь? — Буду ждать сколько угодно, — провел пальцами по моему подбородку. Чтобы окончательно не растаять, я поспешно развернулась и поспешила в номер. Чудом откопав на дне чемодана красивое платье, не помню как и зачем туда его положила. Но понимаю, что на улице отнюдь не лето, закинула обратно платье, вытащила джинсы и красивый свитер. Переодевшись в выбранную одежду, по привычке накинув сумку через плечо, вышла из номера. Идя к выходу, заметила спину Билла Дон-ука, он шел в сторону бара, который находился в самом же отеле. Впервые растерялась, с одной стороны Джереми, с другой Билл. Победило любопытство, решила если Дон-ук просто выпить пошел, то просто уйду. Незаметно подкрадываясь, старалась не терять из виду парня. Увидела, что он подошел к мужчине, который был похож на него, но только постарше. «Отец что ли? Блин, хочу разговор подслушать, — начала озираться по сторонам. — Ой, пальмочки родимые!» Я тихонечко бросилась к раскидистому растению, даже на корточки не пришлось садиться. Мой рост позволял спрятаться за пышными пальмами. И успела как раз к сути разговора. — Отец, отговорить от перевода компании не смог. Но зато получил кое-что. — Это уже интересно, сын. — Ричард Хадсон дал мне под полное руководство Блэр Констракшн. — О, это самая лучшая новость! Что ж за победу! Послышался звон стекла, похоже они чокнулись бокалами. И общение у них потекло в другом русле. «Ой, мамочки, — прижала ладошки к щечкам. — Зря, Рич, зря!» Пока меня никто не заметил, рванула на всей скорости к ожидавшему меня Джереми. И не думала тормозить, с разбегу запрыгнула к нему в объятия. Мы, хохоча, чуть не свалились вместе. — Ну что, за сюрпризом? — сказала я. — За сюрпризом, — снова покружил меня Парк. Мы сели в машину, а в середине пути он завязал глаза. Это томительное ожидание, будоражащее предвкушение, и вскоре я была вознаграждена. Перед моими глазами предстала внушительных размеров шикарная яхта. — Ого! — не могла устоять от восторга, — Вот это сюрприз. — Нравится? — Очень! Стоило нам подняться на палубу, как заиграла музыка. «Похоже это саксофон и мелодия знакома, — удивилась я. — Кажись это из фильма «Приведение». И ужин при свечах, как мило». Джереми усадил меня за столик, накинул на меня плед. — Холодно, а я не хочу, чтобы ты простыла. Это было так умилительно. Когда к нам вышел музыкант с саксофоном, что окончательно добило меня, в хорошем смысле. Я была в полном восторге от сюрприза, ну и конечно же от своего принца в кроссовках. Напрочь отмела свои сомнения, метания, и чинить в душе ничего не надо. Мне нравилось такое состояние, воздушное, уютное, сладко кружившее голову. Вскоре мы стояли у носа яхты и наблюдали за луной. Я пальцами изобразила человечка, идущего по лунной дорожке. — А ты знал, говорят, когда купаешься в этой лунной дорожке, то желание исполняет. — Не знал, — тихо сказал Джер. Он развернул меня к себе, взял за подбородок, провел большим пальцем по моим губам. — Можно? — Да, — догадываясь, что он сейчас поцелует. Джереми наклонился, сначала с осторожностью поцеловал уголок рта, следя за моей реакцией. Не встретив сопротивления, нежно прикоснулся к губам. Мои последние зачатки циника и так судорожно корчились от агонии, но стоило мужчине углубить поцелуй, безжалостно были уничтожены. Я полностью растворилась в этой романтической неге. Волшебство длилось недолго, нас прервал настойчивый звонок телефона. «Прибью того, кто посмел разрушить эти чары», — сплюнула от досады. — Эл, что случилось? «Ага, это Алан, уже легче. Голову так и не оторвала, вот повод появился», — мысленно злорадствовала и протирала руки. — Ты пьян? Да не вешай мне лапшу на уши, — сурово отрезал мужчина. — Где находишься? В своем баре? Скоро буду. От этой суровости я сама поежилась. Отключившись от Алана, стал набирать другой номер. — Фил, мать твою, не наливай больше ему. Заприте его в служебном помещении без окон, пусть проспится. И дождитесь меня! «Ой-ой, кто-то звездюлей получит», — реально начала переживать за судьбу агента ЦРУ. — Прости, — взял в ладони мое лицо. — Мне нужно в Нью-Йорк. Справишься тут без меня? — Не справлюсь. Я отправлюсь с тобой. — Дарья… — но остановила его, положив палец на губы. — Я е-д-у с тобой, — по слогам выделила слово, — Да и мне все равно тоже нужно с нашим мистером Смитом поговорить. Еще подруга пропала. Грустно опустила голову. Джер взял за подбородок, посмотрела в его глаза. Они при лунном свете особенные, в них отражалась я. — А как же вещи? — Придется Ричарду Хадсону немного подработать посыльным, — хихикнула я. — Хорошо, летим вместе, — и пошел сообщать капитану об изменении маршрута. «Ес», — обрадовавшись мысленно. Это были долгие и нудные восемь часов полета из Парижа в Нью-Йорк. Еще час по пробкам добирались до бара Алана. Когда мы зашли в заведение, Смит сидел уже трезвым и собранным в компании кружки кофе. — А я ждал тебя одного, — его ухмылка вышла кривоватой. Меня даже удивило, что он не пустил колкость в мою сторону. Пригляделась к нему: лицо осунулось, под глазами пролегли тени, от прежнего саркастичного и дурашливого Алана Смита ничего не осталось. Значит точно что-то серьезное случилось. Мужчины ушли переговариваться в другое помещение. Мне это хоть не понравилось, но благоразумно села за столик ждать, официант принес кофе. Вновь подумала о подруге, меня одолевали противоречивые чувства. Понимала, что она непросто так пропала, а вдруг что-то случилось. И ведь ничего не могла поделать, пока не поговорю с Аланом. Я посмотрела в окно, с самого нашего приземления, ливень хлестал не переставая, погода клонила в сон. «Снова будет неделю лить», — расстроено потерла переносицу. Вдруг в размеренной тишине раздался звонок моего телефона, от чего я чуть не пролила кофе. Трясущими руками ответила, в трубке раздался до боли знакомый голос. — Дарья… — Анна! Ты куда пропала? — и прижала телефон к груди. — Джереми, Алан, скорее сюда! Дубровская нашлась! — Анна, с тобой все хорошо? Ты сейчас где? — вновь приложила к уху телефон. В этот момент мужчины вбежали. Всклокоченный Смит выглядел встревоженно, но решила не обращать на это внимания. — Дарья, — всхлипнула она. — Ты плачешь? Только скажи, где ты, мы приедем, — не на шутку перепугалась я. — Там Ал… — с трудом выговаривала девушка, — Алан? — Да, он тут, — повернулась к нему, а у него еще шире раскрылись глаза. Он чего-то испугался. — Дарья, скажи мне адрес, — вновь услышала всхлип. — Я… я сама приду. — Нет, мы сами можем… — Пожалуйста! — с отчаянием в голосе перебила меня Анна. Я назвала адрес бара и не успев вытянуть из нее еще информацию, подруга отключилась. Агент мешком рухнул на стул и спрятал лицо руками. Мы с Джереми тоже сели напротив него. Хотела у него спросить, что случилось, мой мужчина накрыл своей рукой мою и покачал головой. Мол, не стоит. В другой бы ситуации не послушала и стала пытать вопросами, но в этой, где прямо в воздухе повис дамоклов меч, решила послушать его. За полчаса, Смит так и не сменил позу, я же нервно расхаживала взад-вперед и искусала губы. Один Джереми сохранял спокойствие. Двери в бар открылись, я с Джером синхронно посмотрели на вошедшую девушку, кинулись к ней, но ее взгляд остановил нас. Алан подскочил и сделал неловкий шаг навстречу, словно боялся к ней приблизиться. Вся мокрая, дрожа как осиновый лист, Анна смотрела только на него. — Алан Клинтон Смит. Это был тихий крик души.