Spotted!

      Арс не знает, как комментировать то, что происходит. Песня Канье разлетается по всем радиостанциям, набирает популярность в интернете, и все вокруг кричат: «Я сделал этого педика популярным! О, да! Канье сделал его популярным». Дима советует не лезть на рожон, просто помолчать некоторое время, дождаться, пока всё поутихнет. Арс бесится, но соглашается. Ему не стоит вестись на провокацию, хоть и хочется больше всего.       — Арсений, — Дима почти поселился на его кухне.       Попов вернулся в дом в Нью-Йорке, хоть это и непривычно. Он сменил спальню. Переделал ту, в которой они спали с Кристианом под гостевую, а сам теперь ночует в другой. Это непривычно, но так лучше. Так проще притворяться, что ничего не было.       — Да, Дим, я слушаю, — мужчина рассеяно кивает.       — Нам нужно продумать новый образ. Я не хочу это признавать, но… Каминг-аут ударил по имиджу. И тот факт, что ты вроде как встречался с кем-то, потом расстался, тоже не играет на руку. Как и то, что ты использовал девушек как прикрытие, — Позов выглядит уставшим. — Я привык к тому, что они пишут всякое дерьмо. Но такое чувство, будто все с цепи сорвались. Ещё и Канье не сидится.       — Думаешь, он знал?       — Я думаю, что изначально он хотел что-то подобное выпустить, а каминг-аут просто подвернулся удачно. Это просто инфоповод. Он пытается привлечь к себе внимание, упоминая тебя. Я уверен, что лучшее, что мы можем сделать сейчас — не давать ему то внимание, которое он хочет. Но… Нам нужно накинуть тебе пару баллов.       — Какие идеи? — Попов стучит пальцами по столешнице. В голове играет замысловатая мелодия.       — Нужен парень. Кто-то надёжный в лице публики, с серьёзными намерениями. Я понимаю, что, возможно, тебе не до этого. Но всё же это бы помогло. Возможно, несколько фотосессий, интервью, чтобы больше рассказать о себе. Может… мы могли бы уговорить кого-то из твоих бывших сказать, что они были с тобой в отношениях? Может, Мэтт?       — Нет, Мэтта я в это тянуть не хочу. Это грязь, которая польётся на него, на его мужа и их детей. Они стараются быть вне этого. Бен и Гарри не вариант. Бен в шкафу и не собирается из него выходить. Гарри… Ну ты сам понимаешь. Это вызовет скандал таких масштабов, что мы не разгребём всё это, даже если он будет не против. Шайен… Может сработать, но он вероятно до сих пор злится.       — Я свяжусь с ним и Шоном.       — Хорошо, мне надо… Отойти и сделать пару звонков. У меня назойливая идея. Будешь уходить — не оставляй еду на столе.       Попов подрывается с места, натягивает кеды и останавливается у зеркала в холле. «Дим, там есть кто-то у входа?» — кричит он. Позов кричит в ответ, что минимум двое папарацци пасутся неподалёку. Арс вздыхает и идёт в гардеробную. Мужчина скидывает свою чёрную майку, на которой осталась пара пятен от зубной пасты и спортивные брюки.       Арс любит красивые вещи, любит наряжаться, но такие моменты его самую малость напрягают. Он находит светло-голубую рубашку и песочные брюки. Слегка увлажняет волосы так, чтобы казалось словно он только вышел из душа. Находит солнечные очки, удобную сумку, спотыкается о Тимофея. Этот кот явно против того, чтобы Арс куда-то ехал.       — Я звал тебя, но ты ушёл, — с сожалением говорит Попов. — Теперь моя очередь уходить.       Арс гладит кота за ухом и ловит осуждающий взгляд Дианы, которая устроилась на кровати. Попов закатывает глаза. А говорят, коты ничего не чувствуют. Он подходит к кошке и гладит и её. Та благодарно мурлычет и переворачивается на спину.       — У меня нет времени играть, я очень спешу. Поз, пусть подадут машину, я выхожу! — Он знает, как Дима ненавидит всё это.       Позов не нанимался ассистентом. Он нанимался публицистом. Но Арс пускает его к себе домой и кормит, поэтому приходится выполнять мелкие поручения периодически. Арс же думает о том, что выход из дома для него превращается в настоящий ритуал. Вероятно, это не самая здоровая часть его жизни. Ведь сотни людей в интернете увидят эти фото. И все они что-то скажут о том, как он вышел из дома, улыбался ли он? Во что был одет? Он выглядел уставшим или, наоборот, воодушевлённым?       — Найджел, как думаешь, как мне себя вести сегодня? Пройти мимо, будто мы их не видим, или же сделать что-нибудь безумное? — спрашивает парень.       Найджел немногословен. Он просто пожимает плечами. Попов решает, что с папарацци хватит того, что он не выдаст им судебный запрет на приближение. Поэтому он быстро выходит из дома и скрывается в машине. В его голове продолжает крутиться мелодия, которую ему отправил Джек пару дней назад.       — Джек? Ты на студии? — первое, что спрашивает Арс, когда продюсер снимает трубку.       — Да, конечно.       — Я скоро приеду, у меня идея.       Джек не возражает, он знает, что работать с Арсом — то ещё приключение. Попов, как ураган, проносится по всем наработкам и генерирует тысячу идей в минуту. Остаётся только надеяться на то, что ты успеешь за ним. Так и сейчас, Арс приезжает на студию со словами: «Я дописал это в машине по дороге сюда». Антонофф пытается понять, о чём мужчина вообще говорит.       — Это идея на тот трек, что ты мне скинул пару дней назад.       — Ты же сказал, что не будешь писать альбом ближайшее время, — улыбается Джек. — И что у тебя кризис, надо подумать.       — Да, да… Я подумал. В общем! Пока что я думаю над названием «Wonderland». У тебя есть где-то рядом этот минус? Или мне включить? Он у меня сохранён! — Попов пытается уместить свои ноги в небольшом кресле. — Чёрт, тебе определённо нужен диван здесь. Мне неудобно!       Продюсер только закатил глаза и принялся запускать компьютер, на котором занимался мастерингом и сведением. Попов едва не подпрыгивал от нетерпения, бесконечно тыкал что-то в своём телефоне и напевал. Арс действительно отменил даже летние сессии, потому что решил отдохнуть. Он пришёл к Скотту с ультиматумом. Заявил, что берёт перерыв до следующего года. Чтобы собраться и выдать что-то не хуже, чем «1989». Глава лейбла пожал плечами и согласился. Они с Поповым общались всё меньше и меньше. Арс предпочитал направлять кого-то из «своих», чтобы они передавали новости. Или пользоваться электронной почтой.       Правда была в том, что Арсений устал. «1989» — альбом, которым он гордится, но то количество работы, что было проделано за два года, выбило его из колеи. Он не знает, почему решился всё же приехать на студию.       — Так, рассказывай, — Джек занимает место за пультом.       — В общем, я подумал. Это может стать идеальной точкой в эре. Это будет аллюзия на то, что происходило в моей личной жизни, и в публичной. Я хочу, чтобы это звучало громко, торжественно, но в то же время с небольшой долей неуверенности, грусти. Это, знаешь, как та грусть, которую ты пытаешься заглушить огромной вечеринкой, но в конце она всё ещё здесь.       Джек кивает, параллельно делая заметки, потому что иначе ему просто не запомнить всё, что говорит этот мужчина, но он быстро заряжается от Арса. Энтузиазм Арсения заразителен. Поэтому с ним так здорово работать. Да, иногда они спорят из-за решений в песнях: где стоит добавить больше эмоций, или как пропеть ту или иную строчку, где нужен бэк-вокал, где нет. Но в этот раз всё идёт гладко. Они впадают в какой-то рабочий симбиоз.       — Мне нравится эта метафора. О том, что всё, что происходило в этой эре — это страна чудес. После четырёх преимущественно кантри-альбомов я нырнул в кроличью нору поп-музыки. А то, что происходило после релиза просто безумие. Внимание ко мне повысилось в сотни раз. Это чувствовалось, как сбывшаяся мечта, которая превратилась в ночной кошмар к концу.       — Слышал, Канье снова пытается развести тебя на скандал? Как ты?       — Держусь, — Попов закатывает глаза и подносит два пальца ко рту. — Мы готовы к записи вокала?       — Ага, — Джек регулирует стойку с микрофоном под Арса.       Попов надевает наушники и погружается в процесс. Он знает, что это только первый тестовый дубль, а значит, он налажает, что-то пойдёт не так, но это точно будет весело. Ему до невозможного нравится аранжировка, которую сделал Антонофф в этот раз. Попов аккуратно подходит к микрофону, словно тот укусит. Делает пару разогревающих упражнений. Кивает продюсеру и начинает петь:       «Огни мерцают, и мы       Свернули не туда и       Провалились в кроличью нору».       Джек показывает, что всё хорошо. Всё круто. Арс немного успокаивается. Прошло много времени с тех пор, как он стоял перед микрофоном и пытался что-то записать. Но это чувство такое приятное. Словно он возвращается домой. Ему нравятся студии звукозаписи. Это словно капсулы, за пределами которых ничего не существует. Здесь только он, музыка и процесс.              «Ты прижимал меня ближе к себе       Ведь всё было не тем, чем казалось       Я начал терять контроль»              Попов переносится в самое начало работы над альбомом, когда он боялся совершенно всего. Вдруг не понравится новое направление? Вдруг не получится воплотить все идеи? Не слишком ли это амбициозно? Он радуется тому, что риск оправдался. Думает о том, что музыка и запись стали для него своего рода терапией, которая помогает понимать эту жизнь чуть-чуть лучше.              «Разве нас не предупреждали не спешить?       Разве твои глаза не загорались при виде меня?       Разве ты не слышал, что происходит с любопытными умами?              Разве всё это не выглядело новым и захватывающим?       Я чувствовал, как твои руки обвиваются вокруг меня       Мне стоило держать ухо востро, даже когда сплю»              В голове возникает образ Кристиана. Ведь он был рядом, когда всё на самом деле началось. Его неприкрытое восхищение всегда радовало Арса и немного тешило его эго. Хендерсона удивляло абсолютно всё. Эта непосредственность и какая-то абсурдная уверенность в том, что они смогут выстоять против всего, — наверное, это то, что подкупило Попова.              «Мы нашли Страну чудес       Ты и я потерялись в ней       Мы притворялись, что это навечно       Мы нашли Страну чудес       Ты и я потерялись в ней       Это было лучшее и худшее время в жизни       Одновременно»              Запись затянулась едва ли не до следующего утра. Арс едва живой выбрался из студии Джека. Он забыл, насколько изнуряющим может быть этот процесс. Но он горд тем, что у них получилось. Антонофф обещал до конца недели завершить мастеринг и отправить готовую версию Попову. Арс подумал, что это будет отличным подарком фанатам, а для него красивой точкой.       Изначально они планировали, что «1989» плавно перейдёт в новую эру, но этого не произошло. Поэтому не хочется оставлять какие-то недосказанности. Ожидаемо, когда Попов возвращается домой, Димы и след простыл. Коты накормлены и лениво бьют друг друга лапами. Арс смеётся. Тимофей, старший кот, — последний подарок от бабушки. Ему было шестнадцать, когда она подарила ему котёнка. Сказала, что он точная копия такого, какой был у неё в детстве, поэтому она назвала его Тимофеем. Арс удивлённо принял подарок, с тех пор кот от него ни на шаг не отходил надолго. Арсений привык путешествовать вместе с ним, куда бы ни отправлялся. Кот тяжело переносит постоянные отъезды хозяина.       Поначалу Арс называл его Тимом, но со временем понял, что никакой он не Тим. Исключительно Тимофей. Диана появилась около двух лет назад. Арс подумал, что это поможет Тимофею чувствовать себя менее одиноким. Это была так себе затея. Своенравный Тимофей начал ревновать. Поначалу их пришлось держать в разных комнатах, но Ди чуть окрепла, подросла и научилась давать отпор наглому коту. Со временем они стали не то чтобы друзьями, но научились друг с другом сосуществовать.       Арсений хмуро оглядывает квартиру. Пусто. Охрана редко поднимается туда, где он живёт. Тем более сейчас большая часть в отпуске после тура. Попову хочется дать всем отдохнуть. Он бы отпустил и охрану дома, но после того, как неадекватные фанаты пытались проникнуть в его дом в Калифорнии, он самую малость параноит. Поэтому он не остаётся без охраны в доме в одиночку. Но и болтать от скуки с консьержами ему кажется жалким. Он листает контакты и доходит до Кельвина Харриса, с которым работал во время записи альбома, но у них ничего не получилось. Треки не вошли в финальную версию альбома.       — Привет, — улыбается Арс. Кельвин ему кажется слишком коммерческим продюсером. Он составляет свои песни исключительно по формуле, которая принесёт большую прибыль. Может, это и не плохо, но Арсу кажется, что результат слишком… плоский. — Знаю, что обычно так не делают. И планируют всё заранее.       — Что такое, Арс? — как всегда сразу к делу.       — Не нужен ли тебе гость на Коачелле? Буквально на один трек, — пожимает плечами певец, понимая, что собеседник его не видит.       — Не знаю, Арс, — Харрис решает набить себе цену. Попов понимает, что у диджея нет выбора. Ведь Арс приглашал его на сцену в своём туре, отказать в ответной услуге будет некрасиво. — Мы договорились с Рианной. Но я тут думаю… Помнишь трек, который мы записывали?       — Который из?       — «This Is What You Came For», — Арс вспоминает этот трек. Он ему понравился, но не понравился Скотту. — Отдашь его мне? Конечно же, авторские отчисления тебе будут приходить. Перепишем под Рианну?       — Звучит неплохо. Все будут в выигрыше. Ты заполучишь сразу две суперзвезды на шоу. Плюс премьера.       — А ты что получишь? — Харрис справедливо интересуется.       Арс хмурится. Он исполнит трек вживую, удивит всех очередной раз. Это не должно быть большой проблемой, потому что премьера состоится до фестиваля. Создаст очередной инфоповод, который отвлечёт всех от его личной жизни и трека Канье. Он покажет, что ему плевать на слова этого… человека.       Попов созванивается с Димой, обсуждает детали появления на фестивале. Говорит, что отказался от гонорара за выступление, на что Позов закатывает глаза. Арс уверен, что закатывает. На самом деле он не хочет давать Скотту больше денег, чем даёт и так. По их контракту, лейбл также получает часть гонорара за каждое его выступление. Арс проклинает себя за этот контракт каждый божий день.       Позов спрашивает Арса о том, как его дела и не надумал ли он захомутать кого-нибудь в свои крепкие объятия. Попов вздыхает. Ему одиноко, но настолько ли, чтобы влезать в новые отношения? Мужчина пытается прислушаться к себе, но внутри исключительно тишина. Попов говорит, что это может подождать до фестиваля.       — Я соберу свою команду, поеду проводить время с друзьями, позову Райана, Блейк, ещё кого-нибудь. Может, я встречу кого-нибудь во время фестиваля, как думаешь? — Арс ходит из стороны в сторону.       — Арс. Не мельтеши. Это не необходимо. Я просто спросил. Когда ты хочешь сделать релиз трека? Нам нужно решить с обложкой и продвижением.       — Возьмём один из полароидов, которые остались неопубликованными. Продвижение минимальное. Релиз пятнадцатого апреля, а семнадцатого я выйду на сцену с Кельвином Харрисом и Рианной. Думаю, будет здорово.       Они с Димой продолжают обсуждать прочие вопросы. Позов снова жалуется, что он выполняет обязанности за троих, на что Попов справедливо замечает, что и платит он ему за троих. На это Диме ответить нечего. Он связывается со своими менеджерами, те пойдут согласовывать все нюансы с менеджерами Кельвина. А сам парень падает в кровать и засыпает. Всё же мимолётный сон на студии — это не дело.       ***       Харрис официально соглашается на участие Попова на Коачелле. Арс распевается, репетирует. Его команда бэк-вокалистов в восторге от нового трека. Они разучивают новые партии, болтают о том о сём.       — Так что с новым альбомом? Что дальше? — спрашивает Ник, один из бэк-вокалистов.       — Пока всё остаётся как раньше, — Арс вздыхает. — Контракт до конца 2018 года. За это время нужно выпустить альбом и отыграть тур. Я знаю, что ваш контракт почти закончился, но… Я до сих пор ищу способ перезаключить его, не втягивая вас в издержки лейбла. И я устал ругаться со Скоттом из-за оплаты.       Попов смотрит на команду бэк-вокалистов. Большинство с ним с первого альбома. Они ездили с ним в несколько туров, они всегда за его спиной на выступлениях. Те, кто всегда поддержит на сцене и прикроет его слабые места. Ему не хочется терять свою команду, но условия, которые им ставит лейбл, ещё хуже, чем то, что имеет он.       Арс долгое время не вникал в такие тонкости своей работы. Примерно до прошлого тура. Танцоры, бэк-вокал, музыканты — все эти вопросы решали их менеджеры и команда лейбла. Зачастую менеджеров у них не было, они просто пытались заработать и соглашались на любые условия. Музыканты со скандалами отвоёвывали свои гонорары, а вот танцоры и вокалисты…       Арсу пришлось самому включаться в этот процесс перед «1989», потому что ему было не плевать на тех, кто находится рядом с ним на сцене. И отдаёт столько же энергии, сколько и он, чтобы каждое шоу было на уровне. И в то же время они получают копейки в сравнении с теми, кто максимум подписывает бумажки. Он подключил Волю для того, чтобы тот помог музыкантам и всем остальным составить что-то вроде райдера, который должен выполнять лейбл. Это больше было похоже на список требований, которые они просили включить в свои контракты.       — Арс, всё хорошо. Мы с тобой, — Джереми, глава «Медведей», улыбнулся и обнял его. — Составим в этот ещё более жесткие требования. После такого успеха, Борчетта всем нам должен.       — Он, кстати, выплатил премию? — Арса немного колет совесть за то, что он не узнал об этом заранее.       — Да, Паша и Дима весь мозг ему выели. У нас же команда мечты, — улыбается мужчина.       Джереми всегда относился к Арсу с позиции старшего брата, которого у Арсения никогда не было. С ним всегда было комфортно, можно было болтать часами напролёт. Причём совершенно обо всём, не переживая о том, что это выйдет куда-то за пределы их личных разговоров.       — Джер, — Арс смущается. — Мне нужен толковый препод по вокалу. Я пересмотрел тур. И выступление на «Грэмми». Это просто отвратительно.       — Давай признаем, что в туре ты был не в лучше физической и моральной форме. Ты загнал себя до невозможности, съёмка проходила под конец тура уже. Не удивительно, что местами звучало не так чисто и уверенно, как хотелось бы.       — Ты пытаешься меня утешить. Местами — это если пару раз лажанул, тут половина песен звучала хреново. Мне пришлось перезаписывать «лайв» пары песен в студии для фильма. Там никакая обработка не помогала. Я знаю, что я не лучший вокалист на свете, даже не претендую. Но я хочу выжать максимум из своего голоса, знать сильные места, знать слабые.       — Я поищу кого-нибудь толкового, — кивает мужчина. — Дам знать.       — Спасибо. Мне нужен кто-то, кто спокойно сможет указать на ошибки и не будет бояться обидеть меня в случае чего.       — Разумеется, — вокалист кивает и уходит из зала, в котором они репетировали.       Попов остаётся один. Сегодня репетировали без музыкантов. Выступать скорее всего придётся вообще без них. Попов включает минусовку, которую ему отправил Кельвин. Он обещал записать демо пару дней назад, но никак не продвинется. Хотя у него уже есть текст. Арс запускает запись на телефоне и начинает петь.       — Милый, это то, ради чего ты пришёл, — Арс пытается звучать чуть выше, чем привык, но это даётся ему с трудом. — Каждое её движение вызывает удар молнии. И все смотрят на неё, а она смотрит на тебя.       Через пару неудачных дублей и удалённых черновиков Арс всё же отправляет финальный результат, отправляется пообедать. Думает о том, стоит ли пропустить вечернюю тренировку в зале. Ведь он только вышел с репетиции, которая вполне сравнима с парой часов в зале. Попов решает остановиться в ресторане в Гринвич Виллидж, чтобы пообедать. Ему нравится этот небольшой ресторанчик, где подают блюда с трюфелями. Не всем они нравятся, но Арс в один момент просто влюбился в этот деликатес.       Парень делает заказ и располагается на террасе. Людей не так много для обеденного времени. Кто-то из дальнего столика пытается незаметно сфотографировать его, когда перед ним появляется мужчина. Широкие плечи, майка обтягивает рельефные мышцы, кепка и очки не совсем дают понять, кто это.       — Могу ли я подсесть? — голос звучит приятно. С акцентом. Британец.       — Можете, — Арс отдаёт должное незнакомцу. Он бы ни за что не подсел к кому-то незнакомому за столик. А если он узнал Арса, то он вдвойне смелый. Либо более знаменитый, чем он.       — Спасибо, просто подумал, что могу прикрывать вас своей спиной, теперь вы защищены со всех сторон. И никто из посетителей не сможет украдкой сделать неудачные снимки того, как вы едите.       — Это мило, — улыбается Арсений. — Кажется, вы знаете, что такое повышенное внимание.       Мужчина улыбается и снимает кепку с очками. Арс оглядывается, он действительно с одной стороны прикрыт цветком, с другой — Люком Эвансом. Неожиданная встреча. Попов оглядывает мужчину чуть внимательнее, а тот позволяет ему это. Выпрямляет спину и слегка поворачивает голову в сторону, демонстрируя профиль. Будто красуясь.       — Сам Бард Лучник пришёл, чтобы защитить мою честь, — улыбается Арс. — Или же граф Дракула пожаловал за мой стол, чтобы отобрать моё сердце и душу?       Актёр заливисто смеётся. Арсений подхватывает его смех и почему-то не может остановиться.       — К сожалению, сегодня просто Люк, незадачливый актёр, который не может запомнить свой текст из-за того, что думает о придурке, который его бросил, — разводит руками мужчина.       — Тогда мы можем открыть клуб.       Приносят их блюда, которые оказываются идентичными. Что веселит мужчин в очередной раз. Арс узнаёт, что Люк сейчас работает над новым фильмом и пытается сблизиться с героем. Но пока выходит слабо. Попов рассказывает актёру, что не может заняться новым альбомом. Где-то между блюдами они сходятся на том, что они оба действительно неудачники.       — Очень смело с твоей стороны сесть ко мне за столик, — смеётся Попов. — Я видел минимум трёх папарацци, через пару часов выйдут первые статьи. «Арсений Попов и его новый парень замечены в ресторане в Гринвич Виллидж». Или… «Очередной жертвой певца русского происхождения стал британец. Что мы знаем к этому часу?» И тонна наших фото с разных ракурсов. Возможно, они подкупят пару посетителей, которые расскажут, что мы вели себя как парочка, флиртовали и ушли вместе.       — Как очаровательно. Тогда я уйду раньше, а ты через пару минут, — Эванс не выглядит напуганным. — Может, они напишут, что Люк Эванс бросил своего парня ради молодого и талантливого любовника?       — Скорее, что я увёл тебя у бедного несчастного парня.       — Хочешь повеселить их? — в глазах актёра загорается искра. — Дай руку.       Попов немного теряется, а потом думает, что всё это так глупо. Но забавно, поэтому протягивает свою руку. Рука Люка тёплая. Эванс поправляет кольцо, чтобы оно было видно в кадре, поправляет браслет Арса. Попов слышит звук камеры, который его неимоверно бесит последнее время. Люк показывает ему фото, получает одобрение и открывает инстаграм.       — Итак, что бы такое написать…       — Не пиши ничего, просто отметь меня, и они сойдут с ума от неизвестности.       Люк пожимает плечами и отправляет пост. Телефон Арса звенит от уведомления. Он открывает инстаграм. Актёр отметил его и оставил в подписи смайлики сердечка и грибов. Попов выгибает бровь.       — Сердечко?       — Я обожаю трюфели, — улыбается Эванс. И в доказательство берет вилку и с удовольствием съедает порцию. Попов подлавливает момент и фотографирует мужчину.       «Ты обожаешь трюфели, не так ли, @.lukeevans?» — этот пост появляется в «Твиттере» минутой позже.       — Мой публицист меня убьёт, — вздыхает Арсений.       — Мой меня тоже, может, сбежим? Могу предоставить убежище в Англии.       — Парни из Англии приносят мне только проблемы.       — Кто-то должен разорвать этот порочный круг, не так ли?       — Флиртуешь?       — Возможно. Мне нужно ехать, но я был бы не против встретиться. Может быть, на свидание?       — Может быть?       — Если согласишься, то я сделаю более формальное приглашение. И отведу на свидание по всем правилам, — предложил актёр.       — Я уезжаю на Коачеллу. Мы могли бы встретиться там, немного поболтать и познакомиться, провести время вместе, а там… Может, и подумали бы о формальном свидании. Я буду на связи.       Люк улыбается и обещает подумать насчёт фестиваля. Они обмениваются номерами, Эванс оплачивает их обед, не терпя возражений, и уходит. Арс остаётся один. Больше никто не защищает его от любопытствующих взглядов. И вся лёгкость будто растворяется с уходом его неожиданного знакомого. Люди вокруг косятся, что Попова не сильно вдохновляет. Он пишет сообщение водителю, чтобы тот заехал за ним, и уходит.       Spotted: Страсти не утихают. Новый день — новый любовник? Арс продолжает показывать нам, что не всё, что он делал и говорил, было ложью. Образ плейбоя надолго закрепится в наших головах. И Арс не спешит нас разубеждать. Не так давно мы писали о стремительно развивающихся отношениях Арсения Попова и его танцора. Также быстро эти отношения закончились. И сейчас любимца миллионов видят в компании британского актёра. Люк Эванс и Арсений были замечены в одном из ресторанов. По сообщениям свидетелей, пара много смеялась и обсуждала планы на будущее. Стоит отметить, что недавно Люк также расстался со своим партнёром. Совпадение, или же актёр сменил модель на более молодой и перспективный вариант?       — Мерзость, — Арс читает заголовки, сидя в отеле. — Сменил модель на более молодой и перспективный вариант. Ты должен мне ужин.       — С удовольствием. Но я считаю, что это ничья. Они прошлись по нам обоим, — голос Эванса звучит в трубке. — Я постараюсь приехать в воскресенье утром. Уверен, что успею к твоему выходу. Мне неловко, что всё так.       — Забей, Люк, я… Просто относись к этому проще. Я пригласил тебя провести время вместе, просто потанцевать и напиться дешёвыми коктейлями в толпе. Я не зову тебя под венец, мне просто немного скучно. Дима взял пару недель отпуска, его подменяет Ник, а он скучный. Блейк и Райан не смогли приехать. Других я не сильно хочу видеть…       — Разве они не твои друзья?       — Что-то вроде приятелей. Да, мы тусуемся время от времени. Но это не совсем то. Это полезно… для имиджа. Поэтому я был бы рад, если бы ты скрасил мою скуку.       — И как после такого я могу не приехать? Извини, мне пора, я постараюсь приехать как можно раньше.       Арс откидывается на кресло в холле. Он забронировал себе люксовый номер, который, оказывается, забронировал кто-то ещё. Бронь наложилась на бронь. Тот мужчина приехал первым. Руководство пытается разобраться в этом, найти альтернативы. Но терпение Арса не резиновое.       Антон и Серёжа ввалились в фойе с сумками. Им сказали, что этот отель предлагает трансфер до долины, в которой проходит фестиваль. Шаст устало развалился на диване. Перелёт, переезд, а теперь ещё и трансфер до пустыни убивали его. Он бы с удовольствием развалился где-то на диване. Но обещал спонсорам серию роликов про «Коачеллу», а значит, нужно воспринимать это как очередную командировку.       Прошло чуть больше полугода с его переезда в Америку. Дела шли хорошо. Русскоязычный канал продолжал развиваться. Людям было интересно узнать обо всём, что происходит в Америке. Поэтому актив на канале только рос. Англоязычный канал тоже не спеша развивался. Антон переводил старые ролики про путешествия по России на английский, те тоже вызывали отклик у аудитории. Американцам был интересен русский взгляд на американскую культуру, а русским был интересен американский быт.       Эти месяцы казались невероятно сложными. Антону приходилось работать в несколько раз больше, чем обычно. Он не выходил в рестораны, на прогулки, в музеи или куда-то ещё, если это не было нужно для съёмки ролика. Иногда парню казалось, что он застрял в бесконечном дне сурка.       — Мистер Попов, — подошёл администратор к их столику. Только тогда Антон с Сергеем заметили, кто сидит напротив них. — Приносим глубочайшие извинения, но мест нет. Произошла какая-то ошибка. Мы связались с отелями поблизости, они сообщат, если у них будут свободные номера.       Попов был готов разнести весь этот отель. Он глубоко вздохнул, улыбнулся и отпустил администратора. И взглянул на парней напротив. Они казались ему смутно знакомыми. Невысокий, загорелый мужчина что-то доказывал своему другу и косился на Арса. Второй поднял руки и обернулся к певцу. Загорелый ушёл в уборную.       — Привет, — парень с зелёными глазами и непослушными кудряшками улыбнулся ему. — Мы случайно услышали, что у вас проблемы с номером.       — Ничего страшного. Просто неурядица.       — Мы сняли небольшие домики в зоне кэмпинга. Если хотите, можете присоединиться к нам.       — Мы знакомы, не так ли? Вы же знаете, кто я, — усмехнулся Арс. — И предлагаете мне остановиться у вас. В месте, где общие душевые.       — Да, мы виделись на последнем концерте тура. Я Антон, — Арсу это совершенно ничего не дало. — Ваш публицист заставил меня подписать соглашение о неразглашении.       — Вы не упрощаете. Если бы вы знали, скольких мой публицист заставил это сделать… Вы были бы поражены.       — Вы упали в обморок, я вызвал помощь. У вас пароль «1989», если вы не поменяли его. Думаю, нет, потому что это ваш личный телефон, который вы не выпускаете из рук. Мы не причиним вреда. Просто предложили свою помощь.       Арс взглянул на него. Он начал припоминать этого парня. Возвращаться к инциденту в туалете особо не хотелось, но Антон казался приятным парнем. И симпатичным. Это могло бы быть весело. Арсений попросил напомнить ему формулировку соглашения. Шастун сказал, что оно бессрочное и запрещает ему распространять любую личную информацию об Арсении без его разрешения. Попов кивнул.       — Хорошо. Почему бы и нет? — пожал плечами певец. Он подозвал администратора. — Нам необходим трансфер до…       — Safari Camp, — выпалил Шаст. Его вернувшийся друг смотрел на них широко открытыми глазами.       — Да, будьте добры. Организуйте нам лимузин в ближайшее время, нам понадобится кто-то, кто сможет помочь с багажом, возможно, один из ваших рабочих. Пусть в лимузин подадут лёгкие закуски и бутылку, а лучше две, шампанского. Что-то лёгкое, не слишком сладкое, — Попов начал раздавать указания. — И прошу, распечатайте мне документ, который я отправил на электронную почту.       — Чёрт, это же стоит кучу денег, — выругался Сергей.       — Денег? — Арс вздёрнул бровь. — Я считаю, это вполне уместный жест в качестве извинения перед человеком, который забронировал выходные в самом дорогом номере этого отеля. И приехал, чтобы узнать, что произошла небольшая накладка, не так ли?       Администратор только кивнул и испарился, чтобы выполнить все указания Попова. Через несколько минут мужчина вернулся с распечатанным документом и объявил, что машина будет готова в течении двадцати минут. Арс кивнул и жестом отпустил работника отеля. Этого времени оказалось вполне достаточно, чтобы Сергей Матвиенко изучил соглашение о неразглашении. Мужчина удивил певца. Сказал, что работает в кинопроизводстве, поэтому знает такие документы.       Он читает быстро, останавливаясь исключительно на важных аспектах. Задаёт пару вопросов, подписывает и передаёт ручку Антону, ожидая, что тому тоже предложат такой документ. Но Антон неловко смотрит на Арсения, а тот пожимает плечами, мол: говори, он всё равно уже подписал соглашение.       Шаст рассказывает про настоящее знакомство с Арсением. Попов отмечает, что Антон постоянно оглядывается на него и пытается подобрать наиболее деликатные слова. Арс в какой-то момент не выдерживает и просто говорит, что упал в обморок после шоу, а Антон ему помог.       — Всё просто. Это было истощение. Моральное и физическое, — пожимает плечами певец.       — Жёстко, сейчас выглядишь лучше. Можно же на ты? — спросил Матвиенко.       — Да, нам с вами придётся делить жильё возможно все выходные. Если мне не найдут другое место, — вздохнул Попов.       К ним подошли двое мужчин, которые попросили их багаж и сопроводили к лимузину. У Антона и Серёжи упала челюсть. Арс же небрежно развалился на кресле и вытянул ноги. Парни забрались следом. В салоне была приятная прохлада, относительно жары в городе.       Это было неловко. Попов просматривал новости у себя в телефоне, Антон и Сергей сидели, оглядываясь по сторонам. Шаст прикидывал, насколько соседство с Арсением ограничит его возможность съёмок. Ведь Попов сто процентов бесплатно не поучаствует в его ролике. Да он и не хочет его втягивать на свой канал. Да, реакция на видео про концерт была просто нереальная, но всё же. Шаст не хочет паразитировать на творчестве другого человека. Ему нравится создавать свой контент.       Попов отложил телефон и взглянул на своих попутчиков. Тот, что невысокий, чувствовал себя вполне комфортно, в то время как Антон сидел сгорбившись и чувствовал себя немного не в своей тарелке. Арс проклинал себя за то, что решил поехать без охраны в этот раз. Но он собирался остановиться в охраняемом отеле, а не кэмпинге. Что же… Это будет весело.       — Может, выпьем? — предложил певец. — А то становится неловко. Не то чтобы у меня социофобия. Просто за бокалом как-то беседу начать проще.       — Я не пью, — сказал Матвиенко. — Но если тут есть что-то безалкогольное, то с удовольствием присоединюсь.       — Да, конечно, — улыбнулся Арс. — Антон?       — Почему нет?       Попов открыл бутылку шампанского, Серёжа нашёл себе бутылку «Спрайта». Антон держал бокалы, пока Арс наливал напиток. К счастью, дорога была достаточно ровной, чтобы не произошло никаких неприятных инцидентов. Вроде разбитых бокалов или пролитого шампанского.       — За новую встречу? — улыбнулся Арс. — Кто знал, что такое случайное знакомство получит продолжение.       — Отличный тост, — рассмеялся Сергей. Он до сих пор сгорал от нетерпения расспросить Арсения о чём-нибудь, но боялся быть навязчивым.       В основном Арс начал расспрашивать их. Пошли стандартные вопросы о хобби, увлечениях, работе. Антон с воодушевлением рассказывал о том, чем они с Серёжей занимались в универе. Рассказал о новых проектах. Попов внимательно слушал, понимая, что пропадает в том, как интересно парень рассказывает о своём деле. Он словно видел самого себя. Потому что он мог бы точно так же часами говорить о музыке, выступлениях и процессе записи. Да и монтаж, хоть и не сильная его сторона, но какие-то основы он успел выучить за время съёмок и общения с режиссёрами, операторами и монтажёрами.       Серёжа говорит, что их сериал получился относительно успешным, но звёзд с неба не хватает. Остаётся в тени своих «старших» родственников. Жалуется на то, что ему не доверяют оригинальные идеи, а только снимать спин-офф. И то всё контролируется главами каналов. Это Арс тоже может понять. Он пытается поддержать парня и говорит не сдаваться.       — А у тебя какие планы? — спрашивает Антон. — Отдыхаешь после тура? Я видел пару новостей.       — В основном отдыхаю, да. Выпустил трек, собираюсь выступить на одной из сцен в качестве сюрприз-гостя. Так что это такой… Отдых, переплетённый с работой. Я неисправимый трудоголик, если честно. Но всё равно больше отдых. Это необычно, — Арс крутил бокал в руках. Шампанское действительно подобрали хорошее. — Я привык, что моя жизнь идёт по плану. Обычно я знаю примерно всё на год вперёд, а в этот раз всё пошло… немного не так, как я хотел бы. Мы не ожидали, что альбом и тур вызовут такой ажиотаж. И я точно не ожидал, что настолько устану от всего. Поэтому пока что сдвигаю все планы, чтобы… Перестроиться.       — Это из-за каминг-аута? — спросил Антон. — Извини, если не хочешь говорить.       — Отчасти. Я привык к необоснованному хейту, поэтому лучше меня будут недолюбливать за что-то настоящее. Когда ты известен… Доброту часто воспринимают за манипуляцию. Он устроил сюрприз фанатам? Конечно, он ведь хочет заработать на них денег. Он пожертвовал деньги на благотворительность? Наверняка пытается отвлечь внимание от очередного скандала. Боль — это манипуляция. Ох, он снова выставил себя жертвой ситуации. Мне попадались статьи, что мой каминг-аут — это всего лишь уловка, чтобы повысить популярность среди геев, — рассмеялся Арс. — Быть мной — странно. Но иногда весело.       — Звучит грустно, если честно. Кто угодно может сказать что угодно о тебе, — нахмурился Матвиенко.       — Как и про любого человека, просто в моём случае этот шанс немного выше.       Они приезжают в городок в самом разгаре дня. Многие уже расположились в своих палатках, тентах и юртах. Им приходится немного покружить по стоянке, потому что мест, где можно припарковать лимузин, не так много. Арс копается в своих вещах. Выуживает из них светлую кепку, темные очки, совершенно непохожие на те, что он обычно носит, и зачёсывает волосы так, чтобы они не сильно выскакивали из-под кепки.       — Насколько я узнаваем? — спросил певец у парней.       Антон оглядел певца с ног до головы. Попов был в простых джинсах и черной футболке. Если не вглядываться и не знать, кто это, то можно и не заметить. Лимузин только привлекал много внимания. Поэтому было решено, что всё внимание на себя отвлекут Сергей и Антон. Матвиенко был в ярких цветастых шмотках, а Антон просто высокий. Арс же вполне смешивался с водителем и его помощником, которого выделил отель.       До кэмпинга добрались без приключений. Людей вокруг было так много, что они просто не замечали ничего вокруг. Все суетились, пытались устроиться на месте, чтобы с комфортом провести выходные. В главном здании кэмпинга произошли проблемы. Зарегистрированы двое, приехали трое. Арс закатил глаза. Но Антон пообещал, что разберётся с этим самостоятельно. Попов мог бы улыбнуться и решить этот момент самостоятельно, но решил дать парню проявить себя.       Через десять минут их сопроводили к домикам. Домик представлял собой коробку, в которой располагалась двуспальная кровать, телевизор, небольшой комод, вешалки для одежды. И в целом всё.       — Здесь ещё есть мини-холодильник, — подсказал Арс, падая на кровать. — И стол с двумя стульями. А ещё от белых стен очень в глазах рябит. Но окна почти под потолком, что гарантирует приватность.       — Я просто планирую, что буду говорить в ролике. Это полезно проговаривать до записи. Чтобы потом не переписывать сотню раз, — хмурится Шаст. — Будешь вредничать — упомяну в отзыве, что в комплекте шла недовольная суперзвезда. Или отправлю жить к Серёже. Он твой преданный фанат. Уверен, что он будет в восторге.       — Воздержусь. А вообще… Как ты уговорил их?       — Сказал, что ты мой парень. Мол, бронировал до того, как встретились с тобой. Но у нас такие пылкие и страстные отношения, что мы не можем оторваться друг от друга. И мне очень хотелось взять тебя с собой на фестиваль. Пришлось немного доплатить.       — Забавно. Я мог бы и сам договориться. И оплатить себе место.       — Я подумал, что ты не хочешь раскрываться. А карта сто процентов именная. Вряд ли тут бегает сотня Арсениев Поповых.       — Мир бы такого не пережил.       — Очевидно, нет.       Шаст упал на кровать рядом с певцом. В конце концов у него на неё точно такие же права. Если быть точнее, то у него больше прав на эту кровать, чем у Попова. И он хотел упасть на кровать с самого момента перелёта. Никакие мировые знаменитости его от этого не остановят. Попов только немного откатился от Антона, а потом придвинулся обратно. Принюхивался. Антон приоткрыл один глаз и посмотрел на парня.       — Я воняю? Чёрт. Надо бы в душ сходить, — протянул он. Арс покраснел, потому что Антон не вонял. Он, конечно, пах не парфюмом после долгой дороги, но его природный запах не раздражал и не отвращал.       — Да, как можно было лечь в чистую постель… В грязных шмотках! — Арсений усмехнулся. — Малыш, ты же знаешь, как я не люблю такое.       — Прости, солнышко, я сейчас схожу в душ, а потом вернусь и буду долго-долго извиняться, — усмехнулся Шаст, распаковывая вещи из рюкзака.       — На коленях, надеюсь?       — Конечно, — рассмеялся Антон, накидывая полотенце на плечи. — Не скучай.       Дверь захлопнулась. А Попов остался наедине с собой и своим стояком. С этим нужно было что-то делать. Одно дело просто грустить в Нью-Йорке у себя в квартире. Другое — общаться с людьми и реагировать на неприкрытый флирт. Организм требует своё. Но Антон буквально незнакомец, которого он видит второй раз в жизни. И ничего, что им придётся делить кров следующие две ночи. Кроме того, у него вроде как запланировано свидание с Люком в воскресенье. Но Антон довольно милый. Он ведь может позволить себе немного повеселиться? Всё равно они не встретятся после этих выходных. Правда ведь? Арс уткнулся лицом в подушку и издал странный звук.       — Дима, — Арс набрал номер публициста. — Тут есть парень… Вообще двое, но это неважно.       — Блять, Попов, ты серьёзно? Я в отпуске!