Одно решение между двоих, может стоить убийством или спасением тысячи жизней

-М? Осаму? Что происходит? Лицом к окну, напротив солнца, не боясь его ослепителтных лучей, стояло худое мальчишеское тело; его шатеновые волосы, ещё пропитанные влагой, колыханились с тем же медленным темпом, что и полупрозрачные шторы по обе стороны открытого стекла, и легкое полотенце, обмотанное чуть выше паха. Если приглядеться, на ногах можно заметить с десяток ссадин и синяков - это после побега на четерехэтажной заброшке от двух разъяренных бомжей; на спине красуется огромная гематома - покатались с холма на велосипедах; веселье заканчивется на пальцах и запястях - следы потушенных сигарет напоминают о дне, когда пару лет назад группа подростков постарше, в компании которых Осаму состоял меньше года, однажды поздно вечером по пути домой поиздевались над своим "младшим братом", под конец заперев его на всю ночь в мусорном баке, пока того на утро не выпустил дворник; ещё чуть выше, на плечах, еле видные шрамы от канцелярского ножа, у Чуи тоже такие есть, - пробовали современный способ избавления от типичной подростковой моральной боли, вернее, такой цели добивался только Дадзай, а Накахара же, красными глазами сдерживая слезы, в качестве поддержки повторял все действия вместе со своим другом. Повезло, что физическая боль никак не спасла мальчика, поэтому вся эта хуйня быстро утихла. И вот шатен оборачивается на любимый голос, глаза его чуть ли не сверкают огоньками, на щеках осел розоватый румянец, а широкая искренняя улыбка создала маленькие морщинки по всему лицу. -Мой дорогой Чуя, скорее поднимайся, уже шесть часов утра, нам сегодня столько надо всего переделать! Дадзай принимает смешную позу уверенного в себе супергероя, и полотенце в миг с него спадает. Сложно не посмеяться с такой картины. Но сквозь слезы веселья Накахара всё же набирает чуть воздуха в лёгкие и спрашивает: -А что за повод у нас сегодня так рано куда-то торопиться? Осаму с минуту смотрит на него хлопающими и не понимающими карими глазами. -Ну... Я подумал, что было бы совсем неплохо отпраздновать начало наших отношений. Поэтому хочу как можно больше времени провести его с тобой... любимый! Кажется, рыжему отшибло память о вчерашем вечере, ибо как бы сильно он не напрягал свой мозг, вчера у него закончилось на кануне шести-семи часов вечера, когда он уснул в будке на пляже. Но, похоже, Осаму всё прекрасно помнит, а значит чувства и вправду скрывать уже незачем. Чуя вспоминает недавний образ своего уже бывшего друга и повторяет эту очаровательную гримасу счастья. -Ах да! Просто не верится, что это всё между нами и впрямь было наяву, хах... В таком я тоже сейчас приму душ, и после воплотим твою великолепную идею в реальность... милый. Щечки предательски краснеют от собственных слов. Подросткам, ещё ни разу не пробавшим себя в любовных отношениях, конечно, слишком тяжело по началу так ласково называть друг друга, особенно когда еще всего сутки назад между ними были лишь дружеские подъебы и обращение к друг другу словом "брат". Но со временем они определенно справятся. *** -Здраствуйте, госпожа Озаки, здравствуйте, господин Ода. Как долетели? Позвольте помочь с багажом. Мужчина средних лет встречает двух хорошо ему знакомых людей в аэропорту. Одетый в лёгкую одежду, и с не такими уже ярко-рыжими волосами, отросшая прядь которых большое похожа на тонкий хвост, Накахара Чуя берет розовенький чемодан уже не такой молодой и бодрой, но всё еще очаровательной и оптимистичной женщины, Коё Озаки, и несёт его в багажник, по пути к машине разговарившись с менее усталым от двадцатичасового полета почти уж седым и бородатым мужчиной, но все еще крепким телом и душой, Одой Сакуноске. Пожилые люди садятся в удобный салон прекрасной машины и почти мгновенно отрубаются. Через два с половиной часа они поднимаются под руку своих милых детей, успешную в медецине Акико и великого писателя Осаму. Проходя вдоль красивого вечернего сада, люди проходят порог не такого большого, но роскошного дома, сделаного в полностью чёрно-белом цвете и современном стиле. Не став даже ужинать, родители немного поговорили со своими детьми в комнате и вновь уснули. И вот уже прекрасным утром в доме, в особенности на кухне и столовой, творился настоящий праздник - пятнадцать лет как Чуя и Осаму были официально помолвлены. Много встреч, много знакомств, много разговоров произошло в тот день. Например, Озаки и Ода наконец смогли воочию увидеть и поговорить с тем нахваленным в письмах другом женатой пары, Ацуси Накадзимой. Этот человек на пару с Чуей создали свою компанию машин, которая уже как десять стойких лет популряна и востребованна в их любимой стране Греции. Ах, как тогда во время тостов Акико громко читала всем короткие произведения Осаму! И как потом он, туда-сюда поправляя свои новые очки, озвучивал все записанные им в блокнот ее научно-медицинские достижения, а заодно и шутил уместные анекдоты! И как уже ночью пьяная девушка с темно-фиолетовым каре ныла, вспоминая своего первого ухажора из Японии, а Озаки лишь стеснительно улыбалась, пряча губы и взгляд в бокале вина, так и не решившись рассказать правду. И уже глубокой ночью, когда все на своих кроватях ушли в свои бредовые алкоголические сны, звёзды праздника нежились в любви друг друга, спокойно и без всякого стестнения назвая своего партнера и "любимый", и "милый", и всеми другими ласковыми словами этого мира. Вот она - воистину счастливая жизнь близ моря.