Эксперимент 137

В прошлой главе:       Тихий взвод курка пистолета отчётливо раздался по кабинету, дуло оружия прислонили к затылку учёного. В этот самый момент в голове было одно слово:

Блять…

***

      — Зачем вернулся? Хочешь окончательно уничтожить все что осталось?       Тихое, тяжёлое дыхание раздалось вместе с басистым голосом, что был знаком уже долгие годы. Стало жутко, просто от осознания, кто направил на него ствол. Нет, не так, кто посмел направить на него ствол. Куромаку медленно, попытался двинуться и развернуться лицом к стоящему позади него ученому. Ему позволили это сделать, но все ещё держали на мушке.       — Не ожидал от тебя такого. С твоей стороны это крайне не тактично, Пик. Мы оба прекрасно знаем, что это пусть и роковая, но случайность, — спокойным голосом проговорил треф, пытаясь уйти в сторону от дула пистолета. Он слегка нахмурился, смотря на бывшего товарища и коллегу. Оружие все ещё было наставлено на него.       — Не тебе тут решать кто прав, а кто виноват. Ты! Ты породил этот хаос и ад! Это из-за тебя в городе сейчас происходит пиздец!       Нельзя было описать злость и отчаяние мелькнувшие в голосе Пика в двух словах. С каждой минутой ему всё больше хотелось спустить курок, чтобы прибить своего бывшего коллегу, может даже друга. Чаша терпения была переполнена, постепенно трескаясь по краям и проливая густые, горькие, терпкие последствия. Куромаку никогда не задумывался об этом, но у пикового короля ведь нет семьи, верно? По настоящему близких людей, а не лишь родственников по документам. Он вел тут одинокую жизнь, как и Куро.       — Пик, опусти. Незачем поднимать столько шума.       Пиковый вздохнул, опуская пустой взгляд на пол, сжимая ручку пистолета сильнее… можно было различить как белеют костяшки на руке.       — Да… Ты прав, не стоит привлекать лишнее внимание. Я убью тебя по-тихому, покончим с этим быстро!       Бас в миг превратился в холодный рокот. В этот момент треф понял, что если сейчас же не уйдёт отсюда, то от него останется только красная лужа.       — Если убьёшь меня, никто не сможет остановить эту катастрофу! — жалкие отговорки, оправдания... Забавно, не так ли? И как же он остановит кого-то, кто полон решимости убить его, с оружием в руках? Но это действительно потянуло время, ценой эмоций Пика и накала ситуации в худшую сторону.       Обвинения и крики разносились по пустому зданию, создавая небольшое эхо. Словесная перепалка никак не заканчивалась, королю Курограда изрядно надоели оскорбления в свою сторону, поступки, о которых он сам знал. Все это время они стояли на месте, один держал пистолет, второй как бы поднимал руки в защитном жесте. Король пики зажмурился, слегка опустил ствол и начал растирать переносицу пульсирующую вспышками мигрени. Очень знакомо. Мозг Куро даже не успел ничего понять, тело интуитивно совершило рывок, выхватывая оружие.       Выстрел в голову без капли сомнений или сожалений. Ему было всё равно, всё же все мы когда-то умрём по какой-нибудь причине… Если даже этой причиной не будет естественная смерть. Тело безвольно, словно игрушечное, свалилось на пол, Пик успел только хрипло вдохнуть, а затем забился в судорогах, пытаясь дотянуться до головы. Удивительно, но он ещё жив. Умрет он скорее всего медленно, мучительно, долго... И в одиночестве. Звон в ушах от выстрела постепенно стих, и Куро с омерзением посмотрел на корчащееся в агонии тело, хрипящее и булькающее от боли и дизориентации. Оружие с пустым магазином упало на пол, издавая металлический скрежет. Пуля была одна. Предназначенная для Куро. У Пика не было права на ошибку.       — Какая гадость…— пробормотал трефовый, делая шаг в сторону, чтобы не испачкаться в чужой крови, ее было не очень много, однако она почему-то текла именно в направлении ботинок Куро...       Собрав некоторые более или менее полезные остатки оборудования с бумагами, он собрался уходить как ни в чем не бывало. Было мерзко осознавать то, что его же напарник оказался предателем, что решил убить ради мнимой «справедливости». В тот же миг в голову влетели мысли о содеянном с братом: «А что скажет он?». Зонтик был знаком с Пиком. Куро не знал как именно они познакомились, но решил что оставлять вот так просто пикового короля не стоит. Могут возникнуть проблемы и вопросы к нему. К тому же... Если Куромаку хочет попытаться вылечить зрение Зонтика, стоит найти себе подопытного кролика. Если этот кролик конечно выживет. Мужчина подошел к лежащему ничком телу и толкнул его ногой. Оно слабо дрогнуло, отзываясь на воздействие. Чтож, Пик похоже обладает недюжинным желанием продолжать жить. Пришлось оторвать кусок рубашки пики и затянуть дыру в голове. Пулю Куро извлечет потом, как доберется до дома. Мужчина даже мрачно усмехнулся и порадовался тому что на улицах сейчас стоит густой туман. Никто ничего не увидит и не узнает. Пришлось взвалить немаленькое тело на себя и придерживаясь за стену двинуться в направлении выхода. Куромаку на секунду показалось что мимо кто-то прошмыгнул, скрываясь в пустом черном коридоре. Мужчина зябко повел плечами, наконец возвращаясь домой. Неудачная вышла прогулка.       Улица окончательно погрузилась в темноту, где-то недовольно выла бездомная свора псов, ища себе пропитание. Тротуары и дороги были полностью пусты, ничего не могло нарушить столь приятную тишину, которую не так часто можно встретить на бульварах. Что-то обязательно шумело. Но, благо, не сегодня. Куромаку даже расплылся в расслабленной, насколько это возможно, улыбке которая, впрочем, быстро сползла.       В голове всё ещё были визгливые крики боли младшего брата и громыхание выстрела. Разум не мог понять, как он мог принести боль сразу двум близким людям в столь короткий срок? Зонт с Пиковым королём были единственными людьми, с кем он хоть как-то общался. В остальное же время Куро был или у себя в кабинете, или в лаборатории. Добровольное затворничество, не иначе.       Куро поднял голову вверх, смотря на Луну, она была такая высокая, такая прекрасная. Точно блюдце посреди огромного стола. Звезды меркли на фоне её величественного лика. Огромная, недоступная. Треф томно вздохнул, поправляя тяжёлый груз на плечах, спеша обратно. Пика не будут искать, в этом он был уверен, однако в лабораторию лучше не соваться, хотябы несколько дней. Как удачно, что треф знал секретик короля. Какая грустная слезливая история крылась за этим ученым-испытателем. Сирота, без семьи, огромными усилиями пробившийся в институт биоинженерных технологий, а затем превзошедший все ожидания, суровый, хмурый, неприступный, без друзей. Хотя нет, был один друг, который сейчас волок в сторону своей норы его подрагивающее тело. Еще теплое, ещё стремящееся жить. Как очаровательно, не так ли?