Эксперимент 137

***

Да не бывают сны такими реальными! Черта с два я поверю в это, — закричал Сергей, стискивая до скрежета зубы.

***

      Ощущая невыносимый гул в ушах Куро приподнялся с кровати, чувствуя себя раздавленным и побитым. Руки немного подрагивали после пережитого стресса, а раны на пальцах кажется заболели с новой силой. Минутку, а где сам ожог? Мужчина обратил внимание на ладони, они были абсолютно чистые, без единого следа. Даже синих ярких пятен не осталось. Король треф опустил ноги на пол, слыша как за окнами квартиры...шумит жизнь. Глаза ученого округлились и он вперился в прозрачное стекло за тонким белым тюлем. Он реально, слышал жизнь! Неужели люди игнорировали факт тотального пиздеца вокруг них? Трефовый подскочил и подбежал к окну. За ним всё было... Удивительно живо, желтели деревья бодро скидывая листву для спячки, кружили дворники с метлами, бегали собаки, каркали голодные вороны на мусорках и спешили по своим делам люди. Всё было... нормально. Будто не произошло всего вот этого. Над городом не висел зернистый болезненный туман. Мужчина осмотрел себя с ног до головы, чёрный свитер, брюки, как в день накануне катастрофы. Комната полностью убрана, нету оборудования, нету ничего из того что он прекрасно помнил! Куромаку даже ущипнул себя для надёжности и похлопал по щекам. Да как такое возможно!? Это ведь даже с научной точки зрения объяснить невозможно! Если только это не был сон. Бредовый, галлюциногенный сон, кошмар, бред сумасшедшего, другой любой синоним или эпитет.       Дрожащими руками Куро вцепился в телефон, пытаясь нажать на кнопку включения. Панель загорелась: семнадцатое сентября. Господи, это тот самый день когда привезут образцы. Это тот самый день когда всё пойдёт в зад, полетит в тартарары. Король пошатнулся и опустился в кресло, которое стояло рядом с рабочим столом. Шесть тридцать пять. Кажется это всё было сном. Если это вещий сон, то Куромаку должен недопустить всего того, что может случиться. Шесть тридцать пять? Надо же! Проснулся за полтора часа до обычного! Если постараться, он даже не опоздает. Вскочив на ноги и не до конца отойдя от случившегося, Куро направился в ванную, спеша, спотыкаясь, едва не сшибая вещи и домохозяек на своём пути. На нём не было никаких следов. Ничего, абсолютно! Нонсенс! Даже тщательно осмотрев руки, шею, ногу, живот, грудную клетку, Король треф не увидел ничего, что хоть как-то намекнуло на произошедшее. Водные процедуры прошли в темпе, адреналин бурлил, заставляя Куромаку судорожно анализировать. Звон разбитой посуды стал просто фоновым шумом. Завтрак был наскоро проглочен, он даже почти не жевал, находясь в раздумьях с очень хмурым выражением лица. Руки всё ещё немного дрожали и вилка почти выпадала. Дорога тоже была полна... Чего? Смеси животного ужаса? Опасений? Судорожной попытки понять не сошёл ли мужчина с ума? Не умер ли он вообще и это всего-навсего Лимбо созданное мозгом за последние тридцать секунд его оставшейся жизни. Вот она — лаборатория. Неприметное белое здание, без каких-либо опознавательных знаков или табличек, только шлагбаум и несколько металлических дверей. Ключ карта в кармане брюк, свой кабинет, затем попытка избежать встречи с Пиком. Он не мог его увидеть абсолютно точно, он же... Изуродовал его. Много дней назад, пустил на эксперименты. А его — Куромаку, тело наверняка теперь валяется где-то, гниёт, это доказательство того, что всё что происходило — реально. Однако Пиковый король всё же был жив и здоров. Он ворча принёс контейнер Куро, сказал разобрать его и вернуть то что не в его компетенции. Абсолютно спокойно, хладнокровно и... Обычно. Как только вечно взъерошенный мужчина вышел из офиса Куро, последний судорожно вцепился в контейнер. Открыв его он увидел ту самую мензурку. Та, что была разбита, та что исчезла. Куро вытащил её и осторожно поставил на держатель. Руки тряслись, а в голову залезли тараканы неконтролируемой паники. Оно реагировало на свет. Комковалось, становилось более вязким. Это вещество вело себя в точности как он помнил, оно все еще манило к себе, ощущаясь какой-то загадочной тайной. Куро уронил голову на стол. Что же он натворил? Если это был сон, то он явно не должен допустить того, что произойдёт. Он же... Он же просто собственными руками разрушил все, что у него было. А затем подох от рук отчаявшегося брата. Учёный взял в руки планшет и ручку и начал быстро писать на листе бумаги заметки и наблюдения. Но мысль ускользала и Куро раз за разом писал лишь беспокоящие его личные мысли. Задумчиво пощелкав ручкой треф всё же решил завести ежедневник с наблюдениями и заметками. Пожалуй, это точно его должно успокоить, хотя бы немного. И несколько страниц были исписаны размышлениями о параллельных реальностях, сдвигах в фазах континуума, смещении пространственных коллизий... Просто попытка понять что случилось. Как это случилось. Может ли произойти вновь. Может быть Куромаку действительно просто сошел с ума. Этого он тоже отрицать не мог, как бы того не хотел... Все что он видел повторялось.       Мужчина резво поднялся, провёл по волосам, убирая их в сторону и глубоко вдохнув, медленно выдохнул. Он разберётся с этой дрянью, изучит её досконально, насколько это возможно. И в этот раз она никуда не исчезнет. Достав из недр ящика чёрную записную книжку, Куро сделал первую пометку о реакции на свет. Нужно провести опыт, но сначала реакция на: глюкозу, сахарозу, липиды, на неорганические соединения. Затем смотреть что станет без света, потом с растениями... Дел было более чем много. Это будет очень интересно. Даже интереснее грёбанной бумажки о которой Куромаку уже забыл! За беготней летел словно Боинг день. Вещество поглощало органику, оно чуть-чуть размножалось и даже выделило что-то вроде небольших узлов, скоплений субстанции которая плотно скреплялась и начинала делиться. Под микроскопом жидкость выглядела как множество крохотных связанных между собой структур из клеток — спиралей. Она агрессивно избегала любых щелочей, кислот и сильных солей, изолируя их плёнкой. Это было... Весьма интригующе. Веществу кажется "понравился" препарат листа алоэ и оно его начало расщеплять как и глюкозу. А вот плесень оно точно так же изолировало от остального массива. Если присмотреться с лупой, можно было увидеть как жидкость разделилась на несколько зон: размножающая, где производились новые клетки, так как движение частиц там было активнее, расщепляющая, в которой перерабатывались продукты и зона "отходов" где в мутно-зеленой бледной плёнке изолировались вещества которые были бесполезны. Словно муравейник. И день подошел к концу. В животе вновь свернулось недоброе предчувствие. Тревога охватила паутинкой мысли. Куромаку рассеянно отстранился от микроскопа, чашку Петри с веществом сдвинул глубже за стекло. Все было как обычно... И трудно было избавиться от мыслей каким это место было в кошмаре. Каким оно... Было темным, пустым. Тяжело вспоминались и держались в памяти подробности выстрела в голову пиковому королю. Они начали размываться, как акварель от обилия воды, исчезать. Быть может это действительно было последствием нескольких суток без полноценного сна. Мозг просто заглючил от количества кофе... А вот к слову о нем... Теперь трефа буквально тошнило от его запаха. Даже на перерыве он взял именно чай. Зелёный. Говорят успокаивает. Никакой горечи. Только легкая приятная сладость. Немного помогло. После перерыва король разместил образцы в нескольких разных сосудах, на которые была направлена камера. Одна из мензурок была помещена в темноту, вторая на яркий рассеянный свет, на третью направлены ультрафиолетовые лучи, ещё несколько были помещены в инкубатор на специальное хранение. Пару раз заглянул Пик, интересуясь чем таким занимается Куро. Тот настороженно наблюдал за товарищем, будто ждал подвоха, что маска нормального лица слезет и обнажит изуродованное тело. Но все еще ничего. Только пиковый король с интересом изучил отчет который треф по рассеянности оставил лежать на столе. Внутри все с глухим ударом ухнуло вниз. Треф быстрее чем понял, вцепился в чужое предплечье, которое сжимало бумагу. Пик выгнул бровь, как бы спрашивая: "Что?". Куро замялся, отпустил рукав и взлохматил свои волосы. Очень хотелось рассказать, но вряд ли ему поверят, поэтому треф лишь отмазался, — "Просто не уноси никуда, я сейчас с ним работаю". И Пик просто кивнул, так легко с ним согласившись и вернув листок на место, поверх папки "Эксперимент 137 — едкий". Раньше он всегда так легко соглашался... Но изменилось ли для него хоть что-то сейчас? Только для Куромаку, который целый день сходил с ума и параноил, реальность выгнулась дугой, сделала бочку и выломалась под неестественным углом. Куро вновь остался один и залил заварку кипятком, помешивая чай. Отхлебнул немного, устремив глаза на накладную по образцу. "Образец 137. Первичная маркировка: едкий. Консистенция: аморфная, студенистая. Цвет: зелёный. Содержит небольшие тёмно-зелёные частицы. Обнаружен при проведении анализа почвы и воды в болоте в 15 км от города [данные удалены], области [данные удалены], государства [данные удалены]. Координаты локации: [данные удалены]" Мужчина почесал затылок. Чистка информации о месте обнаружения была не редкой, в конце концов в обязанности трефа входил только анализ полученных образцов... Номинально это было так. Но уже как несколько лет экспериментальная лаборатория подчинялась специальному приказу, дававшему право на запрос конкретной информации. Только вот... Засекречено ничего не было. Кто-то вмешался в систему в момент когда были уничтожены все данные кроме данных архива. А затем некто стер информацию и оттуда, максимально очистил все возможные пути поиска переменных. Предательство? Халатность? Но когда трефа это останавливало? Всего лишь нужно отсортировать восемьдесят семь тысяч результатов вручную и выбрать один единственный - то болото в котором нашли 137-ой. Почему не доверить компьютеру? Запрос велся не по ключевым словам, это бесило, но хорошо шифровало статьи в архиве. Кроме порт-ключа еще требовался точный номер и код ячейки. Максимум который можно было выжать — сортировка по геолокации. И то там отмечались абсолютно все болота даже не на континенте а на планете вообще. И даже когда треф добился отсеивания по критерию "континент" осталось все еще слишком дохрена файлов. Но заниматься этим сейчас — терять время. Просто нужно найти подходящего доцента или лаборанта и повесить на него поиски. Им же надо как-то подниматься по карьерной лестнице, а рекомендация от одного из главных исследователей их отделения — золотой билет в одной из миллиарда шоколадок.

***

По голове Куромаку прилетело влажной тряпкой. Уборщица грозно сложила руки на внушительного размера груди и кивнула в сторону двери: "На выход, мистер Фальцнер". Пришлось свернуть исследования. В конце концов время почти перевалило за полночь. Мужчина сгреб в портфель все документы и папки, допил чай, оставляя на столе пустую кружку и прошелся по кабинету ища незапертые ящики, шкафы, включенное попусту оборудование. Закрыл на спец замок технический шкаф-аквариум с образцом 137 в различных условиях и несколько раз убедился что закрыл все что возможно. Кроме того, Куромаку вернулся сначала к архиву и проверил что он абсолютно точно заперт, а затем и в инкубационную зону. Между собой ученые назвали ее "Колыбель" из-за того что там хранилось множество образцов. Одна из самых защищенных точек в лаборатории, городе и стране. В конце концов проверив практически все возможные незакрытые помещения, треф со вздохом вышел на улицу. Осеннее прохладное небо остывало после достаточно душного дня, лужи поблескивали в лунном свете, а листья еще не осыпавшиеся с деревьев убаюкивающе шелестели. Куромаку подхватил портфель покрепче, с недобрым ощущением приглядываясь к кустам на другой стороне парковки. Те черными уродливыми лохмами нависали над бордюром и выставляли колючие ветки. Утомленному работой взгляду померещилось что в них что-то сверкнуло, но гляделки в течение минуты не дали ничего кроме мигрени. Мужчина поспешил домой, желая принять душ и наконец нормально поужинать. Чай только раззадоривал аппетит. Куро сам не заметил как уже шел по пустому бульвару разглядывая рассеянным взглядом фонари. В тот день что помнил Куро, он вышел гораздо раньше, на улице ещё гуляли люди. Теперь же только редкие окна многоэтажек светились на серых монолитах. Где-то позади послышался шорох и треф хотел было уйти в сторону, чтобы не мешать припозднившемуся человеку, но его мало того что с ног хотели сбить, так ещё и попытались вырвать портфель. Глаза расширились от шока и руки мертвой хваткой вцепились в ношу. Треф хотел было заорать во все горло, но грабитель заметно стушевался, и, перемахнув через оградку, скрылся в кустах за зарослями, убегая куда-то в сторону вокзала. Сам Куро еще с минут пять отходил от шока, просто как баран пялясь на черную темноту густого лесопарка. Руки побледнели от силы нажима на кожу портфеля, а на оном появились четкие следы от ногтей трефа. Наконец придя в себя, мужчина поспешил добраться до дома, все ещё нервно оглядываясь назад, будто пытаясь увидеть ту загадочную фигуру в черной куртке, которая выглядела смутно знакомой.

***

Дверь с глухим хлопком закрылась. Куро воровато пробежал прямо в обуви по квартире и засунул портфель в свой шкаф, на самую верхнюю полку. Затем снова вернулся в прихожую и наконец снял ботинки. Повесил чудом уцелевшее от грязи пальто на вешалку. Когда он спешил по улице, прошёл мимо затопленного участка дороги и молодой человек с мобильным телефоном проехал в том месте позже из-за чего не смог его обрызгать. Треф вошёл на кухню, судорожно анализируя произошедшее за день. Когда он опустил глаза на стол, на нём увидел записку. Студентка Рози уже легла спать и на листочке указала список купленных продуктов, цену и что она приготовила. Куромаку разогрел рагу с мясным заливным и в темпе начал поглощать его, перебирая пачку документов которые он все же принёс с собой на кухню. Чайник закипел, со свистом напоминая о себе. Треф вздрогнул и выключил его которая виски. Надо купить электрический, который выключается сам. Постоянные головные боли повышали чувствительность к звукам, особенно пронзительным. Трефы вздохнул и залил кипятком чай. Оказывается дома был не только черный, но ещё и зелёный. Его купила себе Эмили. Тем лучше для Куро. От кофе его все еще сильно мутило. Закончив с ужином он в два больших глотка допил чай. Голова работала удивительно плохо. Раньше это не мешало ночами работать на кофеиновом адреналине. Теперь из-за чая его разморило окончательно и продолжать что-то настолько важное и сложное не было особого смысла. Король собрал все бумаги и задернув в комнате шторы убрал их в нижний ящик шкафа, тот что запирался на замок. Мужчина ощущал себя жадным Кощеем который алчно прятал своё злато. Однако эти документы были слишком ценны для халатного обращения. Куромаку закрыл ящик и спрятал ключ в щелку между половиц прямо под ковром около шифанера. Врядли ключ станут искать впритык к закрытому ящику. Да и кто сюда может прийти... Но паранойя успокоилась только когда треф проделал все эти действия. Мужчина принял душ и опустился на кровать, зевая и перебирая грядущие события в голове. Изменится ли что-то? Боже, Куро очень надеялся что да, что он точно закрыл хранилище, все ящики и выключил оборудование. Ему не нужны эти проблемы. Треф упал на подушку, снимая очки и пялясь уставшим пустым взглядом в потолок. Почему-то все всегда сводилось к тому что он ложился спать... Завтра должен приехать Зонтик... Утро вечера мудренее. Куромаку уже не услышал как что-то ударилось с глухим стуком о стекло окна, не увидел глаз провалов и кривой улыбки.