Это чёртово сердце

Ястреб не смог стоять, когда цепь ослабла, он упал на колени, а потом совсем согнулся, скрючившись, как креветка, на полу. «Да… Да что не так с этим мажором? У них правда, все мозги набекрень». Как только садист вышел из комнаты, парень с облегчением и болью выдохнул. Пальцы рук были бледные, тяжело сгибались. Всё лицо было в крови. Он дрожал как осиновый лист. «Он просто пугает меня. Не поддавайся. Может попробовать как тогда, в отделении? Пораздражать? Нет, этот в отличие от Эла беспринципный. Он не станет меня убивать так скоро, но избить, или что похуже, ещё как может». Ястреб чуть зубов и языка не лишился после последнего удара по челюсти. Выйдя, Ротшильд подумал, что немного блефовал. Не все было так хорошо. К Электробою так просто не подобраться, многие «друзья» стали врагами. Но ничего, у него ещё было много денег на зарубежных счетах, жизнь стала хоть и опаснее — но интереснее, и причуда никуда не делась, и в подвале есть личный мальчик для битья. Да ещё какой! Стойкий, гордый. Таких очень приятно ломать. Представляя в голове картинку, как Ястреб насасывает ему, а по щекам стекают дорожки слез, Ротшильд почувствовал приятный жар внизу живота. «Всё будет. Скоро я верну дочь, расправлюсь со Штормом и начну новую жизнь в Канаде. Осталось подготовить местечко, и уладить формальности со сменой личности». — Следите за ним в оба, — сказал он охране. Если начнет обрастать перьями — срочно жгите их. Это острые летающие ножи а не перья. И сразу сообщайте мне. Он может предпринять попытку побега или самоубийства. Мне он нужен ЖИВЫМ, ясно? Торопливые кивки наёмников сообщили, что они не спустят глаз с пленника. А тот, немного перетерпев боль, дотащился до раковины, умыл лицо. Теперь хоть немного стало видно. И видно было предельно ясно — что он попал… «Так, спокойно Кей. Думай. Может стоит сделать проще? Для всех?» — парень посмотрел на свои руки в наручниках и собрался с мыслями. Затем, взяв цепь в две руки, начал было заматывать вокруг шеи, как вдруг охрана постучала в окно. Скрипнув зубами, он смотал звенящие звенья обратно. «Что меня остановило? Да то, что они вряд ли оборвут мою жизнь, скорее ещё пару рёбер сломают. Перспектива не ахти устраивает». С тяжелым вздохом Ястреб сел и начал внимательно осматривать комнату. Пульт от лебедки был на столе. Может попробовать? Когда охрана скрылась, парень потянулся за пультом, но, «ТВОЮ-ТО МАТЬ, не хватает ещё буквально пары сантиметров, сучья ты мразь! Ротшильд!» — СУКА! — ругнулся Ястреб и стал просто пытаться стянуть чёртовы цепи. В конце концов, упал на колени. Руки взметнулись немного вверх и снова заболели. Но ему нужно было перевести дух. «Что делать? А что, если тварь будет угрожать Элу расправой надо мной? Хочется верить, что он правда опомнился и перестал искать меня».

***

Саруми бежала так быстро, как могла. Даже такси не стала брать, по пробкам только время потеряла бы. Каким-то чудом не задохнувшись, добралась до высотки на Сагиваро и только в лифте немного отдышалась. Выйдя на десятом этаже, она забарабанила в дверь так, что чуть штукатурка с косяков не посыпалась. Когда Эл открыл и хотел было поздороваться, девушка, чуть не сбив его с ног, влетела внутрь. Схватив парня за плечи, она выпалила. — Он сбежал! Этот чертов урод сбежал из следственного изолятора сегодня ночью! Лицо парня побледнело, а Саруми прошла на кухню и упала на табурет, привалившись к стене. Увидев встревоженное лицо героя, без вопросов потянувшегося к шкафу за кружкой, чтобы налить ей воды, девушка продолжила. — Мы не знаем как и кто ему помог, но судя по всему у него осталось немало людей и связей! Фер, куда он мог уйти, и чего хочет? Ты знаешь? — Сбежал! Нужно было предполагать! Впрочем, не время впадать в панику. Нам очень повезло, что мы вообще смогли его арестовать и доказать виновность. — Эл налил воды, которую Саруми с жадностью выпила, а сам запустил пальцы в волосы, вздохнул, прикусил костяшку пальца и принялся ходить по кухне туда-сюда, успокаиваясь. Потом сполоснул кофейник, заправил свежим кофе. — Будем собирать друзей. У меня появились поклонники из числа врагов Ротшильда. А врагов у него немало. Я пойду в Совет Героев, нужно ловить его скорее, пока не успел собрать силы и навредить нам снова. Пока кофе закипал, Эл присел рядом с девушкой, приобнял её за плечи. — Не переживай, тебе вредно. Я знаю, ты ждёшь малыша. Мне Стэн сказал, не удивляйся, он очень горд и счастлив. Мы не допустим прежних ошибок, Саруми. Вас нужно спрятать. Маму тоже, до тех пор, пока мы не поймаем Ротшильда снова. И тогда я буду лично охранять его до самого Тартара, а оттуда ещё никто не выбирался. Эл снял кофе с плиты и чуть не уронил кофейник. Но быстро справился с собой. «Ястреб! Он может попытаться отомстить Ястребу. Хотя… Кейго не просто взять, пока только мне это удавалось. Он постоит за себя. Ему нет равных среди героев и злодеев. Разве Старатель да Шигораки, пожалуй. Но на сердце было неспокойно. Весь остаток дня ушёл на организацию охраны матери, семьи Саруми и малышки, которая только начала ходить в садик. Их отправили поздним вечером в тихое местечко по программе защиты свидетелей. Три героя поехали с ними в качестве охраны. Глава департамента полиции волосы на жопе рвал, пытаясь придумать оправдания своему косяку. Проводив родных на остров, Эл, в полном боевом костюме, на третьи сутки вернулся домой. Набрал Кейго, ожидая услышать короткие гудки блокировки, но …«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Аппарат абонента вык…» Эл медленно и тяжело выдохнул. Нет. Только не это.

***

«Давай же! Нууууу, почти!» — АААУУУ! Ястреб приземлился на задницу, отбив копчик, ещё и ударившись спиной о стену в очередной попытке сорвать эту чёртову цепь или добраться до пульта. Чего он только не пробовал! Хотел разгромить раковину. Искал что-нибудь, чтобы накинуть на пульт. Хотел забраться наверх по цепи, но его каждый раз останавливала охрана. Сколько он уже тут? Пару часов? День? Сутки? Спасибо хоть вода была. Пленник мог не отказывать себе в питье и умывании. На голод он плевать хотел, не до него. Но Ротшильд больше не приходил. Только охрана бдела. «Интересно, кто-то уже начал предпринимать меры по поимке беглого преступника? Про это место навряд-ли кто-то знает. Да и до сих пор ли мы в этой странной обсерватории? Сколько я был в отключке?» Спина ныла. Для того чтобы крылья полностью восстановились, нужен был минимум месяц. Но Кейго был уверен, как только перья начнут пробиваться, его тут же их лишат. «Ничего… У меня нет ничего. Ни когтей, ни сил… ни надежды» — Ястреб хотел верить, что Эл заново обрёл ту часть здравого смысла, которую он удачным образом смог отделить от него тогда… Тогда… Снова нахлынули воспоминания. Скуластое лицо все чаще вставало перед глазами. Тонкие, вечно сжатые губы, ирокез, высокий лоб. Висок с бьющимся пульсом. Его дыхание у самой шеи… Кейго скучал. Но не хотел самому себе в этом признаваться. Он помнил случившееся и не знал как, после всего, что между ними было, герой мог так поступить. «Да, это я заставил его… Но. Неужели убить? Не ранить. Остановить вручную, а именно током и пулями в грудь? Я настолько плохой человек? Чем же были его слова про меня? Манипуляция? Забава? Глупость?» — Ястреб поджал ноги и уперся подбородком в колени. Ему оставалось только ждать, пока эта горилла не решится прикончить своего пленника. Ротшильд вернулся в свое убежище злой. Не все шло как надо, он привык к власти. А теперь приходилось туго. Партнёров осталось немного, да и те подрастеряли благоговейный трепет. Тварь Феррос исчез вместе со своей семейкой. «Ничего. За мои трудности есть на ком душу отвести. А потом отправлю это все милахе герою, сам прибежит». Перед глазами вставали картины, одна мрачнее другой. И в них Ястреб… Впрочем, в жизни так нельзя. Умрет ещё ненароком. «Чтоб пару недель продержался хотя бы, нужно кормить его начать, перевести в более приспособленное помещение. И не лупасить больше бронеперчатками. Может, я ему уже рёбра сломал. Хм». Взгляд миллиардера (ныне миллионера) упал на свёрнутый кабель в углу. «А это мысль. И больно и не смертельно». Вскоре дверь в лабораторию открылась. — Соскучился, цыпленочек? Знакомый звучный голос выбил из размышлений. Ястреб нехотя открыл глаза. Опять эта мразь. — Содрогался от ожидания, — ехидно улыбнувшись, произнёс Ястреб, — ну что, папаша, не выходит план? Кейго не знал как обстояли дела. Но если жирдяй ещё не принёс бездыханный труп Эла или не сыпал информацией о поимке его родных, значит все идет хорошо. Но плохо для Ротшильда. Самое время потешиться. — Папаша? Хм. Мне нравится, сынок. Ты плохо себя вел. Будем наказывать. О, ты умылся, молодец. Шторм научил тебя попку готовить для секса? Нет? Вот он растяпа. Ничего, я научу, раз уж ты меня в бати назначил. Говоря все это, Стейс установил на столе штатив, закрепил телефон. — Сейчас мы снимем стрим. И отправим главному подписчику. Который, надо сказать, не очень-то торопится тебя выручать. «Не понял…» — Кейго напрягся, ему все это очень не нравилось, но что он мог поделать? — Воу воу, полегче. Ауч! — в руки словно воткнули иглы, снова подвесив парня в воздухе. — О чем ты?! Стейс молчал и только лыбился мерзко, тыкая пальцем в экран, а Ястреб боролся с болью в руках, которые, казалось, тупыми ножами отпиливают. «Наказание? Для кого? Минутку…» — Постой, ты имеешь в виду… — Тебя иметь буду, сладкий, и введу, не сомневайся. Ротшильд подошёл вплотную, пинком развернул Ястреба спиной. Провел руками по лопаткам, там, где были крылья. «Как жалко он выглядит, лишенный своего грозного оперения». — Убери руки падла! — Ястреб не знал чего конкретно миллионер добивается. Но знал, пока в сознании, он не дастся проклятому насильнику, — можешь не надеяться даже… Он не придет! — Посмотрим. Эй, идите сюда, разденьте птенчика. — Ротшильд отошел к двери, отпустил немного цепь, чтобы Кейго смог твёрдо встать на ноги. Вошедшие охранники принялись раздевать пленника. На пол полетели обрывки футболки, штанов. Несмотря на умелое сопротивление, трое сильных парней со скованным парнем справились быстро. — Идите, — Стейс снова подтянул вверх цепь, вырвав невольный стон из груди жертвы — а ты ничего, накачанный, цыплёночек. Сейчас мы запишем трогательное послание, в котором ты попросишь героя Электрошторма тебя спасти. Ротшильд взял телефон и снял крупным планом лицо Кейго. На скуле и подбородке красовались лиловые синяки, губы распухли и покрылись запекшимися ссадинами. Рассечённая бровь тоже распухла, в растрёпанных обгоревших на кончиках волосах застрял пепел сгоревших крыльев. Потом мужчина поставил штатив на стол, убедился, что все хорошо видно. — Начинай. — Да пошёл ты… — Уже иду, сынок. Ротшильд намотал обрезок гибкого толстого провода на кулак, раздался короткий свист, красная полоса наискосок пересекла спину Ястреба. Когда боль от удара дошла до мозга, послышалось сдавленное шипение. Ястреб чуть язык не откусил, стараясь не кричать. — Сгори в аду, мразь! — спину как кипятком обдали. Похоже ночь будет долгой… Стейс промолчал. Пороть этого гордеца само по себе было приятно. Он не заорал, не принялся просить пощады. Это хорошо. Бить визжащих от страха не интересно, думал миллионер, оставляя вторую полосу, накрест с первой. Третья прошлась по ногам, четвертая и пятая по груди, как раз вдоль цепочки аккуратных круглых шрамиков. — Ммммггм… — парень не позволял себе кричать, но думал, садиста устраивало и его мычание. Сколько он ещё будет так делать? Ястреб знал Эла. Достаточно узнал за все то время, что они провели вместе. «Ему хватит и одной фотки моего избиения, чтобы броситься на помощь. Ему не нужны мои мольбы о помощи, но… можно кое-что попробовать». — Эл… Ротшильд остановился и злорадно улыбнулся, а Ястреб, получив небольшую передышку, закончил. — Попробуй… Только… Припереться! «Не будь дураком, Эл!» — вот что он хотел сказать, но сил говорить не было. Кейго было больно, правда больно. Но эти три слова он из себя всё же выдавил. Однако, такой поворот Стейсу не понравился, кто бы сомневался! «Он одним выстрелом хочет убить двух, нет. Всех зайцев. Помучать меня, приманить Эла и конечно, потешить свою садитскую натуру!» — Ооох, я сейчас расплачусь от твоего героизма! — Новая полоса прошла через грудь и шею, задела мочку уха. — Цсссс, ауууу! — взвыл Ястреб, но поборов вспышку резкой боли, смог сказать. — Мне жалко… серьги. Хоть бы… снял. — он снова оскалился и почувствовал, как на плечо упала капля крови. Рассёк всё-таки… — Так ты красивее. Ротшильд продолжал размеренно и хладнокровно бить Ястреба. Остановился только когда рука устала, а белую кожу покрыла сетка распухших красных, кое-где начавших синеть и кровоточить полос. Приподнял за подбородок, уже покрытый щетиной, свесившуюся на грудь голову Кейго. Тот ещё был в сознании, хотя держался из последних сил. Взгляд плыл, зрачки сузились. Ротшильд отпустил голову пленника. Набрал в ладони воды из-под крана, плеснул в лицо. — Принесите мне аэрозоль дезинфицирующий. Да, на моём столе который — приказал он охранникам. «Уж лучше бы бил. Руками…» — на Кейго живого места не осталось. Следы горели, словно раскалённые, голова стала тяжёлой, а руки казалось, уже давно перестали быть его. Ястреб их больше не чувствовал. «И снова это чёртова морда пялится на меня!» — Ну что, доволен? Папаша? — Кей выпалил это и подумал — «Язык мой — враг мой». Ротшильд восхитился про себя. «Ого. Вот это характер!» — Нет. Сейчас принесут спирт, я тебя полечу, вот тогда посмотрим. Ястреб прикусил губу. «Что-то мне не нравится на что он намекает…» В дверь вошёл мужчина с баллончиком в руках. «Ну хоть тут-то ты попробуешь не полностью быть мудаком?» Кей зажмурился, старательно пытаясь не выть. Ротшильд похлопал Кейго по мокрым щекам, убеждаясь что тот в сознании и щедро обрызгал свежие раны. «Так, сейчас он у меня попляшет» — Ротшильд отошёл к телефону, убедиться, что съемка идёт. — Ммм ааах, ты… ЧЁРТ! — проорал Ястреб, чьи свежие раны зажгло огнём, — Сука, больно-то как! Мразь! Пленник хотел согнуться пополам, но мог только изворачиваться, как змея и вертеть головой. В какой-то момент из глаз даже потекли слезы. До невозможного больно. «Ладно Кей. Соберись. Подумай… Так. Ясно, убивать он меня пока не намерен. Вон, раны даже зализывает. Слава богам, не в прямом смысле. Но чего он добивается, тварина?! Если бы хотел убить нас обоих, стал бы он так за мной присматривать? Избил — да, ребра сломал… Но вода есть, дезинфекция какая-никакая. Он явно проверял, в сознании ли я. И куда это он? Видео… Эл, попробуй… Попробуй только не послушать меня! Я тебя кастрирую быстрее чем Ротшильд!» — Ястреб стонал в голос, постепенно затихая, услышал ехидный голос Стейса. — Ух, вот это танец! Талант. Будешь моей личной танцовщицей! — Ротшильд продолжил поливать Ястреба. — И певицей. Быстро ты запел, думал терпеливее! Впрочем, не люблю молчунов. — ДА ПОШЁЛ ТЫ, СВОЛОЧЬ! Ммм… Снова звенящая боль прошлась по всему телу, словно в чан с кипящим маслом окунули. Всё ныло, резало, болело. Хотелось выпрыгнуть нахер из собственного тела. Передохнуть и въебать этому уроду как следует. — Ты не получишь чего хочешь! Слышишь тварь?! ААА!!! Светловолосая голова парня откинулась назад, мелькнула мысль, «А можно как-то без рук шею сломать?! Чтоб, блять, не мучиться!» Стейс поморщился. «А орет он и вправду громко. Аж в ушах зазвенело. Надо в следующий раз кляп засунуть». Выключив видеозапись, он подошёл к тяжело дышащему парню. Ласково провел рукой по волосам. Огладил горевшие огнём плечи, грудь, спину. Притянул измученного болью врага к себе, обнимая, почти нежно. Наслаждаясь чужим страданием и беспомощностью. Ястреб не сразу осознал, что всё прекратилось. Ну как. «Он перестал меня поливать. Лучше б выпить дал, серьёзно, я бы не отказался, по любому». Спирт продолжал стекать по коже, проникая в самую глубь порезов. Но сил кричать больше не было. Ястреб надеялся, что Стейс оглохнет, но видно, не судьба. Он ещё и… «Что он блять делает». — Какого хрена… Еле выговорив эти слова сиплым шепотом, Кейго продолжил тяжело дышать. Хотелось выплюнуть лёгкие. А Стейс, прижавший к себе израненное им тело, специально проводил кончиками полированных ногтей вдоль рассечений, чем вырвал из груди Ястреба ещё один полустон, полушипение. Ротшильд усмехнулся, продолжая оглаживать беспомощного пленника. А потом, снова запрокинув его растрёпанную голову, поцеловал в дернувшийся кадык. — Ты будешь мой, птенчик. Не сейчас, нет удовольствия насиловать полубесчувственное тело. Позже, когда обработаю тебя как следует. Когда ты сорвешь голос от криков, — Ротшильд провел пальцем вдоль бровей, очертил контур губ Ястреба — когда будешь готов сделать все, лишь бы прекратить страдания. Тогда ты будешь мой. — Ротшильд впился в плотно сжатые, искусанные губы коротким, холодным поцелуем. Во рту появился солёный привкус крови врага. — Сейчас отдыхай. Приводи себя в порядок. В туалет не хочешь? «Вот что ты затеял, хочешь меня добить, а потом выебать? Чего я ожидал? Но сука, почему меня уже второй раз домогаются?! На мне мишень что ли стоит? Или клеймо "Я гей?" Вот блять!» — Мгм. — только и произнёс Кейго, когда губы миллионера коснулись его. «Сука!!!» — Пить не хочешь? Поможем друг другу? — сейчас Ястреб уже не смеялся. Во-первых, губы попросту не поднимались, во вторых он был зол от такой мрачной перспективы и блядских приставаний мужика. Кейго сощурил покрасневшие глаза. И глядя прямо в ярко-голубые напротив, оскалился. Но мужчина рассмеялся. — Хахаха! А ты искушённый, как я вижу. Запомнил, устроим тебе золотой дождь. Четверых хватит? Ребятки соскучились просто так к тебе бегать. Только намекни, они со сменщиками помогут тебе забыть любовника. — Ты не получишь его, Ротшильд… «Пусть я пострадаю, пусть хуи всего мира пройдут через меня. Но Эл не должен сюда попасть… Он не заслуживает такого наказания. А я, можно сказать, попал туда, куда мне прямая дорога. Где только сатана? Вот он. Стоит с улыбкой до ушей…» Ротшильд отпустил цепь, и снова ощутил почти наслаждение, глядя как бескрылый Ястреб беспомощно свернулся на полу вокруг своей боли, стараясь не кричать от восстанавливающегося кровообращения в затекших насмерть руках. Отметил, что вокруг туго затянутых браслетов появились кровавые каёмки. «Отлично отдохнул. Теперь можно с новыми силами приниматься за работу. Подожди, Юкио. Скоро твой «братик» так же повиснет на цепи, рядом с Ястребом, я буду приходить и ебать их в рот. А тебе куплю десять пони и сто платьев и ты, наконец, полюбишь меня. И проявишь нашу фамильную причуду». Ротшильд вышел, отдав пульт охране. — Можете поиграться, если скучно станет. Но, не калечить. «Прекрасно. Теперь ещё и сделал из меня шлюшку для охраны. Ну-ну». Мысли путались, избитый парень всем своим существом пытался не упасть в обморок от шока. Руки в ауте, тело в ауте. Только мозг пока держится. «Я обязан. Не дождётесь. Я всю свою жизнь терплю унижения, это всего-навсего очередное препятствие. Да, возможно последние. Но, раз так». Ястреб снова уселся на задницу. Её палач более-менее пощадил. Руки начали краснеть, значит кровь прилила. Это хорошо. Но, из-под наручников показались кровавые дорожки. Ясно, прилетели. Он мог бы поверить в такие раны после хорошего боя, но… Но сейчас даже думать о таком страшно. Немного ожившие, трясущиеся как у алкаша руки залезли в волосы, локтями уткнулись в колени. «Терпи, Кей. Терпи…»