Пособие по полировке дяньтяня.

Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь, Хотя нас носит по земле, как пургу зима, Но если ты захочешь сильно – я появлюсь И мы с тобой закрутим в плеере наш роман. Анимация «Роман»

Последующие дни были полны неловкости. Даже не смотря на то что Ян Синь девочка не самая стыдливая, она всё равно вела себя довольно скованно. Притом мы вроде нормально общались, но вот та искра и остринка в отношениях поутихла, нет подколки были, но они были… Я даже не уверен, как это назвать, они были более мягкими и дежурными. Я старался не донимать сестрёнку и дать разобраться с собственными мыслями и чувствами. Сам же погрузившись в рутину. Ну не совсем, обучение, тренировки рукопашного боя (какие нам порой преподавали в академии) культивирование, всё это до сих пор приносило мне удовольствие, интерес и не наскучивало. Просто жизнь стала довольно предсказуемой, я знал, как начнётся, пройдёт и закончиться день. И все же несмотря на внешнее спокойствие, предчувствие надвигающегося шторма не отпускало. Это было то самое чувство подготовки к зачётному экзамену. Вроде до него еще долго, но готовиться нужно сейчас, чтобы не опростоволоситься. Ещё и чувство неопределённости в отношениях. Я сидел как на пороховой бочке, которая вот-вот взорвётся, и мог только методично готовиться к будущим событиям. И это на меня давило. Не то чтобы я и до этого не ощущал подобного, просто сейчас это чувствовалось наиболее остро. Препятствие было не где-то там, а вот прямо здесь и сейчас. В общем это выматывало. Не сказать, чтобы прям сильно, но где-то на пороге сознания постоянно жужжало. Как комар, ночью которого не видно, но ты слышишь этот противный писк. Да я старался держать лицо и делать вид что всё нормально. С тем же Е Ханем мы общались как неплохие знакомые на парах, ничего серьёзного конечно, так пустой треп, всё же мы не настолько сблизились чтобы обсуждать планы по захвату города или что-то подобного калибра. Но даже такие пустые разговоры выматывали. Всё время нужно было следить как ты общаешься и думать над каждым словом. Еще и к каждому нужен был индивидуальный подход. Здесь с этим очень строго, нельзя назвать человека просто по имени, особенно к тем, кто главнее и, кто с тобой наравне. Подобное отношение считалось диким хамством, и ты мог напороться на серьёзные неприятности обращаясь к старшим не по чину. Например, в большинстве своём люди тут общаются через фамилии, а, чтобы добавить конкретики добавляют род деятельности человека к ней. А вот именно имя использовалась в ближнем кругу. А ведь были еще префиксы, с помощью которых люди высказывали свое отношение. Например, та же тетушка Зан использовала префикс А. Называя меня А-Пинг, как и сестрица, что означало уменьшительно-ласкательное обращение к младшему. А я же порой использовал суффикс Эр. Присоединяя его к имени сестрицы Синь’эр. Что также означало уменьшительно-ласкательным, но относился больше к субъективной оценке. Я буквально говорил какая сестрица милая и прекрасная, просто к ней правильно обращаясь. И вот таких заморочек было в языке много и приходилось постоянно держать их в голове, чтобы ненароком никакого не обидеть и не оскорбить на пустом месте. Да я давно привык так говорить, не первый год тут живу всё же, и это не что-то прям сложное. Но учитывая все другие проблемы, даже такая мелочь дико бесила. Единственными моими отдушинами были культивация и алхимия и именно в них я ушёл с головой. В этих процессах я всегда видел что-то завораживающие. И хотя многие мои сверстники со мной не согласятся, я воспринимал это как отдых душой. Но всё же, даже на этом фронте возникли проблемы. — Нет, так дело дальше не пойдет, — задумчиво пробормотал я, сидя в позе лотоса на коврике для медитаций, у себя в комнате. Проблема была в том, что после достижения бронзового ранга мой прогресс существенно замедлился. Не критично, но процентов на тридцать точно. Сосуд души стал намного плотнее и перестал реагировать на мою импровизированную технику столь благосклонно. Конечно, духовная энергия продолжала всё так же исправно менять свой спектр, становясь более “холодной”, однако сам её объем возрастал медленнее. И это в общем-то было вполне логично и объяснимо. Сосуд души растет и растягивается в результате получения микротравм во время тренировки. Ци подходящего атрибута выступает в значительной степени лишь в роли “стволовых клеток” для регенерации этих травм. Собственно, благодаря этому свойству сосуда Не Ли и мог качаться в каноне с огромной скоростью. Он сначала повреждал сосуд, а затем лечил его различными препаратами этой своей убер-техникой. Только вот, после достижения бронзы мой сосуд стал куда плотнее и крепче. Я просто не мог травмировать его с прежней скоростью. Разумеется, даже так мой прогресс оставался ошеломляюще быстрым для обладателя жёлтого сосуда, но лично меня он не устраивал. Такими темпами я не успею до экзамена взять даже третью бронзовую звезду. Может быть даже спор выиграть не удастся. У Шень Сю и цвет сосуда лучше, и техника, наверняка, имеется мощнее базовой академической. Да и разнообразные пилюли никто не отменял. Достигнуть двух бронзовых для неё при таких вводных не является чем-то невероятным. Хотя вроде у Шень Юэ, ее будущего племянника, не получилось в каноне, но и у него не было особых стимулов, в отличии от своей тёти. А ведь мне нужно не просто победить, мне нужно стать гением в глазах общественности. Мне нужно было блистать в день экзамена. Впрочем, нельзя сказать, что подобный расклад я не предусмотрел. Похоже, придется немного считерить. Да и в конце-концов алхимик я или кто? Поднявшись с пола, я потянулся и направился к оборудованной в углу комнаты мини лаборатории. Там у меня располагаясь алхимическая печь, несколько наборов ингредиентов, с которыми я работал и экспериментировал в данный момент и мои лабораторные журналы с записями об атрибутах трав и таблицами их возможных сочетаний. Предстояло изготовить мою первую, по-настоящему инновационную пилюлю. Идея её создания уже давно скреблась где-то на задворках сознания и окончательно оформилась, только когда я наконец сумел определить свой атрибут. В самом начале моего изучения алхимии я хотел попытаться улучшить и использовать для прокачки местный эликсир Духовного Укрепления, однако быстро отказался от этой идеи. В основном потому, что улучшать в этом эликсире было особо нечего. По сути своей он являлся стимулятором, ускоряющим выработку духовной энергии и имел целых три значимых недостатка. Во-первых, это ускорении утомляло сосуд души, и после окончания действия эликсира выработка духовной энергии падала ниже стандартных значений. То есть, в целом скорость культивации повышалась очень незначительно. Во-вторых, к эликсиру очень быстро развивалась толерантность, и учитывая отсутствие аналогов, приходилось постоянно повышать дозу. Ну и наконец в-третьих, этот эликсир вообще не решал моей основной проблемы с эластичностью сосуда. Нет. Для ускорения культивации мне требовался принципиально иной подход. И в настоящий момент я его нашёл. В основу моего нового препарата лег яд кровавого Мечелиста. Он относился к середине бронзового уровня и в обычной дозировке вызвал серьезные внутренние кровотечения, путем нарушения свертываемости крови и нанесения множественных травм стенкам кровеносных сосудов. Однако было у него и ещё одно куда менее известно и, можно сказать, вторичное свойство. Ци мечелиста ранила ещё и сосуд души. Не сильно, но всё же… И именно это свойство мне и было от него нужно. Уже давно мне удалось совместить мечелист с некоторыми иными травами и полностью нейтрализовать его действие на физическое тело, оставив лишь духовных эффект. Это был первый шаг для создания моей пилюли. Вторым являлось определение моего атрибута и подбор трав максимально ему соответствующих. С этим после событий начала учебного года никаких проблем не возникло. Ингредиенты с мертвым хладом являлись относительно редкими, но при этом не особо дорогими. Через несколько дней после памятного похода на рынок с сестрёнкой я закупился несколькими охапками “холодных” трав и провел часа три, определяя какие из них являются самыми насыщенными и подходящими лично под мой спектр Ци. После обработки и добавления нескольких присадок для смягчения эффекта мне удалось создать препарат, дающий мне огромный, запас духовной энергии, идеально подходящей для регенерации и закалки моего сосуда души. По сути это было в некоторой степени противоядие от того ослабленного яда мечелиста, на котором базировался первый этап действия ещё не изготовленной пилюли. Однако и это ещё было не всё. Проблема была в том, что такое количество мертвого хлада должно было убить меня ещё до начала поглощения его сосудом души. Вернее, сначала я бы оказался под чем-то вроде наркоза, поскольку хлад действует как обезболивающее, а затем бы у меня наступил паралич дыхательного центра. В результате пилюля вместо прокачки отравила бы меня обратно в Пустоту. Разумеется, подобный исход событий меня совершенно не устраивал. Пришлось включать в пилюлю третий этап действия. Нечто, что не позволило бы мертвому хладу меня убить, но в то же время не подавило бы его энергию и достаточно сочеталось с ним, чтобы не вызывать конфликт атрибутов. С последним я мучился больше всего. Перепробовал несколько сотен сочетаний пока наконец не обнаружил нужное. Ключом стал один из низкоуровневых боевых эликсиров с пафосным названием Крылья Громового Ястреба. На самом деле он всего лишь увеличивал скорость реакции процентов на десять и давал небольшой бонус к остроте органов чувств. Для меня главным в нём являлся сам факт стимулирующего воздействия на нервную систему и вполне совместимый с хладом атрибут молнии входящий в состав ци большинства трав. Увеличив дозировку, пропорции и заменив несколько ингредиентов на более мощные я получил отличное противодействие усыпляющему действию второй части моей пилюли. Ведь что такое наркоз? В сущности, если не вдаваться в биохимические подробности, то это препарат, мешающий передаче импульсов в нервной системе. Усовершенствованный эликсир Ястреба же наоборот стимулировал и ускорял передачу этих импульсов. В итоге от хлада оставался только собственно эффект холода. Однако моё тело одной бронзовой звезды вполне могло его пережить, если нервная система и моё сознание продолжает функционировать. Впрочем, на случай если что-то всё же пойдет не так я заранее изготовил мощное противоядие на основе атрибутов огня. Если я пойму, что третья часть пилюли действует недостаточно сильно, то тут же выпью заготовленный пузырёк. Да, это мгновенно выжжет весь материал для регенерации сосуда души, но я хотя бы останусь жив. Хотя идея всё еще была рискованная. Всё же это был эксперимент на себе. Загрузив в алхимическую печь все ингредиенты в необходимых дозировках и пропорциях, я сфокусировался и зажег в ней духовное пламя. С достижением первой бронзовой звезды эта техника стала куда мощнее и поддавалась намного более тонкой настройке. Вряд ли, ещё пару недель назад я бы сумел провести все намеченные преобразования без серьезного риска провала. Однако сейчас я был полностью уверен в себе. Опасность может крыться только в изначально неверных расчетах и предположениях. Сам процесс изготовления хоть являлся весьма муторным не должен был доставить мне никаких проблем. Ведь как по сути работает эта техника. По сути я извлекаю ци из вещества, а потом своей ци как бы приказываю ей что мне нужно. Чем-то это даже напоминало программирование. Я буквально говорил ци в веществе что ей нужно делать, и чем лучше я понимал, что делаю, чем чётче приказ. Тем выше шанс на успех. Поэтому кстати имея один и тот же набор навыков, один и те же ингредиенты, и одни и те же инструмент, один алхимик мог провалиться, а другой преуспеть. Дело в понимании того что ты делаешь. Именно поэтому кстати многие даже именитые алхимики лажали, когда пробовали новый, но при этом простенький рецепт. Поэтому даже имея переведенный рецепт от предков люди не могли иногда использовать его. Они не знали, что рецепт должен делать. И могли только догадываться, смотря на рецептуру. Стоит ли говорить, что многие алхимики крайне смутно понимают, как это всё работает из-за чего никакие рецепты кроме известных создавать, не могут. В теории высокоуровневые алхимики при желании даже имея ужасные ингредиенты и не имея котла способны создать, что-то великое и мозговыносящее. На практике же для этого понадобиться столько ци, что не у каждого легендарного есть. Я же чётко знал, что хочу получить и как это должно работать. У меня были подходящие ингредиенты, а также инструменты. Так что я был в полной уверенности в первой удачной попытке. Первыми моими жертвами стали травы с атрибутом холода. Их в составе было больше всего и именно они должны были послужить основой для формирования препарата. Стоило только приступить к началу очищения и конденсации холодной ци, как температура в комнате мгновенно упала. Пламя в печи теперь вместо жара начало, распространять вокруг себя обжигающий мороз. Словно в одно мгновение превратилось в кусок льда. Я мысленно поморщился, не прекращая свою работу. Многие ученики гильдии считают появление жара, холода или “лекарственного запаха” при изготовлении пилюль хорошим признаком, однако я знал, что это всего лишь паразитные потери атрибутной ци, которую алхимик не способен присоединить к препарату. Чем меньше таких потерь, тем больше ци идет в дело. Это, кстати, всегда необходимо учитывать при составлении рецептов и расчете их эффективности. У меня, например, потери ци составляют около сорока процентов, и, зная это, я всегда беру больше трав, чем необходимо для идеальной формулы. Получается дороже, но зато препарат работает в полную силу и без перекоса в какой-нибудь эффект, если его атрибутную ци алхимик контролирует чуть лучше, чем остальные. Мои руки начали формировать различные ручные печати, как будто я был каким-то шиноби, или как тут называли это пальцекрутство, мудры. По сути это было особое расположение кистей и пальцев рук, наполненных ци. Они служили этакими триггерами для котла алхимии, которые упрощали процесс контроля собственной ци. Дело в том, что алхимический котёл это по сути магический артефакт. И помимо экранирования энергии, во время процесса трансформации, чтобы та не уходила в пустую, котёл также имел и другие функции. Так в нём при создании вложили различные мудры, стоит сложить пальцы, как задействуется ци котла которая сама начинает действовать на ци в веществе. Можно сказать, что котёл был неким станком, с различными наворотами, которые облегчали процесс трансмутации. Разумеется, у разных котлов были разные возможности, но самые дорогие и элитные позволяли вообще не следить за процессом, а только в нужной последовательности менять мудры, да примерно знать, что тебе нужно. Такие способности котлов позволяли алхимику не распылять сознание на несколько действий, что иногда случалось в процессе приготовления пилюли, мази или эликсира, а также делать их более качественно и быстро. Обычно, в простых рецептах я не использую эти навороты, чтобы улучшить контроль над техникой мистического огня, но сейчас мне нужен максимальный результат. Благо я уже обучался работать с такими возможностями котла, за что отдельная благодарность Синь’эр, и процесс шел проще и быстрей. Когда, все “холодные” травы превратились в мелкодисперсную мерцающую пыль, я приступил к преобразованию мечелиста и остальных трав, входящих в состав ослабленного яда. В комнате мгновенно остро запахло железом и кровью, а вокруг поблескивающих в пламени мертвенно-белых кристаллов закружилось множество кровавых капель с серо-стальным отблеском на поверхности. Остался последний этап. Я полностью погрузился в процесс создания пилюли. Оставшиеся ингредиенты осыпались в пламени пеплом высвобождая чистую ци, принявшую вид голубоватых электрических искорок, мечущихся в пламени. Усилием воли я заставил получившуюся взвесь закружиться в подобие крошечного урагана, заставляя различные виды ци смешиваться и уплотняться. Как только ци стала настолько плотной, что ещё потоки начали напоминать жидкость, я резко увеличил поток духовной силы, поддерживающей пламя. Духовный огонь взревел, а мгновенное увеличение давления моей энергии заставило ци в печи начать стремительную кристаллизацию. Через несколько мгновений вместо облака из энергий трёх различных видов в алхимической печи лежал лишь один небольшой шарик с блестящей, глянцевой поверхностью. Я поспешно погасил духовное пламя и дрожащими руками извлек получившийся препарат из печи. Пилюля имела размер примерно размером с крупную вишню. Она была белой с кроваво-красными линиями, разбегающимися по её поверхности и напоминающими тончайшие капилляры. На ощупь пилюля была холодной и слегка покалывала пальцы электрическими разрядами. Отлично. Похоже все получилось. Впрочем, точно можно будет сказать лишь после проведения испытаний. Прихватив пилюлю и пузырёк с противоядием, я вернулся к коврику для медитаций. От мандража меня слегка потряхивало. Всё же это было испытание моего первого по-настоящему авторского алхимического препарата, да и ещё и сразу на себе. До этого на основе своих теорий и выводов я лишь корректировал и оптимизировал рецептуру уже известных эликсиров, не создавая ничего принципиально нового. Однако сейчас всё было иначе. Остальные алхимики в этом мире вообще не знали и не использовали те принципы алхимии, которые я применил для создания своей пока ещё безымянной пилюли. Точнее, когда-то давно может быть и знали, но сейчас в Светозаре всё было давно и прочно забыто. Если всё получиться, то это будет прорыв не только и не столько для моей культивации, но и для всей алхимической науки города. Вполне возможно, что благодаря этому мы сможем делать по-настоящему эффективные препараты для культивации ещё задолго до начала канона и без всякого участия Не Ли. Неизвестно, правда, как это повлияет собственно на сам канон… Но думать об этом сейчас просто не имеет смысла. Я ведь даже не знаю какой сейчас идёт таймлайн “Сказаний”. Вполне возможно, что будущий ГГС так и останется обычной школотой без всяких древних знаний. И если это действительно окажется так, то в будущем для победы над демоническим нашествием и темной гильдией потребуется использовать любую возможность. Я глубоко вдохнул, успокаивая нервы, а затем закинул пилюлю в рот и проглотил её. Сразу же подготовив противоядие у себя в руках если что-то пойдёт не так. Почти мгновенно по телу начали распространяться волны обжигающе холодной ци. Я поспешно активировал технику культивации, направляя потоки холода по уже разработанным путям циркуляции в свой сосуд души. Тут же в голове возникло странное покалывание. Не болезненное, а скорее просто неприятное и раздражающее. Похоже, заработал яд мечелиста. Я полностью ушёл в себя, сконцентрировался на сосуде души и почувствовал, как на его стенках стали появляться микроскопические порезы. Отлично. Я стал наполнять сосуд внешней энергией из пилюли, смешивая её со своей родной духовной энергией и придавая последней всё большую атрибутную окраску. Трещины на сосуде души стали очень быстро затягиваться, а сам сосуд принялся стремительно разрастаться. Причём, делал он это гораздо быстрее, чем даже в самый первый день моей культивации. Кроме того, я ощущал, что сосуд становится не только больше, но прочнее. Моя энергетическая система пыталась защититься от воздействия внешней агрессивной энергии. Великолепно! Всё идет даже лучше, чем я думал! Теперь главное, чтобы моё тело выдержало воздействие мертвого холода до того, как он полностью истощиться. По расчетам это должно было занять примерно два с половиной часа. Сколько пройдёт в реальности? Судя по тому, с какой скоростью расходуется холодная ци до окончания эффекта пилюли должно пройти около трёх часов. Похоже, я всё же немного ошибся в дозировке, однако это не критично. Судя по тому, что меня до сих пор не вырубило электрическая составляющая работает хорошо и смогу спокойно поддерживать процесс циркуляции энергии всё необходимое время.

***

Поляну освещал лунный свет. А я заканчивал вертикальные отжимания. Пот лился ручьём, но я не чувствовал особой усталости. ― 499… 500! ― выдохнул я и оттолкнувшись от земли подлетел и приземлился крепко встав на ноги. На мне были одеты только льняные штаны и всё, так что вечерний ветерок приятно холодил разогревшееся полуголое тело. Я вздохнул и потянулся. Ощущения были просто отличные после тренировки я чувствовал приятное тепло по телу. После 4 часовой медитации где я усвоил пилюлю, я стал как обычно заниматься физическими упражнениями. Ибо их нужно совмещать для большего эффекта. И теперь мои тренировки на сегодня закончены. ― Так, ну сначала мыться, потом приготовлю ужин. ― пробормотал я себе под нос. И пошёл со своего дворика в дом. Несмотря на то что был уже поздний вечер, сестрица ещё не пришла домой. В последнее время она часто задерживается в гильдии если уж на то пошло. Дело было в том, что она теперь полноправный магистр. А сейчас движется к должности директора, даже тот старик Гу Янь, что помог мне с поступлением в академию, всячески подталкивал её к этому. После того как привёл тело в порядок и переоделся в домашнее, я стал готовить ужин к приходу сестрицы. Попутно размышляя на тему дальнейших действий. Я приготовил уже несколько, пока безымянных, собственных пилюль. Они должны значительно повысить мою культивацию на время, правда стоят они довольно дорого, некритично, но неприятно. Травы в рецепте может и дешёвые, но их много, и всегда есть шанс провала. К тому же их создание требует времени, а ещё сосуд может привыкнуть и адаптироваться к нагрузкам, и выработать толерантность к препарату. Так что придётся либо повышать дозировку, либо улучшать рецептуру. Думаю, уже на серебре или даже высокоранговой бронзе препарат будет уже неэффективен. Впрочем, свою задачу он к тому времени выполнит, сейчас мне нужно жевать эти пилюли как конфеты. Не самое лучшее решение, ибо это ускорит габитуацию. При этом не показав максимальной эффективности, но мне нужно за 2 месяца выйти на максимум, да на долгой дистанции в теории с помощью пилюль за месяцев 6 я гарантированно выйду к серебру. При этом пилюли ещё будут оказывать какой-никакой положительный эффект, при этом если я сейчас буду часто принимать препараты, как решил, они перестанут на меня воздействовать гораздо раньше, а до серебра я точно не доползу. НО. За 2 оставшихся месяца я буду куда-как более сильным чем, при долгом пути. А те месяцы я обменяю на знания от предка в небесном пределе священного превращения (господи, что за название!) или если он не пожелает со мной работать, то наверстаю в том же пределе, насколько помню люди там развиваться намного быстрее. Тут я услышал звук открывания двери и чьи-то тихие и лёгкие шаги кажется Ян Синь пришла с работы, благо я уже заканчивал готовить. Но думаю нужно сегодня с ней поговорить насчёт наших отношений. Закончив готовить, я пошёл в зал встречать девушку. Она сидела за столом и задумчиво разглядывала мои безымянные пилюли, которые я сегодня приготовил после первого удачного испытания. Взяв одну пилюлю она ее понюхала и положила обратно в нефритовую бутылочку к другим. Чёёёёрт нужно было убрать их куда-нибудь, а не оставлять в зале. Но поздно, все мы умны задним умом. Она пронзительно посмотрела на меня. Кажется, меня сейчас будут бить, возможно ногами, возможно по голове. ― Привет, как дела Синь’эр? ― постарался я быть максимально расслабленным и позитивным, уже понимая, что это не сработает. ― Что это за пилюли? ― строго спросила сестрица, чуть поджав губы. ― А ну это новая пилюля, представляешь я нашёл в академической библиотеке рецепт! ― продолжал я косить под дурачка. ― Врёшь. ― лаконично высказалась Ян Синь, ни на секунду не поверив мне. ― Вру… Эх, это моя лично изобретённая пилюля. ― И судя по тому, что пилюль уже много ты успел проверить её, так? ― Да. ― На себе. ― скорее утверждая, нежели вопрошая сказала она. ― На себе. ― мы слишком долго живём вместе, и как я изучил её, так и она меня. Сейчас любая ложь будет только ухудшать мою и так плохую ситуацию. ― Зачем? ― отложив пилюли, она заткнула лицо ладонями, опираясь локтями о стол. Из-за чего вопрос получился приглушенным. Тело её мелко дрожало. ― Я… Мне нужно попасть в небесный предел священного превращения. ― мисс алхимик вздрогнула. И снова посмотрела на меня, кажется слегка заплаканными глазами… Я откровенно вздрогнул и струхнул, я довёл ее до слёз. БЛ*ДЬ. Ситуация из плохой, стала просто катастрофической. А Синь’эр же набрав воздуха начала. ― Т-ты понимаешь, как это опасно?! ― сказала она слегка надтреснутым голосом, впрочем, я ее не перебивал ей нужно выговориться. ― С-сколько талантов загубило то место?! Именно из-за этого туда не пускают всех желающих. Т-ты же можешь стать калекой! Твой сосуд д-души может быть повреждён! З-зачем? Зачем ты так рискуешь? Зачем экспериментируешь на себе?! Ты хоть знаешь, как это опасно?! Тебе п-перечислить алхимиков что умерли от собственных экспериментов?! А может описать их жуткую смерть! Мог подождать меня, и мы бы вместе поэкспериментировали в гильдии. Там мы бы смогли найти способы проверить это безопасно! З-Зачем?! Зачем подвергаешь себя опасности. Тебе жизнь не мила?! Что я буду делать если твой очередной эксперимент пойдёт не так! Да даже эти пилюли, в них много ци с морозным атрибутом, что мне нужно было делать если бы я обнаружила дома твой окоченевший труп?!― во время ее монолога, она то и дело запиналась, а голос всё повышался и повышался, переходя чуть ли не в крик, у неё началась истерика. Судя по всему, дни после поцелуя для неё были очень нервными, стресс на работе, попытка разобраться в неопределённости отношений, страх разрушить уже существующие импульсивным поступком, несколько дней она ходила как на иголках. А я старался вести себя как обычно, хотел не тревожить её, но кажется сделал только хуже. Соломинкой, переломившей хребет, стал этот эксперимент на себе. Да она знала, я не дурак, я определённо подстраховался и перепроверил всё десять раз, но… а какая разница? Я рисковал, и осознание того что она могла меня потерять, ударило по ней больно, близкие люди для неё очень больная тема, особенно после смерти родителей и одинокой жизни в приюте. Но вот она закончила, и снова уткнулась лицом в ладони. Были слышны всхлипы. Сейчас никакие доводы разума и рациональность ей не помогут. Сейчас ей нужно тепло и уют. Я медленно стал подходить к сестрице. Присев рядом, я аккуратно прижался и стал гладить ее. Всё лишь бы успокоить. Ян Синь почувствовав тепло родного человека, начала тихо говорить. Впрочем, по тону голоса было понятно, один не верный шаг и будет новая женская истерика, которая будет в разы больше предыдущей. ― С-слушай, а д-давай вернём всё как было раньше? П-просто будем обсуждать а-алхимию, п-подколки. З-зачем тебе этот предел? У нас же всё будет х-хорошо, к-как раньше…― посмотрела она на меня с безумной надеждой во взгляде в таких притягательных сиреневых глазах. ― Синь’эр… Я тебя не брошу, ты мне очень нужна, я тебя люблю, но этот предел… Я не могу от него отказаться. ― с каждым новым словом ее глаза казалось сияли всё больше. Только чтобы потухнуть, когда она осознала последнюю фразу. Выбравшись из моих объятий, но ещё не отстраняясь окончательно, она спросила. ― Почему? Я-я обещаю, тебе не о чем не надо будет волноваться, ты и так будешь считаться гением и легендой алхимии. ― неправильно истолковав мои слова, решила она меня убедить регалиями, считая, что я делаю всё это ради своего тщеславия. ― Дело не в славе Синь'эр ― покачал я устало головой. ― А в чём?! Почему ты не хочешь прожить счастливую и беззаботную жизнь со мной?! Зачем гонишься за силой и славой? Зачем устраиваешь бессмысленный спор, ставя на кон свою честь? Зачем проходишь на грани?! Зачем отдаёшь всего себя тренировкам? ― взорвалась Синь’эр. ― Я просто… не понимаю. Если… если ты хочешь, можешь не рассказывать, в конце концов у всех есть свои секреты, и ими не делятся с посторонними ― она грустно усмехнулось и сгорбилась. Я же понимал, что это решающий момент. Либо я ей рассказываю про будущую гибель Светозара, либо нет. Конечно я могу промолчать, и мы после этого останемся близки, но… Мы станем просто близкими знакомыми. Я же… я не хотел ее терять. Не хотел быть просто другом. В конце концов я не хотел разбивать ей сердце. В прошлом я считал, что не стоит ей все рассказывать. Она бы конечно поверила. Но та тяжесть ответственности за город ляжет и на неё. Не может не лечь. Я не хотел, чтобы она напрягалась, не хотел, чтобы она бессонными ночами придумывала планы, как бы уцелеть и город заодно спасти. Я не хотел, чтобы ей снились кошмары, из-за понимания собственной слабости, которые бы будили по среди ночи, заставляя снова и снова погружаться в расчёт чудодейственной пилюли, что может спасти тебе жизнь в будущем. В общем я не хотел, чтобы на неё давило. И вот сейчас передо мной выбор. Я либо делюсь этим грузом, либо оставляю её в блаженном неведенье… Выбор для меня был очевиден. ― Синь’эр… Ты веришь в судьбу? ― что же пан или пропал. ― Ч-что? ― опешила сестрица. ― Видишь ли… Когда мне было лет 9… Мне приснился один сон, он был очень реалистичен… Там… Ну… В том сне Светозар был полностью разрушен… Полностью… Без шанса на восстановление. ― комната погрузилась в оглушающую тишину. Я же продолжал. ― Знаешь ты там тоже была… И когда я увидел тебя в гильдии впервые честно говоря был шокирован. ― продолжать было не нужно, если она была во сне где все погибают, то не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что ее ждало. Конечно я ей не рассказывал всего. Но даже то, что я на неё вывалил ее шокировало, судя по широко раскрытым очам девушки. ― Я… Я просто не могу отказаться… Конечно это может быть просто морок, это может быть неправдой, иногда мне этого очень хочется, но слишком много совпадений. ― я смотрел прямо в глаза Синь’эр. Это продолжалось непродолжительное время пока девушка не отмерла от откровений. ― Но… Получается… Почему ты мне сразу не сказал!? Мы… Я! Я могу тебе помочь! ― воскликнула девушка. ― Ты уже мне очень помогаешь. Правда. Я не думал, что нагружать тебя ещё и подобными вещами необходимо, в первую очередь для тебя. ― я облегчено вздохнул. Она поверила, не то чтобы это было удивительно. В этом мире верят ведениям будущего и прочему мистицизму. Но меня до самого конца грызло подленькое, маленькое чувство сомнения и страха. ― Не подумал он! Да даже если этот сон просто твоя фантазия, ты обязан был со мной этим поделиться, если для тебя это так важно! ― продолжала негодовать эта добрая душа. ― М-м-мы же семья! ― сказала изрядно покраснев и стесняясь своих слов. Она даже зажмурилась. Как же это очаровательно. Я же улыбнулся и медленно подполз к леди обнимая её за талию. Остался один не решённый вопрос. ― Ты ч-чего делаешь. ― не много взвизгнула от удивления прекрасная девушка. Впрочем, никак не пытаясь выбраться из моих объятий. ― Синь’эр. Моя милая сестрица, ты для меня ближе чем семья, я очень жадный, а ты моя и бросать тебя не под каким предлогом я не собираюсь, и сейчас я это буду доказывать практическим примером. ― у меня сводило зубы от приторности этих слов. Пускай у меня и был опыт в отношениях, но даже в самый цветочно-конфетный период у меня не было таких сантиментов. Такое признание, не смотря на то что я старался себя контролировать внешне, вызвало во мне дикое чувство стыда и неловкости. Проще говоря мне хотелось провалиться под землю. Но Ян Синь была хоть и гордой, прекрасной, сильной, но книжной девочкой. И романтику в основном знает по местным романтическим книгам. А там правит балом Пафос и Возвышенность. И этими словами я показывал всё серьёзность своих намерений. Ей это нужно, и я постараюсь чтобы этот день она не запомнила, как день истерики. Я хотел, чтобы для неё день закончился на счастливой ноте. И вот ошалевшая и не успевшая ответить девушка, подверглась моему коварному нападению. Заключив её уста в плен, я почувствовал вкус её губ. Эта была вишня. Я сильнее прижался к ней, обнимая её стан, я чувствовал, как быстро бьётся её сердце. Она не сопротивлялась. И сначала не уверенно, но стала отвечать на поцелуй. Она начала обнимать меня за плечи. Этот поцелуй был очень нежным, который постепенно становился всё более жарким и страстным. И пускай про поцелуи, она явно только читала, но как прилежная ученица начала старательно повторять пройдённый материал. Сколько длился поцелуй? Даже не уверен, казалось прошёл миг. Но отсутствие кислорода вынудило нас прервать его. Но мне хотелось продолжения, как и моей, судя по внешнему виду, визави. Тяжело дышавшая, с румянцем на щеках, она выглядела просто изумительно, ещё и этот томный взгляд. Мы были в тесной близости и наши дыхания перемешивались. ― Т-ты… фух… развратник… не смей меня затыкать. ― впрочем не смотря на слова она снова поддалась мне на встречу не ждя моего ответа, а на её лице играла прекрасная счастливая улыбка. Во время второго поцелуя она была куда как более настойчива. И активней участвовала в процессе, показывая, как хорошо усвоила наши практические уроки. Но я в силу большего опыта всё же брал вверх. И вот медленно я кладу её на пол. Всё её кимоно растрепалось, я даже видел повязку на груди, которая у местных заменяла бюстгальтер. Во время поцелуя я начал медленно очерчивать её идеальную фигуру, что ей явно было по нраву, но вот мои руки добрались и до её пояса для кимоно, и начали медленно его развязывать. И в этот момент она переворачивает ситуацию, мы буквально перевернулись. И теперь она лежала на мне, а я на полу. Тут она разорвал поцелуй. Впрочем, делала она эта с явной неохотой. ― Так ты… ― спросила она слегка не уверенно. Но я знал что она хотела спросить. Я схватил своими руками её ягодицы, на что она конечно вздрогнула от неожиданности, но не сопротивлялась. Я начал слегка поглаживать и мять её мягкие, но в тоже время упругие нижние девяностые, и при этом ощущая тяжесть верхних на своей груди, после же мягко улыбнулся девушке и сказал. ― Ты моя Синь’эр, и сейчас станешь ей полностью, а я слишком жадный чтобы бросать своё, я не хочу тебя бросать, ты моё сокровище, и я тебя люблю, сильно, надеюсь эти чувства взаимны? ― девушка просияла на глазах. И без раздумий ответила. ― Да! ― И мы продолжили прерванный поцелуй. Но девушке нужно было окончательно избавиться от сомнений. Кажется, сейчас меня ждет бессонная, но бесспорно приятная ночь.

***

На утро я проснулся просто с прекрасным настроением и первое время нежился в объятиях прекрасной девушки, что лежала на моей груди. Вообще не смотря на пару часов сна, я чувствовал себя бодрым. В прошлой жизни я бы чувствовал себя убитым после такого марафона, однако здесь я был культиватором. И даже бессонная неделя для меня была вполне посильным испытанием. Однако мне нужно было идти в академию, а Ян Синь в гильдию. Ян Синь же начала проспаться, она выглядела так растерянно мило, но в тоже время завораживающе. Вот она приподнимается осматривается, тут она понимает, что полностью голая, а потом она замечает меня. Немая сцена. ― Не сон ― тихо и поражённо прошептала Ян Синь. ― Не сон! ― уже более уверенно и живо. ― Не сон. ― говорю я довольный разлёгшись на кровати. И сестрица тут же кинулась ко мне целуясь. Вообще в прошлом это было бы не самым хорошим действием. Всё же после сна следует умыться, а не лобызаться. Но чудодейственная ци, исправляла все недостатки тела и поддерживала его в тонусе, и романтичный поцелуй не был испорчен такой вещью, как неприятный запах изо рта партнёра. Поцелуй был долгий, а мои руки по-хозяйски сжались на нижних девяностых моей партнёрши. Даже мой Пинг-младший стал снова подавать признаки жизни. Я уже было хотел отстраниться… Но потом подумал, а какого черта? Передо мной шикарная девушка, что сама просит и хочет. Зачем обламывать как её, так и меня? До академии пару часов, а мы можем потратить тридцать минут, не всё же время учиться.

***

Полтора часа спустя. Та же спальня. Ну… Возможно мы немного увлеклись. После очередной разрядки мы сейчас молча лежали в кровати, наслаждаясь обществом друг друга. Ян Синь снова лежала на моём плече вырисовывая на моей груди какие-то понятные только ей узоры, своим пальчиком. Как вдруг она сказала. ― Я люблю тебя. ― Хе, я видел это и даже прочувствовал. ― она наигранно надулась. ― И зачем опошлил такой момент. Развратник. ― И это говоришь мне ты? Мне напомнить, чем ты занималась в последнее время? ― Ты тоже этим занимался, и вообще ты меня соблазнил! ― припечатала брюнетка и строго посмотрела на меня, хлопнув ладошкой по груди. ― Мне напомнить про огурец? ― сказал я лукавым тоном улыбаясь как кошак добравшийся до сметаны. Сестрица пораженно застыла, её лицо стало заливаться краской, хотя, казалось бы, после прошедшей ночи. ― Т-ты… ― Да я его видел… Развратница ― вернул я ей шпильку. Она же стала забавно паниковать. ―Т-ты… Да кто бы говорил! И вообще откуда ты так много знаешь о том чем мы тут занимались. Где ты так научился целоваться! ― попыталась перевести тему, смущённая девушка, и даже так подозрительно сощурившись уставилась на меня, впрочем, покрасневшие ушки выдавали её с головой. ― Ну, я иногда читал твои «справочные материалы», тебе стоило их лучше прятать. ― Но это не объясняет твоей опытности! У тебя явно было с кем-то практика, кто она? ― самое интересное я не чувствовал от неё никакой ревности, только какой-то азарт и желание узнать, как я выкручусь из ситуации. Хм, интересно. Впрочем, ответ у меня уже был заготовлен. ― Помидоры ― ответил я лаконично, чем ввёл мою собеседницу в ступор. ― Помидоры? ― Помидоры. Свои первые поцелуи, я практиковал на помидорах. ― сказал я со строгим выражением лица, причем не словом не солгал! ― Ты… Пфх… Помидоры? Пхихи…― и девушка прыснула от смеха. ― И..И как? ― спросила она всё ещё посмеиваясь. ― Не то. С тобой лучше. ― старался всё также держать лицо я. ― Согласна. Овощи в этом ужасны, тот огурец не сравнится с тобой милый~ ― начала она ластиться ко мне. Впрочем, довольно быстро стала похихикивать, я же, не выдержав тоже начал смеяться. Эх, её смех звучал как лучшая в мире музыка. Отсмеявшись мы начали собираться. Всё же как бы нам не было сейчас хорошо нас ждали дела. ― А может? ― жалобно протянула девушка. ― Нет, мы обязаны. Работа ждёт. ― Работа ― произнесла она уныло. Одевшись мы пошли на кухню, нужно было позавтракать, а потом умыться, и так уже опаздываем. ― Ах, да. Вчерашний ужин ― протянул я. ― Теперь завтрак. ― Ага, сейчас погоди разогрею. Я начал делать импровизированный завтрак. А после мы приступили к еде. И во время процесса насыщения организма Синь’эр заговорила. ― Так… Это правда? Ну про видение. ― я вздохнул, не хотелось поднимать эту тему за столом. ― Да, правда. ― И ты не откажешься от своих планов? ― Нет. ― Ян Синь грустно вздохнула, а затем решительно на меня посмотрела. ― Так. Какой у тебя сейчас план? Я обязана тебе помочь. ― Пока нет четкого плана. Есть только цели. Мне нужно реформировать город чтобы он был в состоянии отбиться от орды демонических зверей, а также стать максимально сильным. Сильнее Е Мо. ― девушка задумалась над моими словами. ― Ну с реформами я могу тебе помочь, как я понимаю твои планы со времён нашего последнего разговора на рынке, не изменились? После этого мы начали обсуждать основные направления реформации города в целом и гильдии в частности. Хотя и не только об этом мы говорили, иногда мы скатывались в пустую болтовню. За всем этим мы чуть потеряли счёт времени. Но всё же после завтрака, мы умылись, и уже стояли у дверей нашего дома. ― Ну я пошла. ― Да, но перед этим ― Я снова приблизился к ней и поцеловал. На этот раз нежно, только чтобы передать ей все свои чувства. Когда же это прекрасное мгновение закончилось мы отстранились, и Ян Синь тихонько прошептала. ― Спасибо тебе, правда спасибо. ― и она очень ласково мне улыбнулась. ― Это тебе спасибо. Этот тёплый и семейный момент длился казалось вечно. Но и он проходит, к большому моему сожалению. Ян Синь же пошленько улыбнулась. И напоследок сказала. ― Кстати, сегодня я свободна после 6. Кажется именно тогда у тебя заканчиваются занятия? Я буду ждать не опаздывай. ― И после этого я развратник? ― я покачал головой. ― Ну конечно ты. Ты меня совратил, а теперь изволь взять ответственность, за невинную деву. ― я посмотрел на эту «невинную деву», что вчера устраивала форменный разврат. ― Или ты против? ― спросила моя развратница. ― Да как я посмею! ― воскликнул я поэтично, а после, как и Ян Синь, рассмеявшись. Сегодня явно хороший день. И мы вышли и пошли каждый к своей цели. Солнце ярко светило на небе было не облачка, а приятный ветерок ласкал кожу. Моё настроение было под стать погоде. Оно было безоблачным и ярким. Тревоги и сомнения отошли на второй план, сейчас у меня была только уверенность, что я со всем справлюсь. Ну иногда полезно отдохнуть, так что сейчас слегка сбавим темп. А экзамен и пари через месяц? Пфф, нашли чем пугать.