Ghosts Again

Париж Октябрь 2001 Оказавшись на арене в Берси, Николь с первых минут почувствовала себя как рыба в воде. Бывать раньше на подобных съёмках с мужем ей не доводилось, но в этот раз, процесс подготовки к завтрашней записи полностью окунул её в мир музыки и искусства. Огромное количество людей, профессионалов, каждый знал, что необходимо делать. Работали монтажники, режиссёры, дизайнеры, аранжировщики. Дух захватывало от масштабов их работы. Огромная сцена, пробы света, установка камер, вся эта суета вокруг совсем не напрягала её, будто так и должно быть. Новый мир, захватывающий, волнующий, сложно представить, что же здесь будет завтра. Никого из артистов в этот момент не было, но через пол часа должен начаться саундчек, поэтому к их появлению должно быть всё готово. - Попробуем с этой стороны. Свет падает идеально. - Произнесла девушка после слов Габриеля. Всё это время она была рядом, его слова вылетали слишком быстро, что едва она успевала делать перевод. Он постоянно переходил с камерами с одного конца зала в другой, тестировал, настраивал, она же следовала за ним. К неожиданности Габриеля, ему доверили установку камер не только для фото, но и видеосъемки, а это означало ещё больший гонорар, чем был обещан изначально. Он прекрасно знал, какой угол будет максимально выгодно отображать каждого артиста. К тому же, группа собиралась выпускать 2 отдельных DVD, в котором будет закулисье выступления. - Ники, у меня пока уйдёт немного времени тут, возьми мою камеру и сделай пару снимков. - Нет. Даже не проси об этом, я понимаю, что работы оказалось больше, но такую ответственность я не стану на себя брать. - Николь знала как работать с его камерой, но только в те моменты, когда дома по вечерам они могли напиться вина и устроить друг другу весьма пикантную фотосессию. Хотя, если выпить сейчас пару бокалов, то она точно справилась бы. - Не бойся. Щёлкни пару раз с разных ракурсов, можно из-за кулис, а дальше я сам. - Ты уверен? Я тебе сейчас не нужна здесь? Он молча кивнул и протянул ей свой фотоаппарат, ремешок которого она повесила себе на шею. За что браться и откуда сделать снимки она совсем не понимала. Работа вокруг кипела, люди бегали из стороны в сторону, а она стояла за кулисами и наблюдала. Первый снимок она сделала именно Габриеля, который устанавливал камеру на краю сцены. Именно оттуда планировалось вести запись Мартина, он мало обычно двигался по сцене, от того было легче заснять. Что не скажешь об их вокалисте. Второго снимка удостоился светловолосый мужчина, он возился с проводами около синтезатора и сильно ругался, наверное что-то не сходилось и это показалось Николь очень забавным. После второго щелчка камеры она навела объектив в сторону, но не успела сделать снимок, как почувствовала за собой чьё-то присутствие, слишком близко, слишком некомфортно. - Не знал, что переводчицы занимаются у нас ещё и съёмкой. - это было слишком неожиданно, снова этот низкий, тихий голос, который заставил резко обернуться. Никаких артистов сейчас здесь быть не должно, появлению этого человека за кулисами, раньше положенного времени, удивились многие. Из всего состава группы, обычно именно он заставлял себя ждать, не торопясь, приводя себя в порядок в своей гримёрке и глубоко чихая на всех. Его спокойствию могли тогда позавидовать многие, на фоне окружающей суеты он слишком выделялся. Руки в карманах синих брюк, белая майка открывала взор её взгляду на руки, покрытые татуировками. Она успела рассмотреть их, что не ушло от его внимания. - Не знала, что кого - то это может смущать. Не волнуйся, Дейв, основное будет снимать Габриель. Мне доверили всего пару снимков. Несколько секунд он молчал, пока она думала стоит ли уйти сразу, или дождаться и узнать, что ему нужно и зачем он появился так рано. - Раз уж я здесь, разрешаю воспользоваться моментом и получить качественный материал, которого не будет ни у кого. - он облокотился о колонку, скрещивая руки на груди. Да, самоуверенности у человека достаточно, но почему бы и нет. Габриель сейчас занят, а ей дают согласие на фото и плевать, сделает ли она это качественно, или только испортит плёнку. Он сам потом выберет. - Я не умею это делать как Габриель, поэтому если тебе не понравится, дальнейшие претензии оставь при себе! - это было слишком смело с её стороны говорить подобным тоном с главным артистом в этом здании, но что-то подсказывало - с этим человеком это позволительно. Муж бы точно себе этого не позволил, эти люди платят ему деньги, но ведь не лично ей. Но Дейв даже не удивился, наоборот, его позабавило. Она поняла это по его наглой ухмылке на лице. - Дерзай! Она успела обдумать ещё пару секунд, стоит ли это делать. А он всего лишь улыбнулся и этого стало достаточно для неё. Николь сделала два шага в сторону и чуть нагнувшись, щёлкнула один раз, потом второй, пока он принимал такую естественную позу, стоя у колонки. - Отойди чуть дальше, пожалуйста. - и он послушал её. Сделал 3 шага назад, опустил руки и чуть приподнял подбородок. В этот момент она поймала себя на мысли, что ей нравится это делать. Ты говоришь людям, что делать и они делают, не задавая никаких вопросов, он смотрелся очень естественно, расслаблено. Будто не ему завтра выступать перед десятками тысяч зрителей в этом зале. Кажется, его совершенно не волновало, что происходило сейчас там, за ними на сцене. Она щёлкнула третий раз, после которого услышала где-то в стороне своё имя. - Николь, подойди ко мне. - девушка резко выпрямилась, еле удержав камеру в руках. Будто её поймали за чем-то запретным, чего делать было нельзя, но это всего лишь снимки, которые она надеялась, обязательно понравятся Габриелю. Не сказав ни слова, она быстро ушла к мужу, но услышала позади слова, которые, кажется принадлежали Энди - клавишнику группы. - А ты чего тут забыл? Подготовка проходила до позднего вечера, пришлось оставаться на саундчек и исправлять мелкие недочёты. Николь ни разу не отошла больше от Габриеля, помогала с переводом, поддерживала его в порывах злости. Похоже не всё складывалось сразу идеально, но он отлично справлялся. Все камеры стояли на своих местах, кажется, что к завтрашнему выступлению всё было готово. Волнение всей команды чувствовалось за версту, от чего и Николь стало не по себе. От того, как всё пройдёт зависит его гонорар на который оба сильно рассчитывали. Всё должно пройти идеально. В тот поздний вечер всю команду пригласили в бар, необходимо было выдохнуть и немного расслабиться, ведь работа была проделана не маленькая. Габриель был на взводе, он понимал - от него ждут невероятного и подвести всех он не имел права. Слишком долго он к этому шёл, что б не дай бог сейчас облажаться, потому она с лёгкостью уговорила его присоединиться в эту ночь к остальным. Ей тоже необходим был отдых, последний месяц она работала над переводом отвратительной книги. Сложный текст сменялся полной безвкусицей, порой хотелось всё бросить и отказаться от этой работы. Но поставленная перед собой задача - закончить во что бы то не было, заставляла снова браться за работу. Она устала. Часто, по ночам уходила на улицу и гуляла до утра, пытаясь понять, а стоит ли дальше этим заниматься. Но каждый раз возвращалась и продолжала работать. Бар оказался через час заполнен людьми. Когда руководство оповестили, кто едет в их заведение, те поспешили закрыть двери на спецобслуживание. Никто не хотел создавать лишних сплетен и проблем для группы, а эти парни, на сколько всем было известно, гуляли по полной. Чего только стоил им тот скандал, о котором ей после как-то обмолвился Габриель. Пару лет назад в Берлине они ввязались в драку в самом престижном клубе города. Тогда пришлось ещё долго убеждать прессу, что это была защита. Конечно, никто не поверил, зная их репутацию, в частности солиста, который совсем недавно, как писали в газетах, слез с тяжёлых наркотиков. - Тебе, как обычно, дорогая? - Габриель на всякий случай решил уточнить у жены, вряд ли её предпочтения изменились в выборе алкоголя. - Да. Всё как всегда. - девушка села за барную стойку и осмотрелась вокруг. Огромное помещение, приглушенный свет, везде люди, кто-то сидит за столами, кто-то уже танцует со стаканом в руке. Эти англичане умели отдыхать и что бы набраться как следует, много времени не понадобилось. Завтра запись и похоже сейчас об этом сильно никто не беспокоился. Или они понимали, что делают, или просто все безумцы, так как через два часа все были прилично выпившие. По началу Николь сидела за барной стойкой с Габриелем и ещё одним парнем, Кристиан, кажется. В Берси он помогал с аранжировкой. Они быстро нашли общий язык - один говорил на ломаном французском, второй мог отвечать на таком же английском. Она переводила им, но после нескольких стаканов, казалось, они уже не нуждались в этом, а после и вовсе скрылись в толпе, оставив её выпивать в одиночестве. Но Николь это ни сколько не напрягало, так бывало часто во время их отдыха. Ему всегда нужны были новые знакомства, она, в отличие от мужа, всегда находила себе занятие и в одиночку. Несколько раз она оставляла бокал и отправлялась на танцпол, когда начинала играть знакомая музыка. Ей не мешали танцевать толпы, которые с таким же опьянением и приподнятым настроением двигались в такт музыке рядом, иногда толкая её в бока. Она отдыхала и лишь в такие моменты все проблемы, и заботы становились малозначимыми. Когда Николь вернулась к бару, то попыталась в толпе отыскать Габриеля, но тщетно. Завтра важный день и было бы лучшим решением отправиться домой именно сейчас. - Мне кажется, мы с тобой не закончили съёмку. - она подумала, что послышалось, ведь три бокала вина не могут не оказать влияния на сознание. Но нет, он стоял по левую сторону от неё в тёмных джинсах и кожаной куртке, облокотившись о стойку. - Габриель завтра всё сделает, я ведь говорила, это не моя работа. Почему этот человек второй раз за день появляется рядом, когда она остаётся одна? А ведь с начала их появления в баре его не видела ни разу, хотя Энди и Мартин несколько раз проходили мимо. Он снова выдержал долгую паузу. - Мне бы хотелось, что б это сделала ты. - Зачем? У вас контракт с ним, я этого делать не умею. Тем более мне за это не платят. - Николь не понимала или просто не хотела, этот человек уже тогда что - то задумал. Её лишь удивило, что такая знаменитая личность хочет именно её взгляда через объектив. Конечно, они творческая семья и наверняка он решил, что её неопытность скажется на качестве снимков, она может увидеть другого человека. Какая наивность. У него уже были планы на её счёт, но она поняла это лишь спустя год, когда отчаянно пыталась мысленно вернуться в эти дни, что бы понять, когда это безумие началось в её жизни. - Ты справишься, а о деньгах не беспокойся. Мне не нужны снимки как под копирку, из года в год. Может твой муж и профессионал, но в записи останутся снимки точной копией всех выступлений. Ты внесешь в это свою неопытность и покажешь миру, что я могу быть другим. Он подтвердил её мысли, но капля сомнения всё же проскользнула в её голове. Понравится ли это Габриелю или наоборот, когда он узнает, что она отказалась снять самого мистера Гаана, по его же просьбе, разозлится ещё больше. В любом случае, камера сейчас при ней, она успела забрать её перед уходом Габриеля, и выбирать снимки, которые войдут в Парижское DVD будет именно он. - Идём! - произнёс мужчина, не дожидаясь её ответа и, не давая ей больше времени на принятие решения. Николь успела только схватить свой бокал одной рукой, в то время, как он взял её за вторую руку и повёл куда то в сторону. Это был первый раз, когда она последовала за ним, не сопротивляясь. С этого повиновения всё и началось. Он больше никогда не спрашивал её мнения, а просто вёл за собой в пропасть. Они шли, протискиваясь между спинами людей, и тогда почему то это совсем никого не удивило. По пути она снова попыталась найти взглядом мужа, что б предупредить его, но не нашла, а через мгновение она оказалась в просторной комнате, наедине с ним. Раньше не видела этого помещения в баре, а он, словно прочитав её немой вопрос, ответил. - Это комната персонала. Мне нельзя сегодня пить, а здесь тишина и никто не мешает. - он сел на край стола, снимая с себя кожаную куртку. - Если ты всё это время был здесь, зачем вообще поехал? - Николь осталась стоять у двери, не решаясь пройти дальше, внимательно наблюдая за его действиями, сжав камеру в руках. - Я же сказал. Мы не закончили. Расслабься, я не кусаюсь - он заметил её напряжение. Оно совсем было не нужно ему сейчас. - Что ж... - она не боялась, наоборот, старалась взять себя в руки, а он ждал. Под его пристальным взглядом ноги будто окаменели, приковав её к месту. Что ей надо делать? Кажется снимать, но как, откуда? Габриелю всегда необходим был правильный свет, а что здесь? Полумрак, слабое освещение исходило только от двух светильников на стене и он, сидевший на краю стола в ожидании. Она медленно подошла ближе и сделала первый снимок, на котором он сидел боком к ней, не смотря в объектив. На нем осталась чёрная футболка, которая так подходила ему в тусклом освещении, тёмные волосы растрёпаны, лёгкий румянец и обжигающий взгляд, который она уловила во втором кадре. Через линзы она могла внимательно его рассмотреть, но покрасневшие щёки всё же выдавали её. Почему ей стыдно? Или это неловкость? И ещё один шаг ближе. Третий кадр показал ей его по пояс, уже лёгкая улыбка, но взгляд снова в сторону. То, что он сделал дальше, застало её, буквально врасплох. Дейв снял футболку и откинул её на пол, от чего непроизвольный вздох вырвался из груди Николь. Он заметил и с самодовольной улыбкой лёг на диван, так вальяжно, так нагло, наверное именно таких кадров он хотел себе оставить на память о днях, проведённых в Париже. А она продолжала снимать его, входя всё больше во вкус с каждым кадром. Подходя всё ближе к нему, делая между кадрами пару глотков вина, которое расслабляло её ещё больше. Сколько времени она провела с ним в этой комнате неизвестно. Но кадры, действительно, получались горячими. Она словно в дурмане снимала его с разных сторон, в разных позах. Даже говорить ничего не пришлось, он всё делал сам. Некоторые кадры были такие забавные, что оба не могли сдержать смеха, но он просил их оставить. Опасность настигла её после нескольких десятков кадров, когда подойдя к нему у стены, на непозволительное расстояние, она почувствовала на своём бедре грубую руку, прикосновение которой обожгло её кожу сквозь плотные джинсы. Девушка медленно опустила камеру и столкнулась с его взглядом, снова таким пристальным и тяжёлым. Казалось, что комната сжалась вокруг, а воздуха стало не хватать в лёгких, когда его рука начала медленно притягивать её ближе. Что происходит? Почему она до сих пор не отдернула от себя его руку, а как поражённая смотрела на мужчину, когда её грудь уже вплотную была прижата к его груди. Он провёл большим пальцем по её пухлым губам, от чего она тяжело выдохнула, боясь пошевелиться. - Ты меня боишься? Или мне кажется? - тихий голос заставил её прийти в себя и отшатнуться от него. Будто чем то огрели по голове, стало трудно дышать, его образ стал медленно расплываться перед ней и ужас происходящего, начал наконец доходить до неё. А может это из-за выпитого алкоголя и ничего страшного сейчас не произошло? Но она не пожалеет об этом, прикосновение пальцев на губах ещё долго будет с ней. - Что это было? - Не смог удержаться - он произнёс это будто не для неё, а самому себе. Слова прозвучали без тона сожаления или извинения, а будто это в порядке вещей, такое иногда случается. И неважно с кем, с Николь или другой девушкой. Она была привлекательной француженкой, часто ловила на себе пристальные взгляды, поэтому могла допустить, что он сам не понял, как не сдержал свои руки при себе. Но это было не так. Понял. - Мне пора! - крепко сжимая камеру, она поспешила покинуть комнату, не поднимая на него глаз. В той же спешке отыскала Габриеля на танцполе, уже изрядно выпившего и попросила уехать с ней домой. Он никогда ей не отказывал, Николь всегда пила меньше и прекрасно понимала, когда пора остановиться. Завтра важный день и она постарается не придавать много значения тому, что только что произошло. Вот только на следующий день ей напомнит об этом Габриель, который увидит снимки и потребует немедленного объяснения, устроит скандал, который был такой редкостью в их семье.