Mon chaton

Рене оглянулась по сторонам. Подхватила с одного из золоченых подносов тарталетку, увенчанную ломтиком спаржи. Замерла на мгновение, наслаждаясь изысканным вкусом. Едва заметно улыбнулась, приметив, наконец, в толпе придворных того, кого искала. Проводила взглядом и шагнула вслед за ним, всколыхнув тяжелые шелковые портьеры. — Рене? — обернувшийся к ней Арман склонил голову, отчего волнистая темная прядь выбилась из-за уха мужчины. — Я искала Вас, — очаровательно улыбнулась мадемуазель де Ноай, касаясь ладонью щеки Армана. — Вот как? — он едва заметно усмехнулся, перехватывая тонкие пальцы. Прижал их к своим губам, запечатлевая поцелуй. Рене тихо вздохнула, не отнимая руки. — Зачем же я Вам понадобился, mon chaton? — Полагаю, Вам известно, что Его Высочество на пару дней вернулся в Сен-Клу? Арман кивнул в ответ, после чего притянул Рене поближе к себе и шепнул, опаляя нежную кожу касаниями своей крепкой ладони, мигом принявшейся ослаблять завязки корсажа: — О да, и шевалье де Лоррен поехал вместе с ним. Рене прикусила нижнюю губу, пытаясь справиться с тотчас же возникшим желанием, всегда возникавшим в присутствии этого без сомнения красивого мужчины. И шепнула, без остатка растворяясь в глубоких озерах его внимательных глаз, ловящих каждое движение девушки: — Тогда не вижу смысла объяснять, почему я искала Вашего общества. И, думаю, мы оба не против того, что бы я хотела у Вас попросить. — Всегда к Вашим услугам, mon chaton, — широкая улыбка Армана яснее ясного говорила о том, что скучать в отсутствие обоих Филиппов ей не придется. Точно так же, как и его цепкие пальцы, распутавшие последнюю из ниточек, ещё удерживающих платье Рене в его изначальном состоянии. Секунда-другая и его губы, одуряюще пахнущие вишней и вином, взяли её в плен. Рене едва слышно выдохнула, позволяя мужчине всё, что тому заблагорассудится. При этом отлично зная, что здесь, под ненадежным прикрытием портьеры, он не позволит себе ничего, кроме поцелуя. Да, страстного, подавляющего волю и рассудок, возносящего прямо к небесам обетованным, но и только. А вот потом, за закрытыми дверьми её комнаты, на кровати — о, там, там он продемонстрирует всё, на что способен. Столько раз, сколько она этого захочет.