Моногамия

— Как же я давно эту ночь ждал.. – прошептал Хёнджин, немного отстранившись от Ликса. Губы опухли и покраснели, но сомкнулись в доброй и наслаждённой улыбке. — Теперь мой подарок. – вдруг резко прервал Феликс, он протянул Хёнджину коробочку, перевязанную алой лентой. — Интригуешь. – буркнул себе под нос Хван и улыбнулся, интерес внутри загорелся. Он распутал ленту и открыл коробку, которая была длиной в лист размера А3. Сверху лежали упаковка новых масляных красок, стеклянная палитра и набор художественных карандашей разных тональностей. Казалось, Феликс угодил Хёнджину, что теперь Хван, как маленький ребенок сиял от счастья. Художник уж было готов отложить подарки в сторону и крепко-крепко обнять парня напротив, но тот остановил его. — Не-а, глубже смотри. Хёнджин взял полупустую коробку обратно и, буквально, перерыв её, достал ватман с рисунком. На листе было изображенно большое дерево, крона его напоминала сердце, где-то за ним виднелся закат, а у самого ствола небольшая лавочка, на которой рядышком сидели два парня. — Дерево любви? – удивлённо спросил Хён и взглянул на Феликса, в то время как Ли делал вид, будто не понимает о чём идёт речь. «Я любовь эту буду теплить в сердце, чтоб она разрослась во мне деревом.» – прочитал про себя старший на обратной стороне. – «я люблю тебя, Хван Хёнджин, с новым годом!» — Мне никогда раньше не дарили ни рисунков, ни самодельных подарков.. – прошептал Хёнджин, грустно улыбнувшись. – Мне очень приятно, Феликс, спасибо. — Рад, что тебе понравилось. Феликс взял Хёнджина за руку и с нескрываемой радостью повёл в дом, оставив подарки в холле. — Неужели спать? – усмехнувшись, спросил моногамик. — Готов целовать тебя всю ночь на пролёт. – промолвил Феликс и, прикусив губу, вплотную подошёл к старшему. — Дерзай, Ли. – разжигая интерес и некое возбуждение, сказал Хван, ехидно улыбнувшись, мол, вызов бросал. Феликс привстал на носочки и прильнул к губам парня напротив, а Хёнджин, словно игрался с ним, дразнил, испытывая терпение, не отвечал на поцелуй.