Get your hands off me

Антон не сразу, но возвратился. Он начал выходить на улицу. Стал принимать гормоны, от которых поправлялся. Дима отправлял его в поликлинику, где ему ставили капельницу. Слава богу, что Антон не капризничал, а выполнял то, что говорил Дима. Именно этим они отличаются. Кажется, что Антон тогда оказался прав, сказав: «ты давно поставил на себя крест». Арсений никогда не хотел жить. А Антон хотел. Он строил планы на будущее всегда. В этом плане Антон сильнее. Прошло полтора года с тех событий. Антон уже разумно подходил ко всему. Его оставляли дома одного, потому что самое сложное было преодолено. Он признал то, что реальность изменилась. Эмоции приходили в норму, но их выраженность почти пропала. Он по-прежнему скорбит об утрате, но теперь он просто приспособился. Теперь для него реально с этим жить, как бы тяжело ни было. Антон вышел на работу, наводил порядки, стал требовательнее, строже. Если кто-то халтурил, то увольнял сразу. — Антон Андреевич, вам чай или кофе? — спросила Оксана, зайдя к нему в кабинет. Дело в том, что Катерину он назначил главной в Москве, а Оксана так и осталась правой рукой здесь. О чем говорить? Он не жил в Москве больше. Ездил туда только по работе, и то, не часто. — Чай. Она убежала. С годами девушка стала женственней, взрослее. Всё та же Оксана, но в то же время другая. Оксана принесла чай, но по пути споткнулась о ковёр и вылила кипяток на него. — С-сукаа! — Он быстро встал со стула, отлепляя руками ткань рубашки от кожи. — Твою мать. — Оксана, — злобно посмотрел на неё он, но увидел виноватый взгляд, глаза на мокром месте, немного успокоился. Ведь это правда, что она не специально, — Найди мне другую рубашку. — Да-да, конечно. Она быстро убежала, стуча своими каблучками. Пока её не было он сел снова за стол, продолжая работать. Злиться на неё он не мог, ведь такая ситуация могла произойти с каждым. — Вот, я нашла тоже белую, но с другим воротником. Простите пожалуйста. Если что я могу сбегать в магазин, где вы купили свою и... — Успокойся, всё хорошо, — он принимает рубашку из её рук, — Спасибо. Она смущается. Антон растегивается, оголяя торс. Сейчас он в норме, набрал вес, стал заниматься в спортзале, чтобы унять моральную боль. Девушка краснеет всё больше, но не уводит взгляда. — Я-я наверное пойду. Он усмехается такой реакции. Взрослые же люди, ну ёмаё. Настроение ему приподняли, до конца рабочего дня он улыбался при виде Оксаны, которая не могла смотреть ему в глаза. — Хорошего вечера, Антон Андреевич. Он немного времени подумал и быстро догнал её. — Оксана, ты куда сейчас? — На автобус и домой, у вас есть ко мне задание? — Нет-нет. Я мог бы тебя довезти, а то темно на улице. — А, — видно как её мозг начинает работать, — не стоит. — Пойдём, холодно к тому же. Девушка неловко села в салон, неуклюже поджав ноги. Ехали они недолго, секретарша живёт недалеко от работы. Когда Антон припарковался, он не стал открывать дверь, чтобы та вышла. Он немного подумал, повернулся и на выдохе затараторил: — Оксана, сходим в субботу куда-нибудь? — Если это что-то важное, можете сейчас сказать, я всё сделаю еще до субботы. — Нет-нет. Просто погулять, может быть? — он впервые при ней стушевался и покраснел. Её лицо сразу стало спокойнее, улыбчивые даже. — Я думаю, в этом нет ничего плохо. Она приятно улыбнулась и Антон будто бы только сейчас заметил её красоту и манящее спокойствие, которое он так желает. — Тогда договоримся позже? — она кивнула. — До свидания, Антон Андреевич. Она вышла из машины, а он смотрел ей вслед, думая, что вот она. Это точно та, о которой говорил Арсений. «Прошу, найди такую же добрую, красивую девушку, которую ты полюбишь всем сердцем. Создай семью». Он смотрит в ночное звёздное небо, будто бы говоря Ему, что старается, что делает, то, что он просил. — Арс, я пытаюсь, посмотри. Я буду счастлив. Ради тебя. И с глаз потекли горячие слезы. Прошло три года. Антон муж. У него есть жена. Они ждут ребёнка. Каждый раз после работы Антон идёт к своей семье, целует жену и, ещё не родившегося, ребёнка. Оксана любящая жена. Она хранительница семейного очага. Антон её любит, уважает. Любит ребёнка. Они уже знают, что это мальчик, когда Антон узнал, даже всплакнул от счастья. Его жизнь налаживается. — Как назовём сына? — спросила она. — Арсений. — Почему? — В моей жизни был Арсений, который в одно мгновение перевернул мою жизнь. Она скорее всего догадалась, но не расспрашивала. Это доказывает её мудрость. Оксану повезли в роддом. Будущий папа сильно нервничал. Не спал толком. Родившегося ребёнка назвали Арсением. Через три дня он поехал в роддом. Антон плакал, когда вынесли комочек. Аккуратно взял его на руки и смотрел на него. — Хэй, привеет, Арсений Антонович, — прошептал он. Ребёнок тихо наблюдал, смотрел на папу. Будто бы одобрил его. — Скоро выйдет мама и поедем домой. Дни пролетали незаметно. Арсений вырос. Начал задавать вопросы от которых каждый терялся. — Папа, а как я появился? Ну да, и чего детям отвечать? Антон решил пойти по-старинке: — Мы тебя в капусте нашли, — не отрываясь от компьютера, проговорил он. — А мама сказала, что аист принёс. — Ну, я не помню просто, это было пять лет назад. Если мама сказала, значит так и есть. — А почему меня назвали Арсений? И вот этот ступор. Антон и предположить не мог, что об этом нужно рассказывать. — Мама сказала, что ты захотел. А почему? В садике меня все называют Сеней, мне не нравится, это же другое имя? Он никогда не задумывался об этом. И Арсения никогда не называл так. Для него не было роднее имени «Арс». — Я-я, честно говоря, не знаю. Но твоё имя можно сократить. Например, «Арс»? Нравится? — Арс-Арс, — смакует он имя. Он ведь ещё маленький, поэтому «р» почти не произносит. Смешной такой, — мне нравится! Папа, называй меня так. — Хорошо, Арс, — он нежно взлохмачил волосы. Ребёнок вприпрыжку побежал. Антон не знал, что будет так колоть, то забытое чувство. Некая дрожь прошлась по телу. Ему приходит одна мысль в голову, которой он загорается. — Димон! — Да, Шаст, привет. Как Арсений? Когда Позовы узнали, что Антон назвал ребёнка в честь своей первой любви, в первую очередь был встревожен Дима, потому как думал, что тот всё ещё не отошёл, но потом понял, что это жест уважения Ему. Катя с того момента, вообще возненавидела того Арсения. Он почти не убил себя тогда, мог повредить как её, так и её мужа. Но Дима всё объяснил. Она остыла, но так и не познакомилась. — Арс, хорошо. Дим, приедь ко мне, пожалуйста. Я выйду к тебе на встречу. Он быстро сбросил звонок. — Оксан, я сейчас отъеду не надолго, хорошо? Она кормила ребёнка. — Куда едешь? — Я вечером тебе расскажу, хорошо? — Телефон не отключай. Он поцеловал жену в щеку и побежал. — Дим, только пойми меня правильно. — М? — Отвези меня к Нему. — Зачем? — Я готов, правда. Он не знает где находится кладбище. Дима не сказал, чтобы тот не жил там. Это плохо может сказаться на психике. — Почему сейчас? Как ты понял, что можешь? — Я чувствую. Чувствую, что должен. Они разговаривали по пути о обо всём. Антон спрашивал про детей Поза, а тот спросил про Арсения. — Как твой? Болтает много? — Ещё как. Так на уши садиться, что мама не горюй! — Почему ты сегодня сказал по телефону: «Арс»? — спустя несколько минут спросил Дима. — Он сказал, что «Сеня» ему не нравится, я предложил это. — Ты убийца. Назвать ребёнка так. — Я не мог по-другому. Когда они подъехали, Антон попросил того показать где Он, но потом пойти в машину. — Нет, —нервно ответил он, — чтобы ты там поселился и начал откапывать тело? Уж извини, но я останусь. Они купили цветы у ворот. Антон нервничал, он всё же боялся увидеть надгробие. Когда они подошли, он тяжело выдохнул. — Всё хорошо? — Да. Могила была богатая. Родители постарались. Крест каменный и с не большим памятником ангелочка. По бокам лежало всего по два цветка, действительно, кто мог ещё принести? Никого ведь и не было. — Дим, пожалуйста, я хочу поговорить. Он видел печальное лицо Антона, видел в глазах уверенность и в итоге тихо ушёл. — П-привет. Я так скучаю, — прошептал он, дотронувшись до креста. — У меня есть семья, представляешь? — он закусил губу, чтоб собраться и не расплакаться, но у него не получается, слезы скатываются одна за другой. — Моего сына зовут Арсений. Он такой умный, весёлый, самый лучший ребёнок. Он правда чем-то напоминает мне тебя. Мы все живём в той самой квартире, она мне очень дорога. И машину я не продал и работа в высь идёт. Я всё де-делаю, — захлебываясь говорит он. — Ты не дал мне попрощаться с тобой. Все эти года ты был в моих мыслях, я устал, Арс. Хочу спокойной жизни. Хочу отпустить тебя. Арс, я люблю тебя и буду любить. Но мне тяжело... Знаешь, я на днях нашёл одну цитату, я её выучил. «Любовь — не то слово. Оно слишком мало говорит. Оно — лишь капля в реке, листок на дереве. Все это гораздо больше». Я благодарен тебе за многое. Я не злюсь на тебя. Твоё письмо меня ударило, но я справился благодаря Диме, а потом думал о тебе. Поставил себе цель: всё, что я делаю — делаю ради тебя. Но я устал. Хочу жить ради себя и своей семьи. Я прощаюсь с тобой, может как-нибудь ещё встретимся. До свидания, Арс. Я люблю тебя. Антон обнимает Диму всей силой. Пускает слезы тому на воротник. — Я попрощался, Дим. Мне так хорошо. Доехали они в тишине. Дима облегченно выдохнул за все эти года. Антон смог. Он поборолся за жизнь. Он возвратился домой. Арс уже спал. Оксана тоже лежала в кровати, читая книгу. Он быстро помылся и забежал под одеяло. Долго не думая он пододвигается ближе к ней, обнимает. — Я люблю тебя, — говорит он. — Тош, я тоже люблю тебя. Давай спать, хорошо? — Да. Он целует её. Нежно и долго. По-началу он сравнивал её с Ним. Но потом всё реже. Арсений остался воспоминанием. Он любит их обоих. Это, конечно, разная любовь, но каждая настоящая. Эта история о том, что кто-то может пойти наперекор судьбе, а кто-то не может. История о любви, о дружбе, о философии, о жизни. Жизнь не всегда течёт так, как хочется нам. Однако мы можем делать свой выбор, прогнозировать будущее. Антону удалось спастись, дойти до счастливого финала. Арсению не повезло, он не смог противоречить. Он выбрал свой путь. Он не хотел лечиться, видимо слишком устал. Наша жизнь — это мыльная опера на первом канале. И только мы решаем, какой финал истории. А что любовь? Она не всегда спасает мир. Она может помочь, но всё равно всё зависит от конкретного человека, его душевной боли, его стремлений, его принципов. «Антон, я искренне рад за тебя»