Воссоединение двух ветров

Лицо Венти слегка вытянулось, когда Кэйя упомянул Дилюка. Венти не отрицал, что он мог навести суеты в таверне, но вряд ли бы сделал что-то настолько странное или волнующее, чтобы вызвать беспокойство даже у стойкого Дилюка. Тем не менее, в последнее время он был слишком сосредоточен на своём воскресшем друге, чтобы заметить ненормальность своих действий, поэтому, может быть, Дилюка всё-таки стоило навестить, чтобы поговорить. — Это было бы хорошо, Кэйа, давайте не будем заставлять нашего Дилюка ждать. — произнёс Венти и посмотрел на своего друга. Тот улыбнулся и кивнул, хотя и не знал, кем был этот самый Дилюк, сейчас ему просто хотелось узнать Мондштадт получше и провести время с его Ветерком. — Отлично, тогда пойдёмте, — улыбнулся Кэйа, а потом подмигнул «страннику из прошлого». — Мне также будет очень интересно с тобой поговорить. Уж очень интересно, как ты смог так всполошить нашего Венти. Итэр просто вздохнул с облегчением после того, как ситуация разрешилась, хотя было понятно, что Венти всё ещё был в очень подвешенном состоянии, которое могло в любой момент дестабилизироваться. В любом случае, они вчетвером всё-таки отправились в таверну. Точнее впятером, если учитывать Паймон, которая была на удивление понимающей и молчала. Пока они все шли к месту назначения, Венти не сводил взгляда со своего друга, который жадно вертел головой по сторонам, рассматривая изменившийся с его времён, поменявший даже местоположение, Мондштадт. Они оба были счастливы. Один из них был рад видеть процветающий свободный город, второй же просто наслаждался улыбкой первого. Эта тишина была своеобразной, но отнюдь некомфортной, поэтому спутники двух бардов не стремились завязать разговор, особенно учитывая, что они все равно поговорят в таверне. — Хэй-хэй, мы здесь! — радостно объявил Кэйа, наконец-то пройдя сквозь долгожданную дверь. За ним проследовали в здание и остальные. Дилюк поднял свою голову от барной стойки, которую он протирал тряпкой. Он осмотрел новоприбывших с облегчением от того, что Венти всё-таки нашёлся и был здоров. Однако взгляд Дилюка быстро наполнился недоумением, когда увидел перед собой двух практически идентичных людей. — Что это?.. — спросил он, сразу же рассматривая различные версии в своей голове. — Мой друг, — со спокойной улыбкой произнёс Венти, наконец-то переведя взгляд на Дилюка. — Извини, что я вот так вот сбежал, я тогда был в слишком нервозном состоянии, чтобы думать. Надо признать, что ему действительно было очень стыдно за своё поведение. Он был не против того, чтобы вести себя по-детски или импульсивно, однако он не хотел случайно обидеть или расстроить своих детей неосторожными действиями. Мондштадтцы были дороги ему, он любил эту нацию, поэтому ему и не было стыдно извиняться за свои ошибку. — Ничего страшного, — покачал в ответ головой Дилюк. — Главное, что ты сам в порядке, будь осторожнее в следующий раз. Я желал закрыться, но, полагаю?.. — Правильно полагаешь, — улыбнулся своей озорной улыбкой Кэйа. — Нам всем нужно посидеть и поговорить. И нет лучшего места, чтобы сделать это, чем здесь за чашечкой вина. — Я думал, что приглашение относится только к Венти и… его другу? — сказал Итэр с легким недоумением. Ему было бы интересно послушать правду и просто обсудить произошедшее сегодня, но он также знал, что Венти и его другу нужно место, время, возможность поговорить друг с другом и, возможно, одиночество. — Всё в порядке, я думаю, что я задолжал вам хотя бы базовые объяснения, — усмехнулся Венти. Его лицо было сейчас обманчиво расслабленно: внутри него все горело огнём, эмоции перемешивались в один неразбираемый комок. Однако, да, несмотря на это, он был в некотором роде спокоен, всё-таки вековая выдержка — это не шутка. Тем более, пока рядом был Бард, сердце Венти было чуть ли не обёрнуто пуховым одеялом, которое зажигало неразборчивый хаос чувств подальше и отдавало место временному спокойному наслаждению чужим присутствием. — Тогда давайте присядем! — радостно сказала Паймон, наконец-то найдя момент, чтобы что-нибудь сказать. — Всем одуванчиковое вино, я полагаю, — вздохнул Дилюк, прежде чем перевести взгляд на Барда. — Вы пьете такое? Нет, не так. Сколько вам лет? Вопрос о том, сколько Венти лет, всё ещё был открытым. Из-за того, что он сам не мог ни подтвердить, что он совершеннолетний, ни даже банально сказать это, Дилюк ему наливал с большим нежеланием и то после долгого знакомства. Это вина Венти, что на вопрос о возрасте он со смущением издаёт протяжное: «Э-э-э, ” — и в итоге все равно не отвечает. Раз уж новоприбывший выглядел так же, Дилюк опять не был уверен, стоило ли давать потенциально несовершеннолетнему алкоголь. — Пью, я, пью. Мне двадцать четыре, с чего бы не пить? — улыбнулся Бард, от чего у всех в комнате расширились глаза. — Правда?! Ты выглядишь очень молодо! — прокомментировала мысли Итэра Паймон. — Хехе, спасибо за комплимент, — улыбнулся Бард и присел за барную стойку. Остальные присели к нему, смотря на то, как быстро и умело Дилюк начал разливать одуванчиковое вино, про себя молча раздумывая о том, столько же лет Венти, или нет. Жидкость с шипящими звуками падала в деревянные кружки и ударялась о стенки. Это выглядело очень аппетитно, по крайней мере, насколько это возможно для алкоголя, а не для еды. Все протянули руки к кружкам и отпили по глотку. Бард с радостью стукнул кружкой вниз об стол и вытер намокшие губы. — Ах, это прекрасный алкоголь! Я думал, что то, что я знал — это пик, но как же я ошибался, — произнёс он, после чего посмотрел на Дилюка. — Ты ведь потомок Рагнвиндров, да? Я везде узнаю эти красные мондштадтские волосы. А тот факт, что ты работаешь с алкоголем, только доказывает, что ваша семья даже в будущем продолжила своё семейное дело. — Ты знаешь кого-то ещё из Рагнвиндров? — с недоумением спросил Дилюк а потом перевёл взгляд на Венти. — А ты почему не притронулся к кружке? Психическое состояние Венти в последнее время было очень плохим и хрупким, поэтому Дилюк не мог не волноваться за него, особенно учитывая недавний побег. Когда Путешественник вернулся с пропавшим, Дилюк обрадовался, однако ему без объяснений показали ещё какого-то двойника. Теперь Венти ещё и к алкоголю не притронулся. Слишком много странных вещей одновременно. — Извини, не хочу пить, — произнёс Венти с небольшой улыбкой. Ему действительно не хотелось сейчас пить. Его разум и так был слегка размыт из-за эмоциональных волнений, поэтому ему хотелось сейчас быть максимально трезвым, чтобы запечатлеть и запомнить каждое слово и действие его вернувшегося друга. А также Венти боялся, что, если он напьётся, у него вновь возникнут галлюцинации, или, что ещё хуже, он проснётся с похмелья и выяснит, что всё это было просто очередным горько-сладким сном, который появился у него от сильной нужды. В других ситуациях он бы не отказался от алкоголя, но не сейчас. — Хорошо, — с легким сомнением произнёс Дилюк. — Теперь могу ли я получить объяснения? — Действительно! Паймон тоже хочет услышать полную версию событий, — поддакнула Паймон, которая не отказалась от алкоголя сама: ей его именно не дали. Итэр молчал, однако его действительно интересовало, как Венти попытается выкрутиться из ситуации. Версия с артефактом и перемещениями во времени уже была озвучена, поэтому она же вероятно и будет использована. Вопрос стоял скорее в том, как конкретно она будет представлена. Путешественник был готов поставить миллион своей накопившейся моры на то, что Венти не расскажет сейчас правду. — Для начала, мы с ним не братья и никакой родственной связью не обладаем. Можете просто считать, что это забавное совпадение, что мы выглядим так похоже, — начал Венти, указав на Барда. Это было хорошее пояснение, но считать их практически идентичный внешний вид просто стечением обстоятельств казалось странным даже Кэйе. Да и откуда Венти мог быть так уверен, что между ними точно нет никакой родственной связи? В любом случае никто не прервал его, давая ему продолжить говорить. — Мы с ним лучшие друзья. И он из старого Мондштадта. Это факты, — проговорил Венти, подбирая слова так, чтобы не лгать в лоб. — О том, как он оказался здесь, я не знаю, это только предстоит выяснить. Однако если хотите знать, как мы познакомились, то просто представьте, что я использовал артефакт и случайно переместился в то время, подружился с ним и потом вернулся обратно. Бард, о котором шла речь, усмехнулся и отхлебнул ещё немного одуванчикового вина. Он не знал, почему его Ветерок лгал, однако он уважал это решение и не собирался мешать. В конце концов, он сам не понимал, как его драгоценный друг внезапно стал человеком, так ещё и с таким же внешним видом. — Хорошо, допустим, что я поверил, — произнёс Дилюк, так как всё равно не было шансов что-то узнать. Он боялся, что если надавит на Венти, то тот опять сбежит или его психическое состояние может ещё больше ухудшиться. Этого Дилюку было не нужно, ведь Венти только-только стало лучше. Кэйя сам скрывал очень многое, поэтому понимал надобность в некоторых секретах и не настаивал на правде. Итэр же знал правду о прошлом Венти и именно поэтому уважал его личное пространство. Личные трагедии могут быть раскрыты только владельцами этих самых трагедий. Путешественнику оставалось лишь держать руку у рта Паймон, намекая ей молчать. Та, хоть изначально и возмутилась, поняла намёк. — Спасибо большое, — искренне улыбнулся Венти и на эмоциях чуть не назвал их вслух своими детьми. Он действительно не знал, чем он заслуживал столь понимающую нацию. — В любом случае, я рад, что вы воссоединились… э-э…? — попытался поздравить двух потерянных друзей Кэйя, однако кое-что понял. — Подожди, а как тебя зовут? Повисла гробовая тишина. Он только-только осознал, что сказал. Во время одной из пьяных галлюцинаций Венти упоминал, что забыл всё о своём дорогом друге, в том числе и имя. Так что только что заданный вопрос невольно напомнил всем об этом событии. К счастью тот, кого в они прежде называли просто Бардом, быстро заговорил, возвращая относительно семейную атмосферу этой беседе. — Меня зовут Химель, фамилии нет, хе-хе, — усмехнулся он, поставив на стол опустевшую кружку из-под одуванчикового вина. Итэр и Паймон сразу же вспомнили Священную лиру Барбатоса, которая тоже была названа Химелем. Неужели зная, что когда-нибудь он может забыть это имя, Венти решил запечатлеть его в памяти таким образом? Путешественник не был уверен в своей теории, поэтому посмотрел на Венти. Его остекленевший взгляд невольно ответил на вопрос — да, это, вероятно, было правдой. Состояние Венти заметил, естественно, не только Итэр, но и другие, одарив обеспокоенными взглядами. Химель вздохнул и приобнял Венти за плечо, что тотчас заставило его пошевелиться и выйти из трансоподобного состояния. На его лице вновь расцвела лёгкая, неуверенная в реальности происходящего улыбка. — Спасибо, Химель, — смакуя каждое слово, произнёс Венти. — Пожалуйста, мой Ветерок, — произнёс Химель и одарил своего друга ещё более лучезарной улыбкой, которая вдыхала тепло в жизнь Венти, как солнце после зимы. Кэйя и даже Дилюк улыбнулись. Хотя их знакомому барду плохо, Химель, похоже, действительно мог помочь ему успокоиться. Это были очень приятные новости. — Ладно, думаю вам стоит пойти. Однако можете всегда прийти в эту таверну и выпить вместе со мной. Я буду рад вас видеть. Обоих. Уверен, что Дилюк тоже не будет сильно протестовать против разговора с вами, — сказал Кэйа и кивнул в сторону Дилюка. Тот только хмыкнул, но не стал особо протестовать против его слов. Это было не слишком уж плохо в глазах Дилюка, он даже считал, что будет здорово последить за тем, как Венти будет восстанавливаться после происшедшего. Оставалось лишь надеяться, что теперь, когда потерянный друг из прошлого вернулся, ему полегчает. — Ладно, мы пойдём тогда. Буду рад позже поближе познакомиться с вами, — сказал напоследок Химель и вышел из таверны, ведя Венти за руку. Тот не сопротивлялся, созерцая чужое лицо: глубокие темные глаза, что смотрели прямо в сердце; стройные брови; слегка пухлые щёки, несмотря на худобу тела; легкое покраснение кожи от выпитого стакана алкоголя. Всё казалось прекрасным. — Пойдём в гостиницу и поговорим, — меланхолично произнёс Венти. — Там не прибрано, но сомневаюсь, что это сейчас очень важно. Если захочешь, то я потом уберусь. — Мы уберёмся, мой Ветерок, — поправил его Химель, что поселило ещё больше теплоты в теле Венти. — Тебе не обязательно всё делать одному, я всегда рад помочь тебе. Да и уверен, что ты чувствуешь тоже самое. — Да, конечно. Пойдём за мной, — кивнул Венти и пошёл к гостинице. Его башмачки слегка позвякивали от прикосновений к мощённой камнями дороге тихой улицы. Венти осторожно держал в своей руке чужую, разрываясь между мыслями: стоит ли взяться сильнее. Страх — страх, что тёплые пальцы просто растворятся в воздухе или, хуже того, станут холодными, — присутствовал, однако Венти не хотелось переборщить. Вдруг он сдавит слишком сильно? Последнее, чего ему хотелось — это причинить боль Химелю после их долгой разлуки. Погружённый в свои мысли Венти даже и не заметил, что Химель всё это время смотрел только на него, не обращая внимания на улочки Мондштадта, которые меньше часа назад был так счастлив видеть. Он знал, что шанс погулять по Городу Свободы у него ещё будет, он не исчезнет, а вот состояние Ветерка нужно было исправлять здесь и сейчас.