Воссоединение двух ветров

Автор: А что это у нас? Правильно, глава! Моя жизнь вроде стабилизировалась, но это не точно. Хватило пока что на одну главу, но это всё же лучше, чем ничего, не так ли? Пометка: Если кто-то забыл, кем являются Первый Венти и Второй Венти, то советую вернуться к пометке прошлой главы.

***

Первый Венти осторожно отпустил Второго из своих объятий, и они оба встали. Трое людей медленно следили за ними. Теперь, когда они стояли друг с другом рядом, в них можно было заметить отличия, которые во всей стрессовой этой ситуации не бросались в глаза. У Первого Венти не было потрёпанного плаща, а так же был в отличие от Второго небольшой голубо-бирюзовый оттенок внизу его маленьких косичек. У Второго же все волосы были одного цвета, а так же немного более тёмные глаза, всего немного. И сейчас их действительно можно было отличить. Однако это было второстепенным, сейчас важнее были объяснения этих двоих. — Ну что ж, начнём, — вздохнул Первый Венти. — Конкретно я действительно Венти, а этот человек — мой лучший друг. — А почему тогда он так долго засматривался на небо и плакал, когда узнал, что это Мондштадт? И также почему ты так его защищаешь? — спросил Кэйа, у которого в голове всё ещё засела сцена нападения на него, к тому же его тело всё ещё ныло от произошедшего. — Я-я эм… — было видно, что ему не хотелось говорить об этом. Итер выругался про себя. Он был единственным, кто знал правду о том, кто сейчас стоял рядом с Венти, он догадался об этом несколько секунд назад. Ему вспомнилась одна из историй, которую он ему рассказывал, а так же тот комментарий: «Я принял форму своего друга». Пазл наконец-то сложился. Но вопрос всё ещё стоял. «Как объяснить произошедшее Кэйе? Барбатос ведь не захочет раскрывать перед ещё одним человеком, что он бог. Что же делать…» — думал про себя путешественник, как раздался голос Венти. — Он из прошлого, а ещё конкретней, то из старого Мондштадта, когда Декарабиан ещё не был свергнут, — спокойно ответ он. Итер радостно улыбнулся, подумав, что Венти всё же решил раскрыть правду, а Паймон начала рассматривать человека, который как выяснилось был из прошлого. — Из старого Мондштадта?! Серьёзно?! — шокировано вскричал Кэйа, а потом добавил. — Тогда понятно, почему ты заплакал, когда увидел свой город, освободившийся от тирании. Он был готов на то, что они окажутся давно разлученными близнецами, что это какая-то несмешная шутка над ними всеми, да даже на то, что у Венти всё это время был ребёнок, которого он держал вдали от города свободы! Но его мысли никак не могли бы придти к тому, факту, что перед ним был путешественник во времени. — Да, я из Старого Мондштадта. Также в прошлом всё небо всегда было покрыто тучами, поэтому я и засмотрелся на такое ясное и прекрасное небо. Вы должны быть счастливы, видя такую прекрасную вещь каждый день, — сказал Второй Венти и посмотрел на небо. Венти не смог смотреть на грустный вид своего друга и обнял его. — Не грусти, сейчас всё хорошо. Ты здесь и теперь можешь остаться навсегда со мной, — сказал он, не отпуская своего двойника. В ответ его друг лишь погладил того по голове, расплывшись в улыбке. — Но стоп. Если он из старого Мондштадта, то как он вообще здесь оказался и как вы познакомились? — осознал нестыковку Кэйа. — Так вышло, что я однажды нашёл артефакт, который отправил меня в прошлое, а конкретнее в старый Мондштадт до свержения Декарабиана. Там мы и познакомились, а потом мы разлучились… Действие артефакта закончилось… — очень тихо, через силу соврал под конец Венти. Итер удивился, как креативно он смог ответить на этот вопрос, придумав такой «реальный» вариант, в который действительно можно было поверить. «Видимо он планировал оставить свою личность в тайне, тогда я не буду об этом говорить», — подумал он про себя. А в этот момент сердце Первого Венти обливалось кровью, когда он говорил это. Он вспомнил о смерти своего друга, но сейчас снова будто бы отрицал её, говоря эти слова. Хотя у него только-только получилось с этим смириться. «Эта ситуация в принципе убивает меня. Если она окажется просто сном или моими галлюциногенными бреднями, то я…» — хотел было закончить про себя Первый Венти, как его вытянули из мрачных мыслей. — Да, так и было, но не стоит сейчас зацикливаться на этом, главное что я сейчас здесь, не так ли, Ветерок? — специально спросил он, видя, что тот, кто его обнимал погрузился в несчастливое прошлое и сильнее сжал его, словно бы его сейчас украдут. Первый Венти мгновенно вынырнул из своего состояния, улыбнулся, смотря на свою копию в потрёпанном плаще, и угукнул. Все умилились, смотря на эту сцену, было видно что оба очень заботятся друг о друге. — Это действительно удивительно, что у вас так всё сложилось, я рад за вас, но меня больше интересует, как наш гость здесь очутился, — спросил Кэйа, успокоившись от удивления. — Да! Паймон тоже интересно, как это вышло! — подала свой голос до этого долго молчавшая Паймон. — А этого ни я, ни… — Венти немного запнулся, но продолжил, быстро оправившись. — Ни я, ни мой друг не знаем, как это случилось, но я просто рад, что он здесь. Это какое-то божье благословение, что я вновь могу с ним говорить, спасибо Барбатосу! — сказал Первый Венти, а затем хихикнул. А вот Второй Венти в голос засмеялся, чем поставил Кэйю, который единственный не понимал, что происходит, в неловкое положение. Венти тоже понял, что происходит, и вспомнил, что его двойник даже не предполагает, что он является богом и тотчас попробовал решить ситуацию. — Хех, ты тоже заметил шутку, это прекрасно. Возможно это первый раз, когда я столь религиозен, — сказал Венти, после чего уже и Кэйа и Итер присоединились к смеху, под конец он добавил шёпотом. — Я потом объясню, а пока не упоминай Барбатоса, хорошо? В ответ он получил кивок. Все смеялись ещё некоторое время, а потом, когда они, примерно через минуту, успокоились, то Кэйа кое-что осознал. «Наш бард не назвал имя своего друга… — понял он и начал развивать пришедшую в голову идею. — Может ли этот человек быть тем самым «им», которого до этого упоминал в баре Венти? Тот самый «он», который представал перед ним в видениях? А ведь всё сходится. И галлюцинация и его новоявленный друг носят старый и потрёпанный плащ, являются бардами и играют на лире, как я понял, уж очень их наряды похожи, звонкий смех.» Он посмотрел на своего собутыльника, тот выглядел сейчас очень счастливым, когда находился в объятиях своего друга. «Думаю, что мне стоит рискнуть. Но только не сейчас, чуть позже, не хочу ему мешать. И желательно, когда он будет пьян, чтобы получить более правдивый ответ», — подумал Кэйа и вздохнул. — Я рад, что всё разрешилось, а теперь стоит пойти к Дилюку, он, вероятно, беспокоится, — сказал Кэйа, вспомнив о своём брате, когда всё наконец-то уладилось. Да и таверна должна уже быть открыта.