Стеклянные дома́

Should have known dreams are a dangerous thing And money is everything, everything, everything Winona Oak Глава 1. Щедрое предложение       Март 2010       Сеул, район Ёидо       – Меня не интересуют детали, директор Хон, – Мин Юнги произнёс это одновременно скучающе и требовательно. – Просто скажите, этот журналист будет молчать?       – Да, президент Мин, – уверенно ответил Хон. – Мы решили этот вопрос. Проблем не будет.       – Хорошо.       Мин Юнги встал из-за стола и сделал несколько шагов вдоль окна – две стены его неприлично огромного кабинета были стеклянными, и, если бы сейчас не горел свет, то внизу можно было бы увидеть целую россыпь цветных огней. Мин Юнги потёр шею, пошевелил плечами, которые затекли от долгого сидения за столом.       Директор Хон терпеливо ждал, не будет ли новых вопросов и распоряжений.       – Что с тем делом? – спросил наконец Мин Юнги.       – Данные о счетах, которые мы получили… В них оказалось не так-то просто разобраться. Мы работаем на этим. Результаты должны быть к концу недели.       – А эта девка? Вышли на неё?       – С этим подвижек пока нет. Мы предполагаем, что всё, что мы знаем о ней, – фальшивка. Имя, возраст, откуда она родом. Даже если бы у неё было французское гражданство, перебрать всех француженок, подходящих по описание, всё равно невозможно, но она может быть откуда угодно. Пока никаких следов. И в тех данных тоже. Мы могли бы надавить, но вы…       – Нет, пока никаких «особых» методов! – Мин Юнги резко прервал Хона. – Они напугаются, попрячутся, и мы никогда ничего не узнаем. Но если свести ваши долгие объяснения к одной фразе, то ответ будет такой: вы не справились.       – Президент Мин! Мы пока…       – Мой брат, – резко прервал его Мин Юнги. – Что за идея у него была?       – Он не раскрывал подробностей, вы же знаете, как он и его люди… – Угадав по лицу президента, что того и сейчас не интересуют детали, Хон замолчал, а потом сказал: – Вы хотите обратиться к нему?       – Нет, это вы обратитесь к нему! Не я, – Мин Юнги смерил Хона жёстким презрительным взглядом. Этот человек был настолько хорош собой, что даже сведённые брови и сжатые губы не портили его красоты. – Вы, именно вы, пойдёте к моему брату и скажете: «Директор Мин, я не справился и подвёл президента. Прошу вас помочь мне с этим делом!»       Хон склонил голову и униженно молчал.       – Это всё, – произнёс Мин Юнги. – Можете идти. И держите меня в курсе событий, я хочу знать всё. Найти её – дело принципа.       В его взгляде темнела настоящая ненависть, такая, какой Хон не видел во взгляде Мин Юнги никогда, даже если речь шла о многомиллионных потерях.

***

      Этот же день       Франция, Пантен       Перед ужином Тэсса Ким села наконец за свой мини-бюджет. Она откладывала это неприятное занятие с утра, хотя вчера обещала себе, что разберётся с ними первым делом. Когда она расписала все предстоящие расходы, то вышло, что ситуация была пусть и не катастрофической, но очень печальной. Тэсса рассчитывала, что деньги за последний заказ помогут ей безбедно дожить до конца учебного года, и, может быть, даже удастся куда-нибудь съездить летом. Но хотя сумма была крупной и Тэсса не позволяла себе лишних расходов, деньги на счету буквально таяли. Она подрабатывала официанткой и ещё в цветочном магазине, но у неё набегало в лучшем случае двадцать часов в неделю. На эти деньги было не прожить. Но как-то же она выкручивалась до сих пор…       Кого она обманывает? Выкручивалась она только благодаря деньгам, выплаченным по страховке, и заказам от Ханны. Но страховочные деньги кончились, а заказы от Ханны она решила больше не брать.       Как на зло, каждый месяц что-то обязательно происходило. В ноябре ей надо было платить налог на жилье, такой была договорённость с владельцем квартиры, хитрющим месье Мийо; в декабре её настолько выбила из колеи история с Мин Юнги, что она не работала почти весь месяц, включая самые доходные дни перед праздниками; в январе пришлось докупить кое-какие книги и учебники к новому семестру; в феврале она сильно болела и пропустила большую часть смен на работе, а траты, наоборот, были больше обычного… Тэсса понятия не имела, чего ей ждать в оставшиеся дни марта.       Перед ней лежал телефон, и она гипнотизировала цифры на экране – сумму, которая ей нужна, чтобы протянуть до конца семестра. А она со всеми своими подработками может рассчитывать только на половину.       Телефон завибрировал, и цифры на экране сменились именем. Ханна.       Тэсса потянулась к телефону, но потом отдёрнула руку. Вряд ли Ханна звонит, чтобы поболтать. Опять будет предлагать работу.       Тэсса всё же ответила.       Ханна сначала поспрашивала, как дела, поинтересовалась общими знакомыми – они с Ханной вместе ходили год на подготовительные курсы для поступления в университет и проучились один семестр, – а потом заговорила о том, из-за чего на самом деле звонила.       – Тэсса, у меня к тебе дело. Не скажу, что на миллион, но на несколько тысяч точно. На пять тысяч.       – Пять тысяч евро? – удивилась Тэсса. Сумма была большой. До этого ей платили две-три тысячи, и только однажды – четыре.       – Пять-семь, в зависимости от того, сколько потребуется времени.       – Я тебе уже говорила, что нет.       – Да что ты так зациклилась на этом Юнги, господи?! Так переживаешь, будто на самом деле ему жизнь сломала! Да он уже развлекается с новыми девчонками где-нибудь на Фиджи. Сто раз всё забыл, а ты…       – Дело не только в нём.       – В твоих высоких этических принципах?       – Я знаю, тебе очень смешно, что они у меня есть… Но я на самом деле чувствовала вину. Чувствую до сих пор.       – Да почему?! – воскликнула Ханна. – С чего ты взяла, что испортила ему жизнь? Может, и у него, и у этой Гаыль жизнь теперь сложится гораздо лучше? Сколько раз я тебе говорила: мы помогаем людям. По-мо-га-ем!       – Я не уверена.       – На этот раз точно помогаем. И объект прямо под тебя. Стопроцентное попадание. Очень привлекательный… Богатый, образованный, не старый и просто красавчик! Как из телевизора! Я бы сама побежала, если бы была в его вкусе. Но в его вкусе ты.       – Хватит с меня богатых красавцев. Я сказала уже, что не могу.       – Шесть тысяч, – предложила Ханна.       – Не в деньгах дело.       – То есть, у тебя их более чем достаточно?       А вот это был удар ниже пояса. Ханна прекрасно знала, в каком положении находилась Тесса после смерти матери.       Тэсса могла бы солгать и сказать, что сейчас у неё с деньгами всё хорошо, но когда она была не «в образе», то врать не могла просто физически, особенно близким людям. А с Ханной, пока та не уехала в Японию, они были по-настоящему близки.       – Пока мне денег хватает, – уклончиво ответила Тэсса. Ей на самом деле хватало, правда, только на ближайшие недели.       Разговор с Ханной закончился быстро, но успел расшевелить что-то тревожное и неприятное внутри. Она вспомнила о том, что произошло осенью.       Тэсса сидела за столом над блокнотом с цифрами, а перед глазами были их с Мин Юнги руки. Сплетённые пальцы. Он не очень ей нравился. В нём чувствовалось что-то отчаянное и опасное, как будто он был не президентом компании, а гангстером с улиц… Он не признавал границ, почти пугал её, но это и возбуждало тоже, в животном и первобытном смысле. Тэсса смотрела на их руки и думала, что если бы между их креслами на заднем ряду мерседеса не было подлокотника, то она бы… Она забралась бы на Юнги, и, может быть, даже позволила трахнуть себя прямо там.       Хорошо, что подлокотник всё же был. Тогда ею владело какое-то необъяснимое безумие.       Правда, потом они всё равно оказались в номере отеля…       Тэсса никогда раньше не занималась сексом с объектами. И даже не потому, что это было непрофессионально, просто не возникало желания. С Юнги всё было похоже на какое-то тёмное наваждение, она не могла этому противостоять… И это ведь совершенно естественно – хотеть секса, когда тебе двадцать лет?       Но именно с ним всё завершилось настоящей катастрофой. Мин Юнги жил на другом конце света, в Сеуле, и Тэсса никогда бы и не узнала о происходящем, если бы сама не начала искать в интернете информацию о нём. Новости, которые в Южной Корее, Японии, Сингапуре и Китае были у всех на устах, в Европе никто не обсуждал; может быть, только те, у кого в том регионе были деловые связи.       Лучше бы она не искала.       Тэсса поднялась из-за стола и решила, хотя и было поздно, заняться домашними делами – лишь бы не вспоминать. Когда она нервничала, на неё часто нападало противоестественное желание делать уборку. Во всё остальное время Тэсса терпеть это не могла.       В итоге она провозилась на кухне допоздна, поужинала чуть не в десять, легла спать ближе к полуночи, и всю ночь её преследовали мысли о деньгах, Мин Юнги, предложении Ханны и опять о деньгах. А ещё – и эти мысли она ненавидела особенно, потому что они заставляли чувствовать себя просто-таки жалкой, – о том, почему она совсем одна, почему именно у неё никого нет? Это несправедливо! У неё и так не было никого, кроме мамы, и даже она теперь…       Ханна позвонила повторно в пятницу. На самом деле Ханна позвонила ей восемь раз. Начала она звонить примерно в три часа, потому что к этому времени у Тэссы точно заканчивались занятия, но в этот день ей пришлось задержаться на кампусе: преподавательница экономики попросила провести экскурсию для нового преподавателя, который почти не говорил на французском. В университете было полно студентов, которые отлично знали английский и вообще англоговорящих, из Австралии и Великобритании, но попросили прийти почему-то Тэссу. Возможно, мадемуазель Бушар решила, что Тэссу порадует встреча с соотечественником – преподаватель тоже был из Штатов, из какого-то неизвестного Тэссе университета со Среднего Запада. Волонтёрство, кстати, тоже оплачивалось, хотя и скромно, но в данном случае эта работа была не совсем добровольной, – Тэсса просто не могла отказать мадемуазель Бушар. Та очень ей помогла, особенно в начале первого курса.       Пока Тэсса делала домашнее задание, Ханна позвонила ещё раз десять, но Тэсса заранее выключила звук и убрала телефон со стола, чтобы не видеть, что загорается экран.       И только когда с домашкой было покончено, Тэсса ответила на звонок – нехотя, потому что знала, о чём её опять начнут просить.       Ханна всё же была подругой. Единственной настоящей подругой в её взрослой жизни. Тэсса общалась с однокурсниками, за обедом они обычно собирались одной компанией, иногда вместе проводили воскресенье, но ни с кем из них она не была близка так, как с Ханной… И никто из них не отпаивал Тэссу чаем, не обнимал и не успокаивал, когда умерла её мать. Тэссу так трясло, что она даже подписи в бумагах поставить не могла. Она часто думала потом: какое счастье, что у неё тогда была Ханна. Она не представляла, как бы справилась со всем этим одна.       – Ну наконец-то!… – почти простонала Ханна, услышав её голос.       – Что случилось? – спросила Тэсса. – Кто-то умер?       – Если бы умер, я бы тебе не звонила, умер и умер, хрен с ним… – хохотнула Ханна. – Ты мне очень нужна, правда. Очень. Это суперважный заказ. Дело даже не в деньгах. Это клиент, которого нельзя подвести. Тэсса, пожалуйста! Мы просто не знаем, что делать! И я уверена, что ты – именно то что нужно.       – Ханна, я же сказала…       – Нет, подожди! Восемь тысяч, и премия в пять, если клиент будет доволен результатом.       Тэсса выдохнула. Восемь тысяч! Это в два раза больше того, что ей платили раньше. Она не могла даже подсчитать, сколько смен ей нужно будет отработать в кафе и в цветочном магазине, чтобы получить эти деньги, и сколько месяцев на это уйдёт.       – Накладные расходы мы покроем отдельно. Одежда, украшения, помощники, салоны красоты, рестораны, всё, что тебе будет нужно, – продолжала соблазнять Ханна. – Главное, чтобы сработало.       – Хорошо, но я ничего не обещаю. Пришли мне всё, что на него есть. Я завтра еду с подругой к её родителям, у них ферма, прочитаю, когда вернусь.       – Тэсс, мне нужно, чтобы ты прочитала всё сегодня!       – Не дави на меня!       – Мне придётся немного надавить. Ситуация, честно говоря, херовая. Мы не можем подобраться к этому парню, делали несколько заходов, разные девушки, ничего не вышло, и ты – наш последний шанс.       Тэсса нахмурилась. Ханна прямо во время разговора пыталась взвалить на неё ответственность за проект? Объявила той единственной, которая может всё спасти?       – Я пока ничего не обещала, – напомнила Тэсса. – И что вообще от меня требуется?       – Для начала по минимуму – фото с тобой в нескольких местах, чтобы это выглядело не как разовая встреча, а как будто у вас роман. Идеальный вариант – если бы он увлёкся тобой настолько, что сам бы порвал со своей теперешней девушкой, но на это не хватит времени. У нас есть ещё сценарий, который очень нравится заказчику, но с ним есть технические трудности. Если они смогут привезти его девушку во Францию, то мы хотим устроить что-то вроде разоблачения, чтобы она вас застала, например, в гостиничном номере.       – В смысле, застала в постели? – возмущённо переспросила Тэсса. – Я не сплю с…       – Да не надо с ним спать! Поболтаете о чём-нибудь, а когда она ворвётся в номер, расстегнёшь блузку и вывалишь сиськи. Этого будет достаточно.       – Что-то мне это не очень нравится.       – До такого вряд ли дойдёт, расслабься. Девушка в Гонконге, и заказчик не уверен, что сумеет найти предлог, чтобы устроить такую сцену.       – Предположим, этого сценария не будет. Но ты говорила, что нет времени… В каком смысле нет?       Агентство, где работала Ханна и опосредованно через неё Тэсса, обычно не спешило. Их «операции» могли занимать до полугода, Ханна как-то говорила, что один объект потребовал восьми месяцев работы. Они действовали тщательно, осторожно, без спешки.       – Давай я тебе быстренько расскажу. Потому что в файле про это почти ничего нет. Я информацию по кусочкам собирала, то тут, то там, Сугимото прямо дрожит над этим клиентом, только повторяет: «Высочайшая конфиденциальность, высочайшая конфиденциальность!» В общем, объект должен расстаться со своей девушкой. Это ты уже поняла. Срочность связана с ней, потому что в апреле этот чёртов ужин… – Ханна вздохнула. – Подожди… Давай, я лучше всё с самого начала расскажу. Есть некая семья, очень богатая, влиятельная и тому подобное, ты представляешь. Из Гонконга. У них одна-единственная дочь, для которой пару лет назад подобрали жениха, он из такой же семьи, наследник целой империи. Девушке двадцать три года. Особого опыта отношений нет, пару раз сходит на свидания и дальше не складывается. В университете недолго встречалась с однокурсником, но всё это несерьёзно. Сейчас она помолвлена с этим наследником, но официально об этом не объявляли. В начале апреля её отцу исполняется пятьдесят, и на торжественном ужине человек на пятьсот запланировано объявить о помолвке. Но…       – Я ждала этого «но», – усмехнулась Тэсса.       – «Но» зовут Чон Чонгук.       – Он кореец?       – Да, но не беспокойся, он не из дружков Мина. Он живёт в Гонконге, и его родители там жили, и, возможно, дедушки и бабушки. Вообще он тоже из очень состоятельной семьи, но они разорились, кажется, даже со скандалом, отец то ли обанкротился, то ли его поймали на каком-то мошенничестве. Историю кое-как замяли, и все предпочитают делать вид, что её никогда и не было. Суть в том, что Чон Чонгук не бедный даже сейчас, но он не наследник империи. У него нет собственного бизнеса, он работает на кого-то. Короче, он недостаточно хорош для той семейки. А девчонка на него страшно запала. Они встречаются, но пока тайно. А если так пойдёт дальше, то на семейном торжестве она ни о какой помолвке объявлять не захочет.       – Если я правильно понимаю, то у нас есть наследница огромного состояния и какой-то нищеброд, – подытожила Тэсса. – Но он умный нищеброд. Он прекрасно понимает, каковы ставки, и именно поэтому вы и не можете его подловить. Не потому что девушки не в его вкусе, а потому что он не дурак и видит, где выгода. Тут я ничем не могу помочь.       – Не совсем так! – возразила Ханна. – Он не нищеброд, он очень богат. Сделал успешную карьеру, сейчас топ-менеджер в банке. Почитаешь в файле… Но у него всего лишь сколько-то там миллионов долларов, а им нужен миллиардер. И я не думаю, что он зарится на её наследство. Для него это просто интрижка, он не планирует женится на ней и заграбастать все деньги. По крайней мере, так это видит заказчик. Они сказали, что если бы у Чона были серьёзные намерения, то они могли бы смириться и с таким зятем. Но он… У него куча романов в прошлом, но ни с кем надолго. Он увлекается, через несколько месяцев девушка ему надоедает, он начинает изменять, они расстаются, появляется новая. В общем, тот ещё тип… А их дочь готова расстаться со своим золотым женихом ради этого сомнительного мудака. Семья не сомневается, что они скоро расстанутся. Он найдёт себе следующую, а глупенькая девочка останется и без любовника, и без жениха. Проблема в ужине. Там должны объявить о помолвке и дате свадьбы. А девушка отказывается её обсуждать. Родители пока как-то улаживают эту ситуацию с родителями жениха, придумывают отговорки, тянут время, но те уже начинают подозревать, что происходит что-то не то… Им нужно обязательно покончить с этим Чоном до начала апреля. Но у нас пока не получается. Он не из тех, кто хранит верность, скорее наоборот. Мы просто не можем подобрать к нему ключ. Он не на всякую посмотрит. Ему больше нравятся девушки его круга. Не какие-то там красотки-актрисы или модели, а девушки вроде тех, с кем он работает. С образованием, хорошим воспитанием, манерами. Или вот студентка из приличной семьи, вроде дочери наших клиентов. У тебя такие хорошо получаются. Насчёт скромницы-студентки я не уверена. Это долгая игра, а вот умная карьеристка – хороший вариант. Я не имею в виду язвительную стерву. И в общем и целом доверяюсь твоему чутью.       Они ещё немного поговорили, но Тэсса так и не дала однозначного согласия. Сумма, конечно, выглядела чертовски соблазнительно, а дело не казалось сложным – по описанию этот Чон Чонгук был лёгкой добычей. Но тем не менее, тщательно отобранные кандидатки в тщательно подобранном амплуа не смогли к нему пробиться. По мнению Ханны, причин было две. Во-первых, Чон Чонгук проводил почти все дни в офисе, редко ходил в рестораны, предпочитая закрытые клубы для людей своего круга, куда сотрудникам агентства Сугимото хода не было. Обычно достаточно было изучить режим дня объекта, чтобы подстроить встречу, но к Чону, даже зная его режим, было не подступиться, слишком плотный график. Во-вторых, Чон Чонгук был красив. Внимание женщин и даже откровенный флирт он воспринимал как нечто само собой разумеющееся; для него это уже давно утратило новизну. Девушки из агентства, на которых восторженно реагировало большинство остальных объектов, для Чона были чем-то привычным.       Тэссе стоило бы сделать, как она изначально хотела, и отложить файлы до завтра, но она не утерпела. К тому же, дело – если она за него возьмётся – действительно было срочным.       Чон Чонгук, оказывается, уже был в Париже – прилетел вчера. Это была ещё одна причина, почему Тэсса подходила идеально. Основные силы агентства Сугимото были в Японии, Корее и нескольких крупных китайских городах, вроде Гонконга и Шанхая; им потребовалось бы отправить девушку на другой конец света в совершенно незнакомую среду. А Тэсса уже была здесь. Ханна в самый первый раз предложила ей работу по той же самой причине: объект уехал на неделю в Европу по делам, и нужен был кто-то, кто смог бы там его перехватить. Девушка полностью азиатской внешности подошла бы больше, но дело тоже было спешное, а сумма контракта – небольшой. На поиски просто не было времени. Некий мужчина был обеспокоен, что женщина, с которой он встречался, может вернуться к бывшему мужу. Тэсса познакомилась с этим бывшим, они вместе посетили пару достопримечательностей. Мужчина был тщеславен, и ему очень льстило, что он гуляет по городу с такой красивой девушкой, так что он сам выложил фото с ней в соцсетях. Агентство Сугимото к тому времени уже подсуетилось и пустило слух, что господин Курокава увёз свою молодую подружку в романтическое путешествие в Париж. Свою бывшую жену господин Курокава не возил в романтические путешествия не то что в Париж, но даже хотя бы на Бали; она, естественно, пришла в ярость, и ни о каком возвращении больше не шло речи.       Тэсса включила свой старенький медленный компьютер и скачала файлы из почты. Обычно она начинала с фотографий, но сейчас решила не торопиться, и составить мнение о Чоне по его биографии. Ему было тридцать два года. Он родился в Гонконге в корейской семье. Его прадед оказался там во время японской оккупации, после окончания войны решил не возвращаться на родину и сумел сделать себе и имя, и состояние. Образование Чон получил в Штатах, и не где-нибудь, а в Йеле, потом начал работать в крупом финансовом конгломерате сначала в родном Гонконге, потом в офисах в Лондоне и Чикаго. Сейчас он снова вернулся в Гонконг. Чем именно занимался господин Чон, было не очень понятно. Чем-то важным и хорошо оплачиваемым.       Тэсса встала и заварила себе чаю. Она чувствовала, как в мыслях поднимается тревога. Нарастает, как прилив.       Молодой, привлекательный мужчина. Как Мин Юнги.       Вдруг потом ей будет так же тяжело?       Хотя в случае с Мин Юнги у неё как раз не было никаких дурных предчувствий. Ей было немного жаль его обманывать. Но так было с каждым объектом.       Как говорила Ханна, они помогают людям. Если брак или отношения так легко разрушить, то туда им дорога. То, что они распались, даже к лучшему. Если она возьмётся за новое дело, то поможет той запутавшейся девушке. Влюблённая дурочка готова сломать свою жизнь из-за мужчины, которому через несколько месяцев будет не нужна.       Господи, что у этих девчонок в голове? Тэсса даже представить не могла, какими невероятными достоинствами должен обладать мужчина, чтобы вот так пожертвовать всем… Она, видимо, была как-то иначе устроена. Парни никогда не привлекали её настолько, чтобы ради них она забыла о действительно важных вещах.       Ханна говорила, что Тэсса скучная и ведёт несчастную скучную жизнь. Что, однако, не помешало Ханне позвонить именно ей, когда нужно было очаровать господина Курокаву.       Скорее всего, Ханна тогда в неё не особо верила. Просто нужно было найти хоть кого-то во Франции. А Тэсса была единственной близкой знакомой с азиатской внешностью. Строго говоря, Тэсса была азиаткой наполовину, но это было лучше, чем ничего.       Тэсса и сама в себя не верила. Ей просто отчаянно нужны были деньги. И она сама была поражена тем, что произошло потом…       После биографии в файле шло описание вкусов и пристрастий Чон Чонгука. Честно говоря, довольно скудное на фоне тех, что Тэссе присылали раньше. Судя по всему, господин Чон действительно очень много работал, редко показывался на людях, и о его любимой еде, развлечениях, фильмах не сумели ничего разузнать. Ещё Чона всегда сопровождал как минимум один телохранитель. Это усложняло задачу, но те, кто составлял досье, считали, что серьёзным препятствием наличие телохранителя не будет. Предполагаемый сценарий знакомства и темы для разговора Тэсса оставила на потом и перешла в папку с фотографиями.       Фотографии были довольно однообразными: Чон Чонгук то садился в машину, то выходил из неё на фоне разных зданий. Телохранитель открывал перед ним дверь. На двух других фото он играл в теннис, ещё на одном пил из бутылки, шагая по беговой дорожке в фитнес-центре какого-то экзотического отеля. По крайней мере вид из огромного окна был очень экзотическим: пальмы, пышные цветы и какое-то яркое строение вдали. Ещё нашлись три фото в очень плохом качестве: на них Чон был с миниатюрной девушкой. Тэсса не назвала бы девушку красавицей, но улыбка у неё была отличная: красивая, широкая, искренняя. Видимо, это и была та самая наследница, которую следовало спасти от недостаточно богатого мужчины. Но она Тэссу не интересовала. Она смотрела на объект.       Чон Чонгук принадлежал не к тому типу мужчин, которые обычно нравились Тэссе, но всё равно – она вынуждена была это признать, – оказался одним из самых привлекательных людей, которых она видела. Резко и красиво очерченный рот – такие губы в книгах называли чувственными, – правильный овал лица и большие, на редкость красивой формы глаза. Может быть, именно из-за этой особой формы, которой Тэсса не могла подобрать другого определения, кроме как «изысканная», взгляд Чон Чонгука казался пронизывающим, пристальным. Даже когда он смотрел вовсе не на фотографа, всё равно казалось, что он искоса за ним наблюдает и от этого взгляда никуда не деться. Чон Чонгук производил впечатление, этого не отнимешь… Черты его лица были крупными, выразительными и, даже если не совсем правильными, то всё равно идеально подходящими друг к другу. Объективно нос был широковат, но если бы он был тоньше, то вся эта странная и удивительная гармония черт поломалась бы…       Цвет глаз разобрать было тяжело – какой-то тёмный. В досье было написано, что карий, хотя Тэссе казалось, что он скорее чёрный. Волосы точно были чёрными. На всех кадрах с машинами они были аккуратно и строго зачёсаны назад. На остальных волосы были не столь идеально уложены, и Тэсса заметила, что они немного вьются.       Ханна говорила, что он красив, но Тэсса, когда увидела эти фото, поняла, что дело было даже не в красоте, правильности черт, высоком росте и отличной фигуре. Во взгляде Чона, повороте головы, мимике сквозила спокойная уверенность в себе, не вызывающая и наигранная, а сдержанная, как у человека, который знает себе цену. И было в нём что-то тревожащее, лёгкий намёк на опасность… Непонятно, каким образом это считывалось по фото. Этим он немного напоминал злосчастного Мин Юнги, но лишь чуть-чуть. У Чона не было той ауры бэдбоя, скорее какая-то скрытая, но от этого ещё более пугающая угроза.       Тэсса уже по фото могла сказать, что это очень и очень непростой объект, к которому придётся долго подбирать ключ. Он есть, обязательно есть, просто Чон Чонгука не так просто считать, как многих других людей.       Тэсса поняла, что сердце у неё колотится неуместно быстро.       Та, другая уже готова была принять этот вызов.       Только вот Тэсса обещала себе, что больше не будет браться за такие дела. Да, обещала, но Адалин обожала переступать через пороги.       Тэсса не стала звонить Ханне, просто набрала сообщение: «Я согласна».