Сокровищница

Наступил Сочельник. Лина встала ни свет ни заря, чтобы успеть приготовить рожденственский торт до подъёма Ливси. А вставал он всегда рано, часов в 7 (какой чёрт его дёрнул). Поэтому девушка занялась приготовлением аж в 5 часов. Всё же к его подъему был готов полноценный имбирный торт с ягодами, корицей и сливочным кремом, а сверху красовалась веточка омелы. Уставшая, Лина опустилась в уютное кресло гостиной перед столиком с тортом. В коридоре она услышала знакомый до боли бархатный голос, спрашивавший, с чего вдруг весь этаж пропитан запахом пряного теста? Потом в дверном проёме показалась статная фигура мужчины, который тут же заметил гостью и с распростёртыми руками направился к ней: — "Заряночка моя, ахах, доброе утро! Боже, какой аромат! Ха-ха, слуги мне сказали, что сегодня колдовали на кухне Вы. Могу я узнать, что за вкуснятина?"        Лина кивнула в сторону стола. — "Ой, ахахах, простите, засмотрелся на Вас и не заметил... Какая прелесть! Не знал, что Вы печёте! Сейчас я велю заварить нам чай и мы попробуем эту красоту, ха!" — потом он озабоченно сказал, нахмурившись: — "Миледи, хах, Вам не стоило столь рано вставать и печь! Вы ещё не окрепли!" — "Я хотела Вас с утра порадовать!" — смутившись, произнесла Соболева и увидела, как смягчился его взгляд, а на лице появилась очень тёплая улыбка. Именно ради этой улыбки она и была готова встать в 5 утра. — "Душенька моя, Вы меня радуете и своим присутствием, хех, но это, несомненно, мне крайне приятно. Примите мою благодарность, ахах!" — и поцеловал её руку.           Вскоре им принесли чай, и доктор тут же попробовал торт. Девушка с некоторым напряжением следила за выражением его лица, и выдохнула, когда в глазах загорелся огонёк, а лицо озарила широчайшая улыбка. Ливси положил руку ей на плечо, слегка сжав, и в порыве восхваливал удачно получившийся торт. Он даже не знал в душе, что доставляло ему большее удовольствие: сам вкус или факт, что Лина лично для него приготовила, как он вчера и представлял в голове. В любом случае, он с ребяческой радостью её хвалил, поглаживая её плечо, и наслаждался счастливой улыбкой, подаренной ему в ответ. К слову, торт все съели, потому что "хозяйка" есть тоже хотела, а десерт был небольшой по размеру из-за сроков приготовления.          Далее, Дэвид, в отличном настроении, которое ему задали ещё с утра, провозгласил: — "Линочка, хахахах, Вы меня так приятно шокировали своим вкусным сюрпризом, что я чуть не забыл Вас поздравить, ахах! С Сочельником, дорогая! Я тоже хотел бы кое-что подарить, ха-ха!" — и с загадочной улыбкой он достал из шкафа маленькую упакованную коробочку с лентой. Его рассмешил нетерпеливый взгляд баронессы, наполненный детским любопытством. Пока она расшнуровывала ленту, внимательно разглядывая коробку, мужчина, покраснев, тихо сказал: — "Н-надеюсь, Вам понравится, ха-хах..."      Девушка увидела необычайно тонкой работы бригантину, плещущуюся в волнах океана, искусно выточенных из аквамарина. Она сначала подумала, что это инсталляция, но затем увидела золотую цепочку. Лина завороженно рассматривала корабль, ни издавая ни звука, не могла оторвать взор. Столько деталей, мачты, такелаж, флагштоки, артиллерия, паруса... Разве это мог выполнить человек?       Ливси, взволнованный, не мог понять, взгляд удивления какого рода это был: неприятного или наоборот? Он, нервно посмеиваясь, спросил: — "Ахах, что, даже в руки не возьмёте?"      Девушка осторожнее, чем берёт ребенка на руки мать, взяла ожерелье и ещё пару мгновений его изучала, пока, наконец, не отрываясь, сказала поражённо: — "Никогда не видела ничего подобного...Ливси, это...это же просто невообразимо! Бригантина настолько детализирована, как взаправду, н-но, как можно сделать настолько качественно в таком масштабе! Это ... ещё и кулон.. Т-тут же даже балки сделаны отдельно, каждая досочка... Мне никто такого не дарил, это самое уникальное и неповторимое, что мне когда-либо дарили! К-как Вы узнали?" — Лина с благоговением переводила взгляд то на подарок, то на него.        У доктора был столп чувств: в груди приятно клокотало, и сердце билось разъярённо, и даже руки слегка свело. Первый подарок, и он угадал. Ей так нравится. Неужели такая простая эмоция, как радость от удачного подарка, может доставить такие ощущения? Если так, то он был готов хоть в натуральную величину купить корабль, лишь бы видеть её горящие глаза, смотревшие теперь на него непрерывно с каким-то пламенным чувством. Это была благодарность или нечто более сильное? Так или иначе он, накрыв её руки снизу своими, будто поддерживая, ласково произнёс: — "Вы же сами мне рассказывали, как Вам хотелось бы путешествовать, ха-ха. Мне захотелось подарить Вам вещь, которая бы пока мысленно позволяла Вам это делать. Вы не представляете, хах, как мне приятно, что я угодил." — "С-спасибо Вам большое! Вы угодили как никто, Дэвид," — Лина приблизилась к мужчине, который замер, не смея даже вздохнуть, и тихо, очень нежно с благодарностью прикоснулась губами к его щеке. Поцелуй нельзя было назвать коротким, но и долгим тоже. Скорее, томный.  Доктор прикрыл глаза, млея от каждой секунды и мечтая продлить момент. По всему телу пробегали мурашки. Внутри разливалось приятное тепло. Девушка ощутила, как его руки, вздрогнув, сжали её, когда она прикоснулась к нему.        Лина отстранилась и услышала тяжёлый вздох, будто человек задерживал дыхание. Ливси сидел весь красный и мягко улыбался, всё ещё держа её за руки.        Они просто смотрели друг на друга, пока доктор не прервал тишину: — "Что, не наденете мой подарок, душенька?" — "Вы что! Это же искусство! Я не могу его надеть, оно должно стоять за витриной в безопасности! Я не переживу, если с ним что-то случится!" — "Я понял, ахахах, могу я сейчас разово запечатлеть в памяти, как оно будет красоваться на Вашей тоненькой шейке?" — "Угу," — смущённо пробубнила Лина, встала и подала ему кулон.           Ливси обошёл со спины, и она увидела перед собой, как белые перчатки надели ожерелье, нежно пройдясь по ключице к задней части шеи. Сзади она ощутила его горячее дыхание, и ноги начали подкашиваться. Стало душно. Но вот раздался заветный щелчок замка, и девушка облегчённо выдохнула, пытаясь прийти в себя.  "Когда я научусь нормально реагировать на подобные мелочи?Стоять твёрдо на ногах, а не проседать от любого его прикосновения?!"        Мужчина уже стоял перед Соболевой, любуясь свои подарком "в действии". Её грудная клетка плавно вздымалась, периодически вздрагивая, словно гостья пыталась остановить прерывистое дыхание. Дэвид это заметил и довольно улыбался. — "Н-ну как?"— заикнулась Лина. — "Ммм, просто превосходно, ха-ха!" — промурлыкал Ливси, продолжая разглядывать ожерелье на девичьей груди.       Аристократка всё же очень хотела убрать дорогую вещь в безопасное место, поэтому спросила: — "Нагляделись, сэр?" —  "Ну Вы и врединка, дорогая!" — подошёл и, будто бы обняв, наклонился лицом за её плечо, вдыхая аромат парфюма, и снял ожерелье, вручив девушке.         Та аккуратно убрала его в коробку, не отводя глаз. Всё же, когда ожерелье скрылось за упаковкой, баронесса чуть не подпрыгнула. — "Точно! Ливси, Вы меня так очаровали своим подарком, что я забыла вручить свой!" — "Боже, мисс, я думал торт был Вашим подарком, ахахах!" — "Это была первая часть, а теперь вторая," — кокетливо улыбнулась Лина, доставая с полки тоже коробку более внушительных размеров.       Доктор с таким же любопытством распаковал подарок, достал искусно отточенный золотым узором мушкет и долго его осматривал. Будучи военным, он оценил этот воистину мужской подарок. Естественно для стрельбы он не годился, по крайней мере, Ливси его так использовать не хотел, поэтому прямо при гостье позвал слугу и приказал на самом видном месте над камином, приделать крючки, на которые поставит оружие. — "Хахаха, дорогая, надеюсь, Вы не обидитесь, что я не собираюсь его использовать! Но это аналогично Вашей бригантинке, хах, я боюсь в бою испортить эту прекрасную работу мастера, поэтому повешу на виду! Мне очень понравилось, ха-хах, спасибо, Линочка!" — и в знак благодарности склонил голову. — "Я Вас прекрасно понимаю, теперь это Ваша вещь, распоряжайтесь ей как угодно," — мило улыбнулась девушка. — "Вы меня, право, избаловали, ха! И Ваше пребывание у меня в гостях, и Ваш десерт, и Ваш мушкет, ахаха, слишком много подарков, я теряюсь!" — "Вам бы не стоило теряться, потому что тогда Вы потеряете из виду меня, а я Вас ждать не стану!" — игриво пропела Лина и, напоследок вильнув юбкой, скрылась в коридоре, который вёл к выходу.           Мужчина не хотел отставать, поэтому, как и всегда, ловко вскочил и нетерпеливо пошёл за ней.          Пара провела весь оставшийся день на улице, дурачась и развлекаясь. Уже смеркалось, и доктор, который старался пораньше "укладывать" спать нерадивую спутницу, настойчиво предложил возвращаться домой. Правда, прямо перед порогом он её остановил, загадочно проговорив: — "Хах, сегодня же Сочельник, а завтра Рождество, но ждать я не буду, ха-ха-ха!" — "А чего Вы ждёте, Дэвид?"       Ливси кивнул на венок омелы прямо над дверью. И потом коварно улбынулся, спросив нарочито учительским тоном: — "Юная леди знает, ха-ха, какой в Англии обычай связан с этим венком и этим праздником?" — "Нееет?" — задумчиво протянула Лина. — "Хех, человек имеет право поцеловать другого, стоя под венком омелы именно в этот день, а второй не имеет права отказать, хахаха!" — "Вы сами только что придумали!" — покраснела Соболева. — "Мгхм, не-а, клянусь своим париком, ха-ха!" — посмеиваясь, победно промурчал Ливси. Его рука уже легла на девичью талию, притягивая к себе, взгляд слегка помутнел от пьянящего ощущения, а девушка не могла осознать, неужели это будет её первый поцелуй. "К-как же так, без свадьбы, без всего! Неужели он думает, что это так просто...поцеловать!"         Мужчина второй рукой взял лицо девушки, нагнулся к её щеке и, так же, как она его утром, нежно поцеловал, слегка затягивая момент, в это время вторую руку постепенно с талии убрал, обхватив её лицо с другой стороны.         Когда он отстранился, её лицо так же лежало у него в руках, а Лина облегчённо выдохнула, как волнение и многочисленные ощущения прошли. — "Что, ожидали поцелуй другого рода, ха-ха-ха?" — усмехнулся врач. — "Ещё чего!" — тут же вспыхнула баронесса и отдалилась от его рук. — "Вот и славно, а-то юной леди перед сном нельзя перевозбуждаться от таких эмоций, ахах! Пора спатушки!" — "И когда Вы перестанете меня укладывать, как дитя малолетнее.." — проворчала Лина. — "Хах, никогда, судя по всему?"       Так они и огрызались, пока не дошли до своих комнат. Лёжа в постели Лина не понимала, как бы ей хотелось, чтобы та традиция прошла: как оно и было, когда он сохранил её гордость и воздержался от поцелуя в губы или если бы он всё-таки осуществил именно такое личное? Разум одобрял первое, сердце скребло и требовало второе. Эта путаница подпортила сон девушке.       А у Дэвида всё было гораздо проще: он уснул крепким сном, вспоминая весь день и гордясь, что смог сдержать себя тогда, под венком вопреки сильному желанию, и повести, как следует претенденту на её руку и сердце. Показать, что он готов ждать её сколько она потребует. Правда, с предложением он уже медлить не собирался.            Следующий день — последний праздничный они провели спокойно (наконец-то, ха), проводя время за совместными беседами, прогулками и играми. Предыдущий день эмоционально доканал (ХD) обоих, поэтому все пытались ещё раз всё осмыслить и поставить жирную точку в своём отношении друг к другу.