Лютики это как солнце

Антон проснулся от громкой и навязчивой трели будильника. На этот раз на рингтоне стояла до ужаса банальная мелодия, от которой спать хотелось всё меньше и меньше. Парень заснул-то только в три ночи, а в семь уже вставать надо. Да уж! Нормально. А всё из-за каких-то стихов! Блондин решил для себя, что больше сочинять их не будет. По двум причинам. Первая - он совершенно не умеет этого делать, а вторая - почему-то после этих самых стихов ему хочется о чём-то задуматься, раньше такого не было. Да раньше вообще ничего такого не было! Не было этих бесконечно сменяющих друг друга мыслей, каждая из которых медленно превращалась в мечты про Рому. Может, вселенная решила так подшутить над парнем? Глупая, глупая и совершенно неуместная шутка! Нет, ну правда! И вообще... С какого-это момента Тоша начал называть дурацкие мысли мечтами о Роме?.. Нет! Ну серьёзно! Нелепые мысли о своём друге ли прервала вошедшая в комнату мама. —Антон? Проснулся уже? – Женщина с интересом посмотрела на Тошу, вид которого был немножко мечтательным и каким-то несерьёзно-влюблённым. – Доброе утро. Сегодня Ольке ко второму, так что пойдёшь один. А я побежала. Почему-то парень ничуть не удивился. Родителям сегодня нужно было пораньше уйти на работу, а расписание сестры он видел. Ну чтож, один так один. Блондин задумчиво кивнул и мама вышла из комнаты. Если бы сейчас в его голове не было столько непонятных мыслей, он бы с удовольствием сказал бы хоть что-нибудь или пожелал бы доброго утра, но почему-то в один момент он забыл все буквы. Забыл, как говорить. Зато отлично помнил сцену в несчастном кабинете географии. Ну почему иногда жизнь бывает настолько сложной?! Нет, парень конечно понимает, что у всех в какой-то момент возникают трудности, но блин! Как это называется? Да и трудность ли это?.. Резко вздрогнув, и, тем самым, как бы выплыв из состояния наваждения парень сказал себе, что нужно собраться! Иначе в школу опаздает и на уроках невнимательным будет. Твёрдо решив, что никаких больше мыслей о Роме в его голове не появится, Антон встал с кровати. Есть вообще не хотелось, а потому он сразу же пошёл собирать сумку и одеваться. *** Как только парень вышел на улицу, то почти мгновенно почувствовал как ледяные лапы мороза мягко обняли его за плечи, шею, талию... Это ощущение было настолько невесомым, что Тоша не до конца понимал есть ли для него место в зиме? Или он останется слишком одиноким? Задуматься об этом не давала громкая тишина вокруг. Хотелось наслаждаться моментом, отбросив мысли в сторону. Тут вдруг мозг подкинул блондину картинку. Вот он - Тоша, а рядом с ним Ромка. Они идут вместе, брюнет уверенно поддерживает парня за талию, чтобы тот не упал, а он в ответ с благодарностью и некоторым стеснением кладёт ему руку на плечо... Ёбаный-выебанный карась блядь нахуй! Какое плечо? Какого хуя, собственно, в его голове пролетают такие мысли?.. Ответить сам себе Антон не успел, ведь буквально через секунду после таких интересных картин он услышал крики и сразу узнал, чьи. —Ромыч! Тут слишком скользко, поддержи на! —Да иди нахуй, я сам шаг больше, шаг меньше и ёбнусь. —Слушай... А давай кто быстрее до школы на? —Блядь, я же вроде говорил что ты лось тупорогий?.. Нахер пошёл, я первый! —Хер тебе на! Парень не видел, что произошло, но отлично слышал, как, по всей видимости, его одноклассники решили устроить гонки. Да уж, Ромка с Бяшей это что-то невероятное... Особенно Ромка. В следующую секунду в спину Антона кто-то влетел и он, вместе с этим Неопознанным Летающим (по улицам) Объектом упал на снег. —Ай! – Это, пожалуй, все слова, которые он мог сказать сейчас. Всё-таки поцелуй с асфальтом не приносил никакой радости. Лучше бы с Ром... О чём это он? Видимо, ещё и головой ударился. Человек сверху дёрнулся и соизволил слезть с Антона. Теперь парень понял, кто в него врезался. Темноглазый бурят, что сейчас улыбался во все свои тридцать зубов. —Тошик? А ты чё тут делаешь на? – Одноклассник смотрел на него, как будто бы у него появился пятый глаз. —Бяха блядь! Чё ты там за хуйню устроил? – Тут же к парням подскочил и Ромка, он немного скользил, но держался куда увереннее бурята. —Да я подскользнулся на. На Тошика, вот, упал. —Блядь, я щас тебя с окна выкину, чтоб ты с асфальтом поцеловался. —Так я же разобьюсь на! —Значит поцелуешься взасос. – Невозмутимо ответил Пятифанов. —Ну чё ты Ромыч? И вообще, подними нашу даму на. Она чё-то не особо собирается вставать. Тоша посмотрел на парней, как на придурков. А что? Устроили тут сцену какую-то, теперь до него добрались. Что ещё вытворят? Вопреки ожиданиям Пятифанов легко подхватил блондина, обхватывая одной рукой за талию. Парень сразу почувствовал, насколько у одноклассника сильные руки. Почему-то его это не удивляло. Сейчас хотелось продлить этот момент, сделать его чуть дольше, а потому голубоглазый не сразу понял, что он уже твёрдо стоит на ногах. —Ну всё, Тоха, теперь ты от нас не отделаешься. Вместе пойдём. – Рома ухмыльнулся, до сих пор поддерживая блондина, кажется, сам этого не замечая. На эти слова названный лишь покорно кивнул. На самом деле он не хотел ни оставаться один ни чтобы Пятифанов его отпускал. Лёгкую идиллю нарушил весёлый голос Бяши, что едва сдерживая смех смотрел на ребят. —Ну вы даёте на. Стоят как голубки... Я пожалуй для Полины это сфоткаю, пусть знает о тебе всё Ромыч на!.. Последний цокнул языком, отпуская Антона и легко ударяя Игоря в плечо. —Захлопни, а! И только попробуй что-то Полинке моей вякнуть! Иначе реально взасос с асфальтом поцелуешься. – Настроение одноклассника вмиг упало и чувство важности момента тоже стало потихоньку раскалываться. После этого ребята пошли в школу. Конечно, они все шагали группой, но каждый думал о чём-то своём. И, как казалось Антону, люди не могут настолько трепетно относится к своим мыслям, как он сейчас. Как будто бы за несколько секунд он осознал что-то до боли полное и теперь бережно крутил это в голове, пытаясь понять "А что теперь?", конечно, мысль о том, что именно он осознал уже давно была где-то там. Чуть дальше небосвода, что аккуратным мостом соеденяестся с мечтами с помощью радуги... Ну вот, Антош, уже о радуге думаешь. В каком контексте, интересно? Он не ответил и природа даже на секунду прикрыла глаза, устала. Не только от внутренних терзаний людей вокруг, но ещё и от бесконечной лжи. Неужели он сам не понимает, что страдает от симпатии? Или чего-то ещё более... Хватит! Он запутался. Бледно-синее, чуть отдающее хрустальным отблеском небо аккуратно раскидывало в стороны руки в широких длинных рукавах. Из-за них эти самые руки, такие хрупкие, такие тонкие казались очень сильными и немодно-настоящими. Солнце рядом ничуть не смущали такие широкие рукава, с этой плотной и очень надёжной тканью. Ведь оно так хорошо знало: дождь, это не просто капли, это падающие и разбирающиеся о землю слёзы. Просто... Оно видело, как божественно-нужное небо плачет. И ни раз. Вот о чём теперь думать, если не о такой красоте? Антон уже не знает даже. Конечно, можно подумать о Роме, но... Стоп, какой Рома? Опять о нём что-ли? Антон качает головой, как бы отвечая на ещё даже не заданный вопрос, хотя всё указывает на то, что думать о Ромке по прежнему хочется. Жалко только, что последний стоит совсем рядом с ним. Жалко только, что блондин такой трус... Разве нельзя просто сказать: "Привет, ты классный"... Нельзя. Конечно, может быть это очень просто, но Антону проще ничего не говорить, чтобы случайно не перепутать буквы или, того хуже, слова. А тем временем зима прогорала. Кто-то, кто, наверное, совсем и не видит смысла в таких лирически-правильных строках просто скажет: "Да где ей прогорать-то?! Не говори о чём не знаешь, поэт." – а последнее они бросят с такой усмешкой, что на душе становится немного гадко, то ли от глупости, то ли просто так... То ли от ощущения того, что тебя никто не может понять. Никто, кроме мира, что нежно обнимает за плечи, тихо шепча "Ну чего ты? Люди говорят о тебе но совсем не говорят с тобой? Да, понимаю. Ведь я такой же. Именно поэтому мы друзья. Именно поэтому я сейчас держу тебя, чтобы ты не упал и не оступился." – покажется глупым, но лучше вернутся назад. Туда, где живут описания, а не красивые и такие банальные слова. Зима не знает слова "наверно", а потому такая холодная. Даже её лес... Всё манит к себе и, будто совсем искренне, спрашивает: "Пойдёшь со мной?" А ответ? А в ответ она слышит лишь неразборчивое, глупое "Наверно... Я не решил пока..." Только поэтому она так легко усмехается, говоря "Трус. Наверно... Не решил... А что ты будешь делать, когда у тебя будет шанс?.. Тоже увиливать от прямого ответа?.." Забавно, да? Забавно, что на данный момент каждое слово здесь про Антона. Вот он, человек, все мысли которого стоят в невесомой близости от него самого. Жалко только, что Рома этого никогда не узнает. Но, боже, если бы Тоша только знал, что это "никогда" слишком призрачное. Дорога до школы заняла минут пятнадцать. Нет, конечно, можно было дойти куда быстрее, но этому варианту очень сильно препятствовали двое парней, что сейчас тащились вместе с блондином. Почему? Всё просто, в какой-то момент одноклассникам надоело идти молча и они решили устроить шуточную потасовку, после чего кто-то один навернулся и потянул второго следом, из-за чего парни около пяти минут просто смеялись, временами переходя на какое-то карканье. Но вот уже показалась школа и спустя какое-то время, парни уже оказались внутри. *** Уроки шли своим чередом, не оставляя место ничему реально интересному. Ничему, что хоть на жалкие секундочки останется в памяти. Тоша готов был рассказать о том, что почти чувствовал в некоторые, особенно важные моменты, как в его руках лежали осколки ничего, покалывая кончики пальцев тонким влюблённым стеклом. Правила грамматики бы в сторону, чтобы написать все самые глупые философские мысли. Ведь кто-нибудь скажет: "–Таких постановок запятых не бывает, бред!" И что с того? Просто иногда хочется найти, пусть даже самую бредовую мысль, что останется бумагой и словами, а не обрывком, что через пару лет и не вспомнишь. Да, Антош... А что же ты помнишь? Или нет... Не так... Что ты хочешь запоминать?.. —Петров к доске! – Громкий и чётко поставленный голос учительницы и по совместительству его классной руководительницы подействовал на названного отрезвляюще. Он больше не находился в своих не совсем философских, но безусловно красивых мыслях. – Быстрее! Парень наконец подчинился и встал со своего места, под тихий смешок соседа по парте - Семёна. Что, он серьёзно думает, что Антон не знает материал? Ну, тогда такие мысли определённо не верны. —Итак, Петров, – Видимо, Лилии Павловне слишком нравилось называть его по фамилии – Расскажи мне о том, кто такой Понтии Пилат и какая... *** Урок прошёл очень неплохо, за ответ Антону поставили пятёрку, чему парень несказанно обрадовался. Вот только сейчас началась большая перемена, и когда Тоша уже хотел было идти к кабинету физики, его кто-то окликнул. —Тошик, погнали с нами до курилки на! Ромка там уже. Ну конечно, блондину даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто его зовёт. —Прости Бяш, я не курю, да и пробовать не хочу. —Да ладно, не ссы на! Идём! Хотя бы просто постоишь с нами вместе. Пожааааааааалуйста! – Растягивая гласные на последнем слове улыбнулся бурят. Антон только цокнул языком. Ну разве он может отказаться? Конечно может. Тогда по-другому. Разве он хочет отказаться? Нет. Не хочет. Ведь это же отличный повод побыть рядом с Ромкой... И когда это обычное "мы вроде-как приятели" стало "боже, я хочу постоять с тобой и поэтому пойду в курилку чтобы там как будто бы случайно тебя коснутся"? Кстати! Последнее было отличной идеей! —Ладно! Идём. – Тоша прикрыл глаза и махнул рукой в небрежном жесте, мол : "Хорошо, уговорил". – Только не долго. Физика скоро. —Ооооо, физика! Точно на! Нам контроху училка обещала провести. – Бурят моментально поддержал тему о следующем уроке, из-за чего вызвал на лице Антона тёплую улыбку. – Чё ты лыбу тянешь на? Влюбился что-ли? —Да... – Мечтательно протянул блондин, а после прервал себя же. – То есть нет! О чём ты вообще? Мне просто приятно, что ты можешь поддержать любую тему, даже ту, что затрагивали мельком. Да и в целом ты очень жизнерадостный, неужели мне уже нельзя от этого немного поулыбаться? —Ага! – Видимо, из всех сказанных Антоном слов, Бяша услышал только первое. – Влюбился значит! В кого? Кто он? От последнего предложения голубоглазый дёрнулся. —Почему "он"? И вообще... —А что, разве это она? – Бурят недовольно цокнул языком. – Знаешь чё, Тошик, ты можешь врать мне на, но никаким образом не себе. Поэтому... Бяша резко замолчал, а после растянул губы в непринуждённой улыбке, показывая свои две красивые "форточки". —Что "поэтому", Бяш? – Антон по-доброму усмехнулся. – Пошли уже... Одноклассник сразу понял, что Тоша быльше не хочет говорить с ним ни о какой любви, а потому тут же отступил. Если бы он только знал, что блондин сам ещё потом расскажет... В коридорах, не смотря на перемену было как-то слишком тихо, казалось, скажешь слово, и оно тут же останется отзвуком на бледно-синих стенах, или какие они там обычно в школах? Только так, чтобы поэтичней было... Чистые светлые стёкла сверкали как-то слишком ярко. Видимо, тоже любят... Или передразнивают тех, кто влюблён. А может, это всё снег виноват? Зима же на улице, праздник скоро... Кстати! О празднике! Нужно было проделать ещё кучу работы, а потому на одиннадцатые классы нагрузка шла максимальная. Да уж, неужели ЕГЭ уже мало?.. Так, задумавшись о чём-то реально важном, Тоша и не заметил, как они дошли до импровизированной курилки. Хотя... Курилкой это было назвать сложно, скорее туалет первоклассников, в который по классике заходили более взрослые ученики, чтобы затянутся сигаретой или новомодным "вэйпом". Бурят не раздумывая открыл дверь, проходя внутрь, Тоша последовал за ним и мгновенно пожалел о том, что вообще согласился идти. От такого сильного запаха, а точнее, смеси из них, парню стало немного дурно. А может и не немного, вот только начала кружиться голова. Это нормально? —Оооо, Бях, ты чё, Тохича притащил? – Сквозь лёгкую пелену в глазах, да и в голове тоже, Антон различил красивый баритон Ромки, кажется, он сейчас крутил в руках устройство, для курения. Вспоминать, как оно называется у парня не было никакого желания, да и сил тоже. Или это обычная сигарета?.. Наверное, резкий запах смешал все его мысли и связал их каким-то морским узлом, Ромка бы сказал, "хер распутаешь". —А чё на? Ты разве не рад? – Кажется, Бяша растерялся. —Ты на него посмотри, он же аллергик, или чё-т типо того. Его же ноги уже не держат. —Что? Рома, ты не говорил мне, что у него какие-то проблемы... – А это чей? Кажется, приятный женский голос... Где-то он его уже слышал... —Да нормально всё, Полинка, щас он отойдёт. С непривычки просто вся хуйня произошла. – Ну конечно! Полина! Полина Морозова! Как он не догадался? Та милая девушка с чёрными волосами, которая с Ромкой ещё встречается... —Антон? Ты точно в порядке? – Опять её голос. Сейчас Тоше станет плохо только от него. Откуда-то появилось резкое желание послать её куда подальше... Да уж, видимо, ему окончательно вскружила голову любовь и наркота, в малом количестве выпущенная в небо. Ну не мечтал он становится пассивным курильщиком. —Полин, давай мы тут как-нибудь сами разберёмся... Или не разберемся. – Кажется, Рома махнул рукой, а после Антон услышал как кто-то процокал мимо него на каблуках, и больная фантазия выдала образ Бяши. Ну, молодец Антошка, почти угадал. —И чё делать на? Его так похерило, как будто бы это не дым от сигареты, а херь какая-то, по типу наркоты. —Я смотрю, ты уже налакался. Иди протрезвей сначала. —Ну Ромка-а-а! —Чё тебе? – Сил соображать, кому какие слова принадлежали уже не было. Совсем. —А давай я вас с уроков отпрошу на! —Я не ебу где он живёт! —Зато ты ебёшь его. Ну давай! – А, кажется, они думают что делать... Так... Кого ебут?! —Чё? Я щас тебя башкой в унитаз блядь, белый, засуну. Может быть тогда насчёт профессии передумаешь. —Да ладно на, я же как лучше хочу. —Ладно! Иди к директору... Или к классной... *** Тоша открыл глаза. Когда он успел оказаться на чём-то мягком?.. Может быть, он совсем уже сбрендил? Умом двинулся? Ну или что там делают, когда едет крыша? Так! Слишком много вопросов для нескольких секунд после пробуждения. Или он не спал вовсе? —О! Отчухался! Наконец-то! – Чей это голос?.. – Я уже испугаться за тебя успел... Честно! Рома?.. Погодите! Где это он?! —Что?! – Антон резко дёрнулся на кровати, приняв сидячее положение, из-за чего Пятифанов аж подпрыгнул. —Тох, ты чё, никогда не просыпался у друга? – Рома смотрел на блондина, как на придурка. Хотя это его обычный взгляд... "Пацанский" наверное... —У друга?! – От этого факта глаза Антона полезли на лоб. – Что вообще произошло бл... Ё-моё! Одноклассник, к которому сейчас обращался Тоша наклонил голову чуть набок, чтобы заглянуть в притягательные серо-голубые омуты. —Слушай, ничего не произошло, просто тебе стало нехорошо от дыма. Аллергик?.. Теперь Антон окончательно проснулся. —Доброе утро... – Вообще он хотел сказать это про себя, но услышав, что на это ему ответили, парень мгновенно понял, что всё было вслух. —Вообще-то вечер. Десять часов. – Как-то уж слишком по-доброму усмехнулся Ромка. —Правда? – Блондин не поверил своим ушам. Ну вот, Тош, не только глаза тебя предали. – Ну... Тогда я домой пойд... —Стоять! – Как только Антон собирался подняться, сильная рука одноклассника легко его остановила, из-за чего сердечко стало биться чаще... Неужели это лю... – Тох, ну куда ты собрался? Я уже сказал твоим родителям, что ты тут со мной потусуешься немного. Пошли лучше что-нибудь посмотрим, у меня всё равно дома никого. Тоша почему-то хотел задать сейчас только один вопрос... "А что это стучит? Вот тут?", там, где сердечко... Оно и есть. Вот только откуда теперь вся эта волшебная патока, что разливается где-то под кожей. Да такого и не бывает ведь... Зато бывает ночь... Такая волшебная, что до утра спать не хочется...